Соблазнить гея

       — Лухан, что ты прицепился ко мне? Сколько можно? Кого ты так ищешь? — не унимался Кенсу, подозрительно косясь на друга.        — Да так, одну сумасшедшую. Не бери в голову, — пробормотал парень себе под нос и продолжил разыскивание необходимой информации.        Он вбил в строку поиска всего лишь два слова: «Ким Хона» и нажал кнопку. На экране ноутбука стали появляться разные статьи с такими же заголовками: «Тихим осенним вечером была похищена девушка», «Маньяк-убийца нашел очередную жертву в виде студентки», «Серийное исчезновение девушек».        — Так это была правда, — прошептал Лухан, закрывая глаза. — Боже мой, дурак. Самый настоящий идиот! Она же просила о моей помощи, а я так по-дурацки с ней себя повел. Хотя тот удар от паренька пришелся «по вкусу».        — Что ты там бормочешь себе под нос? — не унимался Кенсу, подходя ближе к парню. — Что уже случилось, что ты дурак? — допытывался друг у Лухана, подходя ближе и присаживаясь на быльце дивана.        Тот досадно вздохнул, прикусив губу, и откинул голову на спинку кожаного черного стула.        — На днях, я встретил одну девушку. Ночью. Она сказала, что ее похитили, и попросила отвезти в полицейский участок, а я не поверил. Подумал, что она сумасшедшая, но помощь-таки предложил. Мы уже почти сели в машину, как ее взгляд резко поменялся. Она подошла ко мне вплотную, попросила запомнить ее имя и убежала. Потом, ко мне подошел какой-то парень, спросил о ней и ударил. А дальше, помню, как очнулся лежащим на асфальте возле машины, но ни юноши, ни девушки уже не было. И вот, я все-таки решил пробить ее имя, и результат на экране, — закончил свой рассказ Лухан и открыл глаза, заглядывая в ноутбук.        Кенсу одним взглядом просканировал информацию и на одном выдохе произнес:        — Офигеть. И что планируешь теперь делать? — поинтересовался он у друга. Лухан посмотрел на него, а в глазах так и засветилась решительность.        — Теперь, буду ее искать. Если мы в одном городе, а я в этом уверен, то, может, мне удастся ее найти без чьей-либо помощи.        — А полиция? — спросил Кенсу и откинулся головой назад, опираясь о стену.        — Ты что, не знаешь, какие они медлительные? Тем более, помнишь, что я в прошлом — детектив? — задал риторический вопрос парень. — Я найду ее, чего бы мне это не стоило.

