Проклятый блокнот

Ромыч — четверг       — «Блондинка», значит… вот оно как, — бормотал Ромыч себе под нос, уныло бредя по больничному коридору и не замечая ничего вокруг, пока не врезался в Ангелину.       — Ой, Ромка, привет! Как здорово, что ты здесь! Так ты, всё-таки, поедешь с Ваней?       — Куда? — не понял тот.       — Как куда? На штрафстоянку, конечно! Тебе разве Ольга ничего не сказала? В ответ Ромыч только тяжело вздохнул и, прикусив губу, уставился в пол.       — Короче, потом это обсудим. Сейчас надо Ваньку перехватить, а то он один уедет и обязательно вляпается в неприятности, он это умеет! — взволнованно затараторила Ангелина. — Пожалуйста, догони его и езжайте вместе! Он только что ушёл, я не смогла его уговорить, чтобы тебя подождал. Как классно, что ты уже освободился!       — Да, лучше не бывает, — пробурчал парень. — А что случилось то?       — Пожалуйста! Беги быстрее, он сам всё расскажет! — умоляюще проговорила она, толкая его к лифту и нажимая кнопку вызова.       — Ну, ладно, — пожал плечами тот. — я и не отказывался: надо, так надо.

***

Ольга — четверг, день       Голодная, злая, одинокая… Кишки сводит, а на душе скребутся кошки: вдруг Ромыч больше никогда не придёт?       Некоторое время я посвятила самокопанию и страдашкам, прислушиваясь к урчанию в животе, наконец, не выдержав этой муки, вышла наружу.       Сначала я заглянула в столовку, но там царила тишина и пустота: всё давно убрали. Тогда ноги сами понесли меня к Алексу. Но того в палате его не оказалось, вместо него меня встретили два молодых человека.       — А его нет! — бодро отрапортовал белобрысый жизнерадостный шкет с гипсом, лет восьми. — Он курить пошёл.       — Тихо ты, не трепись! — рявкнул на него парнишка постарше. — Алекс не велел говорить.       — Не бойтесь, не выдам! — засмеялась я. — А он очень строгий?       — Алекс? Да так, не очень, просто нельзя друзей выдавать, — серьёзно ответил тот.       Мы ещё немного поболтали о дружбе, пока не объявился сам герой, благоухающий табачным дымом.       — О, кто к нам пришёл! Скучно одной сидеть? — приветствовал он меня.       — Ага, и очень кушать хочется, — сказала я, скорчив жалобную рожицу.       — Овсяные печеньки будешь?       — И печеньки, и всё что ещё есть и побольше!       — У меня яблоко есть и пирожок! — сказал Беленький.       — А у меня шоколадка, — смущённо признался Серьёзный.       — И ты молчал! — притворно возмутился Алекс.       — Ну, я хотел её для особого случая приберечь, а тут как раз надо девушке помочь! — совсем стушевался тот.       — Да ты просто джентльмен! — восхитилась я, — Но мне одной много будет, может на всех поделим?       — Да, да, да! — захлопал в ладошки Белобрысик.       После того, как мы слопали все вкусняшки я снова погрузилась в меланхолию.       — Может, снова в «кукареку» перекинемся? — подал идею Алекс.       — Хорошо, — согласилась я.       — Тогда лучше у тебя, а мелкие пускай дрыхнут, у них, типа, тихий час, а то начнём все вместе орать — точно выгонят.       Несмотря на протестующие вопли молодого поколения, мы отправились ко мне в апартаменты, но игра не пошла. Вяленько пошлёпав картами, мы бросили это дело и стали просто болтать. Рэперская тема была исчерпана, поэтому трепались, в основном, об учёбе и экзаменах, которые уже не за горами. Выяснилось, что Алекс живёт недалеко от меня и даже учится в соседней школе.       Незаметно за окном сгустились сумерки.       — Пора курнуть, — решил Алекс и только собрался исполнить задуманное, как к нам влетел рыжий тайфун Мария.       Вприпрыжку, чуть не сбив тумбочку придвинутую к кровати, Манька кинулась ко мне, размахивая планшетом.       — Вот! Принесла, чтобы ты тут не умерла от скуки! Меня Ванька попросил. Будем на «принца» смотреть!       Я предупреждающие приложила палец к губам и покосилась на Алекса. Манька повернула голову и замерла с приоткрытым ртом: только сейчас она обратила внимание рэпера, притулившегося с другой стороны.       — З-здрастье, — от чего-то заикаясь выпалил тот с глупой улыбкой. — Я сейчас! Сейчас!       Дверь за Алексом закрылась, а Манька так и глазела ему вслед.       — Что это было? — наконец выдохнула она.       — Ты что, рэперов никогда не видала? — захихикала я.       — М-м-м… — невнятно пробормотала она. — Так, о чём это мы?       — Ты, кажется, планшет мне хотела дать.       — На держи, — Манька, не поворачиваясь, сунула мне драгоценный гаджет.       — Всё ясно — я тебе больше не нужна.       — Слушай, а он кто? Так на Оксимирона похож, только ещё красивее! — восхищённо пролепетала Маняшка.       — Иди к чёрту, предательница! — обиделась я. — Сама спрашивай, если интересно, он не кусается, между прочим.       Возможно, мы разругались бы на почве Алекса с Оксимироном, если бы "очаровательный рэпер" не заявился снова.       Сейчас он очень мало напоминал того Алекса, к которому я уже успела привыкнуть.       Чтобы скрыть бритый череп и татуировки, он натянул шапку-пидорку со смешным оленёнком и водолазку под горло с длинными рукавами. В губе никаких серёжек и колечек. Цепочка с шеи тоже бесследно испарилась.       Ну просто няшка!       Не представляю себе, как можно так быстро переодеться, несмотря на многочисленные гипсы и привязанную конечность!       — Здрасьте! — уже более уверенно и без заикания произнёс Алекс, протягивая руку Маньке. — Саша, то есть, Александр, — быстро поправился он.       — Мария, — кокетливо проворковала та, отвечая на рукопожатие.       Алекс вцепился в неё, как клещ и долго не выпускал. Судя по тому, как перекосилось Манькино лицо, он стиснул её тонкие пальчики слишком сильно, но та героически вытерпела до конца, не издав не звука.       После процедуры знакомства у них сразу же завязалась церемонная светская беседа.       С вытянувшейся физиономией, я наблюдала за благовоспитанным юношей в которого превратился мой бесшабашный дружок — матерщинник и балагур.       Не принимая участия в в этом занудстве, я начала зевать уже через пять минут. В конце-концов, убедившись, что моя персона для них вроде мебели, я вспомнила про планшет.

