Перемирие и любовь

      - Нет!!! - громогласный рык пронёсся по помещению, отражаясь от стен, делая звук ещё громче. По дубовому столу пошли трещины, пару щепок разлетелись в разные стороны: поверхность не выдержала ярости сжатых кулаков.       - Сын, для начала успокойся и послушай. Никто этого не хочет, но мы говорим о целом острове. Его армия превосходит нашу в несколько сотен. Она твоя подруга, но это будет маленькой ценой за...       - Она - моя! - все находящийся в зале отшатнулись на несколько шагов, даже негодующий Стоик: яркое пламя ярости, сияющие в зелёных глазах, обжигало не хуже настоящего огня. - И я не позволю какой-то сволочи её забрать.       Моментально обратившись, чёрный дракон молнией взмыл в тёмные грозовые облака. Молнии белыми вспышками разрезали небо под оглушительные раскат грома. Фурия легко нырял в облаках, уворачиваясь от зарядов тока, которые словно преследовали недоброжелателя. Рассекая тучи и щурясь от чистых холодных капель, он летел туда, где было спрятано его сокровище. И он его защитит. Любой ценой. Даже ценой сотни жизней. Он – Ночная Фурия! Дракон! Чистая молния! Никто не вправе забирать его и указывать что делать. Он – свобода. Он – одиночка среди своих. Пусть говорят, что эгоист. Что поступок недостойный их Короля. Что он последняя скотина. Плевать. Она рядом. Его Ангел...       - Энжел. - не смазанные петли противно скрипнули, разрушая липкую тишину.       - Найт? - на небольшом диванчике зашевелился кокон из пледа и показалась чёрная растрепанная макушка. Маленькие кулачки тёрли зелёные глазки, подернутые лёгкой пеленой сна. Блики язычков пламени из камина играли на бледных щеках. Юноша ласково улыбнулся: девушка была до одури милой. - Что случилось?       - Ничего. - лёгкое прикосновение к тёмным прядям и холодные губы коснулись кожи через челку. - Просто ты ещё немного побудешь здесь, хорошо?       - Мо-может со-ознаем-мся, Найт? Не думаю, что кому-то нужна такая, как я, так ещё... - девушка запнулась, а щёки теперь могли сравниться с ярчайшим закатом. Губы задрожали, малахитовые глаза смущенно опустились на сжатые кулачки. Наблюдая, Найт тихо засмеялся.       - Не говори так, милая, хорошо? - кончики пальцев пробежали по скуле и заправили выбившиеся пряди. - - Чтобы не случилось, я буду рядом. Впрочем, я уже поручился за тебя. - наглая ухмылка озарила его лицо, а перьевая подушка должна была её стереть, но у самого носа была остановлена. Всего одно движение.       - Дурак. Вечно ты так, даже не думаешь об мне. - вроде бы глупо – возмущаться, лёжа под парнем, но ведь для приличия надо было бы.       - Милая. - он уткнулся носом в розовую щёчку и потёрся кончиком о кожу. - О тебе я думаю в первую очередь.       - Но это всё же похищение. - тоненькие пальцы зарылись в чёрные волосы и немного почесали затылок. Мирное урчание так и рвалось из груди, а глаза закрывались. - А ведь только недавно был подписан окончательный договор о перемирие...       - А ты бы хотела улететь со мной? Просто жить где-то далеко со мной? Быть семьёй? - взгляд был ласков, но серьёзен.       - Найт...       - А знаешь... Я хочу девочку... Такую же как ты... Милую с курносым носиком и маленькими веснушками. Гордую и стеснительную. Добрую и смышлёную. - смешок сорвался с губ и потонул где-то в изгибе девичьей шеи.       - Найт... Ты чего?       - Я просто устал... Сначала это нападение, потом Вопль, я чуть не потерял тебя и отца, а теперь ещё он... Все эти обязанности наследника. - руки сильнее сжали талию, прижимая брюнетку ближе. - Я - Ночная Фурия! Свободный дракон, а меня приковывают к земле цепями. Достало... Всю жизнь я должен что-то кому-то. А мне просто хочется счастья: обычного, теплого, уютного, семейного. Хехе, вот же совпадение - ты и я наследники, связанные с народом, но при этом самые свободолюбивые драконы. Боги хорошо пошутили...       Энжел молчала. Всматриваясь в потолок, словно пытаясь сосчитать многочисленные трещины в древесине, она внимательно слушала, не переставая поглаживать парня по голове. Не сказать, что она сильно понимала Найта. Маму она потеряла, когда был только год отроду, отец никогда не загружал проблемами племени, не возлагал больших надежд, а чувство свободы появилось совсем недавно, хоть и стало по настоящему важным. Единственное было обязательно помогать Плеваке в кузнице, да собирать Готти травы в запретных частях леса. Но всё же...       - Найт... Я обещаю, ты не пожалеешь, что влюбился в меня.       - Хехе, мы что-то поменялись местами... Как бы я должен обещать светлое будущее и доказывать, что ты не ошиблась в выборе. - девушка хихикнула: мужские пальцы поползли вверх, щекоча бока.       - Каждый имеет слабости и каждый имеет право на поддержку.       - Спасибо...       Где-то тихо барабанили последние капли летнего дождя, пришедшего сегодня с грозой. Серые тучи растворялись на фоне полуночно-синего неба, где редкими проблесками блестели звезды. Серебряное око луны в эту ночь не явила своего присутствия на небосклоне, отдав эстафету своим маленьким помощникам. Тьма легла на землю тягучей массой.       Найт приоткрыл глаза. Задремал. Воздух был душен и наполненный запахом смолы и дыма. Головная боль отзывалась стуком молоточков в висках. Сморщив нос от неприятных ощущений, юноша медленно поднялся, аккуратно высвобождаясь от цепких пальчиков своей девушки и накрывая ту одеялом. Энжел что-то невнятно пробормотала и прижала к себе подушку, на которой до этого лежал парень. Найт только улыбнулся, но после обернулся к окну. Тихие шаги прошествовали к двери и вот комнатная духота сменилась немного промерзлым дождливым воздухом. Сквозь губы вырывается еле видное облачко белесого пара, который тут же растворяется перед глазами. Вот бы так же с проблемами...       - Зачем явился? - салатовые глаза проследили за неспешно идущей тенью.       - "Зачем явился?" - передразнил, но всё-таки словно эхо в горах повторило... точь-в-точь, не отличишь. - А ведь я соскучился, братик, а ты так холодно со мной. - Эрик всматривался в своё отражение... Именно, отражение... Ничего не способное сделать, бесполезное отражение, которое разобьётся, стоит только ударить, можно даже для этого силы не прикладывать, главное знать куда бить!       - Можешь лукавить сколько хочешь, со мной это не пройдет. Зачем ты прилетел на Олух? Дракону, у которого есть всё - власть, богатства, армия - прилетел именно на этот остров, совершенно ничем не отличающийся от остальных. Это из-за места отца? - рычание рвалось из груди, проскальзывало сквозь удлинившиеся клыки, но маска безразличия и холода ни на секунду не треснула.       - Братец, - Эрик криво ухмыльнулся и наклонился к самому уху Найта, - ты же помнишь наше детство... Знаю ведь, что помнишь, как бы не старался стереть эти прекрасные воспоминания...       - И что с того?       - Я всегда получаю то, что хочу. Всегда всё, что принадлежало тебе, становилось моим. Так было в прошлом и так будет сейчас. Всё - трон, земли, люди, друзья и даже твоя любимая Фурешка - будет моим. - Эрик ещё шире оскалился и отступил на шаг от отражения, - Хотя, чего это я, это всё итак принадлежит мне.       - Не дождешься!       - Ахахаха, братик, ты забавный! - юноша зашёлся в сумасшедшем смехе, но прекратил он так же резко, как и начал. - Увы, братец, людьми управляет страх. Он заставляет этих бесполезных людишек трястись в ужасе и перебегать с места на место в поиске крова, примкнуть к сильнейшему правителю, под его надежное крыло, пока не найдется более сильный. И им оказался я, а ты, братец, остался ни с чем. А ведь я предлагал наилучший вариант. Тебе всего лишь отдать мне одну единственную бесполезную для племени девчонку.       - Заткнись! - пальцы в один миг сомкнулись на шее, а острые клыки показались в оскале.       - Оу, так мы умеем зубки показывать, - с губ слетел смешок, хотя теплая жидкость явственно ощущалась за шиворотом, но Эрика это совершенно не заботило. - Не зазнавайся, братец, ты не сможешь убить меня. Ты лишь моё жалкое отражение! Отражение никогда не победит оригинал!       Слова приговором врываются в голову и где-то там уютно устраиваются, напоминая о себе каждую секунду. Приговор, проклятье, наказание... В голове пусто-пусто, только слова звучат набатом, окуная в чувство безнадеги, боли, отчаяния, а глаза только провожают тень в непроглядной тьме... А может... Это он - тень? Он - ничто, обретшие оболочку в мире... Или он все-таки сумасшествие? Именно то, что сейчас обволакивает сознание и душу своими щупальцами и сдавливает, не дает вздохнуть такого необходимого кислорода. Когда уже перестаешь понимать где правда, а где ложь. Когда тянешь за темные пряди, пытаясь очнуться от дурного сна, но боль не проясняет мысли, а наоборот добавляет какого-то мазохистского удовольствия. Когда не замечаешь сбитых к кровь костяшек.

Когда перестаешь ощущать самого себя... Когда крик оглушает ночные небеса...