Наследник Учиха

Уже начинало светать, когда Шикамару заметил, что Сакура немного отстала. Тяжело вздохнув и пробурчав себе под нос что-то про проблемных женщин, спрыгнул на землю и подождал, когда команда последует его примеру. Чтобы сократить путь, им пришлось идти через лес, таким образом, на дорогу уйдёт всего день. Но передвигаться с максимально высокой скоростью трудно, когда один из членов команды возможно за последние два дня спал от силы часа три. Саске сразу понял в чём причина остановки, поэтому без лишних вопросов приземлился около капитана и стал дожидаться тех же действий от медика. Сакура ощущала небольшую слабость, но боялась показать это парням, боялась быть обузой для них. Этот страх сопровождает её ещё со времён формирования команды №7. И насколько бы сильной она не была, страх оказаться ненужной, бесполезной, помехой навсегда останется с ней. Заметив, что ребята остановились и спрыгнули на землю, сделала то же и вопросительно уставилась на Шикамару, ожидая объяснений. — У нас есть пару часов в запасе, устроим привал, — выдал тот и, сев под деревом, достал какие-то бумаги. Саске и Сакура последовали его примеру, расположившись под рядом растущими деревьями напротив главного стратега Конохи. Так они сидели в тишине, пока Харуно не уснула, съехав на бок. Заметив это, Учиха аккуратно приподнял девушку и уложил рядом с собой так, что её голова покоилась на его коленях. На что Нара еле слышно хмыкнул, приподняв уголки губ в лёгкой улыбке. Он всегда знал, что эти двое в итоге будут вместе, но, чёрт возьми, сколько времени им для этого понадобилось. — Что у тебя? — спустя ещё какое-то время всё же разрушил тишину Саске. Не надо быть гением, чтобы понять, что он имел в виду, поэтому, не отвлекаясь от листов бумаги, Шикамару ответил: — Отчёт предыдущей команды. — И что там? — Полезного мало, — тяжело вздыхая, ответил Нара, пряча документы, — но всё же есть. Обследовав здание, они не нашли никаких потайных проходов или комнат. Вход в приют всего один. На ночь он закрывается на несколько замков и охраняется изнутри. А это значит, что наш убийца один из жителей приюта. Вновь наступило молчание. Каждый пытался понять, кто стоит за этими убийствами. Если это кто-то из работников детдома, то им же проще — меньше подозреваемых. Но кто бы в здравом уме стал убивать своих коллег и воспитанников? Скорее всего, этот человек совсем недавно устроился на работу, а значит, поймать его будет ещё легче. Только Саске хотел озвучить свои мысли, как послышался голос Шикамару: — Крайней на должность новой поварихи приняли женщину ещё до начала войны… — закурив он всё так же продолжая смотреть куда-то в землю. — Странно всё это. По прибытии туда ещё раз всё проверим. Сакура зашевелилась и уже через мгновение, разлепив глаза, пыталась проснуться окончательно. Уже было светло, а значит пора выдвигаться. Всю оставшуюся дорогу Саске внимательнее присматривал за Харуно и пытался разгадать, что же происходит в том детском доме. Зачем кому-то убивать там людей? Что они ему такого сделали? Но самый главный вопрос, мучивший его ещё с того самого момента как они покинули Коноху: «Зачем Какаши послал с ними Сакуру, если знал, что до этого жертвами были исключительно особи женского пола?» Саму же Сакуру в этот момент мучили совершенно другие мысли. Дело всё в том, что проснувшись, она увидела нависающего над ней Учиху. Пару минут ей потребовалось, чтобы понять, что её голова лежит на чём-то довольно-таки мягком. Ещё через несколько минут, наконец, оторвавшись от созерцания прекрасного единственного видимого ониксового глаза, она поняла, что подушкой ей служили ноги Саске. Тут же в голову ворвались воспоминания о том, что засыпала она, явно облокотившись спиной о ствол дерева. И вот он, прекрасный миг прозрения, когда её всё ещё сонный мозг сопоставил все части этого невероятно сложного пазла и показал ответ: Саске сам переложил её, причём так, чтобы ей же было удобней. Осознавать это было просто невероятно приятно. Именно поэтому вот уже минут двадцать на её лице сияет улыбка. Шикамару же решил, что стоит поведать Сакуре новую информацию из отчетов предыдущей команды. Поравнявшись с ней, он рассказал всё, что считал важным и передал ей документы — вдруг сможет найти что-то ещё.

