То, что не убивает, - делает сильнее

Вспышка… — Да ты хоть что-то кроме этой фигни можешь?! — слышится женский крик в студии звукозаписи. — Меня бесит то, что ты постоянно играешь на этих чертовых барабанах, а до всего остального тебе и дела нету! Ты… Ты конечный эгоист! — крик затихает, а после дверь громко захлопывается, оставляя сидящего за барабанами паренька в раздумье. Вспышка… — Да ты заколебал меня со своими барабанами! Брось это дело, пока не поздно, — говорит парень, смотря на улыбающегося друга. — Ха, говоришь так, потому что сам не умеешь, — отвечает тот, покручивая в руках барабанные палочки, хотя внутри готов был разорвать себя. — Чёрт, что за самоуверенный дебил… — со вздохом произнёс парень, а после продолжил: — Хватит уже смотреть на мир через розовые очки. Эти твои слова «то, что не убивает, — делает сильнее» и даже твоя чёртова улыбка. Блин, хватит уже вести себя как маленький ребёнок! Это бесит! И вообще, я пошёл. Тебе нереально что-то доказать. Вспышка… — Сынок, извини пожалуйста… — тихо говорит женщина напротив, но её перебивает внезапно появившийся мужчина: — Зачем ты перед ним извиняешься?! Мы ему услугу сделали! — Ага, выгнали из дома, не дав ни гроша… — Что ты там бубнишь себе под нос, сопляк?! — рявкнул мужчина. — Джеймс, прекрати немедленно! Он твой сын! — Он мне не сын! После того как он выбрал вместо учёбы в престижном институте эту дворовую банду. Он не мой сын! — Джеймс! — Не надо, мам, — озвался стоящий в дверях юноша. — Если я действительно мозолю ему глаза, я уйду. — Но… — Подавись своими деньгами! — Да как ты смеешь?! — Ты сам сказал, я не твой сын… Боль… В тёмном и сыром подвале сидит парень, крепко сжимая в руках барабанные палочки. Его руки дрожат, сердце выбивает бешеный ритм, а дыхание из спокойного становится рваным, беспокойным. — Ненавижу! — крик, а после громкий удар по барабанах. Он бьёт и бьёт, выбивая ведомый только ему ритм, отбивающийся от голых холодных стен тихим эхо. А после тишина… Палочки разлетаются в разные стороны, руки сильно сжимают мокрые от пота волосы, а по подвалу разносится душераздирающий крик боли… — Как же я вас ненавижу… — шёпот, а из глаз прозрачными дорожками текут слёзы. Говорят, что если слёзы текут сами собой, значит душа больше не может терпеть всех обид. Он не раз слышал это, но всё равно не позволял себе проявлять такую слабость. Вернее пытался… Но сейчас он всё же не смог этого сделать. Не смог, да и не хотел. Ему слишком больно, а он всего лишь какой-то барабанщик.