Телекинез

Дорога была изнурительной и долгой. Найти тех, кто тщательно скрывается, не так просто, как казалось на первый взгляд. Хосок силен, но не всесилен. Наверняка у них тоже есть свой ясновидящий, который также следит за каждым шагом сбежавших солдат, чтобы вовремя успеть замести следы и исчезнуть. — Люди называют нас солдатами-икс, — усмехается Чонгук, в очередной раз оставаясь с Тэхёном наедине в дозоре, пока остальные спят. — Глупое название, будто фильмов пересмотрели. — Креативом и не пахнет, — поддерживает его Ким, допивая воду из бутылки. — В книгах мы упоминаемся как люди будущего, но и это слишком пафосно, — добавляет Чон, облокачиваясь спиной на стену. — В первую очередь мы люди, а уже потом необычные, со способностями. — Для тебя это бремя? — интересуется Тэ, глядя на старшего. Слишком часто они стали вот так проводить время, слишком часто Чонгук оказывается рядом, слишком сильно Ви привязывается к этим людям, а к Чону особенно. — Когда я был подростком для меня это не было бременем. Я жил, как все, никак не выделялся. Но став солдатом, я почувствовал, насколько хренова наша жизнь. Наш дар убивает нас же. Людям кажется, что иметь способности — это круто, считают тебя избранным, но они не понимают, что из-за даров свыше мы умрем раньше, чем придет наше время, — в голосе проскальзывает нотка обреченности и грусти, отчего на душе становится гадко. Дар стал их проклятьем. — Я не... — Чшш, — перебивает его Чонгук, прикладывая палец к губам. — Быстро, только тихо, — добавляет он шепотом, утаскивая младшего в темный угол, где черт ногу не только сломит, но и глаза себе выколет. — Что происх... — Тэ не успевает договорить, как его затыкают. В темноте сверкают лишь глаза и чувствуется горячее дыхание. Чонгук оказывается в этой тесноте слишком близко, отчего сердце ускоряет темп. Через пару секунд на том месте, где только что сидели Тэ и Чонгук, появляются Юнги и нервный Хосок, которые явно хотели оставить этот разговор только между собой. — Значит, тебе нравится Чимин? — задает вопрос Хо, а в этот момент Ким, практически прижатый Чонгуком, прислушивается к тихим голосам. — Веришь всему, что скажет Намджун? — выпуская из легких дым, спрашивает Юнги, сохраняя ледяное спокойствие, от которого в пальцах колет. — Со стороны виднее, — отвечает Чон, пожимая плечами. — Можешь не курить? — просит парень и, на удивление, Мин делает последнюю затяжку и тушит сигарету. — Мне, чтобы заставить Юнги затушить сигарету, приходится силовые приемы применять, — шепчет Чонгук, а Тэхён тихо смеется, потому что ему не нужно этого делать, достаточно применить силы, и все будет мирно, без рукоприкладства. — Спасибо, — добавляет Хосок. — Так, что, это правда? — А как думаешь сам? — усмехается Мин, скрещивая руки на груди. Уж больно интересно ему, что скажет Хосок. — Я не хочу ходить вокруг да около, — хмурится Чон, собирая всю волю в кулак. — Ты мне нравишься, Юнги-хён. И если я тебе нет, то я не знаю, зачем свалил это на тебя сейчас, — почти на одном дыхании говорит Хо, опуская глаза. — Ты не ответил мне на вопрос, — раздается голос Юнги после нескольких секунд полной тишины. — По-твоему мне нравится Чимин? — Я не знаю, — пожимает плечами парень. — Ты всегда его защищаешь, даже перед Намджуном, складывается впечатление, что Чимин и правда тебе нрав... — Это глупо, Хосок-и, — смеется Мин, делая шаг ближе к парню. — Чимин мне как младший брат, мы росли вместе. Но знаешь, Намджун прав, есть человек, который мне нравится, только это точно не Чимин. — Кто это? — Он сейчас стоит напротив меня и задает глупые вопросы, — вздыхает Юнги, глядя на, кажется, уже расстроенного младшего. — Может, уже не будем играть в игры? Жизнь непредсказуема и я хочу быть рядом с человеком, который дорог моему сердцу. — Ты это обо мне? — то ли Хосок глухой, то ли тупит сейчас, ибо этот вопрос такой же дурацкий, по мнению Юнги, как и предыдущие. — Все за тебя нужно делать, — притягивает к себе парня Мин, нежно целуя в