— лесная лагуна, в которой я утонул;

Вот уже почти целый год мы общались изо дня в день, изредка устраивая выходные на денек или два. Не буду скрывать: я чертовски привязался за это время. Передышки в общении скорее были для него, а не для меня и с каждой я все больше и больше осознавал, насколько велика моя привязанность, насколько сильно этот парень запал мне в душу, но я ничего не мог с этим поделать. Нет, мне было с кем общаться, у меня были друзья, но всё не то без него. Всё не то, когда он снова устроил передышку. И не на денек или два, а на две недели. Не сказав предварительно и слова. Попрощались как всегда, а потом он пропал. Как я могу веселиться, если его телефон отключен, если он не отвечает на мои сообщения? Откуда мне знать, что с ним? Что если с ним приключилось несчастие или он решил устроить выходные навсегда? Я хочу немного поговорить о том, как всё началось, и о предмете моей привязанности. Его зовут Ким Тэхен, ему 16. Он мой одноклассник. Мы общались в средней школе, но потом почему-то перестали. Думаю, так у многих бывает. И вот год назад мы возобновили общение. Не знаю, по какой причине, но я позвал его погулять летом. Я мало что помню с того дня, ведь прошел уже чуть ли не целый год. Помню только то, что рассказывал чушь (лучше бы я именно это забыл). Он же практически всё время молчал. После того дня у меня зачастую возникало желание заговорить с ним, спросить, как прошел его день, поинтересоваться его самочувствием, спросить, какой его любимый фильм, книга, исполнитель. Но мы не общались. После той прогулки мне было неловко начать с ним беседу, потому что я наговорил слишком много всего. Но это не мешало мне по сотне раз в день заходить на его страницу, просматривать на ней всё то, что уже видел тысячи раз; то, что уже отпечаталось четкой картинкой в моем мозге. Так же, как и не помешало начать общение с его лучшим другом, а потом и с ним самим. Все произошло слишком быстро. И вот я уже смеюсь до слез с его нелепых действий и шуток, восхищаюсь его неуклюжей походкой, грубоватой манерой речи и тем, как он жестикулирует, мне нравится его холодность и скрытность, его скромность и умение выразить свое мнение, его непредсказуемость и то, что у нас много общего. И этот трепет, возникающий во мне, когда я слышу его имя, когда я вижу его, когда мой взгляд очерчивает его силуэт, когда его образ возникает в моей голове, он тоже мне нравится. Хочу рассказать еще, поведать свою историю. Были каникулы. Мои родители уехали на несколько дней, и я решил устроить небольшие посиделки. Тогда я позвал его лучшего друга – Чонгука и сказал, мол, можешь привести Тэхена с собой. Я не сомневался в том, что Гук приведет Тэхена и позвал своего лучше друга - Юнги, а Юнги, в свою очередь, Джина, Чимина и Намджуна (я попросил). Приглашенные приходили по одному, всех я принимал спокойно. Тэхен прибыл последним. Когда я его встретил, мне почему-то стало стыдно за небольшой беспорядок в доме, и вообще я стал вести себя крайне неуклюже, мечась туда-сюда по дому, как икра. Поначалу все отмалчивались, потому что мы, по сути, друг друга мало знали. Но потом я предложил поиграть в игру с желаниями, и вот началась командная работа. Каждый из нас должен был написать задания на листочках и наполнить ими банку. Я писал всякую ребяческую ерундистику, но потом взглянул на Тэхена: он сидел, подтянув к себе ноги и обняв их, опустив голову и смотря куда-то в пустоту. Мне чертовски захотелось заключить в объятия этого парня. Я написал «обнять того, кто сидит напротив». Наполнив банку, мы сели в круг. Я занял место напротив Тэхена. Одну за другой ребята вытаскивали записки и выполняли задания, это было действительно весело. Я сильно смеялся, когда Намджун танцевал женский танец, и мне было довольно интересно