***

Уже начинало темнеть, когда на горизонте, выглядывая из-за верхушек деревьев, показалось здание детского дома. Как и рассчитывалось, приблизились они к нему как раз вовремя. Ещё было не совсем темно, и ребята могли спокойно рассмотреть здание. Правда, в такое время суток выглядело оно действительно устрашающе. Огромное темное здание выполнено в готическом стиле. Само оно шло квадратом, с достаточно большим внутренним двориком. Имело четыре этажа и башню в пять этажей, к которой вела лестница. В этой башне находился парадный вход и выход во внутренний дворик, а на самой её верхушке — колокол, выполняющий роль звонка, оповещающего о начале занятия или перемены. Прибавьте ко всему этому полнолуние и темно-серое небо, покрытое чёрными тучами и вот вам место для съёмок какого-нибудь фильма ужасов. Уж на что, а на детский дом это здание точно не похоже. На входе их уже встречала женщина. На вид ей можно дать лет… тридцать пять, может больше. Из одежды на ней было серое платье в пол, перевязанное на талии белой лентой, завязанной бантиком сзади. Убедившись, что прибывшие — шиноби Конохи, попросила всех следовать за ней. Они свернули в левый коридор, поднялись на второй этаж, прошли несколько дверей, расположенных с двух сторон и остановились возле кабинета управляющей приютом, о чём свидетельствовала позолоченная табличка на двери. Во всём здании было настолько тихо, что постукивающий звук от каблуков ведущей их женщины эхом разносился по коридорам. Оповестив директора о том, что шиноби из Конохи прибыли и получив приказ сопроводить тех в подготовленные для них комнаты, женщина повела команду на четвёртый этаж. Имени она своего так и не назвала, как и не просила представиться гостей следующих всё это время за ней и запоминающих информацию о расположении ванных комнат на предоставленном им этаже. Как оказалось левое крыло четвёртого этажа, — а именно в нём их поселили — пустовало, тогда как в правом все комнаты служили спальнями для персонала приюта. Каждая комната рассчитана на шесть человек. На каждом этаже как минимум три ванных комнаты смежных с туалетом. Всё остальное обещали поведать утром, попросив чтобы, как только они проснуться, зайти к управляющей, она и сообщит всю нужную им для расследования информацию. И пожелав приятных сновидений, женщина тут же удалилась. Войдя в комнату, прикрыв за собой дверь, они, наконец, получили шанс обговорить план действий на завтра, который Шикамару не стал откладывать и тут же заговорил: — Мне не нравится это место, так что чем быстрее мы раскроем это дело, тем быстрее окажемся в Конохе, — Нара сел на кровать у окна и, дождавшись, когда напарники по команде расположились напротив, продолжил: — С утра я поговорю с управляющей, попрошу документы приёма на работу сотрудников за последние несколько лет и зачисления детей. Так же нам потребуется план здания и полный его осмотр как внутри, так и внешне. — Нужно опросить весь персонал, — начала Сакура, — и не мешало бы пообщаться с детьми — возможно, кто-то что-то слышал или видел. К тому же может понадобиться моё вмешательство, всё-таки уже не один ребёнок был убит — без последствий в плане психики остальных точно не обошлось. — Хорошо, — немного поразмыслив, ответил Шикамару. — Значит на мне документы и осмотр здания, на вас, — он указал рукой на сидящую напротив пару, — опрос рабочих и воспитанников. Кровати располагались изголовьем к стене, с обеих сторон комнаты их было по три. Ребята расположились с одной стороны таким образом, что Нара спал у окна, Учиха у выхода и Сакура между ними — так безопаснее. Не смотря на большое желание не разговаривать с кем-либо в этом странном месте, Саске ничего не имел против опроса, он лишь надеялся на то, что Харуно будет всех расспрашивать, а ему придётся следить, чтобы с ней ничего не случилось. Он повернулся на левый бок, намереваясь уснуть, но его внимание привлекли глаза Сакуры, то, как в них отражался лунный свет. Создавалось впечатление, будто они светились в темноте. Она лежала на спине, взгляд был устремлён в потолок. Погружённая в свои мысли, она не замечала того, как Саске рассматривал её. Даже просто лёжа на кровати полностью укутанная серебренными лучами, она словно прекрасная нимфа завораживала взгляд. Внезапно, Сакура повернула голову, из-за чего их взгляды пересеклись. Так в полной тишине, смотря друг другу в глаза они пролежали достаточно долгое время, пока куноичи не почувствовала резко накатившую сонливость. Оторвав взгляд от Учихи, она посмотрела на часы, которые показывали, что уже час ночи. — Спокойной ночи, Саске-кун, — с улыбкой на губах произнесла Харуно, устраиваясь удобнее в кровати. — Спокойной, Сакура, — немного погодя ответил брюнет, выдержав паузу перед её именем.

***

Утром, как и просила их вчера та женщина, ребята направились в кабинет директора. В помещении было не много мебели, всего один шкаф, растянувшийся во всю стену и стол, за которым сидела брюнетка, внешне очень похожа на Цунаде Сенджу, правда наряд на ней был более закрыт. Поприветствовав шиноби из Конохи и поинтересовавшись, хорошо ли им спалось на новом месте, обладательница карих глаз тут же сменила тему: — Мы очень благодарны, что вы не отвернулись от нас после произошедшего с прошлой командой, — начала управляющая. — Всё, что мы имеем — это трупы некоторых моих работников и воспитанников, и никакой информации об убийце. Нет ни следов, ни свидетелей. Кто-то из детей умудрился пустить слух о том, что всё это дело рук призрака, из-за чего многие боятся покидать свои комнаты. — Вы не думали искать убийцу среди персонала? — спросил Шикамару. — С этими людьми я работаю не первый год полностью уверена, что ни один из них не стал бы убивать своих коллег и ни в чём не повинных детей, — с уверенностью в голосе заявила директор. Нара хотел было спросить, не подозревали ли они кого-нибудь из детей, но воздержался, приблизительно догадываясь, какой ответ бы ему дали. Не намереваясь более задерживаться в этом кабинете, а надеясь приступить к расследованию, он сделал шаг вперёд и уже вдохнул, собираясь сказать что-то, как раздался стук в дверь. Не успела женщина открыть рот, чтобы позволить пришедшему войти, как в кабинет влетела, по-видимому, кто-то вроде горничной. Выглядела она так, словно пробежала марафон. Не став дожидаться, когда её спросят о том, что случилось, девушка быстро проговорила: — Таика-сама, беда! — подбежав к столу и упёршись о него руками, она продолжила: — Као-чан нашли мёртвой на лестничной площадке между первым и вторым этажами!