***

       «Больше нет сил сопротивляться. Он настолько сильно вытряс душу, что я готова прыгнуть в бездну и никогда из нее не возвращаться.        Мне омерзителен каждый периметр любой комнаты этого дома. Сколько можно? А как же Шин А? Почему нас тринадцать?        Я, конечно, понимаю, шлюх мало, но из нас зачем делать ˝товар˝? В моем сердце больше нет места любви. Я вообще не уверена, что смогу перенести чье-либо прикосновение к себе: будь то парень или девушка.        Сегодня или никогда. В этот день решится все: умру я или останусь жива».        Хона поставила жирную точку в конце предложения, как только услышала шаги. Внутри все перевернулось несколько раз.        Девушка спрятала листок бумаги под кровать, которая стала хранилищем ее мыслей. Почувствовав опасность, она незаметно для себя прикрыла все синяки кофтой, надевая ее. Натянув на лицо надменную улыбку, хотя сама себе уже не верила, посмотрела вперед, ожидая, когда распахнется дверь и все начнется заново: побои и, как последствия, ссадины; новый «клиент», с которым она не будет покорна, ведь не позволит и прикоснуться к себе; очередная пощечина и неделя без еды.        Хона уже не помнит, когда в последний раз нормально ела, кроме куска хлеба и стакана молока. Он заставляет каждую «заключенную» смотреть, как мучается Ким за непослушание, а никто и пискнуть не может, ведь все жутко боятся оказаться на ее месте.        Внизу послышался переполох, а шаги за дверью стихли, будто бы юноша остановился и ожидал чего-то.        Хона поняла, что сейчас или никогда. Схватив ножницы, которые лежали под подушкой, она осторожно подошла к двери, желая услышать хоть малейший звук.        Сердце заколотилось с новой силой, а страх уже съедал изнутри, цепляясь за хрупкие обрывки воспоминаний того ужаса, что ей пришлось пережить.        Не медля ни секунды, девушка отворила дверь и выбежала с нее. Она закрыла глаза, ударяя противника по шее, или туда, куда достала ее рука, и понеслась вперед, но ее перехватили.        — Успокойся, — прошептал на ухо томный тенор. — Я запомнил твое имя и нашел тебя, — держа за талию, произнес Лухан ей на ухо. Волна мурашек прошлась по телу, а девушка доверительно поддалась на сладкую истому веры. Ведь помнила его голос. Это был тот приятный молодой человек, который был готов отвезти ее в полицию.        Так надоело быть сильной, что она уже не выдерживала. Каждый день был для нее очевидным испытанием, которое Ким смогла выдержать.        — А теперь сматываемся отсюда, спецназ знает, что я забрал тебя. Пошли, скорее, — но у Хоны больше просто не осталось сил. Она рухнула на пол, чувствуя, как сердце бешено колотится, а слезы медленно сползают по лицу.        Парень опустился на корточки за ней, обнимая и тихо произнося ласковые слова успокоения. Девушка прильнула к нему и молча глотала соленные капельки, желая оказаться дома.        — Все будет хорошо, — произнес Лухан и поднял ее на руки, желая поскорее вывести из этого дома. Только один взгляд на Хону заставлял его сердце вымученно биться в груди и отчаянно глотать крики сожаления, что он искал ее так долго. Почти месяц ушёл на поиски, но все-таки ему удалось.        — Кенсу, скажи им, что Хона со мной, — бросил он другу на выходе из дома и пошел к своей машине.        На улице было много полицейских и черных фургонов. Хоть он и рассказал все им, но без поддержки властей ему не удалось бы самостоятельно спасти Ким.        Хотя то время, пока велись поиски, Лухан постоянно засыпал с мыслью, что если бы не он, то Хона была бы уже дома. Почему тогда он неправильно воспринял ее слова, оставалось загадкой и для него самого.        Все еще держа девушку на руках, Лухан снял сигнализацию и открыл заднюю дверцу, желая аккуратно уложить туда Хону. Осторожно усадив на сидение, парень достал плед и укрыл ей ноги. Она посмотрела на него своими яркими темно-карими глазами и устало улыбнулась, чувствуя, как слезы подбираются к ней с новой силой.        Происходящее до сих пор казалось ей каким-то хорошим сном, и, проснувшись, она снова окажется в том ужасном доме, где над ней будут издеваться мужчины, прося интимной ласки.        Хона почувствовала, как силы иссякли, а усталость накрыла с ног до головы. Девушка провалилась в беспокойный сон, в то время как Лухан уже вырулил на главную трассу.        Парень глядел на дорогу, не замечая, как мысли винтились в голове, а сознание скручивалось в тугой узел, когда он вспоминал, что произошло с Хоной.        Пока Лухан искал ее, то полностью собрал всю информацию на того подонка Ким Чондэ. У него была своя схема: сначала запугивать жертву, потом медленно подкрадываться, затем, самая важная часть, знакомство с жертвой и похищение.        Но остается еще вопрос: кто его сообщник? Как ему удалось сбежать? И главное: почему?