слушать истории из жизни ребят, которые они рассказывали в течение игры. Было уже около четырех часов утра, я почти перестал надеяться на то, что Тэхен вытащит ту самую записку, но вот он читает вслух задание и смотрит на меня холодным взглядом. Нехотя подползает ко мне и валится всем телом, утыкаясь носом в шею. Мой пульс участился, и дышать стало порядком тяжелее. Казалось, будто в легких бушевал пожар, подбираясь к горлу и опаляя внутренности. Я опустил руки на спину Тэхена и спустя пару мгновений он отстранился. Он заглянул мне в глаза, а потом сел на свое местечко. После этого я растерялся, мое задорное настроение в миг улетучилось и мне немного хотелось, чтобы все поскорее ушли. Позднее кто-то предложил устроить сеанс просмотра аниме, и я нехотя согласился. Я был в странном настроении, так что сел в темном углу комнаты на диван и глядел то на ребят, то в телевизор, погруженный в бездну мыслей, слыша лишь закадровый шум на фоне. Юнги болтал с Чонгуком и Чимином, Намджун сидел с Джином на кухне, а Тэхен был на другом конце дивана. Как и я смотрел в телевизор, молча и без эмоций, натянув капюшон толстовки на голову. Мне казалось, что ему грустно, поэтому я переступил через себя и придвинулся к нему. - Тэхен? - Что? – он не поворачивался. - Хочешь чай с конфетками? - Не отказался бы. И мы пошли в кухню. В то время как я делал ему чай, Джин и Намджун вовлекли его в беседу. Он неохотно отвечал на их вопросы, но парни умели развеселить, поэтому Тэхен немного оживился. Я предложил и им чай, но они отказались, а немного погодя и вовсе ушли в гостиную. Тэхен поблагодарил меня за внимание и завел беседу. - Зачем ты написал ту записку? Мне кажется, я побледнел и слился с поверхностью стола. - Но это.. - Твоя. Я же знаю твой почерк, – он смотрел в кружку, дергая чайный пакетик. - Точно. Просто… Не знаю. Ты выглядел очень грустным, и мне захотелось тебя обнять. Я бы не смог сделать этого сам, вот и написал ее. С тобой всё в порядке? - Да, все отлично. «Не очень верится» - подумал я. Примерно такой у нас состоялся диалог. Мы еще чуточку поговорили, а потом вернулись в гостиную и снова молча сидели на диване. Я практически не отрывал от Тэхена глаз, он все так же пустым взглядом смотрел в экран, и я увидел, как по его щеке стекала слеза, оставляя за собой мокрую дорожку. Тогда я снова обнял его и спросил еще раз, что с ним такое, но он не ответил. После ухода ребят я не переставал думать о самом Тэхене и о том, отчего он плакал. Когда его образ всплывал в моей голове, сердце начинало неистово колотиться, отбивая ритм о ребра. Тогда я понял – я влюбился. Влюбился в парня. Мне было сложно принять это. Сначала я пугался при мыслях о нем, от чувств, которые возникали во время раздумий. Я надеялся, что всё это пройдет, но оно не проходило, так что я просто смирился с этим. Мне очень хотелось поговорить с Тэхеном, но я не осмеливался заговорить с ним. Все каникулы я думал над тем, как мне поступить, что делать со своими чувствами. Для себя я решил: я подружусь с этим парнем. Начался учебный год. Сначала я не наблюдал никаких изменений, но потом я все чаще стал замечать, что Юнги уходит к Чонгуку на переменах и наоборот. Я был вовсе не против, потому что я всегда пребывал в плохом настроении и старался держаться подальше от всех, но с другой стороны Чонгук оставлял Тэхена, к которому я не мог подойти. Я боялся. Единственным человеком, с которым я разговаривал в то время, был Чимин. Мы были довольно близки и сидели за одной партой уже несколько лет, но я не смог бы назвать его лучшим другом, хоть он и знал обо мне почти всё и часто бывал у меня в гостях. Так прошло около двух недель. Пару раз мое настроение было неплохим, и я с немеющими конечностями подходил к Тэхену, часто сидящему одному (Юнги и Чонгук