Дикое солнце

Наруто не знал, чего стоит ждать от этого «свидания». По-крайней мере днем. На ночь он уже решил, что точно затащит Учиху в постель и вернет себе здравость ума, которую решили помутить гормоны. И вовсе не из-за связи, нет. И с Учихой…ну, ладно, с Учихой все же из-за связи. Узумаки понимал, что если пойдет сейчас на сторону, то для Саске это будет удар ниже пояса. Да и непристойно такое поведение для омеги-мамы. Уж лучше честно признать свою нужду и утолить ее с тем, с кем это предназначено связью и положением, чем совершать кучу ошибок и потом корить себя за них. Не тот уж возраст для таких потех — решил сам для себя Наруто и с достоинством признал, что этот раунд выигрывает связь. Все же похоть, она и в космосе похоть. От тела никуда не денешься, все это же было и до появления самой связи. Оставался вопрос свидания, от мысли о котором Наруто сразу чувствовал себя в тупике. Что же придумает Саске? И думал ли он вообще? Стоит ли ожидать банальной прогулки в кино или театр, обеда в ресторане, потом похода в очередное культурное место вроде дельфинария или зоопарка, и в завершении романтический ужин при свечах? Будет Учиха с цветами и в костюме? Или предпочтет нечто попроще, чтобы не привлекать к себе слишком лишнее внимание, которое все же так не любит? Сможет ли он вообще как-то увлечь омегу, чтобы это свидание запомнилось? Наруто сомневался. У него уже были такие свидания. Для него, и он ради кого-то. Разные свидания: впечатляющие и скучные, да и позорные, банальные, страстные, или даже в канализации, когда он с одним задорным бетой провалился в открытый люк. На памяти Узумаки это было одно из самых впечатляющих, потому что тогда ему пришлось бороться с упавшим на член пауком в самый разгар кульминации. От воспоминаний, как паук тонет в сперме, до сих пор было смешно. Не говоря уже об аллергической реакции на его укус через пару часов и последующем лечении в больнице. «Было же», — усмехнулся Наруто, закидывая рубашку обратно в шкаф. Из-за статуса Саске в обществе, Узумаки честно пытался подобрать приличную и чистую одежду, но ничего не находилось. Он слишком долго просидел в четырех стенах, чтобы у него появлялись новые вещи. Да и не в его стиле думать о подобной ерунде. Теперь приходится думать. Все гораздо проще, когда живешь для себя, — понимал омега, — ведь не важно, что о тебе скажут прохожие, когда нет до них дела. И все гораздо сложнее, когда живешь для кого-то и не хочешь его подставлять. Наруто ценил то, что для них сделали Учихи, поэтому ему совесть не позволяла подставлять кого-то из них лишь по прихоти своего характера. «Во мне говорит омега под связью, — неожиданно понял Наруто, морщась и зло отшвыривая футболку в шкаф. Да и какая еще может быть футболка, когда на улице холодина, а тело не восстановило иммунную систему. — Вот хитрая стерва», — поразился парень, сжимая руки в кулаки. Он и подумать не мог, что эта связь умеет так легко путать мысли, меняя одно на другое, подходящее ее требованиям.  — Ты до сих пор не оделся? — удивилась Наруко, когда заглянула в их общую комнату и обнаружила брата стоящим перед шкафом в одних боксерах лимонного цвета. Менма на ее руках что-то невнятно промычал и дернулся, выкручиваясь так, чтобы видеть свою маму.  — Да… — подавив желание выругаться, Наруто указал рукой на шкаф. Затем махнул на него и подошел к сестре, чтобы погладить сына по темным завиткам пока еще реденьких волос и поцеловать в носик. Менма на это отреагировал протягиванием ручки к лицу Наруто, сразу узнавая в нем маму и инстинктивно стараясь быть ближе. — Не знаю, что одеть, — признал Узумаки, не удержавшись и забирая сына к себе на руки. Все же он его потом целый день не увидит.  — Как дите малое, — проворчала Наруко, проходя к шкафу и в считанные секунды выуживая из него плотные синие джинсы, бирюзовую футболку и старую оранжевую рубашку в клетку. — Наряжайся, принцесса. Принц уже минут десять как ждет тебя во дворе, — не сдержав ехидной улыбки, Наруко забрала Менму обратно к себе на руки. — На белом коне и с цветами, — усмехнулась она, покидая комнату под неопределенным взглядом брата.  — Ну, да. Тогда джинсы с футболкой то, что нужно, — проворчал омега, однако смирился, что приличнее этого не найти, и начал одеваться. Саске действительно ждал его во дворе родительского дома рядом с белым… Феррари. И в белом костюме под черным пальто с темно-синим шелковым шарфом на шее. «Да что б ты подавился, мажористый гад», — не удержался Наруто, когда увидел все это, а, главное, Менму на руках Саске. И все равно успел подумать об упомянутых Наруко цветах, которые не наблюдались на горизонте. Учиха выглядел так статно и по-взрослому, что Наруто рядом с ним смахивал на бедного студента. Только седина на висках и затылке выдавали настоящий возраст омеги. Идя к альфе, Наруто чувствовал себя униженным и, как ни прискорбно, недостойным стоять рядом с этим человеком. Что он вообще забыл около альфы, от которого даже пахнет деньгами и породой? Даже Менма в его руках теперь смотрелся, как породистый щенок, очень сильно похожий на отца. Особенно с левого бока из-за черного глаза. Менма родился с гетерохромией глаз: левый черный, как у Саске, а правый синий, как у Наруто. Волосы у мальчика тоже иссиня-черные, а кожа бледная. От Наруто в нем оставался один лишь этот глаз, да, говорят, еще носик похож. «Будет альфой», — понял Узумаки, когда подошел к ним и сразу поцеловал Менму в пухлую щечку. Он просто не мог удержаться, чтобы не делать так, и омегу нисколько не смущало, в чьих руках на этот момент находится сын.  — Что ж, в добрый путь, — счастливо улыбнулась им Микото, забирая внука и позволяя Саске поухаживать за Наруто, открывая ему пассажирскую дверь. — Саске, — строго позвала она сына, когда Узумаки был уже в машине. Альфа даже напрягся рефлекторно от такого тона голоса со стороны матери, и замер. — Ты поставил Наруто в неловкое положение, когда так вырядился, — строго шепнула она, но дальше смягчилась: — Прислушивайся к нему, — посоветовала она, кутая Менму, чтобы не замерз. Саске вздохнул, виновато кивнув, и поспешил сесть в машину. Хоть мать и сказала, что он уже совершил ошибку, альфа был не согласен. Все шло так, как он запланировал.  — Что дальше? — Наруто сам не ожидал, что поинтересуется о планах так холодно. Он чувствовал себя чужим и таким…дешевым, в этой престижной машине. Здесь каждая деталь кричала о том, где именно место такого беспородного омеги, как он.  — Не волнуйся. Сначала я хочу, чтобы ты понял, что не чужой рядом со мной, — хмыкнул Саске на холодок, что проскользнул между ними, и завел мотор машины, выезжая со двора к главной дороге, а не к деревне, как обычно.  — Ага. У тебя хорошо получается, — омега внутри Наруто выла о том, как ей обидно и что эту обиду обязательно надо демонстрировать альфе. Что альфу надо подстегивать извиняться и ухаживать. На это Узумаки злился. А потом вздыхал. — Так в чем план мероприятия? — уже более миролюбиво поинтересовался парень, пристегивая ремень безопасности и сползая чуть ниже в кресле. Даже факт того, что он, наконец, выберется в город, уже не радовал. С альфой ему туда не хотелось.  — Теперь поспешные выводы делаешь ты? — поинтересовался Учиха, относясь к реакции омеги со снисходительностью и терпением. Он понимал, почему Наруто злится и знал, что скоро этой злости не будет.  — У меня послеродовой стресс, мне можно, — отбил Наруто, заставив Саске усмехнуться. Как же, «послеродовой стресс».  — Потерпи до города, — предложил ему альфа, на что парень лишь фыркнул. Омега в нем была неудовлетворенна и негодовала. Связь отзывалась возбудителем раздражения.  — Первое впечатление убито в хлам, — сказав это, Наруто прикусил язык и скрестил руки на груди. Ну, вот зачем он это сказал? Не так же все плохо. Но нет же, надо язвить и портить день до того, как он начался. «Может начать с секса? Потом уже и не важно будет, что дальше, — виновато думал Узумаки, взглянув на дорогу и незаметно покосив взгляд на помрачневшего Учиху. — Таки испортил все», — обреченно понял омега, отводя взгляд. В нем говорили гормоны, которые не хотели затыкаться. Особенно, когда рот так рад дать им выход. Саске не стал ничего отвечать, но в этот раз слова достигли своей цели. Альфа внутри взбунтовался, и Учихе пришлось крепко сжать в руках руль, а язык держать за зубами, концентрируясь на дороге. Повисшая в машине атмосфера не способствовала хорошему продолжению дня. «Что я делаю? — Наруто возвел глаза к обитому потолку машины. — Он же такой гордый. Наверное, такому альфе и не приходилось никогда устраивать омегам свидания. Зачем? Сами ноги раздвинут. А Саске гордый, да еще и чурбан», — теперь Узумаки чувствовал себя виноватым и думал, как исправить ситуацию. Все же не так себя должен вести взрослый человек.  — Ты… долго планировал это свидание? — поинтересовался Наруто, нервно подпирая рукой голову, но взглядом цепляясь за лицо Учихи, отражающееся в стекле окна.  — Да, — не меняясь в лице, грубо отрезал Саске, не в силах удержаться от резкости. Это действительно было его первое свидание, не считая похода в кино с девочкой когда-то лет в четырнадцать. Он три дня составлял план, каким должен быть этот день, чтобы понравилось именно Наруто. Чтобы оценил именно этот странный омега, не похожий на омегу и успевший за свою жизнь уже многое повидать. Ради такого пришлось лично объездить несколько мест и сделать не один десяток звонков. И в итоге все казалось тщетным перед той стеной, что Узумаки выстроил вокруг себя. Это оскорбляло, а унижаться альфа не собирался. Наруто на какое-то время замолчал, копаясь в своей голове и чувствах, пока не выбрал, что хотел бы сделать именно он, а что ему сейчас нашептывала связь. Связь нашептывала чепуху вроде «проси прощения», «скажи, что ты не прав и будешь слушаться своего альфу», «не вздумай больше говорить ему таких слов», «радуйся тому, что он вообще на тебя посмотрел». А еще: «почему я должен извиняться?», «Я — омега! Мое право быть капризным», «меня надо завоевывать, так что пусть дуется, сколько влезет». И все в том же роде. А разум твердил, что нельзя забывать кто ты, и кто Учиха. Без замашек на А и О, а просто как люди.  — Саске, — позвал Наруто, отстегивая ремень, а затем расстегивая молнию куртки, чтобы было свободнее. — Сбавь скорость, — как-то странно, на взгляд Саске, усмехнулся омега, заставляя альфу озадачиться. Еще больше Учиха озадачился, когда Наруто перегнулся через рычаг передач, а его ладонь скользнула по паху альфы, поглаживая через ткань и вынуждая на мгновение задержать дыхание и резко перевести внимание на дорогу, чтобы действительно от удивления не попасть в аварию. Благо они еще за городом.  — Наруто, что ты, по-твоему, делаешь? — процедил сквозь сцепленные зубы Саске, понимая, что так быстро у него вставал только при наличии течной омеги непосредственно рядом.  — Ну… — многозначительно протянул Наруто, расстегивая ширинку белых штанов и склоняясь вниз, чтобы потереться носом, а потом и щекой о пах альфы все еще через ткань. Было и прискорбно, и приятно чуять исходящие с запахом флюиды в этом вмиг ставшим горячим месте. — Возможно, извиняюсь, а возможно, что развлекаюсь. Какая разница, когда у тебя так стоит? Ты когда удовлетворял себя в последний раз? — омега завелся на той самой ноте «О», которую пророчил. Связь в нем реагировала быстрее, чем разум, но теперь это только тянуло вперед, чтобы быстрее прикоснуться языком к горячему члену и ощутить на кончике вкус смазки. Саске зашипел, вцепившись рукой в волосы Наруто и оттягивая того от своего паха. Одновременно с этим он медленно остановил машину и только после откинул парня за шкирку на пассажирское место.  — Успокойся, Наруто, — рыкнул он на блондина, при этом резко притянув его за шею к себе. — Сегодня никакой связи, забыл? — еле сдерживаясь от желания нарушить это правило, жарко прошипел Саске в горячие губы, что так охотно приоткрылись, готовые к поцелую и даже большему. Знал бы Наруто, какой выдержки Учихе стоило отстраниться от своего омеги, чтобы застегнуть штаны и снова завести машину, дабы продолжить путь. Узумаки только вздохнул, а омега внутри него неохотно подчинилась воле альфы, возвращая блондину часть власти над разумом. Но это ничего не изменило. Наруто уже заранее был настроен на то, чтобы переспать с Саске, поэтому его не волновало, насколько сильно теперь это желание провоцировала к исполнению сама связь. Итог-то один. До города они добрались без разговоров, позволяя друг другу пребывать где-то на территории собственного сознания. Атмосфера больше не была угнетающая, но что-то в ней искрило, и они оба это ощущали. Как оказалось, первым местом, куда они приехали, стал магазин брэндовой одежды. Наруто отнесся к этому с терпением и снисходительностью, представив себя на время переодеваний куклой в руках ребенка. Ну, вот, действительно, кому как не ребенку придет в голову наряжаться и наряжать своего партнера в красивые шмотки ради одного свидания. Что ж, зато после магазина Узумаки не чувствовал себя таким ущербным, как час назад. Но его удивило, что Саске тоже переоделся, а на вопрос «почему», ответил, что тот костюм был не для свидания. Он поехал к Наруто сразу после деловой встречи в одном подпольном казино. Отсюда и пафосный наряд в стиле «гангстер».  — А жаль, я уже думал заставить тебя купить шляпу и пистолет, — усмехнулся тогда Наруто, честно стащив у Саске его шелковый шарфик и намотав себе на шею. Проще одежда — плевать на цену, — легче общение — считал Узумаки, рассматривая подтянутый черными узкими брючными джинсами зад Саске. Невольно сглотнул и поспешил обогнать альфу, чтобы не дразнить себя, но все равно успел подумать, что без одежды их общение далось бы куда быстрее. Но обогнав, он стал дразнить Саске, да еще и не подозревая этого. Наруто не успел научиться замечать, что после родов его походка стала плавной и от бедра. Да и сам язык тела изменился, перестав быть резким и порывистым. Омега смягчился и не замечал этого, но это видел Учиха, у которого сердце застучало быстрее, когда Наруто — совершенно точно не замечая этого — томно взглянул на него из-за плеча. На фоне чертова синего шарфика и розовых от уличного ветра щек, сквозь мельтешащие под порывом ветра золотые волосы, его голубые глаза сияли в обрамлении пушистых ресниц. И заворожил Учиху даже не столько прекрасный цвет немного потемневших в тени глаз, а сколько сам взгляд, такой глубокий и далекий, как само небо.  — Ну, чем собрался поражать меня? — поинтересовался Узумаки, ловя концы норовящего сбежать на ветру шарфика и завязывая его на слабый узел. А пока шарфик так удобно отвлек внимание омеги, Саске в пару шагов нагнал его, положив ладонь на затылок, и играючи украл поцелуй с замерзших мягких губ. Наруто сначала даже не понял, зачем и почему, но когда Учиха, усмехаясь, мимолетно показал ему язык и отошел, вдруг осознал, что за игра тут ведется. И возмутился до глубины души.  — Нахал! — в сердцах воскликнул Наруто, давая понять, что принимает условия игры, но совершенно не наигранно краснея и закрывая губы ладонью. Тепло и влага с губ альфы теперь словно призрак поселились на губах блондина. А Саске, словно так и надо, притянул омегу к себе за талию и толкнулся лбом в его висок, не обращая внимания на возмущения и сопротивление. «Ну, что за романтическая прелюдия такая?» — задумался на мгновение Наруто, а потом ему завязали глаза и за руки повели в какое-то шумное людное место. Как оказалось позже в зеркальный лабиринт, в котором омега мгновенно заблудился и был вынужден ворчливо тыкаться руками в стекла, ища настоящего Саске среди кучи вредных убегающих отражений. Узумаки искренне испугался, когда таки наткнулся руками не на холодное стекло, а на настоящего Саске, который сразу поймал его в крепкие объятия и снова своровал поцелуй. В этот раз Наруто даже возмутился по-настоящему, но не успел поднять руку, чтобы стукнуть его, как альфа уже смотался на выход из лабиринта. Ворча и честно желая дать Учихе затрещину за такие выходки, Узумаки нагнал альфу уже у следующего аттракциона. А там… Не успев даже выругаться, Наруто за руку был втянут в темный коридор с кучей свисающих с потолка черных лент.  — Что это за фигня? — к удивлению, Узумаки понимал, что впервые в подобном месте. Да и понятия не имеет, что вообще это за место, где коридоры в странных декорациях, а свет тускнеет по мере продвижения вперед.  — Квест-комната, — заговорщески и ставя акцент на подвывающие нотки в голосе, ответил Саске, беря в руки фонарик на подставке и белый потертый конверт. Наруто это как-то не очень понравилось. Особенно от скользнувшего по ногам холодка, поэтому он инстинктивно встал ближе к Саске, настороженно осматриваясь в полумраке. Чего ожидать, парень не знал. Ужастики его всегда пугали.  — Какое-то неправильное свидание, — и это сказал Наруто, у которого каждое свидание в чем-то да уходило не в то русло. Но тогда он хотя бы мог взять на себя ведущую роль, если видел, что надо спасать ситуацию. — Что мы тут делаем? — как-то его не воодушевляло бродить по жутким коридорам с Саске и фонариком, ища непонятно что и ради чего.  — Наруто, — позвал его Учиха, кладя ладони на бедра и сталкиваясь нос к носу. Узумаки опешил, а альфа его чмокнул в губы, как-то загадочно щуря глаза. — Спаси меня, пожалуйста, — шепнул он совершенно непонятные омеге слова, но не успел что-либо объяснить, как из темноты на его голову налетел черный мешок и альфу рывком утащили чьи-то руки в красных перчатках куда-то во тьму. Наруто не успел испугаться того, что остался один, но в полной мере провизжался — да-да, именно так, — когда огромный амбал в черной маске, грязной одежде, хлюпающих сапогах и окровавленном фартуке, прижал его к стенке, воткнув в оную громадный блестящий тесак.  — Твоему другу осталось жить ровно сорок восемь минут и это время очень быстро утекает, — прохрипел этот гигант жутким басом, вынуждая омегу вжаться спиной в стену так, словно он хочет с ней слиться воедино. Отчасти так оно и было. — Найди три амулета и спаси его. Но если ты не справишься за отведенное время, — как-то Наруто не хотелось знать, что будет, если он не справится. Ему и так уже было страшно по самое не хочу. — Он навсегда останется с нами. Советую тебе поспешить. «Ой, да лааадно?» — сглотнул Наруто, наблюдая, как этот мужик впихивает ему в руки фонарик, а затем удаляется фиг знает куда в этой темнотище. Дальше Наруто понял только то, что это самое страшное из безопасных его свиданий. Узумаки просто сводили с ума эти световые мигания, выключающийся фонарик, внезапно появляющиеся люди и смеющиеся бегающие из комнаты в комнату дети в белых окровавленных ночных рубахах и с мешками на головах. Его пугала девушка, которая говорила стихи на непонятном языке перед алтарем из черепов, на котором лежал один из амулетов. Его пугали ненастоящие падающие с потолка пауки. Его пугала комната с жертвенным алтарем, на котором странные люди в балахонах приковали плачущего омегу и пели над ним. Но еще больше его напугало увидеть Учиху подвешенным за ноги вниз головой. Того связали, все так же с мешком на голове и оставили омеге на «спасение», вынуждая срочно бегать и вставлять дурацкие амулеты в пасти черепов, чтобы спустить уже брюнета на землю. Потом его похвалили за едва не проигранный квест. Вручили какие-то билеты, сфоткали с Учихой и отправили восвояси.