Служанка

— Пусти! — вскрикнула она, пытаясь вырваться из его цепких, сильных рук. Рванув вперед, Мадара с силой ударил, чуть выше талии. Глаза Наруто расширились. Хватая в беспамятстве воздух губами, словно пытаясь втянуть в свои легкие сверх дозволенного, он пытался осознать происходящее вокруг. Боль электрическим импульсом в одно мгновение пронзило его тело, и мысли собрались воедино. Его друг бросился на него и повалил на пол. Мужчины катались по полу. В спертом воздухе раздавались приглушенные стоны и рычание, удары кулаков о плоть. Наруто, ударил Мадару в лицо, используя каменную подпору для двери как дополнительный вес, тем самым увеличив силу своего удара. Мадара взвыл от боли, из брови хлынула темно-бордовая кровь, и он принялся что есть мочи колотить Наруто кулаками в грудь. — Нет, нет… — Шептала Сакура сквозь слезы, глядя на них — Нет… Нет… — Что здесь происходит? — по всей комнате неожиданно раздался властный голос. Темноволосая женщина с едва заметной сединой, стояла у входа. Увидев на полу своего старшего сына, измазанного в крови, и Наруто, она застыла на месте, переводя взгляд с Сакуры на Наруто, за тем с Наруто на Мадару и обратно на Сакуру. — Мама, мы… — Но Микото жестом руки прервала сына. — Вы специально сговорились, чтобы добить меня? Один сын умер, а второй пытается сделать всё, чтоб я была следующая.— Её взгляд полный отчаяния и презрения упал на Сакуру. — У служанки есть свои обязанности, у вас молодые люди — свои. А сейчас, будьте любезны привести себя в порядок. Дождавшись пока все разойдутся, и она останется со служанкой наедине, продолжила: — Ты не устаешь меня разочаровывать. — За несколько мгновений её лицо разительно изменилось: глаза прищурились и губы сжались: — В ближайшее время ты покинешь наш дом. И больше сюда не вернёшься. — Госпожа… — Тихо прошептала служанка, опустив голову. — Ты думаешь я ничего не замечала? — ухмыльнулась она — Глупая. — Прос-ти-те, ваша светлость. — Сакура отступила назад, поклонившись.

***

Розоволосая девушка лежала тихо, пытаясь привести свои мысли в порядок, однако чем больше усилий она прилагала, тем сильнее становилось ее смятение. Это невыносимо! Сакура резко села и замерла; Сасори что-то пробормотал во сне и перевернулся на бок. Сакура осторожно ощупала покрасневшую от удара щеку. Она выбралась из постели и посмотрела на щелочку между тяжелыми занавесками, закрывавшими единственное окно в комнате. Небо едва-едва окрасилось серо-розовым. Сегодня ей уже не уснуть. Служанка взяла со спинки стула нижнюю рубашку, корсет, платье и оделась. Отворив дверь, Сакура тихо выскользнула из комнаты. Желая подышать свежим воздухом, она спустилась на первый этаж, прошла по коридору через неосвещенную переднюю, распахнула дверь и, выйдя на крыльцо, едва не столкнулась с тем, кого меньше всего ожидала увидеть. — Прости…те, ваша светлость. — девушка отступила на шаг. Светловолосый растрёпанный мужчина крепко взял её за плечи. — Не можешь заснуть? — Он внимательно посмотрел на нее. Сакуру как будто ударили кирпичом в грудь. Прошло несколько секунд, прежде чем ей удалось совладать с подступившими к глазам слезами. — Наверное я должен извиниться, — негромко сказал Наруто — Бог- свидетель, я после… — неуверенно прокашлявшись, продолжил — порой мне сложно нести ответственность за свои поступки. Девушке захотелось как в детстве, зажать уши ладонями и не слушать слова от человека, присутствие и голос которого разрывали ее сердце на множество осколков. — Я не хочу, чтоб ты страдала, Сакура. — Я тоже этого не хочу. Он слегка вздрогнул от её слов и опустил руки. Сакуре пришлось признать, что её слова прозвучали ядовито. Она этого не хотела, однако отступать уже было