50 оттенков слабости

™ Гарри почувствовал, как сильные руки плотно сжали его запястья и от неожиданности вздрогнул. Бутылек упал из его руки и разбился, а из другой посыпались таблетки. - Гарри, мать твою! Что ты творишь?! - прокричал кто-то совсем близко. Мальчик наблюдал как рассыпаются по полу таблетки, как его тело поднимают над полом, как пытаются вернуть в реальность. Лиам развернул его к себе и начал трясти, заглядывая в глаза. Взгляд парнишки был абсолютно стеклянным и безэмоциональным. - Гарри! Гарри, посмотри на меня! Ты выпил? Ты успел выпить? Гарри! - безустанно повторял парень. Парнишка продолжал стоять неподвижно в течение нескольких секунд. Руки его, прижатые к груди Лиама, по прежнему тряслись от шока и бессилия перед чувством безысходности и опустошенности. Затем его пальцы начали понемногу сжимать футболку Лиама, а глаза налились прозрачной пеленой. - Зачем? - пробормотал он. Лиам тяжело дышал. Кровь не переставала стремительным потоком бурлить в венах, ибо он все никак не мог понять, успел ли Гарри принять таблетки или нет. Но он был счастлив хотя бы тому, что застал мальчика живым. С каждой секундой парень опускал лицо все ниже, будто пытаясь разглядеть лицо Гарри - Что? - переспросил он. - Зачем ты меня спас? Я не хочу. - Не смей так говорить. - Я не хочу, Лиам! - Прекрати! Посмотри на меня! Посмотри сейчас же! Гарри. - парень схватил мальчика за щеки и поднял таким образом лицо. - Сколько ты уже выпил? Кудрявый замотал головой, задыхаясь от слез. Он закрыл глаза, от чего по щекам его потекли ручейки слез, а когда открыл, Пейн поразился той бесконечно красивой и печальной наркотической глубине, которую в них увидел. - У меня смысла в жизни, Лиам, понимаешь? Просто позволь мне выпить эти несчастные таблетки... - Что опять случилось, детка? Он обидел тебя? Гарри закрыл лицо руками и громко всхлипнул. Лиам убрал руки от его лица и осторожно прижал к себе, обняв за плечи и уткнувшись носом в макушку. Он вдохнул аромат, который уже начал медленно растворялся в его памяти, но сегодня четко возобновился. И как только это произошло, огромная кирпичная стена, которую пытался выстроить Лиам между ними, рассыпалась словно карточный домик. - Он ее любит. Он разлюбил меня, он любит её теперь! Лиам! - Гарри ударил кулаком в грудь парня и еще сильнее прижался к нему. - Я никому не нужен. Никому, понимаешь? Меня никто никогда больше не полюбит, я его потерял. Потерял то, ради чего живу. Так зачем продолжать? - Гарри... - лицо Пейна исказилось. - ты мне нужен. Мальчик отстранился и запустил руки в волосы, развернувшись. - Нет. Нет, я не о том говорю. Раньше он нуждался во мне. Нуждался в том, чтобы я был рядом. А теперь рядом с ним она. - Гарри, ты нужен мне. - Я пришел к нему вчера. Он обнял меня, сказал, что скучал. И я поверил в то, что мы снова будем вместе. Поверил, а затем увидел ее... Мы поругались, он даже ударил меня. И я понял, что мне нужно его отпустить, что нет меня больше в его жизни. А значит, и в своей. Я один, Лиам. - Ты... нужен... мне. Очень, Гарри. Лиам крепко обнял мальчика со спины и прижался к нему, закрыв глаза. Парнишка немного повернул голову в сторону Пейна. - Лиам, ты не понимаешь меня. Я говорю о настоящих чувствах, а не о... - Ты ведь знаешь, какого это? Жить одним человеком. - спросил он низко и еле слышно.- Ты живешь им, а я тобой. Если ты умрешь, то повлечешь за этим и мою смерть. Гарри, ты убьешь меня. Мальчик обернулся. Он поднял на Лиама покрасневшие глаза, словно пытаясь понять, лжет он или нет. "Ты пытаешься успокоить меня? Или говоришь правду?"