Секрет студенческого совета

      Пытаясь сохранить последние остатки достоинства после того, как президент отсосал у Бэкхёна, а после трахнул его рот, парень тупил взгляд, при этом продолжая покрываться румянцем при каждом воспоминании о губах Чанёля на его члене. Проходя мимо всех участников сегодняшнего собрания, он ловит прямой взгляд старшего, и эти последние крохи достоинства улетучиваются. Он искренне думал, что Чанёль уже отвлекся от всего, что между ними было. Но Пак наблюдал. Все сорок пять минут пока шло собрание. Косил взгляд на младшего, довольно ухмыляясь, замечая этот самый румянец.       Горячее дыхание опалило кожу на шее Бэка, когда он протискивался в коридоре между дверью и президентом. Он оглядывается, озирается, но Чанёля уже и след простыл. Вздыхая с облегчением, Бэк готов двинуться к выходу, как вспоминает, что оставил свой рюкзак. Мысленно проклиная себя за невнимательность, Бён возвращается в комнату Совета. Ведь он не мог оставить рюкзак и пойти домой без него.       В комнате тихо и пусто. Бэкхен внутренне радуется тому, что, возможно, Чанёль уже ушел. Ведь угроза оттрахать его вполне реальна, а мальчишка не готов к такому. Он прокрадывается как можно тише внутрь, находя свой рюкзак. Радуется, что сегодня возможно ему удастся вернуться домой пораньше.       Он оглядывается, вспоминая, ЧТО тут происходило накануне. То, как Чанёль гладил его между ног, как он хватал его за волосы, как жестко трахал в рот, как вылизывал его член до неприличия сексуально, заглатывая целиком. Бэкхен трясет головой в надежде, что эти грязные мысли вылетят сами собой из его головы. Он не должен думать о таких вещах! Не должен думать о том, как выглядят губы президента, когда обхватывают его член или, как он ласкает его шею, что Бэк до сих пор ощущает укусы слева. — Нет, стоп! СТОП! Перестань думать о нем. — Сам себе приказывает Бэкхен, стаскивая свой рюкзак со стула.       Но идти домой еще рано, и он принимает решение отправиться в душ. Смыть с себя все следы бурного секса. Весь этот запах, который до сих пор будоражит. Вместо того, чтобы спуститься вниз, Бэк решает вымыться в душевой, прилегающей к комнате Совета. Предварительно заперев дверь, он снимает с себя одежду, не оставляя ничего, и шагает в душевую голышом. Откручивает вентиль и чувствует, как холодная вода стекает по его волосам и бледной коже на спине. Постепенно вода немного нагревается и уже не обжигает холодом кожу.       Бэкхен опускает взгляд вниз на свой вялый член. Медленно проводит по нему рукой, чувствуя, как тот отзывается на ласки. Рука уже более настойчиво водит по стволу, который с каждой секундой становится тверже. Бэкхен признает, что и раньше мастурбировал, но не регулярно. Только когда нужно было снять стресс. Но сейчас ему отчего-то захотелось к себе прикасаться. — Аааа... аааа. — Тихо стонет парень, перебирая все активнее пальцами, вспоминая, как горячий рот президента ласкал дырочку на кончике члена. Как он его сосал, прикусывал, крутил вокруг языком. — Дерьмо. — Слетает с губ Бэкхена от приятной ласки.       