ты
18 декабря 2016 г., 21:41
— Мы ведь истинные, — тихо шепчет рыжик, замечая взгляд Юнги, прикованный к его ключице.
Он густо краснеет, а глупая улыбка расползается на пол-лица, из-за чего парень прячет его в ладонях. Как долго Чимин ждал этой встречи и грезил о ней.
То, что Юнги истинный Чимина, парень понял, как только увидел блондина в колледже. Холодного и со взглядом, от которого даже преподов передергивало. Чимину парень понравился сразу, очень-очень, но он решил, что будет встречаться только со своей парой, слыша иногда смешки и возмущение от матери, поэтому пришлось игнорировать свои чувства к блондину. Истинные пары встречаются очень редко, Чимину это не раз говорили. Но Чимин верил и ждал. И когда на белоснежной коже Юнги он увидел своё имя, его сердце едва не остановилось от счастья.
Но блондин, казалось, этого не замечал... Будем откровенны, он не замечал Чимина, даже если его взгляд упирался в парня. Пак решил идти на крайние меры. Он покрасил волосы - ничего. Скинул пару кило - мимо. Начал подводить глаза черной подводкой, накачал себе задницу и начал носить облегающие джинсы, но Юнги в упор его не видел. Чимин был настолько в отчаянии, что готов был подойти к блондину и ткнуть его лицом в себя, мол, «Вот он я, милый и нежный, вали и трахай, да что с тобой не так, Мин Юнги, слепой ты ублюдок!»
Пак уже сдался, но ухаживать за собой не перестал. Пусть блондин его не замечает, зато начали замечать другие. Но, как говорится, счастье само нашло рыжего. И вот оно перед ним - Мин Юнги, персональное счастье и причина многих оргазмов Чимина. Вали и трахай. Но Чимин сдался, струсил, испугался, называйте как хотите - положение вещей не меняет. Он репетировал их первый диалог много раз, воспроизводил всё в мельчайших деталях, но стоит сейчас и смущается, как последний малолетка на первой свиданке. Хотя так и есть, за исключением малолетки разве что.
Он пытается что-то сказать и как-то завязать диалог, но всё, что вырывается из уст: «Мы истинные». Серьёзно, Чимин? Ты мистер долбанная очевидность, медаль тебе. А Юнги... А что Юнги? Он стоит и молча смотрит на смущенно улыбающегося Пака и... уходит. Забирает своё лекарство и уходит, ссутулившись и проклиная погоду.
Улыбка с лица сразу же сползает, а сердце своим стуком отыгрывает похоронный марш. Он... отказался от него или что? Чимин совсем не понимает этот жест. Он бьёт себя ладошками по щекам, приводя в чувство. Юнги просто нужно время, Чимин тоже был в глобальном шоке, когда узнал. Мину тоже сейчас не легко, пусть все осмыслит, а пока...
Чимин ярко улыбается, приветствуя нового посетителя.
Проходит две недели. Две, блять, недели, а от Юнги Чимин не дождался ровно ничего. Даже случайного взгляда не словил. Хотя бы подошел, послал Пака на большой хрен и сказал, что такая шлюха, как Чимин, ему не нужна. Но его просто нагло избегают, делают вид, что не существует, что рыжий пустое место, а не человек с чувствами, прошу заметить. Чимин так просто не сдается, он ждал свою пару не для того, чтобы пялиться издалека.
После психологии Чимин сразу же бежит в другой конец колледжа, где должна была быть следующая пара у Юнги. Он даже его расписание выучил, пусть только попробует послать Пака, он ему такую взбучку устроит. Юнги обнаруживается возле стола лектора, и только наивный идиот не поймет, в чем дело. Рыжий, на удивление, понимает сразу же. Чимин с минуту смотрит, как Мин флиртует с молодой аспиранткой, а та не особо против такого внимания к своей персоне, поэтому не стесняется кокетничать с блондином на виду у всей группы. Кого волнует чужое мнение, да? К Юнги подходит Намджун и тычет того в бок локтем, показывая кивком головы на дверь, где стоит растерянный Пак.
А Чимину хочется кричать от боли, что распространяется в душе. Если пару минут назад за это он бы убил Юнги, то сейчас ему хочется закрыться в своей комнате и заплакать в голос от несправедливости мира. Разве он не достоин счастья? Юнги смотрит пристально на рыжего парня, а потом переводит взгляд на надпись на ключице, хмурится и закатывает глаза, недовольно цокая. Подходит к Чимину вплотную и, обслюнявив свой палец, подносит его к ключице парня, пытаясь стереть свое имя. Но противная надпись слюне не поддается, и Юнги хмурится ещё сильней, а взгляд такой злой, что Чимин готов убежать прямо сейчас, и плевать, что подумает блондин и другие наблюдатели этой сцены.
Юнги надоедает тереть кожу рыжего, что от такого пылкого усилия стала только красней, а надпись всё так и осталась совершенно невредимой, будто насмехаясь над Мином и его тупостью. Он берет Пака за локоть и тянет в сторону мужского туалета. Мин со всей силы толкает Чимина к ближайшей стене и придавливает своим телом.