мягкие губы. — Конечно же о тебе, — добавляет он. — Идем, нужно отдохнуть перед подъемом. У Тэхёна, кажется, пачка отвисла и щеки покраснели. Не хотел он быть свидетелем такого личного разговора, но так уж вышло. Чонгука это не смущает, нисколько, потому что ему гораздо интереснее то, что происходит сейчас между ним и Кимом. Ви так близко, Чон чувствует тепло чужого тела, жар дыхания, видит блеск в глазах и ему очень хорошо рядом с ним, уютно. — Так на чем мы закончили? — спрашивает Тэхён, поворачивая голову к старшему. — Не помню, — пожимает плечами парень. — Это неважно, потому что сейчас мне хочется сделать тоже самое, что и Юнги. — Ты о чем? — Я хочу поцеловать тебя, — честно признается Чонгук. — Зачем? — Хочу. — Тогда сделай это, — идет ва-банк Тэ, давая зеленый свет и для себя, и для Чона. Без лишних слов Чонгук целует, медленно растягивая сладостный момент. Целует нежно, мягко, проводит языком по идеальным губам, скользит им внутрь рта, получая страстный ответ на свои действия. И лучше быть не может, но может быть...хуже. Кто-то дает тревогу и теперь уже не до поцелуев. Начинается суматоха, в которой только и успеваешь разобрать звук звенящего оружия, чьи-то крики, первые выстрелы и первые потери. Правительству плевать на них, они будут убивать тех, кто не повинуется приказам. — Мы настолько большую угрозу представляем, что они прислали за нами столько солдат? — удивленно задает вопрос Чимин, выглядывая из укрытия. — Чувствую себя принцессой, черт возьми. — Я прослежу, чтобы тебя нарядили в розовое платье, когда будут готовиться к твоим похоронам, — отшучивается Юнги, хотя внутри лишь страх, ни капли радости. — Очень смешно, хён, — фыркает Пак. — Их очень много, — говорит Чонгук, а Тэхён прекрасно понимает, что им никуда не деться всем вместе, даже мысли читать не нужно. Кому-то придется остаться. И тем самым героем и единственным, кто может справиться с таким количеством солдат, это Ким. Он сможет выиграть для других время. — Просто уходите, — коротко говорит Ви, собираясь выйти из укрытия, но сильная хватка чонгуковской руки останавливает его. — Что ты придумал? — недоверчиво спрашивает Чон, щуря глаза. Тэхён все равно одиночка, как бы Чонгук не хотел это исправить. Спустя даже время он будет вести себя, словно один на поле боя, потому что он привык быть всегда в одиночестве. И сейчас он предпочтет спасти других, чтобы потом не винить себя в их смерти. — Хосок отведет вас к другим, — отвечает Тэхён. — Я догоню вас! — Ты не один и хватит вести себя так, словно ты единственный, кто под прицелом, — почти шипит Чонгук, сильно сжимая чужую руку, отчего на лице младшего отражается гримаса боли. — Я могу спасти вас! — говорит Ви, выдергивая руку. — Я смогу сдержать их на какое-то время. — Ты погибнешь, — шепчет Гук, глядя на парня. Эта боль не сравнится с той, которую испытываешь при потере обычных бойцов. Эта боль другая, потому что связана с Тэхёном. — Я постараюсь выжить, — уверенно произносит Ким, но самому не верится в собственные слова. — Уходим! — дает команду Намджун, пока Чонгук играет с младшим в гляделки. Он прекрасно понимает, что, возможно, видит Тэхёна в последний раз. Последний чертов раз и эта инициатива самого Кима. Он так легко жертвует собой, не думая о других. — Зачем? — Так у те...вас будет шанс, — заикаясь, отвечает Тэ. — Уходи! — Пожалуйста, останься в живых! — просит Чонгук, наклоняясь к младшему и соприкасаясь своим лбом с чужим. — Вернись! — Я постараюсь, — чуть кивает Ким, поджимая губы. — Но...если все же я умру — встретимся в другой жизни. — Другой жизни нет, глупый, — усмехается Чонгук. — Тебе пора, — шепчет Ви, поднимая глаза на парня. Чонгук с трудом заставляет себя сдвинуться с места и не утащить с собой Тэхёна. Старший не готов терять близкого человека, но на войне, как на войне... — Ну, что, девочки, поиграем? — как-то игриво разносится по головам солдат голос Тэхёна, а у того на лице появляется дерзкая и яркая улыбка. Умирать, так с музыкой...