***

       — Чонин, побудь здесь. Хорошо? Я сама пойду посмотрю и сразу же вернусь, хорошо? — риторически спросила Сани парня, вставая с колен и кидая на него последний взгляд.        Он лишь качал головой в разные стороны. Ким не смог заставить себя зайти в ту палату, в которой возможно лежал труп сестры.        Лим почувствовала, как сердце в груди болезненно сжалось, а потом оно замедлило свой ритм и начало биться с удвоенной силой. Руки тряслись, а силы воли не хватало, чтобы набраться смелости открыть чертову дверную ручку в палату.        Собрав остатки своей гордости, Лим с силой толкнула дверь и зашла в помещение. Внутри так и разило трупным запахом, от чего у Сани появился рвотный рефлекс, но она сумела сдержать его.        — Госпожа Лим Сани? — спросил патологоанатом, отрываясь от созерцания мертвого тела.        — Да, — неуверенно ответила девушка, желая поскорее уйти из этого ужасного места.        — Пройдите, пожалуйста, сюда. Вам нужно опознать труп, — вежливо попросил работник морга, указывая на место, куда ей нужно ступить.        Сделав над собой неимоверное усилие, Лим подошла ближе, чувствуя тошноту. Голова едва ли не кружилась, а руки все так же тряслись.        — Итак, вы готовы? — спросил парень и посмотрел на Сани. Та кивнула и взялась за металлический стол, желая удержать равновесие. Сердце Лим испуганно заколотилось в груди.        Миг, и белая простыня была убрана, а лицо жертвы показано.        Волна облегчения прошлась по всему телу, а девушка сдержанно ответила, что это не ее подруга. Вежливо поклонившись друг другу, они попрощались, и Лим на всех парах едва ли не выбежала с помещения.        Надежда поселилась в ее сердце, ведь то, что там была не Хона, значило, что она еще жива, и это несказанно радовало.        — Чонин! Чонин! — чуть ли не кричала Сани, подбегая к нему. — Там не Хона, она жива. Ты слышишь меня? Она жива, — лепетала Лим, обнимая его.        Услышав новость, парень поднял поникшую голову и с явным недоверием посмотрел на девушку. В его глазах заиграли искорки надежды, так же как и у Сани.        Обняв девушку, он посмотрел перед собой. Казалось, что еще вот-вот и он сорвется. Чонин и так был на грани, и только Лим стала его поддержкой, ведь больше никого нет.

***

       — Нет-нет, не трогай меня. Нет, пожалуйста! — девушку трусило, а слезы с удвоенной силой скатывались по лицу. Воспоминания подкрадывались к самому разуму и постоянно воспроизводились в голове.        Страшно.        Было безумно страшно, что все снова повторится.        — Эй, эй, Хона, проснись, — тихо просил парень, легонько тряся ее за плечи. Девушка резко открыла глаза и отпрянула от него, забиваясь в угол кровати. Страх так и сверкал в ее глазах, а губы были искусаны до крови.        Минута ей понадобилась, чтобы распознать помещение и человека, что сидел перед ней.        — Лухан, — всхлипнула она и подалась вперед, буквально падая в его объятья. Парень присел на край кровати и обнял девушку, гладя по голове и нашептывая различные слова успокоения. — Пожалуйста, не отдавай меня ему, — шептала Хона умоляющим голосом.        — Конечно, я тебя никому не отдам. Все нормально, я рядом. Хочешь, подожду, пока ты уснешь? — девушка легонько кивнула и легла в кровать.        Лухан поправил ее одеяло и уселся на пол возле мебели. Он аккуратно взял руку Хоны и упёрся спиной о тумбочку. Парень стал легкимм массажирующими движениями поглаживать ладонь девушки и рассказывать разные истории из своей жизни.        Им обоим было нелегко, но каждый смог переступить начертанную ими грань безумства, чтобы поддаться на искушение Дьявола.        Лухан стал спасательным жилетом для Хоны в этом холодном и жестоком мире, в то время как Ким стала бездной, которая поглотила Ханя. Прорвой, которая показала, что существуют разные девушки: хрупкие, нежные, эгоистичные, самолюбивые.        Они стали друг для друга отдушиной и смогли помочь выбраться из всеобщей ямы страха, хотя порой бывает нелегко.

