Shadow

…упрямое нежелание поверить в то, что на первый взгляд кажется тебе невероятным, равно как и отрицание вещей, недоступных твоему разумению, есть признак безумия… Говард Филлипс Лавкрафт «Комната с заколоченными ставнями»

      Упрямство никогда не приводило Иена ни к чему хорошему. С малых лет он так и не научился направлять его в нужное русло, делая из того значительный плюс, а не никому ненужный минус. Вот и сейчас, вместо того, чтобы поехать к родственникам на горнолыжный курорт, Туан предпочёл остаться дома. На Рождество. Один. Сколько не уговаривали его родители, всё заканчивалось скандалом, ведь даже соврать о том, что ему хотелось остаться со своим парнем он не мог, потому что родителям о таком не скажешь. Да и парня у него нет. Джей после той ночи пришёл лишь раз, после чего не появляется уже почти неделю.       Родители говорили, что Иену нужно развлечься, что пора начать выходить на улицу, в клуб какой-то, может быть, ведь после разрыва он всё больше закрывался в себе, даже реже стал гулять с друзьями. К тому же после инцидента с маньяком Марк перестал открываться родителям, которые всеми силами пытались помочь сыну не закрыться в себе. Вот только причиной такого поведения юноши стал далеко не тот преступник и уж тем более не его прошлые отношения. Тень. Все мысли заняты только им. Хотелось как можно скорее возвращаться домой и надеяться, что он когда-то решится прийти днём. Закончить все дела как можно быстрее, потому что в последнюю неделю: «Приди хоть на несколько минут» с надежды переросло в заклинание.       Глупая уверенность в том, что Тень не мог так просто уйти не попрощавшись даже, медленно съедала. Прокручивая в голове их последний разговор, Марк не мог вспомнить и одного намёка на то, чтобы Джей мог пропасть насовсем. Возможно, он обидел его чем-то? Но чем? Это являлось одной из более вероятных причин. Тем более, любителю покопаться в себе не так уж и трудно найти 1000 и 1 причину, почему его могли кинуть.       Родители уехали ещё позавчера, каникулы начались неделю назад. Можно было бы выйти погулять с друзьями, сходить на пляж, слепить хотя бы снеговика из песка, раз снега нет, но желание делать что-либо отсутствовало совершенно. На фоне в комнате играла какая-то атмосферная песня, что по идее должна поднимать настроение, вот только почему-то волшебство не действует, а отметка радости наоборот стремительно ползёт вниз.       Подарки родителям ждут хозяев в их же комнате, друзьям он подарит после Рождества, уже договорился встретиться позже. На самом деле, парня приглашали на вечеринку в честь праздника, но зачем туда идти? Портить всем настроение своим пессимизмом и кислым лицом уж очень не хотелось, так уж лучше остаться дома и посмотреть какой-то сериал или поиграть в игру. Чем не удовольствие? Но нет, не удовольствие.       В удовольствие было бы проводить время с парнем, чьё имя он всё ещё не знает, внешность которого не раз пытался разглядеть, но совершенно ничего не получилось. Самым лучшим праздником и подарком для Иена стал бы визит Тени. Пусть он снова попросит завязать глаза, пусть не раскрывает своей личности, ему всё равно. Туан влюбился неистово. В голос бархатистый, в его мысли, которые нужно было записывать, определённо. В его силуэт, внимательность, удивительный смех, прикосновения его рук, в сладкие поцелуи. Его не хватало.       После долгих раздумий о том, что же подарить Джею, который совершенно не хотел раскрывать свои интересы или предпочтения, Иен решил написать ему письмо с поздравлениями и признанием. Может быть, глупо до невозможности, кто-то наверняка посмеялся бы с такого подарка, потому что всё это можно сказать словами, ведь они не в разных городах. Но в этом была особая романтика. Почему-то казалось, что Тень должен оценить данный жест.       