Утыкаясь в холодный кафель лбом, парень все настойчивее надрачивает сам себе, заставляя дергаться от налившейся тяжести, поддаваться вперед бедрами на встречу своей же руке. Но в мыслях все так же господствует Пак. Он и его невероятный, теплый рот и губы. Они всегда в его голове, пока он ласкает себя. - Ах, ах, ах, Ч-чанёль-сонбэ, ах, ах, дерьмо. - Громко хлюпает рукой Бён, проезжаясь по стволу. А душ продолжает барабанить тугими струями ему по спине. — Ты меня звал? — Разрезает пространство глубокий голос, отталкиваясь эхом от стен. Сердце тут же подпрыгивает в груди, и Бэк прекращает свои действия. — Ты звал меня. Я слышал. Звал, пока мастурбировал. — Самодовольно говорит Чан. И прежде, чем развернуться, Бён уже знает, что увидит эту чертову ухмылку у него на лице. — Я-Я…Я просто… — Ты просто дрочил в то время, как думал про мой рот, не так ли?       Бэкхён нервно сглатывает, продолжая держать пульсирующий член в руке, который требует продолжить ласку. Чанёль стоит, прислонившись к двери и скрестив руки, вопросительно подняв одну бровь. — Нашего малыша Бэкхёна застукали мастурбирующим в душевой комнате студенческого Совета в то время, как он еще и во всю фантазировал о президентских губах и языке. Какая отличная новость для завтрашней студенческой газеты! — Н-нет, пожалуйста, — снова нещадно краснея, умоляет Бён, качая головой. — Нет, не говори никому… Пожалуйста… — Не надо? А что заставит меня не делать этого? — Я позволю себя трахнуть, — шепотом выдыхает Бэкхён. Но Чанёль отчетливо это слышит и читает по мокрым от воды губам. Ухмылка пропадает с лица Пака, уступая место томному глубокому взгляду, который тут же начинает пристально и нагло рассматривать парня под душем. Он шагает к Бэкхёну прямо под воду, тут же равномерно намокая. - Ты, блять, это серьезно? — Президент похотливо заглядывает прямо в глаза мальчишке. — Да.- Твердо отвечает Бэк. — Я разрешу тебе меня трахнуть. — Ладно, — соглашается Пак, отходя в сторону, небрежно скидывая с себя пиджак. Следом расстегивает белую рубашку с длинными рукавами.       Бэкхен просто молча наблюдает со стороны, как Чанёль обнажается перед ним. Он никогда не видел тело президента и не ожидал, что под одеждой будет такой крепкий подтянутый пресс, бицепсы и мощная накаченная грудь. И Бён бы соврал, если бы сказал, что это все его не заводит.       Взгляд скользит вниз, останавливаясь на нижнем белье Пака с лейблом Кэлвин Кляйн. Это единственное, что прикрывает Чана в эту секунду. Бэкхён сглатывает. Горло вмиг пересохло. — Волнуешься? — Дразнит Чанёль, глядя на эрегированный член мальчишки, который продолжает стоять, тесно прижимаясь к плоскому животу. Бэкхён следует взглядом по тому же маршруту, что и Пак. Прикусывает нижнюю губу и прикрывает свой стояк ладошкой. — Пока я рядом, не смей закрываться от меня, Бэкхён! Я хочу тебя видеть! — Говорит президент и делает шаг вперед, вставая рядом с мальчишкой под душ. — Не закрывайся, потому что твой член чертовски хорош и я хочу его видеть. — Нет. — Когда Чанёль рядом, Бэк постоянно краснеет и не может ничего с этим поделать. Он не привык к такому виду «общения» и, все же, какая-то частичка самого мальчишки сходит с ума от желания продолжить все это. — Да-а. — Протяжно отвечает Пак, прижимая Бэкхёна к холодной плитке спиной, атакуя рот, до боли впиваясь в губы.       Младший почти в ловушке. Он не может пошевелиться, оттолкнуть, уйти. Да и надо ли ему это сейчас? Пусть это пошло, но он сам согласился. Сам разрешил. Нет, даже не так! Сам ПОПРОСИЛ его трахнуть. Было ли это из-за того, что он боялся возможной статьи в школьной газете? Нет. Он просто ХОТЕЛ ЭТОГО.       