50 оттенков слабости

™ Побережье. Перед глазами синее-синее море, сливающееся с красно-золотистым небом на линии горизонта. Пустынно, тихо. Слышно только как лениво и нехотя волны бьются о берег, но тут же отступают. Луи стоит у линии разделения темно-желтого песка и воды. Он опускает глаза на свои загорелые ноги и немного шевелит пальцами, зарываясь ими в теплый песок. Вода вновь приливает. Она ласково накрывает стопы парня, после чего он чувствует приятную прохладу в этой области. Внезапно до ушей Луи доносятся непонятные, но знакомые звуки, нарушающие великолепную атмосферу свободы и беспечности. Вскоре звуки перерастают в голоса. Точнее, в быстрое бормотание, наполненное вожделением и тяжелым прерывистым дыханием. - Скоро стемнеет. - Да. - Нужно возвращаться. - Я не хочу. Луи огляделся в поисках источника звука. Чуть поодаль (Луи стоял на возвышенности), прямо на песке, располагались два совершенно обнаженных тела: одно слишком бледное, другое загорелое покрытое татуировками. В нем Луи узнал свое тело, а в бледном - тело Гарри. Они слились воедино и со стороны это смотрелось безумно красиво: словно две противоположности, страстно желающие стать единым целым. Волосы Гарри кудрявым ореолом обрамляли лицо, рассыпавшись по песку вокруг головы. Руки ласково обвили спину Луи, а ноги служили прочным замком, не позволяющим им отстраниться друг от друга. Лицо мальчика выражало наслаждение, глаза были блаженно закрыты, а ресницы трепетали, предвкушая. Луи, обняв его, горячо целовал в шею, щеки и губы, не в силах оторваться от желанного тела. - Нам нужно уйти пока не стемнело, малыш. - Я хочу остаться здесь с тобой на всю ночь. Луи начинает медленно, но с одинаковой периодичностью двигаться, смотря прямо в глаза Стайлса. Тот прогнулся в спине, образуя идеальный прогиб, точно подчеркивающий каждое достоинство его идеального тела. Мышцы на его ногах напряглись. Парнишка издал хрипящий стон, какой Луи слышал каждый раз, когда задевал простату. - Это сон? - спросил Томлинсон сам у себя, наблюдая за этой картиной. - Воспоминание. С удивлением парень обнаружил, что объят чьими-то длинными худыми руками, а не плече у него мирно покоится кудрявая голова. - Не слышал, как ты пришел. - Я все время здесь был. Стон другого Гарри волной разливается по берегу, но его перебивает шум волны. - Это одно из моих любимых воспоминаний о нас. - Мне было приятно, что ты меня не стесняешься. Луи слабо улыбнулся. - Здесь никого не было. Гарри перевернул Луи на спину и оперся руками на его грудь, быстро двигаясь вверх-вниз на его члене. Луи держал его за бедра и не сводил туманного взгляда с объекта своей бесконечной любви. - А мое любимое место - окно в небо. - тихо пробормотал другой Гарри. - Ты обещал, что мы туда вернемся. Луи молчал. Он продолжал наблюдал за самим собой. За тем Луи, каким он был прошлым летом- необратимо влюбленным, закрывающим глаза на всё парнем, который неустанно заглушал в себе боль ради счастья любимого человека. И, почему-то, тот Луи не казался ему жалким. В собственных глазах жалким парень был именно сейчас. Гарри, обнимающий его, начал мурлыкать мелодию. Под эту мелодию Луи часто засыпал и просыпался, когда они были вместе. Когда. Земля внезапно ушла из-под ног и Луи провалился в чёрную пропасть, а все, что явилось его взору только что, мгновенно забылось. Парень зажмурился, пытаясь разогнать эту тьму вокруг себя, а когда открыл глаза, увидел белую стену, освещенную розоватым светом. Первое, что он услышал, была та самая ласкающая слух мелодия. Помимо стены теперь был виден и белый комод с пиджаком на блестящей поверхности, и смятое красное одеяло, и дверь в помещение. Луи почувствовал вибрацию прямо под щекой, возникающую