нельзя. Девушка с трудом смогла проглотить подступивший к горлу ком. Ей не хотелось ни говорить, ни думать о том, что её ждет дальше. Только не сейчас. — Ты родилась не в то время и не в том месте. Все могло бы сложиться иначе. Будь она поумней, никогда бы не допустила интимной близости между ней и Мадарой. Ах, если бы тогда, когда Наруто предупреждал её, что между аристократом и обычной служанкой не может быть ничего серьезного, что у них нет будущего и это не только из-за пропасти между классами… Она бы с самого начала вела себя сдержанно, более того, ни за что не позволила бы себе увлечься им. Сакура же не дура. Когда люди ее класса вступают в близкие отношения с представителями высшего общества, ничего хорошего из этого получиться не может по определению. Сакура была так слепа, так бездумна, что практически повторила путь своей матери, хотя клялась себе никогда не совершать подобных ошибок. Она понимала, как это все происходило: буйными красками расцвела любовь её матери к лорду, когда он сделал ее своей любовницей и она с каждым днем становилась зависимой от него. Представьте себе, какое разочарование постигло её, когда их сын родился бастардом… Какую боль она испытывала, когда он женился на такой же как он, а ее обычную служанку, с ребенком на руках, выгнали на улицу, бросив на произвол судьбы. Если бы не отец, возможно её с братом и не было бы вообще. Он подобрал её мать холодную и голодную. Принял в семью с ребенком на руках. И никогда бы никто не узнал, что Пейн не родной его сын. Если бы в тот момент, когда Микото рассказывала своему мужу об этом, Сакура не была за дверью. Девушка забыла о здравом смысле, еще тогда когда увидела Наруто, а с Мадарой все её принципы, всё, что она хранила в душе как святыню, растаяло как дым. Слава Богу, вчера поздно вечером выяснилось, что она не забеременела: не хватало только произвести на свет еще одного несчастного, незаконнорожденного ребенка, который никогда не знал бы своего отца. Это был бы полный провал… Наруто хотел дотронуться до неё, но она попятилась назад. Он с грустью улыбнулся: — Я вел себя как эгоист. «Слишком поздно извиняться.» — с горечью подумала Сакура. Она глупая испорченная девчонка, которая слишком быстро и слишком охотно пала, подавшись своим мечтам и зависти. Какой девушке не захочется носить шелка, танцевать кадриль с прекрасными джентельменами. А ведь тот, кто сейчас стоит в паре шагов от неё, предупреждал, но она продолжала бежать сломя голову, как впрочем и всегда.

***

      Дни пролетали незаметно в имении Учих. Конечно тут и раньше никогда не было шумно, и смех не раздавался на каждом шагу, но после смерти Сая, имение погрузилось в атмосферу ужасающей тишины. Как перед бурей. Госпожа Микото теперь постоянно находилась где—то поблизости. Если не она, то её слуги не теряли розоволосое несчастье из виду. Скорее всего, госпожа рассказала мужу. Ведь он лично попросил заменить персонал, обслуживающий стол и спальни хозяев. Мадара и Микото буквально сразу же отправились к родственникам в другой город. А Итачи не упускал шанса поддеть за живое, напоминая где чьё место.       В выходные выдался довольно жаркий день, чем воспользовался господин, приказав Сакуре привести в порядок клумбы с цветами. Когда со стороны ограды в имении раздались громкие голоса и ржание коней, через некоторое мгновение показались трое всадников. Впереди галопом скакал неизвестный ей мужчина, одетый в брюки для верховой езды из оленьей кожи, которые плотно обтягивали его мускулистые бедра, и новый шерстяной сюртук, который смело подчеркивал ширину его плеч. Пожилой садовник засуетившись, быстро побежал в сторону главного входа, что—то второпях пытаясь объяснить подоспевшему дворецкому. Мужчина, что скакал впереди, остановился близ Сакуры. Не слезая с коня, достал твердый кнут, прислонив кончиком к щеке зеленоглазой: — Это так прислуга встречает важных гостей? — властно вставил всадник. Он возвышался на фоне солнца и его лицо было невозможно разглядеть. Прищурившись, девушка поспешно встала и поклонилась в знак приветствия: — Добро пожаловать, господин.