Сильные руки продолжали удерживать, а губы уже вовсю вылизывали его маленькие соски. Мальчишка хнычет от такой нежной ласки. Пальцы старшего опускаются ниже, обхватывая эрекцию своего партнера и продолжают игру, ту самую, которую начал чуть раньше сам с собой Бэкхён. — Ммм… — Бэк хочет разрядки и хнычет уже в голос из-за этой нарастающей неудовлетворенности. Задевает нечаянно рукой промежность Пака. Его член так возбужден, что готов порвать трусы. Словно в бреду, Бён мечется между стеной и Чанёлем, хватает ртом воздух, выгибает спину, запрокидывая голову назад, и упираясь все в ту же самую холодную стену. Чанёль пожирает мальчишку, беспощадно впиваясь настойчивыми губами и зубами в шею, сосет и кусает, оставляя все новые засосы. — Чертовски сексуально. — Шепчет Чанёль, глядя на парня, как тот в забытьи отдается ему.       Мелкие капли воды брызжут по лицу, стекая по волосам и по шее с оставленными следами похоти самого Пака. — Ты невероятно сексуальный в своей невинности, Бэкхён. - Ухмыляется Пак. — Аах, Чанёль-сонбэ. — Еле выдыхает Бён. Рука поползла вниз по поджарому животу президента, опускаясь в промежность, туда, где сквозь мокрые трусы проглядывает крепкий стояк старшего. Головка выглядывает из-под кромки трусов, как бы прося ее освободить. — С-сними их. - Просит парень. — Почему бы тебе самому их не снять, Бэкхён? — Спрашивает Чан, меняясь с парнем местами.       Теперь старший стоит возле стены, вальяжно демонстрируя свою эрекцию. Бэкхён цепляет пальцами резинку трусов и тянет вниз по длинным мускулистым ногам, освобождая огромный член, который гордо смотрит вверх, слегка поддергиваясь. Теперь настала очередь Бэкхёна пожирать старшего глазами. Отступая на шаг назад, младший окидывает взглядом Чанёля. Он восхищался всем. Этими сильными ногами, рельефным прессом, руками, на которых проступают вены. Но больше всего привлекал внимание его член. Таких размеров ему не доводилось видеть. Сам Бэкхён таким похвастаться не мог. Член настолько его впечатлил, что парень непроизвольно облизал губы.       Словно по команде, Чан отступает от стены и подталкивает парня вниз, как бы приказывая встать на колени. Бён не сопротивляется. Он уже и сам этого хочет. Обхватив одной рукой основание своего члена, а другой рукой голову Бёна сзади, Пак приближает свой орган к губам младшего. Тот высовывает язык и нерешительно кончиком облизывает головку члена, залезая под кожу, которая прикрывает его. — Бля-я, Бэкхён! — Стонет Пак и проводит своим членом по всем губам младшего, пачкая их в своей смазке. — Гребаное дерьмо, блядь! — Выкрикивает ругательства старший, уже проталкивая свой член Бэкхёну в рот.       Пальцы не отпускают сжатые в кулаке волосы мальчишки. Он так направляет его в правильном направлении. А Бэк уже не против. Он знает, что орган Пака для него слишком большой, и все равно покорно открывает как можно шире рот, принимая сантиметр за сантиметром горячий ствол. Чанёль наблюдает, как пошло обхватывают его орган губы Бёна. Пухлые, красные губы вокруг ствола, это самое лучшее зрелище. Но еще больше распаляют глаза мальчишки. Они смотрят на Пака снизу вверх, так невинно, полностью подчиняясь. — Черт! Аааа, да, да, быстрее, давай БЫСТРЕЕ, БЭКХЁН! Бля! Как же охуенно! Парень так громко причмокивает губами, захлебываясь от размера, что это эхом раздается в душевой. Челюсть ноет от такого напора, горло саднит, но Бён не останавливается. Ему все больше нравится, как старший плавится от его ласк. Он и сам уже не на шутку возбудился. Ведь Бэк так и не получил разрядку. Член болезненно пульсирует, прося внимание. И, не отрываясь от Чанёля, Бэкхён тянет к себе руку, обхватывая свой член, чтобы подрочить.       