точно в такт напеваемой Гарри мелодии. Парень начал шевелиться и потягиваться. Все было просто замечательно: тело больше не ныло от неудовлетворения, гениталии успокоились. Потрясающие ощущения. - Ты так сладко спал. - пролепетал Гарри с легкой улыбкой на лице. - И долго? - Томлинсон оперся на одну руку, а другой потер заспанные глаза. - Где-то час. - Час?! Луи вскочил и начал метаться в поисках своей одежды. Он схватил с кровати боксеры и стал натягивать их на себя. Гарри сел на кровати и хихикнул. - Это мои. Томмо взглянул сначала на мальчика, затем на боксеры и, выругавшись, быстро снял их и потянулся за другими. Гарри сладко потянулся и поправил волосы. - Мне было хорошо. - пробормотал он. - Одевайся. - Томлинсон кинул ему рубашку. Он выглядел слишком индифферентным для человека, который только что проснулся в объятиях любимого человека после потрясающего секса. Гарри закусил губу, наблюдая за ним. - А тебе? Парень что-то пробурчал в ответ, застегивая ремень. Он подошел к зеркалу, надевая пиджак и поправляя прическу. Гарри не успел даже встать с кровати, когда Луи уже был готов выходить. - Ты не подождешь меня? - обескуражено спросил парнишка. - У меня нет времени. Хлопнула дверь. Гарри остался совершенно один в опустевшей после ухода Луи комнате и почувствовал, как вновь нарастает в груди обсессия и любовь его снова казалась платонической, недосягаемой. Почему он так себя ведет? Неужели, ему все равно? Разлюбил? Глаза Гарри мгновенно наполнились слезами и он упал на кровать, зарываясь лицом в подушки, стуча по ним кулаками и, словно девочка-подросток страдающая недостатком внимания со стороны сильного пола, забился в истерике, заглушая рыдания. Мысль о том, что Луи его разлюбил, стягивала все органы парнишки в один узел, заставляла ноги дрожать, вызывала отвратительное чувство опустошенности и ненужности, обиды и усиливала обессию в сотни раз. Ну зачем так жестко?! Какой низкий и недостойный способ мести ты выбрал, Томлинсон. Недостойный даже для самого отменного подлеца! Человек, который всегда слыл своей справедливостью, благоразумностью и непредвзятостью, оказался таким низкодушным! А в прочем, не стоит перекладывать свои грехи на других. Это ведь ты, Гарольд, старался изо всех сил сегодня, чтобы соблазнить Луи и затащить его в постель. Ты получил, что хотел. С сокрушительным поражением своих демонов перед своими ангелами, Гарри осознал, что виноват он. И только он. У Луи не было зловещего плана по отмщению, он всего лишь стал жертвой обстоятельств. Он не собирался давать Гарри надежду, а потом бросить на произвол судьбы. Так неужели, это снова Стайлс во всем виноват? Неужто Луи всего лишь на время предался воспоминаниям и на этом все закончилось? Нет же, Гарри. Вспомни этот вдохновенный, глубокий и томный взгляд, устремленный в твой. В нем читалась любовь. Он всего лишь хотел тебя, не накручивай. Только что он ушел, даже не подождав тебя. Мысли, одна за другой, стремительными горящими стрелами поражали разум парнишки и перекрикивали друг друга, не давая сосредоточиться ни на одной. Мальчик свернулся в комочек и, зажмурившись, плотно закрыл уши ладонями, пытаясь тем самым сдержать этот бурный поток. ™ Блять! Блять! Блять! Час. Я все пропустил. Луи буквально слетел по лестнице на первый этаж и обнаружил, что все собрались, образовав круг. Играла медленная, размеренная музыка, зал наполнялся симфоническими звуками саксофона. В такт музыке по залу двигались жених с невестой, прижавшись друг к другу. Луи чуть не распластался под натиском совести, когда увидел лицо Лотти. Неужели она расстроена, или Луи кажется? Если так, то у Томлинсона теперь есть все основания клясть себя всю оставшуюся жизнь и считаться