Дикое солнце

— Как-то это ненормально, — вздохнула Наруко, листая в планшете странички сайта с новостями о ближайших сходках и фестивалях. Планшет она честно выклянчила у Итачи, когда они ходили за покупками. Чтобы не идти в достаточно крупный магазин женского нижнего белья, а пойти ему пришлось бы, ведь если близнецы шли вдвоем, то альфу тащили следом без права на возражения, Итачи почти с облегчением открестился от такой смутной «радости» простым и недорогим планшетом. В целом, если бы пришлось снова уходить, то технику Наруко все равно не забрала бы, а честно оставила в квартире Саске, как очередной атрибут, еще одной пережитой истории. Двойняшки не брали у любых, даже очень хороших «новых знакомых» дорогие вещи, обходясь простыми подачками и предпочитая самостоятельно где-нибудь как-нибудь попутно путешествию подрабатывать. Впрочем, лишь к некоторым моментам стоило отнестись с исключением.  — Интересно, кто в этом виноват, — Наруто, лежащий у сестры между ног и устроивший голову на внутренней стороне ее мягкого пухлого бедра, почти дремал, пригревшись. Хотя Наруко раньше и возмущалась его стремлению ее откармливать ради этих самых мягких бедер, сейчас даже не обращала внимания на то, что брат критично порой к ним приглядывался, и если, упаси боже, замечал внезапный спад веса, сразу старательно откармливал сестру всем самым калорийным. От лишних жировых отложений девушку спасал только активный образ жизни и постоянное движение. И не без помощи быстрого обмена веществ, конечно.  — Ты прекрасно знаешь, что я хочу только, как лучше, — надула пухлые губы девушка, сползая по подушке за ее спиной чуть ниже. Наруто переложил голову с бедра на тазобедренную косточку, даже так все равно устроившись комфортно. С начала этой беременности, пусть близнецы и держались друг друга, как всегда, но разлад во взглядах неожиданно стал трещиной в их взаимоотношениях, которые они все равно старательно клеили обратно.  — Вот и не жалуйся теперь. Тебе «как лучше», а я уже «как могу», — спокойно отозвался Наруто, приоткрыв глаза и бездумно посмотрев в стену. Пусть Наруко тоже принимала какое-никакое участие в обрезании его волос, но сестре он простил бы даже расчленение заживо на органы, чего нельзя было сказать о Саске, на которого посыпались все камни его злости.  — Нам не обязательно настраиваться терпеть их до конца жизни, — вздохнула девушка. — Я же люблю тебя, а значит мучить никогда не стану, — отложив планшет в сторону, Наруко зарылась тонкими пальцами в растрепанные волосы брата, перебирая пряди и массируя кожу. — Но ты все равно продержись подольше. Заставим их хотя бы с восстановлением документов нам помочь и с больницей, а там уж, когда родишь и встанешь на ноги, можно будет снова забыть об этих аристократиках, — пренебрежительно фыркнула она на последнем слове. Конечно, в отличие от Саске, Итачи ей нравился куда больше. Альфа вел себя достойно и по-взрослому, но это не сглаживало впечатления о его вздорном и наглом младшем брате, от которого невольно хотелось отгородить Наруто.  — С каких пор мы стали такими? — Наруто взглянул на сестру, чувствуя себя паршиво от осознания, что он играет далеко не последнюю роль в фактически вымогательстве. Они и раньше творили не самые приятные для совести дела, но все же не настолько, чтобы тащить в свое будущее подобные воспоминания.  — Стоит ли сейчас думать о нас, когда надо подумать о нем? — Наруко потянулась вперед, наклоняясь так, чтобы достать ладонью до низа живота брата, где уже активно развивалась и боролась за право на существование новая жизнь. В итоге Наруто подвинулся, и девушка легла на него в согнутом виде. Задрав футболку, она положила ладони на его едва выпирающий ниже пупка живот, словно бы так успокаиваясь.  — Может… — Наруто отвел мрачный взгляд в сторону, оборвав свое предложение на первом слове. Решение не было принято и рассматривалось с трудом, но казалось омеге верным, несмотря на обстоятельства.  — Может что? — подтолкнула его к продолжению Наруко, почувствовав в голосе брата неуверенность и грусть.  — Может мне стоит попытаться соблазнить Саске и прекратить эту беготню по странам? — озвучил омега давно его терзающую мысль.  — Хаа?! — встрепенувшись, Наруко резко села, смотря в лицо брата и не зная, что читать в этих его эмоциях. — Это тот самый бред, которому по традиции подвергнуты беременные? Выбрось эту гадость из головы. Без любви ты только затравишь самого себя, — Наруто, и не ожидавший согласия со стороны сестры, вздохнул, соглашаясь с ее словам, но в тоже время противясь им. — Из нас двоих ребенка всегда хотела ты. Он жив только ради тебя, ты же знаешь. Но ты не будешь счастлива, когда поймешь, что своим ребячеством мы ничего ему не сможем дать, — горько было признавать свою несостоятельность. Наруто много раз думал о том, насколько было бы проще, поменяйся они местами. Он мог бы работать, а Наруко растить. С кровью и потом, у них был бы шанс дать ребенку пусть не совсем полноценную и обычную, но крепкую семью. Судьба, в очередной раз подкинувшая им не хилый такой булыжник в огород, смеясь, наблюдала.  — Я не буду счастлива, если ты пожертвуешь собой ради моих прихотей, — хмурилась девушка, впервые боясь, что Наруто не пойдет навстречу ее уговорам. Она знала, что он, как, впрочем, и она, очень упрям в достижениях цели. Если захочет, то своего добьется, даже вопреки собственным желаниям.  — В любом случае, еще есть время подумать, — вздохнув, Наруто сел и рассеянно провел ладонью по ежику волос на затылке. Легкость и прохлада на голове ощущались такими чужими, словно он родился с дредами, а теперь его взяли и лишили их. — Мы не сможем отправить ребенка в садик или дать полноценное образование. Мы, даже если очень постараемся, не сможем дать ему банально место, куда он смог бы всегда вернуться и чувствовать себя в безопасности. Иногда я поражаюсь тому, как серьезно и безответственно ты относишься к его дальнейшей судьбе, — со вздохом, произнес Наруто, сутулясь и в очередной раз ощущая острое желание покурить.  — Мы можем дать ему то, чего не дадут простые семьи, — возразила Наруко, подскакивая на четвереньках на кровати. Парень повернул в ее сторону голову, но по взгляду было видно, что переубедить его будет сложно. — Мы можем научить его большему, чем это гнилое общество. Посмотри, какими жестокими и глупыми растут современные дети. В наших силах дать этому ребенку шанс видеть мир не в компьютерных играх, деньгах или мыслях, что одни люди отбросы, а другие элита, — она подползла к брату и села за его спиной, положив руки на плечи. — Наруто, он будет подавлен этим обществом, если ты останешься с Учихами. Они же террористы поколения. Чего стоят только эти братья, развращенные и далекие от свободы мышления, — взмахнула девушка рукой, твердо желая переубедить Наруто и отказаться от пути, на который он был готов свернуть.  — Поэтому рядом должны быть мы. Тогда у него будет достаток, и физический и духовный, — чем больше Наруко говорила, тем сильнее Наруто убеждался, что его предположение пора превращать в полноценный план. Впрочем, многое еще предстояло взвесить, и омега даже представления не имел, с чего стоит начать. Вечером этого же дня, Наруто, сидя на бортике ванной и загипнотизировано качая в руке градусник, пилил взглядом умывающегося перед раковиной Саске. Учиха совершено не понимал, чем удостоился настолько пристального внимания, что придурочный омега потащился за ним и в ванную. Это уже порядком начинало его даже не нервировать, а неприкрыто раздражать.  — Ну, что? Что ты вылупился на меня, как гусь на лягушку? — рыкнул Саске, посмотрев на Наруто через отражение в зеркале.  — Сожрать думаю, — даже не задумываясь сразу парировал омега. Отвлекшись от мысли, он моргнул и, наконец, перестал походить на контуженного. Чем вызвал слабый вздох облегчения со стороны Саске. Альфа почти был готов к тому, что у парня вот-вот случится какой-нибудь припадок или он попытается убить отца своего же ребенка. Хотя последнее удивило бы его только в случае внезапной атаки, в остальном они оба хотели свернуть один другому шею.  — Решил податься в богомолы? — скептически хмыкнул Учиха, поддерживая разговор только, чтобы омега больше не капал ему на нервы этим гипнотизирующим взглядом удава перед атакой на кролика.  — Если бы это не грозило мне предродовой смертью, то не отказался бы, — Наруто прищурился, очень четко представив у себя вместо рук длинные зеленные клешни и как зажимает ими Саске поперек тела, а потом ест, начиная с головы, которую с хрустом откусывает. Учиха еле сдержался, чтобы не передернуть плечами от холодных мурашек, которые вызывал этот плотоядный взгляд со стороны омеги. Оттолкнувшись от ванной и не сводя с Саске этого плотоядного взгляда еще какое-то время, Наруто развернулся и резко покинул ванную комнату. Учиха выдохнул, всерьез прикидывая шансы однажды ночью оказаться съеденным. Именно сейчас Наруто показался ему очень уж способным на такое преступление. Да что он вообще мог знать об этом омеге?