Я знаю о тебе ВСЁ!

Масаки хотелось изо всех сил закричать, но вместо оглушительного крика получился сдавленный хрип. По телу от волнения пошёл жар. Маньяк так и не получил ответ на свой ехидный вопрос. - К-как ты...? - дрожащие губы так и не дали договорить вполне логичный вопрос. - Маааа-чан, ну разве я должен повторяться? Я знаю о тебе ВСЁ... О тебе, твоей квартире, работе, даже о твоих друзьях. Тёмная фигура встала с кресла и начала медленно, растягивая момент, приближаться к растерянному парню. - Стой, где стоишь! Я ударю! Вверх взметнулась та самая статуэтка, которую Масаки прихватил для самозащиты. - Да, давай. - голос неизвестного прозвучал совершенно спокойно. Каждый шаг незваного гостя заставлял хозяина квартиры пугливо пятиться назад. Ма-чан продолжал держать статуэтку, крепко сжимая её аж до боли в руке. Наконец, парень почувствовал, как его локоть коснулся стены - дальше отступать некуда. Безумец продолжал идти медленно, но верно в нужную сторону. Вот-вот, ещё пару шагов и он сможет почувствовать прерывистое дыхание бедняги, услышать его сумасшедшее сердцебиение. Тонкие, изящные пальцы игриво тронули поднятую вверх руку, скользнули по ней и обхватили статуэтку. Масаки был не в силах сопротивляться, хотя прекрасно понимал, что должен хорошенько треснуть этим "оружием" кое-кому по лицу. Рука Айбы разжалась сама по себе. Что он делает? Почему не может даже пошевелиться? Его ноги словно приросли к полу. Он чувствует, как чужая крепкая грудь прижимается к его, как горит его рука там, где этот псих провел своей...Черт. О чем он только думает? - Чем займёмся? - Масаки почувствовал горячую ладонь на своем паху. - Оставь меня в покое! Ты - больной псих! - Парень попытался скинуть руку. - Я бы не стал делать поспешных выводов, Ма-чан. - Когда ты оставишь меня в покое? - Парень изо всех сил сдерживался, чтобы не перейти на крик. Нельзя терять самообладания. Не сейчас. - Разве я тебе мешаю? Масаки не видел, но чувствовал по тону мужчины, что тот улыбается. Его это разозлило. - Убирайся из моей жизни, — рвано прохрипел Айба прямо в губы своему мучителю и со всей силы ударил лбом ему в нос. Незнакомец отшатнулся, запрокинув голову назад: по его губам потекла тонкая струйка крови. Тяжело дыша, Масаки оттолкнулся от стены и изо всех сил сжал кулаки. Мужчина слизал стекающую по его губам кровь и вытер нос прямо о рукав своей куртки. - А ты шустрый… - псих опять приблизился к нему, - … когда не связан. Айба нервно сглотнул, мысленно отгоняя воспоминания о своей первой встрече с ним. В мгновенье мужчина снова резко подался вперёд и ударил Масаки в челюсть. Тот отлетел назад, хватая ртом воздух, и больно стукнулся затылком о стену. Мужчина сжал его подбородок холодными пальцами и приблизился настолько, что когда он заговорил, его дыхание касалось губ парня: - Больше никогда так не делай, потому что мне не хочется делать тебе больно. - После этих слов Масаки почувствовал чужие губы на своих. Это был вовсе не нежный и полный любви поцелуй, а жадный и грубый. Чем больше Айба сопротивлялся и старался оттолкнуть обидчика, тем сильнее мерзавец впивался. Наконец,этот долгий поцелуй кончился, оставив после себя довольно таки приятное послевкусие. Маньяк неохотно отстранился. - Хмм, неужели не понравилось, м? Масаки стоял совсем растерянный. В его голове возникла лишь одна мысль: - Интересно, если он на самом деле знает обо мне всё, то догадается ли сейчас, что мне понравилось? А ведь мне понравилось, чёрт возьми! Теперь не было сил сопротивляться, да и не хотелось. "Незнакомец" положил обе руки на плечи Ма-чану и стал медленно спускать их вниз к локтю, словно гладил руки парня, затем обратно к плечам. Шаловливые пальцы резво добрались до выреза на футболке и оттянули его, оголяя ключицы Масаки. - Ммм, как она мешает... - после этих слов маньяк со всей силы разорвал футболку до самой её середины. Теперь, когда грудь Айбы была полностью оголена, мужчина мог начать свои ласки. Это было охренительно возбуждающе. Член Масаки отчаянно дёрнулся и болезненно заныл. Парень внутренне ужаснулся, чувствуя жар в паху. Он точно сходит с ума. Или уже сошёл. Нужно убираться отсюда. Как можно дальше. Прочь Прочь от этого кошмара, в котором он не в состоянии даже контролировать собственное тело. Господи, какое