- легкая дрожь пробежала по всему телу. Невиданный ужас нагонял голос незваного гостя. — Милорд Намикадзе, прошу вас, пройти в кабинет господина Учихи, вас уже ждут. — дрожащим голосом сказал дворецкий, на что всадник лишь фыркнул, приказав своим спутникам ждать его снаружи. -А ты, Сакура, быстро беги на кухню, приведи себя в порядок и принеси в кабинет господина Фугаку прохлаждающие напитки и фрукты. -Но… — Непонимающе воскликнула Сакура. — Это его личная просьба. Негромко постучавшись, служанка, опустила голову и вошла в кабинет с подносом в руках. — И что говорилось в том письме? —Недовольство промелькнуло в голосе Фугаку. — Что вы отдаёте мне её, в знак приветствия новому соседу. Ваша прелестная женушка описывала, что эта служанка мила и покорна, в ней преобладают те качества, что так ценны мне. Да и тем более, ее старший брат, тоже работает на меня. — Менма! — воскликнул глава Учих. — Что ты вытворяешь! Бросив пронзительный взгляд на Сакуру, он крикнул: — Пошла прочь! Дальнейший разговор к счастью ей не удалось услышать, но ужас и волнение переполняли её. Вот что Микото даровала ей за её проступки.

***

      Сакура сидела в карете, которую прислал её новый господин, чтобы добраться до поместья. Она, подперев щёку кулаком, смотрела в окно на осенний пейзаж. Уже не так далеко был виден аккуратно подстриженный газон, окаймленный вдали рядом необычных скульптур с ужасающими мордами и рогами, и часть фасада, и широкая лестница ярко освещенная высокими фонарями. Когда повозка резко остановилась, с трескающимся звуком отворилась дверца: — Я уже заждался тебя, сестрёнка. — Раздался до боли знакомый голос. Пейн аккуратно помог выйти из кареты. Обняв его, девушка радостно вздохнула: — Я так скучала по тебе. — Теперь ты будешь жить тут — отстранившись он указал рукой на дом. Он был прекрасен. Настоящий дворец, достойный герцога. К самой большой двери шла широкая лестница с высокими колоннами, которые овивали золотистые змеи. Перед дверью стояли люди в одинаковой форме темно-болотного цвета. Лишь одна женщина стояла поодаль, скрестив руки на груди. Ее лицо было скрыто в меховом капюшоне, а плащ оголял лишь часть ее богато вышитой одежды и пышных форм. Это блистательное, вселяющее благоговейный ужас место не подходило на уютное поместье Учих. Внутренний голос кричал: «Мне тут не место! Я хочу домой! Хочу к Мадаре!». Но Сакура расправила плечи и подняла голову, скрывая дрожь волнения в руках и ногах. Пейн взял ее за локоть, прошептав: — Не волнуйся, сестра. Мой попечитель суров, жесток и прямолинеен, но под твердым панцирем он как воск. Войдя в гостиную, она заметила мужчину, стоявшего к ней спиной, облаченного в темну рубашку, с черными как смоль густыми волосами. От него веяло той же энергией, что и от того властного всадника, с которым ей к несчастью случилось встретиться. Комната была огромной, в бардовых тонах, лишь шторы были темно — зеленого цвета с золотистой бахромой. Руки, сцепленные у него за спиной, играли мышцами и это наталкивало на мысль, что он поглощен своими раздумьями. Пейн затаил дыхание ожидая его ответа: — Оставь нас. — Раздался как гром среди ясного неба голос жесткий и властный. Когда он обернулся, Сакуре наконец удалось рассмотреть его лицо. Он был красив: бледная кожа с черными волосами спускающимися на плечи, голубые глаза. Девушку кинуло в дрожь. Такие же глаза как у Наруто.       Менма приподнял одну бровь, разглядывая гостью. Фарфоровая кожа, зеленые огромные глаза, розовая коса ниспадала на ее плече. Она была взволнована и это было видно. Сакура в ответ рассматривала его. Его лицо было таким же как и у Наруто, но решительность и сила, которая исходила от этого человека, поистине пугала. Четкие черты свидетельствовали о его высоком происхождении, тонкие губы, с которых никогда не сходила ухмылка, широкие скулы, волевой подбородок и глаза… От них веяло холодом, но где-то там, в этом темно-синем океане, куда не проникает дневной свет, иногда проблескивал огонек… И чем дольше Сакура смотрела, тем больше она утопала в эту пучину… Еще мгновенье и она сможет дотянуться до этого огонька, осталось лишь протянуть руку…еще секунда… — Ты недостаточно женственна — наконец он прервал тишину, демонстративно опустив взгляд на её бедра. Он обошел девушку кругом. — Маленького роста, бедра только—только округлились, да и грудь мала даже для ладони. — Потеряв всякий интерес, он отошел к кожаному дивану, с силой опустившись на него. — Скажи, разве пребывание в имении Учих не пробудило в тебе жгучее желание познать настоящую жизнь? — Господин… я… — Мышь, да еще и мямля. — презрительно бросил он. — Я не мышь! — Сама того не ожидая, Сакура повысила голос, после чего прижала руки ко рту. — Тогда чего ты хочешь? — Мне бы хотелось доказать, что я скорее сильная, чем слабая, и у меня есть характер. — Сакура вдруг умолкла, а глаза её увлажнились. — Хорошо, если это так. Откинув голову на спинку, Менма закинул ногу на ногу, прикрывая глаза и улыбаясь так, что самому смелому человеку этот оскал снился еще долгие месяцы. — Видишь ту коробку? Открой её. Повинуясь своему новому господину, служанка медленно направилась к огромной белой коробке. Сняв крышку, она замерла. В ней лежало бордовое шелковое платье. Менма наблюдал за ней полузакрытыми глазами.  — А теперь раздевайся. — Что? -Вздрогнула от неожиданности девушка, вжавшаяся от такого заявления. — Я сказал раздевайся! — Нет! — Спохватилась Сакура, прижимая руки к груди. Это вызвало негодование сурового господина. Он быстро спрыгнул с места, подлетел к девушке и, схватив ее за шею, прижал к стенке. — Я не спрашивал твоего мнения, дрянная девчонка! Это была не просьба, а приказ! И когда твой хозяин говорит тебе раздеваться, ты должна спросить как быстро тебе раздеваться, мелкая тварь! — он перевел дыхание, пытаясь совладать с эмоциями.  — А теперь, сними с себя одежду — гневно прошипел он почти над ее ухом. Наклонившись ближе к ее лицу, она услышала как он с шумом вдыхал запах ее волос. Кровь начала приливать к лицу, от чего лицо Сакуры покраснело, ноги стали подкашиваться, и казалось, что только сильная рука Менмы не дает ей упасть на пол. Сердце бешено стучало в груди, пытаясь вырваться наружу, воздуха было мало, и ей показалось что вот-вот она потеряет сознание. Но в то же время Сакура ощутила приятное тепло, которое волнами разливалось по всему телу, и с каждой секундой это тепло, медленно перерастало в жар. Ее захлестнули эмоции, которых она раньше не испытывала никогда. Тело отказывалось слушаться, хотя сама понимала что это неправильно… Жар медленно спускался к животу… — Я хочу посмотреть на то, что так нравилось тому отбросу. Менма резким движением руки опустил ее на колени. В голове Сакуры проносился миллиард мыслей о прошлом и настоящем, но жар не давал ей сконцентрироваться. Он подошел к столику, налил в хрустальный бокал виски и направился к дивану. Там, в полутьме которую разгонял бесполезный оранжевый свет от камина, расположился он — Менма, хищник выжидающий момента, чтобы нанести финальный удар. Словно бездна, которая всматривается в человека, и от которой невозможно утаить свои самые сокровенные тайны. Ты словно беззащитное слабое создание, абсолютно нагое перед ней. И он был этой бездной. Он был той тьмой, что так манит забвением, но в то же время отталкивает необъяснимым животным страхом. Выражение его лица резко изменилось, превратившись в злобную маску, томным утробным голосом из глубины груди он прошипел: — Ну же, приступай. Мне становится скучно… А это еще хуже. Поднявшись с колен, Сакура медленно расстегнула пуговицы платья, позволяя скользнуть коричневой ткани с плеч на пол. Девушка осталась в одном корсете и полупрозрачной ночнушке. Она снова взглянула на своего палача. Взревев как зверь, он откинул недопитый стакан, снова приближаясь к служанке. Не говоря ни слова, он схватил за воротник, разрывая ткань, превращая некогда нижнюю одежду в бесформенные клочки. Сейчас, его красивое лицо было искажено, и он больше был похож на зверя, увидевшего свою долгожданную жертву. Опустив руку к бедру, он дотронулся до горячей кожи. Его руки были холодными, а сильные пальцы сжимали до боли ее нежную, податливую плоть. — Теперь ты поняла, что терпением я не обладаю? Впредь выполняй приказы незамедлительно. Не отрывая руку от наружной части бедра, он медленно начал опускать ее к тому месту, которое трогал только Мадара. От чего колени девушки, непроизвольно сомкнулись. Но взгляд, который она поймала, заставил развести ноги, и она уже не могла больше сопротивляться порыву страсти. Сердце замерло в ожидании неминуемой участи. Он отшагнул назад. — Сколько раз тебя имели шлюха? — прошептал Менма, прижимая Сакуру к стене. Опустив взгляд, Сакура прикусила губу, чтобы не заплакать. -Отвечай! — Он с силой стиснул внутреннюю сторону бедра. Мимолетная острая боль, медленно перерастающая в удовольствие затуманила ее разум и словно в бреду она прошептала: — Семь раз. — Этот слабак трахнул тебя всего семь раз? — Неистовый, всепоглощающий, надменный смех эхом разлетался по всей комнате, разрывая тишину на тысячи маленьких осколков. Не дожидаясь ответа, он навалился всем телом, прижимая Сакуру к холодной каменной стенке. — Можешь не отвечать… Мне все равно неинтересно. — он приложил холодные губы к ее уху и прошептал — Это мы скоро исправим… Он резко развернул ее спиной, схватил левой рукой за горло и начал медленно сжимать пальцы перекрывая доступ кислорода. Ее обнаженная, нежная грудь упиралась в холодную стену, легкая дрожь обуяла тело, дыхание стало быстрым и прерывистым, разум помутился. Первый удар пришелся на ягодицы, словно хлыстом разрывающий воздух. Сакура непроизвольно вскрикнула, но он так и остался где-то в ее гортани. — Тише, ты же не хочешь что бы нас услышал Пейн? А ведь он может придти в любую минуту. Представь, какую интересную сцену он увидит… Его любимая сестра, которую он так обожает… на самом деле просто шлюха. — Нет, прошу вас, господин не надо… — А может быть мне его позвать? Как ты думаешь, убежит? Или же присоединится к нам? Менма замахнулся и ударил во второй раз, по тому же самому месту, ведь он знал что боль будет нестерпимой. Сакура прикусила губу, что бы не издавать лишних звуков. Третий, четвертый, пятый удар она уже не чувствовала. Он провел ладонью по покрасневшим ягодицам. — Ты знаешь, почему я тебя ударил? Не в силах произнести ни слова, Сакура робко помотала головой. — У меня всегда холодные руки. С самого детства, и никто не может объяснить почему. Моя покойная матушка водила меня к докторам, но все они только разводили руками и не могли ничего сказать. Спустя какое-то время я заметил, что только женское тело может греть мои руки… Вот именно поэтому, что бы заставить кровь приливать к твоей коже сильнее. Что бы согреть свои руки.-Он опустил ладонь на внутреннюю часть ее бедра. — Но я знаю что согреет меня еще лучше. Пальцы быстро скользнули между ее ног, и оказались внутри ее влажного лона. Он проникал все глубже и глубже. — Я вижу, что под маской скромной девочки скрывается опытная шлюха — ухмыльнулся Менма — И не говори что тебя имели только семь раз. Скажи мне лучше вот что: сколько раз ты трогала себя там, лежа в теплой кроватке ночью, когда ты думала что твой брат спит? Признай, что тебе это доставляло непередаваемое наслаждение… Ощущение греха своего тела, влага на пальцах. Сакура начала тихо стонать, ее бедра рефлекторно начали двигаться ритмичней, и она сама не заметила, как начала сама насаживаться на пальцы Менмы. А он все продолжал сдавливать ее горло, все сильней и сильней. — Прошу в-вас… Госпо-дин прекратите… Вы меня задушите… Он резко завернул ее лицом и дал пощечину. Сакура упала на колени. — Тебе пора усвоить один важный урок. Тут я решаю что и когда прекращать! — он сел на диван и расстегнул штаны. — А теперь покажи мне, чему научил тебя этот недоносок. Хотя больших надежд я и не строю, но все же, тебе лучше постараться удивить меня.       Густой, тягучий воздух заполнял комнату, Сакуре показалось, что она находится в террариуме, где другие законы природы диктуют правила бытия. Что тут, в этой полутемной комнате, начинается новый мир, а тот, старый мир, к которому она привыкла, казался ей таким близким и таким недосягаемым. Стоило всего лишь встать и выбежать через дверь. Но непреодолимая сила, которую доселе она не знала, удерживала ее словно магнит, словно земное притяжение, что удерживает луну на орбите. — Ползи ко мне на четвереньках, дворняжка. И она медленно начала ползти, повинуясь прихоти своего нового господина, палача и тирана. Она приблизилась к его ногам, и посмотрела глазами полными слез, в надежде что это всего лишь шутка, очень жестокая и скверная шутка, или на худой конец сон, от которого просыпаешься в холодном поту. Но это была реальность, жестокая, страшная, но в то же время притягательная реальность. Теперь это ее мир, ее господин. Раздался стук в дверь. — Господин, разрешите войти. К вам… Не дожидаясь ответа в комнату вошел пожилой мужчина в черном фраке с надменным, невозмутимым лицом. В правой руке он держал серебряный поднос, на котором стоял чайный сервис на две персоны. — Пошел вон! — закричал Менма, и кинул в старика стакан, но промахнулся и попал в стенку. Тысячи осколков разлетелись по полу, а старик с тем же невозмутимым лицом, с той же интонацией продолжил: — К вам пришли гости, по поводу каких-то бумаг и требуют вашей аудиенции как можно скорее. — Так выстави их за дверь! Это мой дом и мне решать кого принимать, а кого нет. К тому же я очень сильно занят. — Я понимаю всю ситуацию, и принимая в расчет тот факт, что молодой господин сегодня встал не с той ноги. Но гости очень сильно настаивают, а под очень сильно я подразумеваю, конкретно вот что: они грозятся обратиться в высшую инстанцию, если данный вопрос не будет решен незамедлительно… — Избавь меня от своих речей… — прервал его Менма — И почему я все еще тебя не уволил? — Потому, что я самый незаменимый человек в этом поместье, и хочу заметить, что без меня этот дом развалится на кусочки. Хочу добавить и тот факт, что я служил вашим покойным родителям, и служу вам… — Довольно. Я уже иду. Но мы с тобой еще не закончили, дворняжка — Он посмотрел в глаза Сакуре, Менма снова стал тем всадником, которого она видела в поместье Учих. — Сегодня ночью я закончу то, что начал. Иди, приведи себя в порядок, а то смотреть на тебя тошно. Проводи ее в комнату.