- спрашивал его взгляд. Пейн слабо улыбнулся и с любовным трепетом убрал мокрые кудряшки с лица мальчика. По правде говоря, парнишка был поражен осознаю того, что впервые видит Лиама настолько бескорыстным и искренним, не требующим взамен ничего, настолько просто говорящим о своих чувствах и ни капли об этом не сожалеющим. - Гарольд, - сказал он мгновение спустя, опустив взгляд и нахмурившись. - я очень редко говорил это вслух, а когда говорил - ты спал в это время. Но я... я люблю тебя. - парень поднял на Стайлса глаза, но, не дождавшись реакции, продолжил. - Я говорю это, понимая, что ты любишь Луи. Настолько сильно, что готов покончить с собой ради него. Просто я не хочу, чтобы ты думал, что один. Ты никогда не будешь один, пока я жив. Лиам много раз слышал эти слова в мелодрамах и считывал со страниц книг, но только сейчас понял, сколько смысла в них выложено. Он говорил не потому, что так принято, а потому что чувствовал так. И Гарри это увидел в его глазах. - Если ты хоть что-то ко мне испытываешь или испытывал, если я значу для тебя хотя бы самую малость, то прошу, очень прошу тебя больше не пытаться покончить с собой. Просто пообещай, что будешь жить. И я тебя не оставлю. Никогда. - Ты так говоришь только чтобы я... чтобы я... - мальчик все еще задыхался. - Нет, котенок. Я так говорю, потому что люблю тебя. Неужели ты меня плохо знаешь? Лиам оставил на губах Гарри влажный и легкий поцелуй, сказав тем самым, что готов принять любое решение относительно своей судьбы. Мальчик внимательно изучал его, а Пейн добился нужного результата: истерика прекратилась. - Я. - выдавил Гарри, спустя время. - Я не знаю. - Я не прошу тебя принять решение. Я прошу тебя прекратить попытки суицида и... Телефон Пейна завибрировал. На экране высветилось имя Найла и его фотография. Лиам тяжело вздохнул, вынул телефон из кармана и отстранился, собираясь выйти из комнаты, чтобы ответить на звонок. Мальчик поспешно схватил его за ладонь и замер, точно сам себе не отдаёт отчета в своих действиях. Он поднял широко раскрытые глаза на старшего, на что Лиам ответил таким же взглядом. Напряженное молчание прерывала только нескончаемая вибрация телефона Лиама. В конце концов включился автоответчик и комнату заполнил грустный и низкий голос Найла: - Просто позвони мне, ладно? Я переживаю. И обязательно возвращайся сего... - Не уходи. Эти два слова напрочь заблокировали слуховые рецепторы Лиама, и поэтому слова Найла до него уже не доходили. Он сделал два шага вперед и заключил Гарри в крепкие объятия, прильнув губами к его макушке. - Я не уйду. Никогда не уйду. Я останусь с тобой. ™ Тишина. Молчание. Уже около двух часов прошло с тех пор, как Луи написал сообщение Гарри и оно, по всей видимости, без остатка растворилось в сети сотовой связи. Парень старался отогнать все нехорошие мысли, но с каждой минутой становилось все сложнее и сложнее. За эти два часа, он, казалось, постарел на 10 лет и чувствовал себя выжатым как лимон. Какие только мысли не лезли ему в голову, но когда он непроизвольно представил, как несет на плече гроб, в котором покоится тело Гарри - не выдержал и набрал номер Найла. За то время, пока шли гудки, прошла целая жизнь для Луи. Он искусал губы в кровь и принялся за ногти. - Что?! - заорал Хоран на другом конце трубки. У Томлинсона душа ушла в пятки. По телу прошла волнующая дрожь и только больше разожгла огонь страха и беспокойства. Он затаил дыхание. - Прости... - пробормотал Найл. - Прости, я просто не в духе... Голос у него дрожал и срывался от слез. Луи несколько раз вдохнул и выдохнул, готовясь к тому, что может ответить Найл на предстоящий вопрос. - Что... Что-то с Гарри? - С вашим ебанным Гарри как раз все в порядке! - прокричал парнишка и, спустя секунду после этого, заскулил. Облегчение не настигло Луи. Он все еще прибывал в диком напряжении и даже слова о том, что Гарри жив и здоров - не вразумили его. - Не беспокойся, он не один. - с ядом в голосе кинул мальчик. - Лиам пошел к нему. - Лиам? - тихо спросил Луи. - Да. Не волнуйся, он не позволит, чтобы с ним что-то случилось. Гарри- это ведь центр вселенной. Самое важное, что только может быть. - его голос снизился до печального шепота. - Я даже рядом не стою. Сука! Гудки. Луи только что заметил, что совершенно не контролирует свои телодвижения и решительно не понимает, каким образом оказался на балконе. Организм расслабился и требовал свежего воздуха, ведь атмосфера в комнате была слишком напряженной и тяжёлой. И только положив трубку Томлинсон почувствовал как с несусветной скоростью по его венам растекается облегчение и осознание того, что с его малышом все в порядке. И даже то, что он сейчас