— Смывай это и прекращай все эти штучки! — зло шепчет блондин, сжимая подбородок рыжего, отчего последний морщится от боли и почти скулит.
— О чём ты? — Чимин не понимает, чем так разозлил Мина, что тот готов его испепелить одним только взглядом.
— Не прикидывайся, что не догадываешься! Ты действительно думаешь, что я, увидев своё имя на теле, поверю, что мы истинные? — Мин крепче сжимает подбородок. — По-моему, здесь все очень даже ясно. Ты думаешь, что я не замечал твоё сталкерство? Решил, что раз тупыми подкатами не подойти, так можно взять этой херней с истинными?
Пак молча смотрит на Мина и практически плачет. Он даже и представить не мог, что у блондина будет такое мнение о нем. Глаза щиплет, и первые слезы скатываются по пухлым щекам, а парень напротив брезгливо кривится и отпускает рыжего из своего плена, уходя из мужского туалета, громко хлопая дверьми. Чимин опускается на колени и, уже никого не стесняясь, громко плачет.
Юнги возвращается в кабинет и движется сразу к своему ряду, игнорируя молоденькую аспирантку, что, увидев блондина, машет ему ручкой и подмигивает. Но Мину сейчас не до интрижек, как бы это смешно ни звучало. Он ведь ни одну юбку не пропустит, а тут такое.
— Ну, как все прошло? — спрашивает Намджун, когда блондин плюхается на свободное место.
— Я ему дал ясно понять, что ко мне не следует подходить ближе, чем на десять метров.
Намджун хмыкает, отворачиваясь от Юнги. А сам блондин теряется. Он не знает, что означает этот жест его друга. Он недоволен им или как? Юнги вздыхает и прикрывает на пару секунд глаза, успокаивая в себе разбушевавшуюся злость. Нам ему уже весь мозг вынес с Чимином и всем, что к нему прикладывается. Ведь это же истинная пара, это же радость и счастье, это дано не всем, а Мин конченый тупорылый мудак. Блондин опять вздыхает и переводит взгляд на доску, где девушка пытается вдолбить студентам в головы, казалось бы, очевидную информацию.
Чимин приходит в себя только на середине пары, осознавая, что пропустил половину физкультуры, а препод ему явно этого не простит. Он так не любит Пака из-за его, как сам старик уверяет всех, холодного отношению к такому великому предмету. Но да. Чимину на него пофиг, но приходится ходить, ведь плохой оценки он не хочет. И сейчас, быстро приведя себя в порядок, он направляется на пару. Ноги немного подкашивает, и сердце больно сжимается, но Чимин держится. Он терпел игнор и это выдержит.
В зал он заходит под пристальные взгляды всех присутствующих и готов умереть прямо на месте.
— Извините, вы Пак Чимин? — к нему подходит молодой хорошо сложенный парень и переводит взгляд с Пака на журнал, проверяя, правильно ли прочитал имя студента.
— Да, это я, — говорит тихо Чимин, отмечая, что парень напротив не только хорошо сложен, но и очень красивый лицом. Да что там скрывать, возможно, имей такую внешность Пак, Юнги от него не отказывался бы.
— Я ваш новый преподаватель физкультуры Джин, очень приятно познакомиться, — Джин протягивает руку офигевшему Чимину, улыбаясь во все тридцать два. Пак протягивает в ответ руку и слегка пожимает её. — Надеюсь, сдружимся и не только, — подмигивает препод рыжему и уходит к совсем расслабившейся группе.
А Чимин всё ещё стоит на месте, не зная, что делать. Джин только что флиртовал с ним? Но он отгоняет от себя все мысли и идет к своей группе. Пара проходит вроде бы тихо и без приключений, если не считать нечаянные касания Джина, когда Пак растягивался. «За задницу нечаянно не касаются!» — думает Чимин, но молчит. Молчит, когда ему подмигивают в десятый раз, облизывая губы. Даже когда его задерживают после пары и в открытую пристают, зажимая возле стенки, он всё также старается не грубить.
— Ты такой сладкий, — шепчет Джин, сжимая ягодицы Пака и притягивая к себе ближе, что казалось рыжему невозможным. Куда ещё ближе? — Так бы и съел.
Чимин неловко улыбается и пытается оттолкнуть тело от себя. Да, приятно, когда такой красавчик тебя трогает и шепчет всякие нежности, но у Чимина есть как бы истинный и он не изменщик, даже несмотря на то, что самому истинному на него глубоко насрать. Дверь противно скрипит, и в помещение входит блондин, замечает парочку, извиняется, разворачивается, чтобы уйти, но в последний момент опять поворачивается к парочке. Уходит из зала он уже не один, а с красным Чимином. Чимин хочет оправдаться, даже пытается что-то мямлить, но его грубо затыкают одним жестом руки и заставляют следовать за собой молча.
