Ты только моя ...

10 лет спустя

Толчок. Ещё один толчок. Веста огладила свой всё более выпирающий живот, представляя, как обнимает своего ещё нерождённого сына. Улыбнулась, глядя в окно. — Мама, братик снова пинается? Сейчас на неё смотрел мальчишка восьми лет. Её сын Бальтазар. Полная копия своего отца. Он походил на Занзаса и внешностью, и чертами характера. Мальчик, как и его отец, были безумно рады будущему пополнению в семье. Веста нежно взъерошила сыну волосы, улыбнулась ему. — Да, моё солнышко. Твой братик уже хочет с вами всеми поскорее познакомиться. Веста безумно любила всех своих детей, поэтому с нетерпением ждала появления на свет их четвёртого с Занзасом ребёнка. Первым их ребёнком стал Бальтазар. Занзас проводил с ним много времени, брал на важные встречи, давая понять всем и каждому, что это его сын и наследник. Сын и отец были так похожи. И Веста никогда не могла сдержать улыбки, видя, как её грозный муж с любовью смотрит на своего первенца. Первая беременность Весты прошла с осложнениями, роды был долгими и тяжёлыми. Поэтому врачи были уверенны, что это их первый и единственный ребёнок. Но женщине было вполне достаточно и одного, такого родного и любимого. Веста никогда не забудет, как волновался Занзас, первый раз беря на руки сына. А мальчик лишь улюлюкал и смотрел на отца умными глазками. Именно тогда госпожа Скариани впервые увидела, как плачет её муж от счастья. После рождения сына она стала всё больше уделять времени семье, иногда не появляясь на работе по несколько дней. Да и зачем? За всё разрастающейся сетью ресторанов присматривали доверенные люди, а дома её ждали такие любимые ею мужчины, расставаться с которыми было так трудно. Но чуть больше чем через год Веста сообщила радостную весть мужу, что у них будет ещё один ребёнок. Так ранней весной на свет появился Фабио. Мальчик от рождения был слабее своего старшего брата, но всегда получал от него поддержку и заботу. В раннем возрасте у него обнаружилась тяга к познаниям, и Занзас надеялся, что его второй сын станет хорошим советником Бальтазару. Ещё через год у них родилась дочь. Патриция, полностью оправдывающая своё имя. Девочка была очень ранимой и нежной, поэтому всегда позволяла опекать себя. Особенно же она любила заботу отца, который не упускал случая побаловать свою единственную дочь. Занзас всегда любил своих детей, иногда откладывая свои дела, чтобы побыть с ними побольше. А они были рады этому. Смеялись и обнимали его за шею, делились секретами и играли. Но были моменты, когда он надолго уезжал из поместья. Тогда Веста догадывалась, что её супруг решает важные задачи семей, ведь Девятый после того, как Занзас объявил, что наконец станет отцом, полностью передал ему правление. Занзас наконец стал Десятым. Наконец достиг того, о чём так долго мечтал, и к чему так долго шёл. А ещё он готовился стать отцом. И в душе он не мог понять, чему радуется больше. Но впервые взяв на руки Бальтазара, он понял, что никакая власть не сможет его прельщать больше, чем семья. Теперь ему было кому передать дело всей его жизни, и он делал всё для того, чтобы укрепить свою власть и в будущем передать её сыну.