находится рядом с Лиамом Луи не тревожило. Почему-то он знал, что Гарри предан ему, и что стоит только Луи поманить пальцем, как парнишка тут же прибежит к нему и будет готов на все. И эта мысль успокаивала Луи. Успокаивала потому​, что в глубине души он понимал, что рано или поздно не выдержит и вновь без остатка одастся Гарольду и своим так и не остывшим чувствам к нему. Все равно он мой. Мой и ничей больше. И я и он - мы оба это знаем. На лице Томлинсона расплылась победная улыбка, хотя чему он так радовался - не понятно было даже ему самому. На секунду ему показалось, что он сходит с ума. - Лу? Парень оглянулся. На пороге, между спальней и балконом, стояла Гвенаэль, завернутая в полотенце и мокрая. Она смущенно переводила взгляд с предмета на предмет, но не решалась остановить его на Луи. - Как ты, детка? - спросил парня, подойдя к ней. Сам себя он не мог понять в этот момент. Словно тело существовало отдельно от сознания и им управлял совершенно иной человек. Луи не хотел делать того, что он делал сейчас. - Все хорошо. - прошептала девушка и наклонила голову, чтобы Луи мог оставить поцелуй на ее лбу. - Точно? Ничего не болит? - Немного. - Гвен выдержала паузу. - Луи, я хотела бы поговорить о... - Не сейчас. - Томмо приблизился к ней и склонил голову над её плечом. Гвен ощутила приятное покалывание в области шеи и ключиц, но, смутившись, сделала шаг назад. Томлинсон резко обхватил ее за талию и, притянув к себе, увлек обратно в комнату, поспешность закрыв балконную дверь. ™ - Расскажи мне теперь все по порядку. - прошептал Лиам в волосы Гарри, поглаживая его по спине. Мальчик удобно расположился на груди старшего и лежал, не двигаясь, уже минут десять. До этого Лиам убрал все таблетки и на всякий случай острые предметы из поля зрения Гарри, твердо решив, что не покинет этой квартиры, пока не убедится, что Гарри в полном психическом и духовном порядке. Но стоило ему только сообщить об этом Найлу, как тот тут же закатил истерику, прекрасно зная Лиама и его отношение к слезам и ревности. Именно поэтому Пейн кинул трубку и, фыркнув, отключил телефон. Он не чувствовал никаких угрызений совести, ибо никогда не давал согласия быть с Найлом как его парень. Мальчик сам пошел на роль приживалки с полным набором услуг. Гарри все еще не отошел от шока. Перед глазами стояла одна и та же картина, вызывающая слезы: Луи покрывает еле ощутимыми ласковыми поцелуями тело так похожей на Гарри девушки, а она тает в его руках, шепча одно и то же имя. И Луи смотрит на неё синими как море глазами, полными любви и нежности, старается выразить это в легких касаниях и низком ласкающем шепоте. Затем резким движением проникает в нее и накрывает словно волна ее тело, бережно сжимая в своих руках и заглушая стоны влажными губами. Именно таким был их первый раз. У Гарри будоражило кровь при каждом воспоминании об этом, но не в этот раз. Сейчас его добивала каждая мысль, а он не мог этому сопротивляться. Он только хотел, чтобы Луи вновь обнял его и сказал, как сильно любит. - Луи меня больше не любит. - тихо ответил он. Лиам отвел взгляд, прикидывая, насколько это возможно. - Люди не всегда бывают вместе до конца дней своих. - объяснил он. - Все случается. Просто все может разрушится в один момент и ты не должен переживать из-за этого. Просто двигайся вперед как это сделал Луи. - Я не могу. Лиам, я не могу без него. - Это временно, малыш. Любовь пройдет, когда ты найдешь того, кто сможет заглушить боль. Естественно, самоуверенный Лиам говорил о себе, надеясь в тайне, что когда-нибудь все-таки станет для Гарри важнее, ближе и превыше Луи, полностью избавит мальчика от чувств к нему и начнёт безраздельно править в сердце Гарри. А Стайлс даже не мог представить, что сможет полюбить кого-то хотя бы на тысячную долю того, как любит Луи. Для него это было что-то за гранью реальности, что-то невозможное и отвратительное. На его сердце словно висел титановый замок с надписью "Луи", избавиться от которого казалось совершенно невозможным. Мальчик моргнул и ресницы его вновь намокли от слез. Он приоткрыл красные губы и, судорожно выдохнув, спросил: - А ты нашел?