Бэкхён причмокивает, вылизывает, принимает в себя как можно глубже. Щеки раскраснелись, глаза блестят от удовольствия. Чанёль опускает взгляд вниз, чтобы взглянуть на мальчишку и видит все это. Так пошло и невинно одновременно. Пак оттаскивает голову за волосы, освобождая свой член от такого сладкого плена губ младшего. — Я не хочу кончать тебе в рот. — Уточняет Пак. Бэкхён хнычет от досады, но продолжает настойчиво и быстро ласкать себя, все сильнее надрачивая. — Прекрати трогать себя. — Бормочет недовольно Чанёль.       Он резко поднимает мальчишку с колен, толкает к стене, прижимая того лицом к холодному кафелю. И без предупреждения обрушивает на задницу младшего звонкий и сильный шлепок. — Ах!!! — Вскрикивает парень, чувствуя, как жжет то место, где приземлилась тяжелая ладонь Пака. Но президент не успокаивается. Он отвешивает еще более сильные шлепки на нежную кожу Бёна, заставляя корчиться от боли и удовольствия одновременно. — Какой у тебя красивый зад, Бэкхён. Словно у девушки. Такой нежный и мягкий. — Ухмыляется Чан, проводя мозолистой ладонью по красным отметинам на аппетитных половинках. Мнет задницу, с силой сжимая в руках: — Да, да! Невероятно мягкая и нежная. Идеально подходит для порки. — Ах!!! — Мычит и стонет Бэк, чувствуя, как на его зад опускаются еще три оплеухи. Чертовски больно жжет, но от этого член мальчишки еще сильнее твердеет, грозя излиться спермой. — Сейчас. Раздвинь ноги. — Приказывает президент, шепча на ухо, и больно кусает того за шею, впиваясь зубами, и тут же зализывает укус.       Мальчишка покорно следует указаниям, повинуется, раздвигая ноги. Чанёль тут же просовывает руку между телами, пальцем нащупывая соблазнительный вход — Mмммм… - Стонет Бэк от таких новых, восхитительных ощущений. А Пак не прекращает ласкать анус пальцем, слегка надавливая на него. Продолжая удерживать Бёна у стены, Чанёль опускается на колени, раздвигает две половинки упругой задницы младшего и проходит языком по дырочке. Но не один раз. Он круговыми движениями вылизывает сжатые мышцы и довольно хмыкает, когда Бэкхён начинает извиваться под таким умелыми ласками. - С-сонбэ, что ты… ах!!       Чанёль меняет тактику. Теперь он не просто вылизывает. Он расслабляет мышцы, вставляя язык внутрь. Трахает мальчишку в зад своим языком. Бён уже стонет в голос. Сжимает ладони в кулаки, пытаясь цепляться за стены. А язык нещадно трахает упругую дырочку, пытаясь проникнуть как можно глубже. Мальчишка совсем извелся. Он подается бедрами назад, хочется насадиться на теплый язык. — Черт! Прекрати! — Кричит Пак, когда Бён прижимается задницей к щекам старшего. Он нехотя перестает извиваться. - Ч-чанёль-сонбэ! — Хнычет Бэкхён.       Красная задница горит от порки, но он раздвигает ноги еще шире, как только палец Чанёля снова продвигается к сфинктеру. Слезы просачиваются сквозь вздрагивающие закрытые веки, когда палец проникает внутрь. Сначала на одну фалангу, но чуть позже проникает внутрь весь. Бэкхён корчится от боли, которая проходит от ануса к позвоночнику. Палец медленно, но уверенно не перестает двигаться внутри уже во всю длину. Бэкхён морщится, пытаясь привыкнуть к новым ощущениям. Подстроиться. С минуту погодя, президент добавляет еще два пальца. И снова боль. И снова стон смешанный с наслаждением. Старший двигается уверенно, разминая мышцы, пытаясь хоть немного расширить вход. — Ч-чанёль… больно. - Мальчишка тяжело дышит, ноги предательски дрожат, но старший не слушает. Он трахает пальцами, увеличивая амплитуду. — Черт, как же туго. - Произносит Пак, продвигая пальцы все глубже, насколько это возможно. — Расслабься, Бэкхён! Мать твою! Я должен тебя подготовить должным образом!       