— Кто это и что ты с ним делал? — спрашивает Намджун у Пака, когда они заходят в мужской туалет. А Паку хочется сдохнуть. Вся его жизнь пройдет в этом туалете?
— Это новый преподаватель по физкультуре Джин, — отвечает Чимин, не стесняясь разглядывать блондина. Он намного выше и массивнее Юнги. Конечно, Юнги больше похож на фарфоровую куклу, если бы не матерился и взгляд делал помягче, но Паку и так нравится. — Он сказал, что я сладкий и ему понравился.
Последние слова заставляют рыжего покраснеть, а Намджуна — недовольно хмыкнуть. Чего это какой-то препод лезет к истинному его друга?
— Я не просто так тебя искал, — Намджун делает театральную паузу и, замечая заинтересованный взгляд Чимина, продолжает: — У меня есть план, как заставить Юнги признать в тебе истинного.
Чимин удивленно смотрит на блондина, не особо веря его словам, но выхода у него особо нет, и он уже хочет согласиться, вот только...
— Почему это я должен за ним бегать? — возмущается Чимин. — Я не настолько низко упал, чтобы бегать за парнями, выпрашивая у них любовь к себе. Если он не хочет - пусть катится на все четыре стороны, без него проживу.
И уходит, оставляя растерянного Намджуна одного.
«М-да, будет сложнее, чем я представлял», — устало думает блондин, тоже покидая туалет.
Чимин в бешенстве. Он идет домой, пиная все камешки и прочий мусор на своём пути, держа руки в карманах толстовки, и тихо бормочет, иногда всё-таки срываясь на крик, проклятья в сторону Мина. Он не должен бегать за ним, все должно быть наоборот. Это Чимин должен размышлять над тем, встречаться им или нет, должен показывать характер и обижаться по пустякам, но не наоборот. Кем себя возомнил Юнги, пупом Земли?
Пак долго думает о словах Намджуна, даже когда засыпает, воспроизводит их диалог до деталей. Возможно, он прав. Юнги ведь по бабам, а тут Чимин со своей истинностью. На месте блондина Пак поступил бы так же, отталкивая от себя его. Ему бы было противно. И Чимин засыпает с мыслью, что ещё подумает над планом Намджуна и узнает подробности. Он же не заставит за Мином бегать по пятам, мозоля ему глаза.
— Ты переборщил, — шепчет блондин, утыкаясь Джину в шею, и покрывает её мелкими поцелуями. Джин смеётся и гладит Намджуна по голове, наклоняя голову для большего доступа к шее.
— Ты ревнуешь? — хитро улыбается парень. — Я просто хотел показать, что настроен серьёзно, но, кажется, немного спугнул. Не думал, что он настолько невинный.
— Ей-ей, наша задача не заставить Чимина влюбиться в тебя, не забудь, — недовольно шепчет Намджун.
— Да-да, я помню, не волнуйся, — Джин привычно улыбается и тянет блондина ближе к себе, вовлекая в поцелуй.
— И какой у тебя план? — спрашивает Чимин на следующий день у Намджуна.
Намджун смотрит с хитростью в глазах и, приближаясь к самому уху Пака, тихо спрашивает, точно ли он готов выслушать его гениальный план по захвату ледяного сердца его друга. Чимин утвердительно кивает, сглатывая. Он все обдумал и теперь не будет отступать...
— Бегать за Юнги по пятам, мозоля собой глаза, — выдает блондин. — Он увидит, какая ты милашка, и обязательно влюбится.
...или будет.
«Ты что, тупой?» — первое, что проносится у Пака в голове, но он сдерживается и не говорит этого вслух, ему ведь помогать собрались вроде как, не следует грубить.
— Я, между прочим, постоянно ходил за вами и всячески маячил перед Юнги, надеясь, что он меня заметит. Но жизнь не особо справедлива, и воображаемая табличка «Senpai will never notice you», казалось, слилась со мной, — на удивление едко и колко говорил рыжий, удивляя этим Намджуна, думавшего, что Пак — наимилейшее существо в мире. — Но вот, наконец, этот идиот замечает меня. И что случается? Меня посылают! Посылают, Намджун!
Чимину плохо, Чимин злится, но в то же время хочет плакать, как девчонка. Если подумать, то он никому не выговаривался за всё это время, а копил в себе. И, видит Бог, если он есть, рыжий старался добиться Юнги. Он просто устал, ему ужасно хочется бросить всё и найти себе кого-нибудь другого, и катись оно всё в тартарары.
Из собственных мыслей Пака вырывает Намджун, обеспокоенным голосом говорящий что-то из серии «Хэй, ну ты чего? Всё образуется, правда!». Надо же, он и сам не заметил, как заплакал.
— Я просто очень устал. Мне правда надоела вся эта беготня за ним, — хриплым голосом вновь заговорил парень. — Извини, что накричал, я не хотел. Я, пожалуй, пойду. Пока, — уже уходя, сказал Чимин.
Он не будет падать так низко перед Мином. Больше не будет.