Обычно под канун этого праздника люди ставят цели на следующий год. Есть несколько идей, которые нужно бы воплотить и Марку, а сегодняшний день, вроде — самое подходящее время для того, чтобы составить планы на ближайшие 365 дней. Возможно, начать всё с чистого листа не является уж такой плохой идеей, только открывающиеся перед тобой дороги слишком разнообразны. Сколько времени нужно потерять, чтобы найти именно то, что тебе подходит?       Прожить всю жизнь, работая для денег, без удовольствия или потерять кучу времени, испробовав множество путей и наконец найти себя, тоже убивая молодость, но уже на поиски того, что будет дарить радость. Поистине трудный выбор, но так или иначе, его нужно сделать. Или есть какой-то третий, до сих пор не продуманный Туаном вариант? Сколько бы парень не пытался определиться — ничего не получалось.       Забыть всё, что с ним происходило и начать жить новой жизнью — реальной, без мистики и Джея, сделать вид, что всего этого не было. Или же помнить об этой встрече ещё очень долго и пытаться выловить хоть какую-то иллюзорно-похожую копию этого человека в ком-то другом. Марк боялся делать выбор между этими вариантами, боялся ошибиться, потому что сердце подсказывало, что он уже не сможет без ежедневных разговоров, без прикосновений и поцелуев, что однажды подарил ему Тень. И чем больше рос срок их расставания, тем сильнее подтверждались данные предположения. Логика же твердила, что у него всё впереди, стоит лишь отпустить эту иллюзию и начать всё заново, возможно, не так уж плохо.       — Марки, — довольно неожиданно, — с Рождеством!       Услышать его голос было приятно, сердце забилось чаще, а в животе появился некий трепет. Он всё-таки вернулся.       — Джей, — улыбаясь, выдохнул Марк и выключил музыку, — как же я рад тебя слышать.       — Кайе, называй меня Кайе, — видимо, у парня было хорошее настроение, это чувствовалось, даже просто слушая его голос.       — Кайе, — прошептал юноша, прикусив губу. Вероятно, это его настоящее имя, — где ты пропадал?       — Запасался силами перед чем-то грандиозным, — рассмеялся парень. — Ты соскучился?       — Безумно, — зачем врать, если он действительно всё время только и делал, что вспоминал их разговоры? — У меня для тебя, кстати, подарок есть, уже… — Иен взглянул на часы, — да, уже можно открывать. Подать?       — Д-да? — неуверенно, скорее всего Кайе не думал что-то получить от Туана.       Парень встал и взял со стола красивый рождественский конверт, в котором лежало заветное письмо с признаниями. Передавая его через закрытую штору, Иен мимолётно коснулся пальцами чужой руки, от чего по телу словно пробежал разряд тока. Хотелось ещё, но ограничивать личное пространство Кайе не хотелось. Сегодня он ещё больше раскрылся, не стоит давить.       Казалось, с момента получения подарка прошло не несколько минут, а часы ожидания в предвкушении реакции. Он просто уйдёт? Тогда можно будет с лёгкой душой отпустить все мысли об их хоть каком-то совместном будущем или хотя бы встречи с глазу на глаз — не через шторы, не завязывая платок на глаза. Но если он ответит хотя бы благодарностью, не говоря уже о чём-то большем, то для Иена это станет самым лучшим подарком за всё время.       За окном послышался какой-то шорох, тяжелый вздох, после чего всё замерло, как и сердце Иена. Тишина. Ничего больше не происходило. Не было ни одного звука. Он ушёл? Вероятно. Стоило ли рассчитывать на что-то большее? Наверное, это станет его последним загадочным визитом к Туану.       — Иен, завяжи глаза, — словно гром среди ясного неба. Марк совершенно не ожидал услышать сейчас его голос.       