***

Занзас подошёл к Весте из-за спины, нежно обнял и аккуратно помассировал поясницу. — Бальтазар, иди поиграй с братом и сестрой. — Хорошо, папа. Теперь, когда их малыш вышел, Занзас наконец мог поцеловать свою жену. Поэтому он и впился в её губы страстным поцелуем, наслаждаясь каждым мгновением. Огладил живот, сжал ягодицу. Веста невольно простонала, желая его. Но её кое-что беспокоило. — Ты не боишься, что дети могут увидеть. — Нам всё равно рано или поздно нужно будет рассказать, как они появились, — сказал мужчина расстёгивая рубашку. — Занзас. — Ладно-ладно, сдаюсь. Просто закроем дверь на ключ. Веста рассмеялась. — И каким же всё-таки покладистым ты стал. Мужчина подошёл и посмотрел в глаза любимой: — А с тобой разве может быть иначе? Ты заставила смотреть на тебя по-другому. И я люблю тебя за это, поэтому никогда не смогу навредить тебе. Снова поцелуй, на этот раз более пылкий и страстный. Занзас как никогда был нежен, боясь навредить жене и ребёнку в её чреве. С каждым днём становилось всё труднее заниматься любовью, ведь довольно большой живот становился препятствием. Поэтому супруги теперь отдавали предпочтение более аккуратным и статичным позам. Вовсе же от секса не могли отказаться: у Весты шалили гормоны, и она с радостью бы проводила в постели с мужем больше времени, если бы не усталость; Занзас же всегда был достаточно пылким, чтобы на долгие месяцы отказаться от постельных утех. К тому же, он видел, как после яркого оргазма у его жены не так ноет спина, а настроение улучшается. Он не мог лишить её такого удовольствия. Иногда он дарил наслаждение только ей, вставая на колени перед её широко разведёнными ногами и лаская её языком и пальцами. Женщина же просто наслаждалась моментом, двигаться ей почти не приходилось, разве что бёдрами подаваться вперёд, а истома была такой же сладкой. Веста любила такие моменты, ведь было в них не только телесное наслаждение. Её живот уже не позволял ей много двигаться, и Занзас понимал это. Поэтому таким образом заботился о ней. Но сейчас мужчина хотел полностью отдаться похоти. День у него выдался тяжёлым: не смотря на то, что Занзас теперь был Десятым, ему всё ещё приходилось общаться с отцом, как с самым близким и мудрым советником. Но даже по прошествии 10 лет отношения отца и сына хоть и успели стать теплее, но не наладились полностью. Скариани ещё раз прильнул губами к губам жены, проник в неё языком и тихо заурчал, когда Веста сплела свой язык с его собственным. — Моя ненасытная… Поцелуй. Руками же он исследовал уже давно изученное тело. Он не удивился, обнаружив, что трусики жены уже полностью мокрые. Отодвинул ткань, провёл пальцами по нежному бутону, проник пальцами в лоно. — Мммм… Веста дёрнулась бёдрами и бросила на него почти умоляющий взгляд, потянулась губами к его шее, обхватила плечи руками. Занзас видел, как его жена в истоме закатывает глаза, издаёт тихие, едва слышные стоны, как тяжело дышит, пока он вводит в неё пальцы. Бёдра женщины покачивались, и она бы достигла оргазма, если бы мужчина не вынул бы пальцы. Поднёс их к своему лицу, мокрые от влаги, слизал жидкость. — Ты всегда такая сладкая. А женщина так и тянулась к нему, её трясло от желания. Как и его. Он быстро сбросил одежду, белье, обнаружил, что и его жена уже нагая. Улыбнулся своим мыслям, любовно провёл по животу супруги. Он уложил её на кровать, сам лёг боком так, чтобы его живот соприкасался с её спиной. — Занзас, пожалуйста. — Ты никогда не договариваешь. — Ты и сам знаешь, чего я хочу. И она демонстративно потёрлась ягодицами о его пах. Никакой реакции от мужа. Тогда пришлось запустить руку за спину, дотянуться до источника наслаждения. Он уже был полностью готов, твёрдый и горячий. Занзас тяжело дышал, пока супруга проводила рукой вверх-вниз, поглядывала из-под ресниц. — Скажи, и я продолжу. — Занзас… Его имя было произнесено таким голосом, что он еле сдерживался. — Скажи! Женщина повернула голову, посмотрела на него невинным взглядом, словно он совращал её, а не она гладила его член. — Трахни меня. Повторять дважды не нужно было. Мужчина притянул женщину рукой и дотронулся головкой к её входу. Замер. Веста задвигала бёдрами, растирая своими складками сок по члену. И тогда он проник в неё. Резко, почти во всю длину. — Ах. — Чёрт, прости. Толчки стали плавными. Мужчина полностью выходил из неё и снова прижимался к её спине, проникая в неё всё глубже. Рукой раздвинул колени, дотянулся до клитора, провёл по нему пальцами. Стал массировать. Бёдрами же активней прижимался к ягодицам Весты. Та лишь громко стонала, иногда закрывая рот рукой. Мужчина задвигался быстрее, обнимая за талию жену. Последний толчок. Веста глухо застонала, Занзас же утробно зарычал, ещё несколько раз дёрнувшись тазом, пока полностью не отдал Весте себя.

***

Сердце Занзаса наконец смогло оттаять. Он больше не боялся быть счастливым, не боялся меняться ради любимых. Неизменной оставалась лишь любовь к Весте. Именно она положила начало исцелению его сердца. Именно она своей любовью заставила его измениться. Именно она подарила ему семью. Со временем он понял, что любил её ещё будучи мальчишкой, такую необычную и излучающую радость и свет. А он всегда неосознанно тянулся к свету, желая найти поддержку и утешение. Встретив Весту уже взрослой, он снова желал быть рядом с источником этого света, желал найти спокойствие. Но нашёл много больше. Зарождавшаяся любовь помогла ему обрести себя. Смогла убедить его в том, что не такой уж он и монстр, раз его любит хоть кто-то. И он ценил такую женщину рядом с собой превыше всего, любил её. Она стала его путеводной звездой в жизни. Она и их дети подарили ему столько радостных моментов. Веста же, гордая и неприступная, для кого-то холодная, всем сердцем любила своего супруга. Только ему она позволяла брать над собой верх, только ему была готова уступить в споре. Потому что была уверенна в нём. Потому что знала, что благополучие их семьи для Занзаса превыше всего. Нет, он никогда не говорил ей этого. Как и она не готова была признаться ему в том, что она полностью полагается на него. Но со временем они стали чувствовать не только физическую связь, но и духовную. Оба понимали, что они дополняют друг друга. Что без одного не будет и другого. Иногда им даже казалось, что они зависимы друг от друга, как от наркотика. Но даже в такие минуты они упивались друг другом. Их совместная жизнь была наполнена грустными и радостными событиями, ссорами и пылкими ночами. Но они всегда тянулись друг к другу, находя силы переступить через свою гордость, чтобы прийти к согласию и не разрушить своё счастье.