Бэк делает глубокий вдох и пытается расслабить мышцы. Но парень не знает, как и что нужно делать. Для него это все впервые. Поэтому он продолжает корчиться, крепко сжимая стенками ануса длинные пальцы Чанёля. — Ты девственник, не так ли? — Спрашивает Пак и поднимает глаза на парня. Проходится взглядом по его красной заднице, по пояснице с соблазнительными ямочками, по ровной спине, по шее, на которой краснеют следы безумных поцелуев старшего. И ловит затуманенный, подёрнутый пеленой возбуждения, взгляд Бэкхёна. Тот медленно кивает в знак согласия. — О, я вижу! Я это чувствую! Пальцами, а позже и своим членом! — Бэкхён хныкает, слыша такое признание. Хнычет от страха и желания одновременно. — Если ты думаешь, что я буду снисходителен к тебе только потому, что ты девственник, то ты глубоко заблуждаешься. - Пак двигает пальцами глубоко и до упора, чувствуя ответную реакцию. — Оо, я не буду нежен! Я, блядь, люблю жестко и грубо, Бэкхён!       Младший нервно сглатывает, вспоминая размеры Пака, и прикидывает, как это вообще возможно, чтобы ТАКОЕ в него поместилось. И прежде, чем засомневаться и попытаться уйти, Чанёль встает и пристраивается у него между ног. В зад Бэкхёну упирается крепкий горячий стояк. — Н-нет! Нет! Пожалуйста. — Заголосил Бэкхён. Слезы непроизвольно брызнули из глаз, когда Бён почувствовал, как Чанёль раздвинул половинки, приставил головку ко входу, нажимая и протискиваясь внутрь. Там туго. Очень туго и изначально болезненно даже для Чанёля. Что уж говорить о Бёне. — П-пожалуйста!! Аккуратнее! Пожалуйста, Чанёль, нежнее, ахх…       Но Чан продолжает продвигаться внутрь, растягивая тугие складки, заполняя мальчишку собой. Он не хочет останавливаться. Он не может. Уже не может. Так хочется резко и по самые яйца. Но Бэкхён просил. И поэтому, Чан движется медленно, но неумолимо. Бён всхлипывает, закусывает свой кулак так сильно, что на коже остаются отметки от зубов. Чанёль слишком большой. И ему слишком больно. — Аааа, Ч-чанёль-с-сонбэ. — Плачет Бэк. — Больно!! П-пожалуйста! Помедленнее, пожалуйста! Это больно! — Что? — Спрашивает Пак, опуская мощную ладонь на нежную кожу ягодицы. От стен эхом разносится шлепок. И тут же вставляет член до конца. — Я что-то не слышу тебя Бэкхён. Секунды передышки для обоих, чтобы привыкнуть. Для младшего — к боли и такой сильной заполненности. Для старшего — к такой тугой, тесной заднице, которая плотно обхватывает член Пака.       И снова шлепки, и снова движение внутри. Бён изгибается, извивается, пытаясь отстраниться от боли. Скребет ногтями холодный кафель, закусывает губу до крови. Кажется, что эта боль уже повсюду. Перетекает от задницы на всю поясницу. Пак просовывает свою ладонь между лицом Бэкхёна и холодной стеной, притягивает к себе и целует мальчишку в губы. Это единственное нежное прикосновение за время их близости создает такой контраст между мягким языком, вылизывающим губы Бёна, и членом Пака, которым он нещадно, уже не сдерживая себя, трахает в задницу.       На губах старшего появляется солоноватый вкус. Слезы продолжают скатываться по щекам. Тогда рука Чанёля спускается ниже, гладит безволосую грудь, надавливает на чувствительны соски, слегка прищипывая и сминая их между пальцами. От такой нехитрой ласки, сквозь боль пробивается и другое, будоражащее чувство. Парню хочется еще, и он уже во всю выгибает спину навстречу пальцам Пака. Президент трахает, целует, кусает, мнет соски, и в мальчишке неумолимо зреет чувство восторга и наслаждения. Ему уже нравится, что боль смешивается с возбуждением, с накатывающим кайфом. — Мммм... Ах! Ах! — Боль постепенно стихает.       