***

Ромыч, Ваня — четверг середина дня       Ромыч настиг Ваньку, когда тот уже садился в такси и предложил свои услуги в качестве извозчика. Довольный тем, что не придётся ехать одному, Ванька мигом забрался в автомобиль к другу, не обращая внимания на его плохое настроение.       — Ну и куда теперь? — поинтересовался Ромыч.       — А тебе Ольга разве не сказала? — удивился Ванька.       — Меня Ангелина сразу за тобой отправила, некогда было разговаривать. — отмазался тот.       — Волнуется значит, — разулыбался Ванька, — она такая милая и заботливая — просто чудо! И сеструха у меня тоже такая же, сам увидишь.       — Адрес говори! — невежливо прервал Роман Ванькино словоизвержение.       — Калиновая улица дом 40.       Ромыч дождался, когда приятный женский голос возвестит: «Маршрут построен” и надавил на сцепление.       Ванька, переполненный впечатлениями и эмоциями, поёрзал на сидении и заговорил снова:       — Ты знаешь, откуда я узнал на какой стоянке моя машина? Ольга догадалась криминальные новости посмотреть! До чего же умная — вся в меня!       Мрачный Ромыч, со всей силы долбанул по клаксону. Водитель впереди, испуганно шарахнулся и прибавил скорость.       — Ты что творишь? — нервно дёрнулся Иван. — Хочешь нас угробить?       — Хватит про сестру втирать, меня это не интересует.       — Э… как? — не понял Ванька, — Ещё вчера интересовало, а сегодня уже нет? Быстро ты переметнулся, однако.       — Это она переметнулась: нашла себе сопляка какого-то в цепях, — буркнул Ромыч. — Да и не было у нас ничего, я ей в любви до гроба не клялся. Иван сжал кулаки:       — Ну, знаешь ли, я не позволю Ольге голову морочить!       — Не нужен я ей, понятно? НЕ НУ-ЖЕН! — раздельно и по слогам повторил Ромыч.       — Она сама так сказала? — не поверил Иван.       — Ты бы знал, как у неё глаза сверкали, когда она о нём говорила! И его я тоже видел — мальчишка её возраста:«Хэй, Блондинка», — изобразил он Алекса, состроив дебильную гримасу. — А я для неё старик уже.       Тут Ванька заржал непочтительно громко с подвыванием и, опрометчиво хлопнув себя ладонями по ляжкам, тут же заорал от боли.       — Ну, старче, колись сколько тебе лет? — отсмеявшись спросил он, уже серьёзно.       — Двадцать один исполнилось.       — Я уж подумал, что семьдесят. Мне вот четверть века скоро и ничего, скриплю пока, песок не сыплется.       Ромыч никак не отреагировал на это замечание, потому что в пределах видимости показалась та самая злополучная штрафстоянка.       Из-за обилия всякой техники и людей, толпящихся у ворот, её нельзя было перепутать ни с чем другим.       Для того, чтобы припарковаться парни отъехали от стоянки метров на сто, все ближайшие парковочные места были наглухо забиты разным автотранспортом от эвакуаторов и грузовиков до скромных легковушек.       Вернувшись обратно, друзья подошли поближе к толпе. Все кричали и галдели, как стая ворон. Кругом стоял такой шум, что разобраться с ходу в том, что происходит было весьма сложно.       После недолгих расспросов, парни всё-таки уловили причину народного волнения. Общий смысл сводился к тому, что страховая компания, к которой прикреплена штрафстоянка, не может сразу удовлетворить всех страждущих, и пострадавшим от вандалов придётся ждать не один месяц, пока их машинами займутся. Тому, кто ждать не желает, было рекомендовано произвести ремонт за свой счёт.       — Безобразие, я это так не оставлю! — орал какой-то солидный дядечка, по виду менеджер среднего звена.       — Спалить их шарашкину контору к чёртовой матери, — вторил ему мужичок с зековскими повадками.       — Напишем письмо президенту! — горячо вызывала полная тётка, похожая на училку.       — Везучий ты, Ванька! Тебе раньше тачку раздели и не надо связываться ни с кем, — сострил Ромыч. — Не переживай, как только всё это рассосётся я сам её починю.       — Ага, починил уже, — отмахнулся Ванька. — Давай попробуем к ней прорваться сначала, кажется никого не пускают.       Около проходной появился мужик с громкоговорителем и объявил, что те, кто не имеет материальных претензий могут забирать свои колымаги прямо сейчас в порядке очереди, а с остальными будут разбираться позже.       Конечно, это заявление вызвало ещё больший взрыв недовольства, потому что претензии были практически у всех, кроме Ваньки. Народ снова навалился на полицейских. Началась драка, кто-то огрели дубинкой.       Раздался вой сирен — доблестный ОМОН, как всегда, заспешил на помощь, а наши парни благоразумно ретировались.       — Может, отсидимся где-нибудь поблизости, пока всё успокоится или попозже приедем?— предложил Ромыч.       — Ты видишь, что творится! Дальше только хуже будет, не успокоиться не хрена! Это всё он, блокнот проклятый!       — А что мы можем с этим сделать? Прорываться сквозь оцепление?       — Ну, не знаю я! — простонал Ванька, возведя очи к небу. — Не знаю!       — Есть у меня один вариант, на самый крайний случай. — грустно сказал Роман.

