Телекинез

— Я ждал этого момента, — усмехается Тэхён, морщась от царапающих запястья пластиковых стяжек. Командир стоит перед ним, скрестив руки за спиной, и молча наблюдает. — Вы, командир Со, не так тупы, как мне казалось. — В твоем положении я бы молчал, — отвечает командир, подходя ближе. — Как оказалось, ты очень много знаешь. Твой наставник не счел нужным об этом рассказать мне. — Значит, это вы решаете, кому суждено остаться солдатом-икс, а кому исчезнуть как личность, так? — Иксы стали проблемой для общества, — говорит командир, но его голос звучит не только для Кима и близстоящих охранников. Тэхён сильный телекинетик, поэтому ему не составляет труда транслировать весь разговор в головы тех, кого он считает нужным. — Центр существует для того, чтобы найти новых иксов, оценить их способности и умения, и решить, кто нужен правительству, а кто лишь обуза, — добавляет командир Со. — И ты, Ким Тэхён, очень нужен нам. — Думаете, я буду работать на правительство? — усмехается Тэхён, получая за свою улыбку болезненный удар по лицу, рассекающий губу. Ким проводит языком по ране, слизывая капельки крови, и улыбается еще шире. Кажется, у этого парня отсутствует инстинкт самосохранения. — Я не стану вашей шавкой. — Вместе с лиатритом правительство создало препарат, стирающий отдельные фрагменты памяти, — продолжает командир Со, чувствуя свое превосходство над иксом и всей ситуацией. Действительно, у него больше козырей, чем у связанного Тэхёна, но если тот захочет, все те, кто сейчас в этой комнате, убьют себя сами. Они почувствуют все прелести быть марионеткой и сдохнут с осознанием того, что сделали это сами. — Кстати, вот и он, — говорит командир, когда в комнату заходит медработник с каталкой, на которой расположились лекарственные средства и чистые шприцы. — Все закончится, Ким Тэхён, сегодня, а ты даже не поймешь, что произошло. Все, что ты будешь знать — ты солдат Центра, солдат правительства. И сдохнешь через пару месяцев, потому что твои способности убивают тебя слишком быстро и мы ничего не можем с этим сделать. Это удар ниже пояса для Тэхёна. Говорить о своей смерти и осознать, что этого не избежать — разные вещи. Очень тяжело ждать свою смерть, когда та идет за тобой по пятам и лишь ждет "удобного" случая. — Вы ведь понимаете, что я могу сделать с вами? — серьезно спрашивает Тэхён, вселяя в охранников страх. Те переглядываются, направляют на Ви оружие и заметно нервничают. — Оружие не поможет, мальчики. Я телекинетик и гораздо быстрее пули. — Ты не успеешь, — усмехается командир Со, дав команду начать процедуру. — А после укола у тебя не будет причин убить кого-то. — Все верно, — кивает Ким, поджимая губы. — Но кто сказал, что вас убью я? — В каком смы... Не успевает договорить командир, как один из охранников начинает истекать кровью, а после падает наземь. Металлическая дверь с грохотом вылетает, деформируясь, и в помещение забегают уже знакомые лица, отчего на душе Ви становится чуть полегче. — Какого черта, солдат? — орет командир Со, держа руку на кобуре. — Мы слышали все, что вы сказали, — цедит сквозь зубы Юнги, сжимая в руке прозрачное лезвие, которое, от злости, охватывается синим пламенем. — Значит, мы для вас пушечное мясо? — Все не так, — говорит командир, желая вернуть расположение лидеров групп, которые и стали свидетелями всего разговора, а еще как минимум два десятка солдат. — А как? — встревает Чонгук. — Правительство все это время ставило над нами опыты, бросало нас в самые горячие точки, и в итоге мы не имеем право выбора! — Вы опасны для общества! — орет командир, наставляя на ребят оружие. — Неравнозначные силы, — хмыкает Тэхён, привлекая к себе внимание. — Скоро здесь будет подкрепление, — уверенно заявляет командир. — Стоит поторопиться, — говорит Чон, освобождая парня из оков пластмассовых стяжек, которые впивались в нежную кожу на запястьях и оставляли кровоточащие раны. — Я выстрелю! — грозит мужчина, направляя оружие прямо на Чонгука, своего лучшего солдата. — Попробуйте, — медленно проговаривает Тэхён, внимательно глядя на командира, рука которого начинает дрожать, поднося оружие к собственному виску. В тот момент приходит осознание своей беспомощности и скорой кончины, потому что Ви не собирается церемониться и настроен спустить курок в любую секунду, но медлит. Специально медлит, чтобы страх окутал беспомощное тело, а сердце забилось быстрее. Ким может быть садистом, если захочет, и если с ним поступают, как со скотом, то он ничем не лучше в отношении к этим людям. — Не надо, — останавливает его Чон, беря за запястье. — Он не стоит того, чтобы марать руки в его крови. Тэхён медленно переводит взгляд на Чонгука, контролируя командира, и щурит глаза, пытаясь прочитать мысли парня, но в голове того звучит лишь одно: не нужно этого делать. А Тэхёну очень хочется спустить курок, потому что командир Со прикладывает руку к смерти таких, как они, и в Гуке сейчас говорит его привязанность и мягкотелость, от чего Ким долго избавлялся, превратившись в холодного и рассудительного бойца. Тэхён расслабляется под напором карих глаз и слышит облегченный выдох командира, павшего на колени. Солдаты покидают комнату, а через несколько препятствий в виде обычных людей, и Центр, который долгое время служил им домом. Все изменилось с приходом Тэхёна, а может это простое стечение обстоятельств? В любом случае теперь они сами за себя и им нужна цель.