безумие… Резко сорвавшись с места, он дёрнулся в сторону незнакомца, целясь кулаком прямо ему в лицо. Тот перехватил его руку, одновременно уклоняясь от траектории удара, однако Масаки размахнулся и со всей силы врезал ему второй рукой. Мужчина отшатнулся назад, тяжело дыша и слизывая кровь с только что разбитой губы. Воспользовавшись этим секундным замешательством, парень рванул в сторону входной двери и, настежь распахнув её, выбежал на улицу. В лицо тут же ударили крупные капли холодного ливня, а взгляд расфокусировался от непривычной для глаз темноты. Почти вслепую сбежав со ступенек, Айба поскользнулся на последней и едва не рухнул на землю. Дождь лил с такой силой, что его ноги сразу же погрузились в воду почти по щиколотку. Кое-как удержав равновесие, он что есть силы рванул вперёд, но не успел: мужчина прыгнул на него сзади и, придавив своим весом, припечатал к земле. Масаки едва успел выставить руки перед собой, чтобы не удариться лицом. Тело мгновенно погрузилось в грязь. Парень попытался перевернуться, но тот больно схватил его за волосы, заставив запрокинуть голову назад, а затем вкрадчиво прохрипел прямо в ухо: - а я предупреждал... плохой мальчик. Масаки дёрнулся изо всех сил и, каким-то чудом сбросив с себя тяжёлое тело, перекатился на спину. Дождь ни на секунду не ослаблял своего напора. Высоко в небе прямо над головой прокатился оглушительный удар грома, а последующая яркая вспышка молнии осветила фигуру мужчины: его одежда вся промокла и испачкалась, куртка была расстегнута, а под ней виднелась клетчатая рубашка. У Айбы не было сил встать. Не было сил бороться дальше. Не было больше сил сопротивляться...ни моральных, ни физических. Мужчина медленно подполз к нему чуть ближе, и очередная вспышка молнии осветила его лицо: из губы всё ещё сочилась кровь, размываемая крупными каплями дождя. Он впервые увидел своего мучителя: темные проникновенные глаза, маленький аккуратный нос, по-детские пухлые и соблазнительные губы... - Сука, - зло прошипел Айба и из последних сил подался вперёд, впиваясь губами в рот мужчины. В небе снова громыхнуло. - Пропади оно все пропадом! Однако повалить его ему не удалось — тот резко вывернулся и, грубо толкнув Масаки в грязь, уложил его на лопатки. То, что произошло после, можно было назвать как угодно, но не поцелуем. Капли дождя попадали в рот, заставляя задыхаться и напрягать горло, чтобы не закашлять. Айба впивался в чужие губы с такой яростью, что ему самому было страшно от своего напора. Во рту постоянно чувствовался металлический привкус тёплой крови — и чужой, и его собственной. Спина скользила по мокрой грязи, создавая впечатление, что земля под телом Масаки просто растворяется. В голове шумело, а в ушах эхом отражались раскаты грома. Ему казалось, что он сходит с ума. Чужое тело давило на него с такой силой, что от нехватки воздуха в глазах уже начало темнеть. Бедро мужчины то и дело задевало его член, отчего в паху словно взрывались тысячи петард. Ночь… Дождь… Грязь… Собственная кровь во рту смешалась с чужой… Длинные пальцы уже расстёгивают его ширинку… Чужой язык во рту мешает дышать… Безумие. Вцепившись дрожащими пальцами в мокрые волосы незнакомца, Айба с силой укусил его за губу, наслаждаясь чужими стонами боли. Безумие. Парень протянул руку и нащупал ремень на брюках мужчины, затем опустил ладонь чуть ниже и застонал, почувствовав под пальцами твёрдый член. Словно в ответ, чужая рука тут же сжала его собственный. В голове что-то взорвалось… От крупных капель дождя глаза уже начало неприятно саднить, и Масаки зажмурил их, одновременно пытаясь расстегнуть чужой ремень. Однако пальцы напрочь отказывались слушаться. Мужчина издал странный звук, похожий на раздражённое фырканье, и, грубо отшвырнув руку Айбы, одним ловким движением расстегнул ремень. Через мгновение дрожащие пальцы парня с наслаждением сжали чужой член… Свет. Но откуда? Фары. Фары от машины. Совсем близко. Масаки казалось, что всё происходит будто в замедленной съёмке. Из-за дождя изображение казалось размытым. На мгновение незнакомец застыл, а затем резко сорвался с места, оставив Масаки лежать одного на холодной земле. Из Айбы словно выкачали все силы. Он продолжал лежать на земле в грязи, подставляя лицо холодным каплям. Вставать не хотелось. Вообще ничего не хотелось.