Шлепки, которые периодически отвешивает Пак Бэкхёну, уже не кажутся такими жгучими, они добавляют острые ощущения. Внутри что-то зреет. И это заставляет мальчишку изгибаться, двигаться навстречу члену старшего. И каждый новый толчок посылает дрожь по позвоночнику, подгибая колени. Дрожь не от боли. Дрожь от удовольствия. Такого непонятного и неизведанного удовольствия. Бэкхён чувствует это впервые. — Чертовски хорошо, да? Бэкхён? — Шепчет на ухо Чанёль. — Да! Я вижу, что тебе нравится этот жесткий трах под душем. Бэкхён кивает с закрытыми глазами, ответить он не может. Сейчас он поглощен своими ощущениями. Парень отдается им, двигается навстречу. Но когда Пак меняет угол наклона и входит в него по-другому, точно задевая простату, Бэк непроизвольно вскрикивает и пытается отдышаться. — Блядь, пожалуйста! Глубже! — Умоляет Бэкхён охрипшим от слез, стонов и возбуждения голосом. — Быстрее! Быстрее! Пожалуйста! Чанёль-сонбэ! — Громче! — Глубже! Пожалуйста! — Я сказал громче, Бэкхён! — ПОЖАЛУЙСТА! Я ХОЧУ ГЛУБЖЕ! ВЫЕБИ МЕНЯ!       Пак ухмыляется. Он добился чего хотел. Он полностью подчинил себе мальчишку. И снова старший бьет по заднице парня, тараня тугую дырочку, которая раскраснелась по краям от сильного напора. Член Пака стоит колом, вонзаясь в мягкую плоть. И это нравится. Нравится им обоим. Дыхание тяжелое, сбивчивое. Бэкхён вскрикивает имя своего президента: — Аааа! Аааа! С-сонбэ, я… Я скоро…       Бён хватается за свой член, чтобы поласкать его, но Пак перехватывает его руку, не давая к себе прикоснуться. Сжимает запястья и поднимает руки парня над головой, прижимая их к стене. — Не трогай себя. — Сбивчиво произносит Чанёль. Он и сам уже на подходе. Потому, что трахает так глубоко и резко, и долго такое терпеть он не сможет. — Я хочу чтобы ты кончил, не трогая себя. Только от моего члена. Нетронутый. — Но… — НЕТ.       Мальчишка хнычет, стонет и насаживается своей задницей, стараясь, чтобы старший проник еще глубже. Член пульсирует каждый раз, когда стояк старшего проходится по простате и каждый раз попадает ровно в цель. — Аааа…блядь! — Тело содрогается в сладких конвульсиях. Парень кончает так и не прикоснувшись к себе ни разу. Бэкхён ругается в голос и брызжет спермой на кафельную стену, которая стекает вниз. Стенки ануса ритмично массируют и сжимаются от оргазма, что Пак совсем теряет голову. — Черт!       Чанёль достигает оргазма. Член начинает изливаться внутрь мальчишки, заполняя спермой. Пак успевает вытащить свой орган, пачкая мягкие половинки. — Встань на колени. Сейчас же! — Резко приказывает Чанёль, и Бэкхён тут же подчиняется, оказываясь внизу.  — Высоси последние капли! Бэкхён открывает рот обхватывает головку и сосет чувствуя на языке вязкую соленую сперму. Чанёль в блаженстве прикрывает глаза и издает гортанный стон. Ему нравится, что мальчишка слушается и исполняет все о чем он просит. Это доставляет ему физическое, сексуальное и моральное удовольствие.       Когда пульсация в члене ослабевает, мальчишка приподнимается на ноги, встает на цыпочки и обхватывает своими тонкими ручками шею старшего, прося поцелуя. И Пак целует. Облизывает губы Бэкхёна, испачканные в его же сперме. