"Хэй, господин полицейский!"

      Благодаря своему сильному телу, Чимин шел на поправку очень быстро, чем сильно радовал Чонгука, который практически не отходил от омеги. Несмотря на упреки Пака, он все же чувствовал себя виноватым, поэтому лез из шкуры вон, чтобы сделать для любимого все, что только в его силах.       Но как всегда есть «но», и в этой ситуации этим «но» была весьма сильная зависимость тела от наркотика. Выяснилось, что такая сильная зависимость возникла в связи с тем, что наркотик вводился регулярно, при этом очень часто и в больших дозах. Чимин прошел через эту боль. Он никого не впускал в свою комнату, даже Чона, потому что не хотел, чтобы тот видел его настолько жалким. Все это время Чонгук стоял за дверью и слушал мучительные стенания омеги, сжимая кулаки и клянясь, что сделает все, чтобы эта свинья Чхве страдала в разы сильнее Чимина. Наконец, через несколько дней Пак позвал Чона к себе, и тот не заставляя себя ждать, ввалился в комнату омеги. Чимин, сидя на постели, устало улыбался ему. Чонгук облегченно вздохнул и направился вглубь комнаты.       ─ Тебе уже лучше, Минни? ─ спросил Чонгук, опустившись на кровать рядом с омегой.       ─ Тело еще немного побаливает, но в целом все хорошо, ─ омега улыбнулся шире. ─ Я тут, как в бункере, даже не знаю последние новости, поэтому давай рассказывай, что в мире творится.       Омега пододвинулся ближе к Чону и опустил голову на его колени, явно намекая на то, чтобы его сейчас приласкали, как котенка. Это еще одна полюбившаяся Чону привычка омеги – он был очень ласковым. Когда они оставались вместе наедине, то Чимина притягивало к альфе, как магнитом, и, не давая ему покоя, он либо требовал ласки от Чона, либо дарил ее сам.       Чонгук ласково начал перебирать мягкие пряди выцветших волос.       ─ Ну, начну с того, что меня отстранили от дела по поводу пропажи омег, ─ расслабленно произнес Чонгук.       От этих слов Чимина будто током ударило и он резко поднял голову:       ─ Как отстранили?       ─ Вот так, из-за того, что я долго не докладывал начальству о продвижении расследования, ─ альфа обратно уложил Пака и продолжил поглаживать его по голове. ─ Благодаря Намджуну меня хотя бы не уволили.       ─ А что с депутатом Чхве? ─ морщась от неприятных ощущений, поинтересовался омега.       ─ А он продолжает жить припеваючи…       ─ Это не на долго, ─ зло оборвал Чимин. ─ Смеется тот, кто смеется последним.       Чимин поднялся и притянул к себе младшего за затылок.       ─ Разве я не прав? ─ спросил омега, обдавая губы альфы горячим дыханием.       ─ Я говорил, что ты не прав? ─ ухмыльнулся Чонгук, втягивая Пака в долгожданный поцелуй.       Большие ладони альфы мягко ложатся на упругие ягодицы старшего и по собственнически сжимают их, заставляя омегу сладко простонать в поцелуй. Аккуратно опустив Пака на кровать, Чон провел по пухлым губам омеги языком, после чего проник в его рот. Чимин обвил талию Чона ногами, чтобы приблизить его тело к своему. От этой близости он буквально сходил с ума.       За этим зрелищем со стороны наблюдал Джин, который зашел к Паку, чтобы справиться о его состоянии, но случайно наткнулся на завязывающуюся оргию.       ─ Кхм… Может вы с этим немного повремените? ─ немного неуверенно спросил Джин.       Пара встрепенулась и быстро отдалилась друг от друга. Сердца обоих колотились так сильно, что их стук слышал даже Джин. Тяжело дыша, они Чимин с Чонгуком уставились на Джина.       ─ Зачем мы должны повременить с этим? ─ смущенно спросил Чон, думая, что это что-то серьезное.       ─ Будто ты сам не заметил, ─ укоризненно ответил Ким. ─ У Чимина на днях должна начаться течка, поэтому желательно немного потерпеть, потому что она у него на этот раз сильно задержалась, не так ли Чимин~и? Чонгук перевел взгляд на омегу, который опустил голову.       ─ Так, ─ кивнул Пак.       ─ Разве это имеет какое-то значение? Некоторые ведь и до течки того… ─ Чонгук внимательно посмотрел на Джина, который продолжал стоять около двери.       ─ У каждого омеги свои отличия в организме, однажды Чимин…       ─ Джин не надо! ─ смущенно воскликнул Пак. ─ Я сам расскажу.       ─ Конечно, ─ кивнул Ким и, поклонившись, вышел за дверь.       В комнате воцарилась тишина. Но глубокий вдох Чимина нарушил ее.       ─ Как мой альфа, ты должен это знать, ─ кивнул Чимин. ─ Хоть все и считают меня идеальным омегой, но всем, кто был со мной известно, что я не даю до течки.       ─ То есть, я – исключение? ─ горделиво спросил альфа.       ─ Я ведь не виноват, что хочу тебя, ─ Пак улыбнулся своей фирменной улыбкой.       ─ И почему же ты не давал никому до течки? ─ спросил Чонгук, чуть склонив голову и посмотрев на омегу.       ─ Дело в том, что…─ начал Чимин. ─ Потом, во время самой течки внизу живота у меня сильная режущая боль. Да, она есть у всех омег, но у меня она настолько сильная, что от боли я падаю в обморок. Проще говоря, мой организм с этим не справляется. Однажды мой врач спросил, занимался ли я «этим» перед течкой, на что я ответил согласием, потом он сказал, чтобы я и мой партнер воздерживались до течки.       ─ Стоп, но мы же с тобой занимались сексом, ─ не понимая, возразил альфа.       ─ Ты не понял, Чонгук, ─ омега развернулся корпусом к Чону. ─ Сексом нельзя заниматься прямо перед течкой.       ─ А, понятно, ─ кивнул Чонгук. ─ Но поцеловать-то я тебя могу?       ─ Конечно, ─ улыбнулся Чимин, потянувшись к альфе.       Проснувшись на следующее утро, Чимин надел на себя свой шелковый халат, в котором впервые ужинал с Чоном, и не снимал его с себя целый день. Джин упрекал его в этом, на что омега отвечал тем, что это его дом, поэтому он волен делать то, что захочет. Так же целый день низ живота отдавал тупой болью, которая предвещала скорое начало течки.       Омега заметил, что Чонгук старается избегать его любой ценой, но ему все-таки удалось поймать его вечером и вывести с собой на прогулку по саду.       ─ Ты меня избегаешь из-за усиливающегося запаха? ─ поинтересовался Чимин, погладив раскрывшийся бутон белой розы. ─ Так сильно меня хочешь?       ─ Да, ─ кивнул Чонгук. ─ Сейчас я сдерживаюсь из последних сил.       ─ Кстати, тебе очень к лицу этот халат, ─ улыбнулся Чимин. ─ Думаю, тебе понравился мой небольшой подарок, раз ты его надел.       ─ Мне нравится, ─ улыбнувшись, кивнул Чонгук. ─ У тебя очень хороший вкус.       Чимин остановился, а Чонгук продолжил медленно идти. Все тело омеги начало содрогаться крупной дрожью, а голова сильно кружиться. Низ живота сильно потянуло. Силы в ногах не стало, и омега рухнул на колени, схватившись руками за живот. Чонгук, услышав позади себя шум, обернулся и увидел, что Чимин сидит на земле. Благодаря быстрой реакции, он сразу же подбежал к омеге, когда в нос ударил сильный запах, который еще с самого утра сводил с ума. Альфа понял, что у его Минни началась течка.       ─ Чонгук, ─ жалобно простонал омега, когда Чон поднял его на руки.       Таким его Чонгук его никогда не видел. А все потому, что перед ним всегда был гордый, независимый, находчивый и сильный омега, которым он восхищался, но теперь он выглядит таким, какой он на самом деле: хрупким и нежным, которого всегда хочется защищать. Об этом думал Чон, пока нес омегу в его комнату. Чонгук чувствовал, что его рука стала влажной от природной смази омеги, а здравый рассудок постепенно затуманивался, уступая дикому возбуждению.       Как только они добрались до комнаты, Чонгук, не в силах больше сдерживаться, бросил омегу на постель и начал судорожно развязывать пояс на шелковом халате омеги. Пока он это делал, Чимин, часто дыша, привстал на локтях и откинул голову, с его плеча плавно соскользнул рукав халата, а, когда Чонгук, справившись с поясом, распахнул халат, съехал и другой рукав.       Чонгук, поднявшись на коленях, посмотрел на возбужденного омегу сверху и, демонстративно облизнувшись, быстро избавился от мешающего сейчас халата. От идеального тела альфы, Чимин призывно простонал, и Чонгук, обратно приблизившись, прильнул к влажным от слюны губам. Они остервенело кусали губы друг друга и наслаждались горячими соприкосновениями тел.       Чонгук, кусая нежную кожу, спускался ниже, остановившись у ключицы, альфа укусил сильнее, от чего омега, выгнувшись дугой, громко вскрикнул.       ─ Во время течки ты намного чувствительнее, Минни, ─ ухмыльнувшись, прохрипел Чонгук.       Омега ничего не ответил, лишь начал чаще дышать. Сдавливая пальцами бока Пака, Чонгук ласкает мягким влажным языком чувствительные и напряженные соски. Чимин сильно сдавливает крепкие плечи альфы и сладостно постанывает больше от довольного взгляда младшего, нежели от его ласок. Он чувствует, как возбуждение, подобно огненному цветку, расцвело внутри него и пускает свои стебли по всему телу.       Из-под полуопущенных век омега видит, что Чонгук вновь поднялся на колени, и умоляюще шепчет:       ─ Прошу не останавливайся.       Чонгук улыбается такому заявлению омеги, но слушается его. Чимин ощущает, как холодные кончики пальцев скользнули по его телу и, зацепив неприятно липнувшие боксеры, стянули их. Теперь полностью обнажен. Чонгук аккуратно задирает правую ногу Чимина и от стопы до внутренней стороны бедра спускается влажными поцелуями, заводя омегу еще сильнее. Чимин автоматически разводит ноги в стороны, когда горячие губы Чона касаются нижней части живота. Задевая подбородком возбужденную плоть омеги, он заставляет того с силой откидывать голову назад, но, когда эти самые губы касаются головки члена, Чимин обеими руками сжимает волосы на голове Чонгука, требуя большего. Чонгук улыбается про себя и полностью берет в рот, с губ Чимина срывается громкий стон.       Возбуждающий запах Чонгука действует как наркотик, заставляя забыть обо всем на свете, кроме себя.       Когда руки омеги сжимают ткань халата, а не его волосы, Чонгук опускается еще ниже, к влажному колечку мышц. Язык мягко касается пульсирующего места, заставляя омегу стонать громче. Чонгук слизывает сочащуюся смазку, одновременно лаская Чимина, после чего проталкивает язык вглубь, чем заставляет Пака приподнять таз и молить о большем.       Чимин был на пределе. От самых невинных прикосновений его тело предательски возбуждалось и желало большего, с этим миром его связывало лишь то, что в заднем проходе ужасно зудело, желая альфу.       Пак облегченно простонал, когда почувствовал, как Чонгук приставил головку члена к анусу. Чимин шире раздвинул ноги, за что получил нежный поцелуй в висок. Омега думал, что, как и в тот раз, Чонгук будет входить медленно, но все его думы взорвались миллионами сверкающих звездочек, когда Чон вошел резко и во всю длину.       Чонгук подложил руки под спину омеги, прижимая его к себе и рвано толкаясь внутрь. Из груди старшего вырываются громкие стоны в такт движениям альфы. Руки омеги цепляются за широкую спину Чонгука, оставляя на ней краснеющие царапины. Каждый раз, задевая заветную точку внутри омеги, Чон шепчет на ухо омеги желанные слова:       ─ Ты только мой…Принадлежишь мне…       Чонгук ускорил темп и на лице омеги появилась удовлетворенная улыбка, в его голове ничего не было, кроме имени альфы, которое он ежесекундно постанывал, выгибаясь дугой, вплотную соприкасаясь с влажным от пота телом Чонгука.       Достигнув апогея, Чимин, громко простонав имя Чонгука излился марая свой живот и живот Чонгука, который продолжал рвано долбиться в напрягшееся тело Пака. Внутри омеги стало невыносимо тесно, когда Чонгук входит в него до упора, касаясь мягкой стенки, и Чимин, выгнувшись, чувствует, как альфа полностью заполняет его собой. Внутри приятное чувство наполненности и удовлетворения. Напоследок поцеловав Чимина в губы, Чонгук неохотно покидает его тело и, тяжело дыша, опрокидывается рядом.       Волосы Чимина разметались по простыням, некоторые пряди прилипли ко взмокшему лицу. Чонгук аккуратно смахивает их с белого лба и нежно ведет кончиками пальцев по розовым щекам, скулам, подбородку.       ─ Теперь ты мой навсегда и никуда от меня не денешься, ─ устало улыбается Чимин, беря в свою руку руку младшего и сплетая их пальцы.       ─ Я и никуда не собирался, ─ прошептал альфа, поцеловав Чимина в лоб. Лежа так на кровати, они еще долго болтали о всякой ерунде, смеялись, целовались, совсем забывшись о времени и своих проблемах. Они понимали, что пока они вместе, то проблемы обязательно решатся, но чуть позже, а сейчас, главное укрепить их связь, чтобы никто не смог разлучить их.