I wanna take you to a gay bar

- Дин, - Кас смотрел внимательно, даже слишком внимательно, словно в микроскоп. Они с Винчестером могли сколько угодно общаться почти как нормальные люди, но потом ангел произносил это коронное "Дин" с какой-нибудь совершенно особенной интонацией и всё, конец, точка. Это было словно самое мощное заклинание. Дин мог биться головой о стены, орать, делать что угодно, но после этого "Дин" он должен был повернуться, сделать глубокий вдох и выслушать без возражений то, что ему скажут. - Мы должны прояснить это. - Что "это"? - охотник устало закатил глаза и плюхнулся на кровать. Ему хотелось есть и спать, но ангел вряд ли мог осознать это в полной мере в силу отсутствия подобных потребностей, а потому пытаться объяснить ему эту простую истину не стоило. Проще было выслушать и отпустить с миром. - Я понял из твоих слов, что единственная причина, по которой ты не любишь меня, это та, что я нахожусь в мужском теле? - медленно, словно не до конца осознавая смысл своих слов, сообщил Кастиэль. Винчестер приподнялся на локтях. Объяснять, что это не совсем так, было бы сложно и нудно. - Но как быть тогда с Джо, ведь ты не любишь её, а называешь своим другом? - Джо это другое, Кас, - Дин сонно потёр лицо, пытаясь не провалиться в объятья Морфея прямо здесь и сейчас. - Она мне как младшая сестра или что-то в этом духе... Как сказать-то? Мне бы хотелось её от многого оградить. И я не могу сказать ей всего. Она как то, что хочется защищать... Воплощение этого, - поняв, что бороться со сном в горизонтальном положении крайне трудно, Дин резко сел. - Можно говорить, что я сражаюсь за человечество. Но на самом деле это не так, понимаешь? Нельзя сражаться за человечество. Когда думаешь о том, что не хочешь, чтобы погибли люди, то всегда кого-то себе представляешь. Детей например. Или своих знакомых девушек. И для меня это Джо. Она красива, молода, наивна. Потеряла отца. Она стала охотницей, видит смерть, рискует собой. А ей бы следовало учиться, гулять с парнями, всё такое. Поэтому я думаю о ней как о той, кого хочу защитить. С тобой всё иначе. - То есть будь я девушкой, ты относился бы ко мне не как к Джо? - переспросил Кастиэль, присаживаясь на соседнюю кровать полу боком к Винчестеру. - Да. У нас столько всего общего и мне в тебе многое настолько нравится, что было бы нечестно с моей стороны избегать романа с тобой, будь ты девушкой, - устало согласился охотник. "Всё, что угодно, Кас, только можно я посплю?" - Это всё? - Да, Дин, это всё, - спокойно согласился Кастиэль, привычно поспешно удаляясь из комнаты. Оставшись в гордом одиночестве, Винчестер только успел представить себе дальнейшее времяпрепровождение, как дверь ванной аккуратно открылась, выпуская из помещения младшего братишку, обладавшего, как и вся мелочь, потрясающей сверхспособностью "Я могу испортить досуг своего брата одним своим появлением". - Я всё слышал, - спокойно сказал Сэм, присаживаясь на вторую кровать, свободную от тушки Дина. Вид у него был торжественный, но скорбный, как у священника на похоронах. А судя по тому, что весь разговор с ангелом Дин не слышал, как льётся вода, младший действительно стоял за дверью и подслушивал. - И? - первое правило старшего брата - не поддаваться на провокации. Точнее это второе, конечно, но по значимости мало уступающее первому. Главное - сбить Сэма с намеченной колеи и, пока он будет думать, как подойти к намеченной цели иным путём, отвалиться и заснуть. - Дин, ты идиот или прикидываешься? - со скорбью в голосе спросил Винчестер-младший, вглядываясь в поднявшегося с кровати брата. - Неужели ты так и не понял, что от тебя хотел Кас? - Сэм, конечно, часто задумывался о том, что его брат не отличается глубоким умом и хорошей соображалкой, а берёт скорее опытом и интуицией, но это уже не лезло ни в какие ворота. - Нет, просвети меня, гений, - недовольно пробурчал старший охотник, открывая один из пакетов, брошенных на столе. При общении с Касом у него магическим образом улетучивался аппетит, наверное дело было в том роковом поцелуе, после которого от одного вида ангела желудок завязывался узлом. - Он в тебя влюбился, - спокойно, медленно, словно в сотый раз повторяя одну и ту же очевидную истину, вздохнул Сэм. Дин медленно повернулся, продолжая сжимать в руках бургер, так и не донеся его до рта. - Что? - выражение его лица менялось с такой скоростью, что младший просто не успевал идентифицировать эмоции и вскоре просто плюнул на то гиблое дело. - Сэм, он ангел, он любит всех. Или как-то так... Короче никакой пошлости! - А вот и нет, - упрямо тряхнул головой Винчестер-младший, взглядом буквально