Но всё же, отойдя от некоего ступора, парень взял шарф, что лежал неподалёку от кровати, и завязал себе глаза. Значит, Тень хочет снова войти. Что же он сделает на этот раз? Просто хочет посмотреть или всё же, может быть, он чувствует то же самое? С каждым собственным движением уверенность во втором варианте возрастала. Сегодня Рождество, ночь — время для волшебства.       — Всё, — глухо отозвался юноша, сидя на кровати, покусывая нижнюю губу. В данный момент ожидание было и томно-приятным, и нервирующим одновременно.       — Марки, — шёпот совсем близко. Ладонь скользит по щеке практически невесомо, — зачем ты так поступаешь?       — Как? Тебе неприятно? — обеспокоенно спросил Иен, сжав покрывало на кровати.       Но вместо ответа почувствовал, как его губы нежно целуют, положив вторую руку на лицо. Лёгкие, но такие чувственные поцелуи, переходящие от губ на щёки, скулы, ухо, затем на предплечье, куда и последовал легкий укус, от чего Туан издал первый, негромкий стон. Казалось, и один, и второй просто боялись действовать более настойчиво, чтобы не нарушить атмосферу происходящего. Переходя поцелуями на шею, Кайе задержался на царапине мелкими поцелуями, проходя вдоль неё, тем временем поглаживая спину и бёдра.       — Всё ещё не зажила, — горячее дыхание от шёпота обжигало кожу, заставляя Марка сгорать.       Иен в это время просто сходил с ума. Так как один из самых главных источников получения информации — глаза, сейчас был недоступен, то все остальные рецепторы обострились. Слух ласкал приятный голос Кайе, любое прикосновение к телу ощущалось очень остро, вызывая толпы мурашек. Но хотелось большего, а потому на сопротивление и намёка не было. Напротив, он подавался вперёд, сам ласкал руками всё, до чего мог дотянуться, хотя бы так изучая того, кого выбрало его сердце.       — Кайе, — тихо стонет Марк, — только не останавливайся, прошу, — крепко сжав его руку, что оказалась чуть прохладной, — я хочу быть твоим.       — Чёрт, Иен, зачем ты так? — впился поцелуем в губы, уже более требовательным.       Напряжение всё нарастало, как и желание оказаться полностью в плену чувств. Тень снял футболку с Туана и аккуратно опрокинул его на кровать, нависая сверху. Поцелуи перешли вниз от губ, шеи, ниже, к груди и животу, целуя каждый сантиметр тела. Джей ласкал, поглаживал, покусывал, легко царапал и этим всем сводил Туана с ума. Иен просто не мог сдерживать себя, прогибаясь навстречу желанным прикосновениям и поцелуям. С каждым вздохом он понимал, что всё больше влюблялся в него.       Немаленькое напряжение обоих чувствовалось сквозь ткань штанов. Желая открыть доступ к телу Кайе, Туан снял и с него верхнюю одежду. Очередной укус за шею, и Марк снова не сдержал стон, на этот раз уже громкий, пошлый.       Послышался рык, и в следующий момент Иен почувствовал, как с него снимают джинсы вместе с нижним бельём. Осознание того, в каком положении он сейчас находится, заставляло трепетать, возможно, от внезапно накатившего страха, ведь как не крути, а он ни разу не видел Джея и только сегодня узнал его настоящее имя. Но с другой стороны, это же тот парень, который сделал его особенным, в которого Марк по уши влюбился, и отдаться ему было только в наслаждение. Он сейчас лежит полностью голый, с шёлковым шарфом на глазах, тяжело дышит и руками цепляется за покрывало.       — Смазка… Под кроватью в коробке, — собираясь с силами, помогает любовнику Туан. Не хотелось быть оттраханым на сухую. Кровать сильнее прогнулась, парень услышал шуршание, а затем почувствовал чуть холодноватую жидкость у себя между половинок.       — Расслабься, сладкий, — прошептал Кайе, мягко и нежно целуя, при этом вводя сначала один, но сразу же за этим второй палец. Иен прогнулся от боли, прикусив губу. Неприятно, у него давно не было секса, но сейчас он готов терпеть всё, лишь бы Джей не исчез.       Ненадолго отстранился, от чего Туан почувствовал неприятный холодок по телу, хотелось чувствовать горячие губы снова, прогибаться под прикосновениями, и вдыхать аромат его уже полностью оголённого тела.       Слишком жарко, стоны разносились по всей комнате, Иен не сдерживал себя, ведь ощущение блаженства захлёстывало с головой. С каждым толчком, с каждым укусом и поцелуем, Марк всё больше сходил с ума. Так хорошо ему не было никогда, и если после этой ночи всё исчезнет, если Кайе исчезнет, то Туан просто не выдержит, сойдёт с ума, определённо.       Внезапно Кайе остановился и повёл ладонью от живота по груди и шее, поглаживая щеку, заставляя Марка прижаться к этой ладони, тяжело дыша, и через секунду снял повязку. Перед глазами всё плыло, но, быстро моргая, парень пытался сосредоточиться на Джее, дабы наконец рассмотреть. В комнате была включена неяркая гирлянда на полу, а потому Туан всё-таки смог увидеть образ своего тайного незнакомца, который в короткий срок стал незаменимым, любимым человеком.       Тёмные каштановые волосы, невероятно красивое мускулистое тело, что сейчас сводило с ума, потому что чувствовать его было невероятно приятно, но увидеть воочию — совсем другое. Карие глаза, в которых читались нежность вперемешку с возбуждением. Безумно красивый.       — Кайе, — шепчет Марк, притягивая того для очередного поцелуя.       Далее последовали быстрые толчки. Уже ничего не мешало им наслаждаться друг другом, смотреть друг другу в глаза и утопать в чувствах, сгорать от жара страсти и возрождаться от животворящих поцелуев. Марку было настолько хорошо, что на момент он испугался что спит, а то и умер вовсе, потому что всё слишком в этот момент. Кайе слишком красивый, слишком горячий, слишком влюблённо смотрит; слишком пошлые шлепки и громкие стоны. Туан и сам слишком влюблён в этого парня, а потому слишком не хочет его отпускать: ни сегодня, ни завтра, вообще никогда в жизни.       Ещё несколько толчков, и Марк кончает себе на живот, а второй, ещё пару раз толкнувшись в содрогающегося в оргазме юношу, тоже прикусил губу и протяжно простонал. Выйдя из расслабленного тела, «Тень» прилёг рядом с Иеном, целуя того в шею и крепко прижимая к себе.       — С Рождеством, Иен, — проводя носом по уху, прошептал парень.       А Марку было страшно и слово сказать. Теперь, когда они просто лежали под покрывалом, оба голые, тесно прижимаясь друг к другу — сердце выпрыгивало, а в голове был лишь один вопрос: «Что будет дальше?». Что сейчас говорить? Как себя вести? А вдруг он скажет что-то не то? Просто Джея не хотелось потерять.       Но в один момент стало как-то почти всё равно. Не на парня рядом, не на свои чувства, а просто. Туан расслабился и перестал волноваться о мелочах. Это было словно вспышка, полсекунды — и волнение ушло.       — И тебя с Рождеством, Кайе, — поймав покусанные губы шатена, Иен улыбнулся в поцелуй.       — Джексон, моё настоящее имя Ван Кайе, но второе — Джексон, — негромко проговорил юноша, поглаживая живот Марка.       — Вот почему Джей, — хохотнул второй, — что же, Тень, спасибо, что позволил узнать о себе хоть что-то, — улыбка на лице напротив такая широкая, а в глазах веселинки, от чего Туан и сам начал улыбаться. Так приятно, безумие какое-то.       — Марки, знаешь, — улыбка пропала, но Джексон начал смотреть ещё проникновеннее, провёл рукой по лицу парня, откидывая мешающие пряди. — В ответ на твои слова в письме, хочу сказать, что без света, не было бы и тени. Ты стал моим светом, Иен.