***

— Что мы будем делать теперь? — спрашивает Чимин, внимательно глядя на Ви, который, как побитый щенок, зализывает свои раны, сипя от боли. — Нам нужно найти других, — отзывается Чонгук, глядя куда-то вдаль, ощущая теплый воздух на своей коже, дующий с юга. — Центр будет продолжать поиски, преследовать нас и, в итоге, за саботаж, нас лишат сил. Поэтому нашей задачей является предупредить всех, что они в опасности и в любой момент могут появиться солдаты Центра, — добавляет Намджун, сидя на полу, прислонившись к стальной стене. — Чимин, — подзывает парня Юнги, кивая в сторону Кима. — Помоги ему. Пак недовольно смотрит на старшего, но подчиняется, присаживаясь рядом с парнем. Он берет сперва одну руку и медленно проводит по ранам. Кожа мгновенно стягивается и уже через пару минут от былых ран ничего не остается. — Спасибо, — искренне благодарит Тэхён, поднимая на парня глаза. — Могу я попросить тебя о кое-чем? — Да, проси, — кивает Ви. — Уходи! Ты приносишь одни проблемы, — тихо говорит Чим, но забывает о способностях лидера группы Z, а это играет ему не на руку. — Мы никого не держим, Чимин, — внезапно отзывается Чонгук, разворачиваясь. — Хочешь избавиться от Тэхёна — уходи сам. Чонгук никогда не бросает своих, даже если что-то случилось по их вине. Но в этом случае нет вины Кима, поэтому Чон воспринимает слова Чимина в штыки. Внутренняя вражда не приводит ни к чему хорошему, на поле битвы она выйдет боком всем членам группы. — Хён, я ведь... — Я не хочу слушать оправданий! Либо ты с нами, либо... — Я не вернусь в Центр! — заявляет Пак, подскакивая на ноги. — Тогда смирись! Ты видел, на что способен Тэхён, он нам нужен! Как и ты. Каждый из нас сейчас ценен! — Но ведь это из-за него все случилось! — Что именно? — встревает Намджун — тот, кто всегда обладал авторитетом среди солдат. — М? Что именно, ты считаешь, произошло по вине Тэхёна? — внимательно глядя на парня, уточняет Нам. Но когда не слышит вразумительного ответа, добавляет: — Ты был бы первым в очереди на процедуру. — Что? — хмурится Чим, надеясь, что не расслышал. — Ты слабое звено группы Z, — поясняет Джун, все еще не сводя взгляда с шокированного парня. — Твои способности хороши лишь в окопе, но не на поле битвы. — Намджун, перегибаешь, — вступается за младшего Юнги, прикуривая. — Говорю, как есть, и твоя личная симпатия к Чимину не должна затмевать реальное положение дел, — теперь Намджун выбивает почву из-под ног друга, заявляя такое во всеуслышание. Тэхёну приходит в голову стереть из памяти часть того, что успели наговорить эти ребята. Ему стоит лишь щелкнуть пальцами и этот разговор забудут все, но его плеча касается снова рука Чонгука, заставляя вздрогнуть. Кажется, это входит в привычку Чона — касаться его. — Не используй свои силы против нас, — тихо говорит Чон, склонившись к уху парня. — Все, что происходит — воля судьбы. В наших жизнях ничего не стоит менять. — Ты словно курица-наседка, которая заботится о своих птенцах, — фыркает Ким, пытаясь скинуть с плеча чужую руку. — Можно и так сказать, — тихо смеется Чонгук, сжимая плечо парня. — Идем, оставим их разбираться самих, — предлагает старший и даже не ждет согласия, берет за руку и уводит, игнорируя взгляды других членов группы, которые лишь молча наблюдают за всем происходящим. Чонгук выводит Тэхёна на улицу, прячась за небольшим каменным выступом. Не самый лучший день в их и так нелегкой жизни, от этого на душе младшего как-то гадко и неуютно. Его терзает мысль о том, что всему виной именно он. Но у Чонгука другое мнение. — Это не твоя вина, — говорит Чонгук, глядя на парня. — Сам посуди, — начинает Тэхён, разводя руками. — О лиатрите вы узнали от меня, по сути, это я рассказал вам о намерениях правительства и подбил на побег. Чимин прав, все из-за меня. — Не говори чуши, — хмурится Чонгук, присаживаясь на выступ. — Если бы не ты, возможно, сегодня нас уже не было. Ты спас нас, открыл глаза. Центр долгое время был нам домом, мы так считали. Благодаря тебе мы узнали правду. Спасибо за это. — Ты слишком добр ко мне, — усмехается Тэхён, присаживаясь рядом. — Не находишь это странным? — Нисколько, — улыбается Чон, поворачивая голову к младшему. — На то есть свои причины. — Какие? — Хосок нашел других, — за спинами ребят появился Джин, принеся с собой хорошую новость. — Хосок? — переспрашивает Тэхён, глядя на Чонгука. — Хо чувствует себе подобных на большом расстоянии, — поясняет Чон, поднимаясь и подавая руку младшему. — Идем, нам предстоит долгий путь. Тэхён принимает помощь и поднимается на ноги, следуя за Чонгуком, который не отпускает чужой руки...