худшим братом за всю историю человечества. Спешно Луи пробрался сквозь толпу и встал там, где Лотти точно бы его увидела. Он нервно теребил галстук и не сводил взгляд с сестры, пытаясь определить ее настроение. Он выглядела самой счастливой в жизни, прижимаясь к плечу любимого человека, с которым теперь связана узами брака. Вскоре девушка увидела брата и лучезарно улыбнулась ему. В то же мгновение Луи обдало волной облегчения и он выдохнул. Похоже, все обошлось. Музыка прекратилась. Гости зааплодировали и Томми, отстранившись от своей невесты, уступил место Томлинсону. Тот смахнул с лица все посторонние эмоции и смело шагнул к сестре под пристальным взором толпы. ™ Кареглазый парень скучающим взглядом изучал свои ноги и лениво тыкал пальцем в пироженное. За сегодняшний день он не произнес ни слова, ни с кем не поздоровался и ни на кого толком не взглянул. Буквально вчера ему пришло приглашение на свадьбу Шарлотты, сестры его лучшего... бывшего лучшего друга. Естественно, Лиам понимал, что встретит здесь Луи и поэтому по началу не собирался приходить. Но потом подумал, что в последние дни жизнь стала настолько нудной и канительной, что даже воздух начал раздражать. Да и потом, когда это Лиам Пейн боялся кого-то? Тем более, Луи Томлинсона. Именно с такими мыслями парень пришел сегодня на свадьбу Лотти, но уже успел пожалеть об этом. Здесь еще скучнее, чем дома. Лиам окинул зал взглядом и остановился на миниатюрной девушке лет семнадцати-восемнадцати, одетой в длинное красное платье. Она стояла спиной к парню и, немного ссутулившись, теребя в руке кулон, неуверенно оборачивалась, словно ища кого-то. Лиам прищурился, отметив про себя, что эта особа определенно кого-то ему напоминает, но кого - он вспомнить не мог. Подойти? Однозначно нет. Ты с ней не знаком. Да и потом, ты сейчас не в лучшей форме для общения с симпатичной девушкой. Тебе нужно еще время, чтобы прийти в себя. Но она выглядит такой потерянной и, более того - Лиам мог сказать как человек, отменно понимающий поведение прекрасного пола - словно не в своей тарелке. Как впервые попавшая на подобное мероприятие, ни с кем не знакомая, привязанная к одному единственному человеку, которого она и ищет. Помочь? Девушка подошла совсем близко к Лиаму, но совершенно не замечала его. Она взяла бокал шампанского и поднесла к губам, после чего немного поморщилась, как после первой в жизни пробы, и поставила на место. У Лиама это вызвало улыбку. Она совершенно не умеет себя вести. - Как вы тут оказались? - задал он нескромный вопрос. Девушка устало покосилась на него. Это позволило парню лишь мельком увидеть изумрудно-зеленый цвет глаз и задуматься еще больше. - Пришла с другом, но, кажется, обо мне забыли. - Вам не кажется. Незнакомка приподняла бровь и повернулась в сторону Пейна. Она выглядела заинтересованной. - Вы тоже не страдаете от излишка внимания. - Только здесь. "Нарцисс" - читалось в ее взгляде. - Тогда что вы здесь делаете? - Наслаждаюсь временным одиночеством. - Лиам залпом опустошил бокал шампанского, мечтая о чем-нибудь покрепче. - Но вам скучно. - она указала подбородком на опустошенные бокалы. - Вовсе нет. Я праздную. - он улыбнулся и поправил волосы. - Лиам. - Гвенаэль. Гвен. Они непринужденно пожали друг другу руки и повернулись к залу. - А, вот и он! - радостно воскликнула Гвен, завидев Луи в середине зала. - А вот и он. - протянул в ответ Лиам и губы его расплылись в усмешке. Каким унижением, должно быть, для Луи была каждая секунда проведенная рядом с Лиамом. Тем более здесь и сейчас, на свадьбе собственной сестры. Ты знаешь, что нужно делать. - Ты бы не хотела потанцевать? - предложил Лиам, встав прямо перед девушкой. Гвен растерялась и покраснела. Она