***

       Ветер колышет ее волосы, а сердце размеренно бьется в груди. Легкие тучи пролетают над головой, а искра безумия еще светится в погасших глазах.        Она смотрела перед собой и чувстовала, как все ее естество менялось. Добродушность сменилась холодностью, искренность — фальшивой улыбкой, а страх стал ее слабой стороной.        После пережитого сложно было представить себе жизнь прежней, но только один человек сможет нейтрализовать действие яда, который медленно распостранялся по всему телу и давил на мягкие места. А может и два, но только Лухан спас ее. И теперь, только ему, она всецело верит.        Хона любила брата, но странное чувство не покидало ее с того самого момента, как закончился тот Ад. Не то чтобы она боялась его, просто было еще до сих пор не по себе, когда Ким была в чьей-либо мужской компании.        Поначалу, Лухан тоже был ее врагом «Номер один», но после недели сожительства, она стала понемногу доверять ему. Ночные кошмары все так же преследовали ее во время сна, но Лухан всегда приходил к ней и помогал уснуть, оставаясь до самого утра.        Он никогда не переходил границу дозволенного и результат оккупировался в течение месяца.        Когда Хона наконец-то осознала, что свободна, речь зашла о возвращении домой, где, как она уверена, ее ждал брат.        Как бы ни было прискорбно, Лухан действительно привык к ней и не хотел отпускать, ведь понимал, что Хона может не вернуться, но держать взаперти и не позволять встретиться с братом было не в его силах.        Он знал, чего не стоит делать, и поэтому сразу же согласился отвезти Ким домой, хоть на душе скребли кошки.        — Ты готова? — поток мыслей был бестактно прерван Луханом. Девушка опустошенно вздохнула и прошла к машине. — Хона, почему ты без курточки? Заболеть хочешь? — укоризненно спросил Хань, смотря в упор на нее. Она слабо ему улыбнулась, отходя от забора его дома.        — Просто отвези меня домой, пожалуйста, — немного резко произнесла девушка и села на переднее сидение. Хона была безмерно благодарна Ханю за заботу, но именно в этот момент, ей просто хотелось помолчать.

***

       Чонин заскочил буквально на минуту домой, как услышал запах оладий. Ему это показалось хорошим сном, ведь только один человек умел готовить их непревзойденно.        Желая подтвердить свои догадки, Ким скинул сумку со сменной одеждой и едва ли не вбежал в кухню.        За плитой стояла его сестра, в своем милом голубом фартуке в желтые цветочки. Парень глубоко вздохнул, протер глаза, желая понять, не иллюзия ли увиденное.        Он хотел было подойти ближе, как перед ним вырос незнакомый китаец.        — Хона, — позвал тот, и девушка обернулась.        — Привет, — по-доброму поздоровалась она. Чонин чуть не упал на колени, ведь до сих пор не мог поверить в происходящее. — Лухан, все в порядке, это мой брат. Можешь расслабиться, — произнесла Хона и погладила того по спине, как бы успокаивая.        — Хона, — прошептал парень и ринулся в ее сторону, крепко обнимая. Ему казалось, что она просто возьмет и растает, как песок.        — Это я, Чонин, я вернулась, — таким же тихим тоном, как и он, произнесла девушка и погладила по голове, чувствуя, как слезы подбираются к лицу.        Ей были еще немного неприятны прикосновения Чонина, ведь она еще полностью не оправилась от пережитого.        Пока они с Луханом ехали до Сеула, Хона тысячу раз прокрутила сцену, как они встретятся с братом, и ни одна не была похожа на другую, но в итоге, все получилось само собой. Остается вопрос, как примет она Сани, если почти каждое прикосновение вызывает у нее омерзение, кроме рук Лухана.