***

Ольга — четверг вечер       Взявшись за планшет, я первым делом я попыталась набрать Ваньку, но он был вне зоне действия. Тогда я позвонила маме с папой.       Мамочка осведомилась о моём здоровье и обещала навестить в выходные, из отца удалось выжать ещё меньше: вечно он с кем-то общается по работе или за рулём. В общем, телефонные переговоры не заняли много времени.       После этого я настолько увлеклась игрушками, что чуть не пропустила момент Манькиного отбытия домой. Наскоро попрощавшись, подружка пообещала завтра прийти опять, только я не поняла к кому. Ко мне или к «прекрасному рэперу»?       Алекс, конечно, последовал за ней как приклеенный, чтобы проводить до выхода.       У них что, любовь с первого взгляда? А я думала, что так не бывает!       За ужином Алекс, погружённый в сладкие грёзы, был задумчиво-молчалив, а потом, вместо того, чтобы как обычно меня развлекать, выпросил планшет и скрылся на лестнице. Наверняка любимой Маньке звонить пошёл.       Остаток вечера я коротала прохаживаясь по вестибюлю и изредка перебрасываясь фразами со скучающими мамашами.       Так и не придумав себе никакого занятия, я легла спать очень рано, но заснуть всё не получалось.       Где-то около полуночи Алекс вернул мне почти разряженный планшет и, пожелав спокойной ночи, удалился к себе.       Проснулась я от громкого пиканья — пришло очередное уведомление.       «Совсем охренели эти рекламщики!» — подумала я и уже приготовилась вырубить назойливый гаджет, но в последнюю минуту заметила мигающий в левом верхнем углу конвертик. Проведя по нему пальцем, я чуть не выронила планшет: на белой полосочке уведомления красовалась загадочная аватарка, подписанная ЛюДм, и начало какого-то текста. Я торопливо ткнула в него, но тут планшет окончательно разрядился и погас.       В состоянии близком к истерике, я бросилась искать зарядное устройство, но через пару минут диких метаний до меня дошло, что Манька, околдованная Алексом, просто забыла мне его отдать.