Are you there?

Утро этого дня было для Микки поистине потрясающим. Не открывая глаз он лениво потянулся в кровати и, расплывшись в довольной улыбке, зарылся в мягкие подушки. Спустя несколько минут блаженства, брюнет все-таки решил разомкнуть веки, чтобы проверить сколько времени и, бросив взгляд на часы, заулыбался ещё шире. Было около полудня, а это значит, что Элизабет уже давно ушла на работу и им не придётся продолжать вчерашний тягостный разговор. Честно говоря, Микки сегодня хотел побыть в тишине и одиночестве и насладиться своим последним днем отпуска, занимаясь поеданием пиццы, просмотром старых боевиков и посещением скейт-парка. Он лениво сполз с кровати и направился на кухню, чтобы начать день с привычной чашки крепкого кофе. Не торопясь, парень наполнил кружку горячим напитком и, взяв с полки пачку сигарет, удобно устроился в своём любимом кресле. Сделав первый большой глоток кофе, Микки прикурил, и устремил свой взгляд, как и всегда, в окно напротив. У него из головы совершенно вылетело за ночь, что в ту квартиру заселился новый жилец, поэтому вновь увиденный мужской затылок привел его в замешательство. Рыжеволосый парень стоял спиной к окну, немного склонившись книзу, и что-то усердно сколачивал прямо посередине комнаты. Микки стало невероятно интересно узнать, что делал парень, но из-за высоких подоконников он наблюдал молодого человека только по пояс. Милкович невольно расплылся в улыбке, дожидаясь, пока незнакомец наконец закончит свое занятие и повернётся лицом к окну, дав возможность его разглядеть. Но вместо этого, рыжий наклонился ещё ниже, поднял с пола собранный каркас шкафа и хотел было прислонить его к стене, но вся эта конструкция в момент развалилась, подобно карточному домику, и рухнула прямо на парня. Микки так развеселила нелепость всей ситуации, что он разразился неудержимым хохотом, и при этом поймал себя на мысли, что он очень давно не смеялся. Искренне не смеялся, от души, а не по-принуждению. Рыжий выбрался из-под навалившихся досок и наконец развернулся к окну, позволяя Милковичу рассмотреть черты своего лица. Микки не моргая пялился на задумавшегося парня, который показался ему «своим», каким-то близким. Он не мог подобрать точного слова, описывающего испытываемые ощущения, но даже будучи мужчиной, он оценил безупречную внешность парня, чем ввёл самого себя в ступор и, разозлившись на собственные мысли, резко поднялся с кресла и направился в ванную, чтобы смыть эти странные мысли под струями душа. Но вместо того, чтобы выкинуть из головы этого нового жильца, Микки снова и снова прокручивал в своей голове его образ, пытаясь понять свои чувства. Он ощущал какую-то незавершенность, будто он был знаком с этим человеком и не сказал ему что-то важное. Но такого быть не могло. Он видел этого человека впервые. Выйдя из ванной комнаты, Милкович снова прошел в кухню и бросил взгляд в сторону окон рыжего, который стоял у подоконника и, покуривая сигарету, говорил по телефону, а брюнет, под «симфонию» своих мыслей, быстро собрался и, захватив с собой доску, направился в скейт-парк. В то место, где он мог забывать о проблемах и отдыхать от ненужных мыслей.

***

Элизабет сидела за своим рабочим столом, пытаясь cконцентрироваться на работе и не реагировать на частые звонки Рика, которые она оставляла без ответа. — Может ты уже возьмёшь трубку? У меня скоро взорвётся мозг от этой вибрации, — раздраженно бросила Кейт, повернувшись в сторону девушки. — Это Рик, — быстро ответила Эли, так же разворачиваясь к подруге. — Я боюсь. — Чего ты боишься? — Боюсь, что снова не смогу удержаться. Я еле контролирую себя, чтобы не взять трубку. Такое чувство, что меня скоро изнутри разорвёт. — Мне кажется, что ты совершаешь огромную ошибку, — понизив голос, сказала Кейт. — Мне тоже, — начала Элизабет, но была прервана зашедшим в их кабинет директором журнала, в котором девушка вела свою колонку. — Девушки, я к вам с вопросом, — начал представительный мужчина, с едва заметной сединой в волосах. — У кого-нибудь из вас есть желание отправиться в командировку в Нью-Йорк? Там живёт женщина, обожающая зелёный цвет. Так у неё все зелёное, начиная от цвета дома и кухонных принадлежностей и заканчивая цветом волос. Интересный персонаж. Нужно взять интервью и оформить разворот в журнале. Можно будет… — Я готова! Я поеду! — резко выпалила Эли, перебивая своего босса. — О, отличненько! Значит, ты. Её, кстати, тоже зовут Элизабет. Вам будет о чем пообщаться, — с улыбкой проговорил мужчина и быстро вышел из кабинета, на случай, если сотрудница передумает. Кейт с недоумением смотрела на девушку, не понимая, как она смогла так быстро согласиться, ведь всегда была ярой противницей командировок, да и Нью-Йорк считала развратным городом страстей. — Не смотри на меня так, — начала Элизабет. — Я согласилась потому, что я смогу побыть одна и обдумать все дерьмо, которое я сотворила. — Да, тебе действительно не мешало бы. Главное ещё кого-нибудь не подцепи там, — ухмыльнувшись сказала Кейт и, развернувшись к своему столу, продолжила работу. Элизабет действительно не мешало бы побыть одной, обдумать свои проступки и вернуться с ясной головой и принятым решением. Она не знала, как Микки отнесётся к её отъезду, именно поэтому она решила не оповещать его заранее и не торопиться с объяснением, а подождать до вечера и рассказать все лично. Эли вытащила из своей сумочки пачку сигарет и направилась на балкон, чтобы, для начала, самой переварить всю эту информацию. Сделав первую затяжку, девушка осознала, что плохие привычки пристают к человеку намного охотнее, чем хорошие. Она уже не кашляет от крепких затяжек, уверенно держит в руке сигарету и даже перестала ругать себя за это. Так и с изменами. Стоит только войти во вкус. Не осознавая своих действий, Элизабет сунула руку в карман пиджака, быстрым движением достала мобильный телефон и набрала номер Рика. — Алло, — сразу же подняв трубку, ответил мужчина. — Привет. — Ага. — Зачем ты обижаешься? Мы ничего не обещали друг другу. В этот раз. — Я не обижен, я огорчён, — сухо ответил Рик. — В общем, я хотела тебе сказать, что уезжаю. Не знаю насколько, — проговорила девушка и, замявшись, добавила: — Просто хотела, чтобы ты знал. — Когда ты едешь? — незамедлительно спросил мужчина. — Завтра вечером, — на выдохе ответила Элизабет. — Я провожу. — Не надо. — Я не спрашивал. Я сказал, что я провожу. Мне нужно идти, я позвоню позже, — сказал Рик, тут же повесив трубку. — Пока, — тихо ответила девушка монотонно звучащим телефонным гудкам.