подняла на парня широко раскрытые глаза и немного приоткрыла губы. Парень глядел так, словно пытался затянуть девушку в бездну своих прекрасных золотистых омутов, но при этом делал это абсолютно невинно, будто бы не осознавал, настолько прекрасен. И все же, как бы красив и обворожителен он не был, эти чувства не сравнить с теми, которые Гвен испытывает при виде улыбки Луи. Но Луи не приглашал тебя на танец. Похоже, он вообще забыл о тебе. - С удовольствием. Гвен вложила руку в ладонь парня и последовала за ним. Вскоре, когда они уже подобрались совсем близко к линии разделения зрителей от пространства для танцующих, заиграла следующая мелодия и еще несколько пар вышли танцевать. Лиам шагнул вперед и утянул за собой девушку, в то же мгновение она оказалась в его руках и они поплыли по залу, все ближе пробираясь к Луи и Лотти. Невеста их заметила первой и шепнула на ухо брату: - Снова Лиам с какой-то девушкой танцует. А она симпатичная. Похожа на Гарри. Кстати, где он? Томлинсон словно очнулся ото сна. Он осознал, что, похоже, Лотти пригласила Лиама ( это следовало ожидать, она ведь ни о чем не знает), что он совершенно забыл о Гвен и о том, что Гарри подозрительно много времени проводит наверху. Блять. - Гарри утомился, я проводил его наверх. Он отдохнет и спустится. - Да-а? - сладко протянула Лотти. - Ну и кто же его утомил? Томлинсон все пытался сосредоточиться на лице сестры и не думал о том, насколько сильно ему хочется сломать конечности парню который сейчас, по всей видимости, находится сзади. - Не ты ли? - Н-ну да. - неловко пробормотал Луи. - Пошалили немного. Шарлотта хихикнула. - Я помню тот период, когда вы две недели жили у нас. - Нет, Лотти, пожалуйста... - Вы трахались как кролики и переломали нам всю мебель и технику. Я до сих пор не понимаю, как вы умудрились сломать телевизор... - Я же все возместил. - Факт в том, что вы не могли друг от друга оторваться по началу. А потом все реже и реже... - девушка тяжело вздохнула. - Ты устал от него? - Скорее он от меня. - Луи перевел взгляд куда-то поверх плеча сестры. - У нас тоже так будет? - Лотти, ты потом все поймёшь. То, что мы стали меньше трахаться не значит, что пропала любовь. Просто... У меня работа, у него учеба, последний год. Мы оба устаем. Да и потом, скоро у вас появятся дети и вам будет не до секса. - Но у вас же нет детей. - И секса у нас достаточно. Лотти улыбнулась и прижалась щекой к груди брата. - А ты бы хотел? - Чего? - Детей. Томлинсон вздохнул и оперся подбородком на макушку сестры. Он вспомнил о той херовой туче мыслей, без которых не проходила ни одна ночь, особенно после того, как он решил сделать Гарри предложение. У них не будет детей. Их детей. Конечно, можно было бы взять малыша из приюта или воспользоваться услугами суррогата, но Луи всегда мечтал о малыше с кудряшками Гарри и со своими глазами. Чтобы одна его улыбка вызывала воспоминание о Стайлсе своими великолепными ямочками, а по венам текла кровь Томлинсона и, с возрастом, он становился похож на Луи своими привычками, речью и манерами. Конечно же парень понимал, что связав свою жизнь с Гарри, он навсегда лишает себя возможности растить своих детей в любящей семье, но только лишь одна мысль о том, что вместо Гарри рядом будет кто-то другой, вызывала у Луи чувство отчуждения и холода. Поэтому, не жалея о своем выборе, парень сделал Стайлсу предложение руки и сердца. - Очень. - Ты всегда мечтал о собственной семье. Но ведь Гарри никогда не сможет... - Я знаю. Давай поговорим о чем-нибудь другом. Девушка с глубоким и искренним сожалением взглянула на брата и поджала губу. Тот лишь улыбнулся ей в ответ и поцеловал между бровей. - Не волнуйся обо мне, сестрёнка. Для меня