пытались разбавить его и мое отрешения, но они быстро сдавались). Я рассказывал ему всякие истории из своей жизни: настоящие и отчасти выдуманные, рассказывал о событиях недавних дней, свои сны и со временем это вошло в некую привычку. Тэхен замечательный слушатель и еще более замечательный рассказчик. Мне очень нравилось, когда он рассказывал что-то, хотя и делал он это редко, я всегда с огромным всепоглощающим интересом слушал, влюбляясь еще больше в его манеру речи, мимику и жестикуляцию. Юнги и Чонгук, наблюдая полосу светлее черной, больше не уходили, а болтали вместе с нами. Я был рад, что все наладилось. Но иногда Тэхен делал те самые перерывы или тоже пребывал в плохом настроении. В эти перерывы я чувствовал себя прескверно, а его настроение влияло на мое и окружающие это замечали. Так Юнги и Чимин узнали о моих чувствах. И если Юнги отреагировал на это лояльно (хотя без небольших трудностей не обошлось), то с Чимином все прошло не так гладко. Долгое время мы были в ссоре, но вскоре наше общение вернулось в былое русло, и я был бесконечно этому рад. Я не помню, как всё происходило, поэтому хочу сказать, что мы начали дружить вчетвером: я, Юнги, Чонгук и Тэхен. – drip-133–unless im wrong ft. bones – nowplaying music Помню, что как-то мы все ночевали у Чонгука. Тогда мною овладели чувства, и я никак не мог прекратить лосниться к Тэхену. Наше с ним общение становилось всё теснее и теснее. Я много ревновал, многого не понимал, рвал и метал, но он звал меня к себе в гости, а я звал его гулять, мы проводили много времени вместе. Это было самое замечательное время, которое я когда-либо проводил. Я помню, как пришел к нему с ночевкой. Мы долго сидели, а потом решили улечься. Он быстро уснул, меня же мучила бессонница. Я смотрел на него сквозь темноту и всем своим нутром хотел придвинуться ближе, ощутить его кожу, почувствовать дыхание. Я взял его за руку. Он крепко спал. Тогда я чуть увереннее обхватил его руку и, почувствовав, как все внутри перевернулось, следом уснул. Утром его настроение было хорошим. Он обернул меня в одеяло и щекотал, а потом потянул на себя. Мое сердце бешено забилось, грозясь выпрыгнуть из грудной клетки, наши взгляды встретились, я боялся того, что он почувствует мое сердцебиение, поэтому перекатился куда-то в сторону. Еще примерно через месяц после этого я снова пришел к нему. К тому времени мы стали еще ближе, и, кажется, в тот день я был отважным парнем. Вечером мы лежали на кровати и говорили о жизни, и я лег на него сверху. По-моему, мое сердечко еще никогда не отбивало такие ритмы. Он указал на это. Сказал, что чувствует его всем телом. Я очень сильно растерялся и ответил что-то нелепое. Потом я слышал перемену в его голосе, хотя, может быть, мне и показалось, что он стал очень теплым, а сам Тэхен начал много смеяться и много болтать. Это не могло меня не радовать тогда. Помню, что я начал провожать его до дома, в какой-то момент и это вошло в привычку. Помню, как мы влезли в заброшенное здание, и как сильно мне хотелось его поцеловать тогда в темноте между книжных стеллажей. Как сильно я радовался, когда он попросил меня вызволить его из заложников в доме родственников, как я пришел на помощь, и мы ушли далеко-далеко в горы, где я осмелился взять его за руку, спускаясь по крутому склону, и хотел сказать о своих чувствах, уходя оттуда, но отложил это до лучших времен. Помню, как мы кружились на поле за руки, а потом падали и катались по нему. И наши простые прогулки, которые я так люблю вспоминать. Я помню слишком много того, чего не могу рассказать, и я полон уверенности в том, что готов ему, наконец, признаться. Поэтому я собираю вещи, беру два велосипеда и иду к нему. И плевать, что сейчас два часа ночи и что мы не виделись и не слышались две недели.