***

Микки, вернувшись из скейт-парка, целенаправленно пошёл прямиком к окну. Ему было интересно, что сейчас происходило в квартире рыжего парня. Некая версия тамагочи, как решил для себя Милкович, вот только он не мог контролировать процесс, но так было даже интересней. Резким движением брюнет запрыгнул в своё кресло, и устремил взгляд в окно незнакомца, который был уже не один. С ним в комнате находился ещё один парень. Немного ниже рыжего, с кудрявыми русыми волосами. Они были совершенно не похожи друг на друга, но исходя из их поведения, Микки решил, что они братья, потому что он с Мэнди вел себя точно так же, когда они оставались наедине. Так же носились друг за другом, шутливо дрались, тыкали друг другу в лицо средний палец и смеялись до колик в животах. Наблюдая за братьями, через непродолжительное время брюнет увидел, что теперь они уже вдвоём пытаются собрать этот чертов шкаф, но исходя из их перепалки, подтвержденной резкими взмахами руками, он понял, что и в этот раз у них ничего не выходит. И это снова вызвало у Микки приступ искреннего смеха. Он даже поймал себя на мысли, что мог бы помочь им, но нет, наблюдать за этой картиной было уж очень забавно. — Пидоры немогучие, — сквозь смех процедил Милкович, направляясь в комнату, чтобы, наконец, переодеться. Когда он скидывал с себя одежду, услышал, как открылась входная дверь. Пришла Элизабет. Микки сразу же насторожил тот факт, что она была слишком уж тихой. Обычно, как только Эл заходила в квартиру, вместе с ней врывался целый вихрь радостных эмоций и выкриков от того, что она наконец вернулась домой. Брюнет никогда не понимал, как в конце дня она находила силы на такое количество чувств. Но сегодня она была слишком сдержанной и спокойной, тем самым заставляя парня забеспокоиться. — У тебя всё в порядке? — с ноткой тревоги спросил Микки, выглядывая из комнаты. — Да-да, все хорошо, — ответила девушка, присаживаясь на скамейку в прихожей и лениво стаскивая с себя туфли. — Просто чертовски устала, вот и всё. — Понял. Ужинать будешь? — Нет. Знаешь, я, наверное, пойду спать. У меня нет сил даже на то, чтобы на ногах себя держать, — абсолютно безэмоционально отчеканила Элизабет и, обойдя Микки, рухнула на кровать. — Ну, спокойной ночи, — сказал парень, выключая в комнате свет. Где-то в глубине души он чувствовал, что с его девушкой происходит что-то неладное, но что именно, он понять не мог. Микки, стараясь не шуметь, прошёл на кухню, прикурил сигарету и вновь погрузился в размышления. Ему казалось, что Элизабет избегает его, ускользает от разговоров, да и в целом отдаляется. И в этом парень мог винить лишь самого себя. Ведь он сам не так давно ловил себя на мысли, что ему было хорошо без неё, но теперь, когда он почувствовал охлаждение со стороны своей девушки — ему стало не по себе. Он не хотел её потерять. Не хотел. Бросив взгляд в окно напротив, Милкович обнаружил, что парней там уже нет, так же как и света. Да и честно говоря, у Микки совсем не было настроения для того, чтобы наблюдать за ними. Завтра ему предстоял первый рабочий день после двухнедельного отпуска, поэтому брюнет направился в ванную, почистил зубы (ведь Элизабет не любила, когда от него пахнет табаком) и, залезая под одеяло, крепко обнял свою девушку, медленно погружаясь в крепкий сон.