выбивая несчастный бутерброд из рук братца. - Он тебя любит и даже, я думаю, хочет, но просто никак не мог понять свои чувства, так как ты задурил ему голову своими гомофобными суждениями. Но теперь у него в голове всё встало на свои места, и он страдает только от того, что не может привлечь тебя в этом теле. - Сэм, - Дин всё-таки опустил этот несчастный бургер на стол и потёр переносицу двумя пальцами. - Он просто никогда не думал ни о чём таком. Знал, что мужчины любят женщин, женятся, заводят семьи. А тут бах - гейклуб, обнимающиеся мужики, вот его и переклинило малость. - Меня убивает твоё нежелание ничего замечать! - мученически простонал младший братишка, качнувшись на кровати. Дин считал Каса практически неуязвимым и почти бесчувственным, а потому отодвигал восприятие ангела на задний план. Важнее было следить за состоянием Сэма или Бобби, в то время как воин Небес мог справиться сам. И это было неприятно, учитывая то, как много Кас сделал для охотника. - То, как он на тебя всегда смотрел, то, как он о тебе говорит, то, как он защищает тебя и жертвует всем ради тебя, то, что он невероятно и странно для такого существа к тебе привязан. - Знаешь что? - Дин вроде бы уже встал, даже натянул на себя куртку и замер на пороге, но чувство гадливости не давало просто уйти, хлопнув дверью. Этого было мало. Винчестер-старший знал, что теперь проведёт ночь в машине, причём большую часть времени, запланированного на сон, будет предаваться мучительным размышлениям и искать в поведении Кастиэля двойное дно. А ещё он теперь как минимум пару недель не сможет посмотреть ангелу в глаза и вообще будет его старательно избегать. Что крайне невыгодно сейчас, когда братья нуждаются в помощи крылатого. Так что Дин не мог просто взять и уйти, ему нужно было задеть брата, царапнуть его, сделать хоть немного хуже. Естественная защитная реакция. - Уж кого-кого, а тебя я не могу назвать экспертом в отношениях со сверхъестественными тварями! - и Винчестер-старший всё-таки захлопнул эту проклятую дверь с такой силой, словно хотел обрушить весь мотель до фундамента. С того ужасного разговора прошло две недели. После обоюдных извинений Сэм и Дин вернулись к нормальной работе, потому что другого выхода просто не имели, но Винчестер-старший понимал, что брат не простит его вполне до тех пор, пока он, Дин, не объяснится со своим ангелом. А Кас, как назло, куда-то запропал. Спустя всего неделю после скандала Дин попробовал вытащить крылатого на разговор, но тот проигнорировал все телефонные звонки и мысленные обращения. Другого способа быстро отыскать пернатого не было, но Дин решил, что надо, во-первых, дать ангелу время, во-вторых, позвать тогда, когда он обязан будет явиться, то есть в случае необходимости. Но когда во время следующего совместного дела Винчестерам понадобилась помощь, Кастиэль так и не отозвался, снова. Дина это порядком нервировало. Мало того, что он всё-таки волновался, ведь даже с ангелом могло что-то случиться, особенно в том положении, в каком сейчас находился Кас. Так Винчестер-старший ещё и чувствовал себя виноватым. Неужели он действительно был невнимательным олухом, который замечал только то, что хотел? И как теперь чувствует себя Кастиэль, думая, что тот, кому он подарил самое прекрасное чувство в своей жизни, так зациклен на небольшом списке половых различий, что никогда не ответит ему тем же? Не то, чтобы охотник резко изменил ориентацию. Просто теперь, думая о Касе, он сознавал, что любовь подобного существа по определению гораздо выше и важнее чем то, что проходят на уроке биологии в восьмом классе. И Дину, наверное, по крайней мере, не следовало вести себя так жёстко и категорично. Ведь он фактически внушил ангелу, что вся проблема заключается в теле, в то время как для пернатого тело, вероятно, имело роль незначительную. Может, заметь Дин все предпосылки раньше, он мог бы как-то сгладить произошедшее? Вот только как? Сказать, что у него нет тяги к Кастиэлю? Тут либо надо сводить всё опять-таки к физиологии, либо лгать. Думать об этом было сложно и некогда. Не думать было нельзя. К тому моменту, как Кас объявится, а Дин верил, что ангел не может пропасть просто так, не сказав даже "прощай", следовало точно знать, что и как ему сказать, чтобы объяснить всё просто и понятно, при этом не обижая и не отталкивая от себя. Но нужные слова не шли в голову, а от рассуждений и мысленных монологов тошнило. Винчестер стал спать ещё хуже и реже. А когда всё-таки засыпал, ему почти каждый раз снился синеглазый ангел, смотревший с болью и укором. И Дин даже не сразу понял, когда ангел оказался не персонажем сна, а его гостем.