главное, чтобы ты была счастлива. Лотти остановилась и крепко обняла Луи. Она так сильно прижалась к нему, что грудь заболела у обоих и дышать стало тяжело, но никто не отстранился. Музыка стихла и все обратили свой взор на брата и сестру, обнимающихся посреди зала. Шарлотта вновь подняла глаза вверх, пытаясь сдержать слезы и вдруг увидела тонкий и длинный силуэт мальчика, спускающегося со второго этажа. Она тут же узнала в нем Гарри и в голову ей пришла идея, которую она немедленно захотела осуществить. Лотти схватила брата за руку и поволокла к лестнице, прихватив заодно микрофон со стола организатора. Стайлс, завидев стремительно приближавшихся Лотти и Луи, замер и смутился, ведь теперь почти все смотрят на него. Лицо у него было заплаканное и опухшее, а волосы прибывали в полнейшем хаосе. - Знаете, - начала говорить в микрофон Шарлотта, приподняв платье и поднимаясь по лестнице. - Я безумно люблю -теперь уже- своего мужа и, похоже, всегда буду любить. Он замечательный, добрый и бесконечно спокойный человек. Иначе бы он не смог бы пробыть со мной так долго, а с тем более сделать предложение. Томми, я люблю тебя. - Лотти взглянула на жениха, а тот в свою очередь помахал ей их толпы. Зал загудел. - Но моей жизни есть еще один мужчина, который появился еще раньше, чем я научилась улыбаться. Это мой великолепный брат - Луи Томлинсон, который был моей опорой все эти годы. Он мне и друг, и брат, и отец. Я знаю наверняка, что с чем бы я к нему не обратилась, он всегда поддержит меня и поможет. Потрясающее чувство - понимать, что есть тот, кто никогда тебя не оставит и будет твоей опорой и поддержкой в любых начинаниях и стремлениях. Он помог мне стать счастливой. И теперь я хочу, чтобы он был счастлив. - она протянула руку Гарри и тот, покраснев как помидор, протянул свою в ответ. - Недавно он сделал предложение любимому человеку и я хочу, чтобы за них тоже все радовались. Они этого заслуживают. Твою ж мать! Лиам стоял в бурно аплодирующей толпе людей, не сводя глаз с Гарри, которого никак не ожидал здесь увидеть. Он был на 100% уверен, что Луи и Гарри в ссоре, а теперь... На щеках Стайлса появляется тот самый обворожительный розовый румянец и он смущенно опускает глаза. Ресницы медленно ложатся на яблочки, ямочки то и дело мелькают в уголках рта, словно парнишка не знает, как себя вести. Таким он был в день из первой встречи. Это был первый раз, когда Лиам влюбился в Гарри. А затем ещё тысячи тысяч раз, все больше с каждым днем. Луи становится на одно колено и протягивает ему руку. Парнишка спускается на один уровень с ним и кладет свою ладонь в его, пленя всех окружающих своим влюблённым взглядом. - Гарри Эдвард Стайлс. - начал Томлинсон точно так же, как несколько недель назад. - Ты согласен стать моим на всю жизнь? Парнишка продолжал смотреть на Луи. Лиам затаил дыхание, наблюдая за мальчиком и за каждым малейшим его движением, точно как в день помолвки. Тогда в нем было столько неописуемого счастья, что парень не смог больше находится в одном помещении с ним и ушел. А сейчас что-то до боли грустное, но тщательно скрытое мелькает в его глазах. Он кивает и одном губами шепчет: "Да". Зал снова аплодирует, а Луи обхватывает Гарри руками, крепко сжимая в своих объятиях и нежно примыкает к губам. Они сливаются горячем любовном поцелуе под восхищенные возгласы толпы. Лиам в эту секунду понял одну вещь, прежде чем у него чуть не разорвалось сердце. Это то самое, что он ни скажет никогда и никому, даже если когда-нибудь еще встретит столь же невообразимо прекрасное существо, коим является для него Гарри, и решится связать с ним жизнь. Эти мысли навсегда останутся грубыми рубцами в его душе, о которых никто и никогда не узнает...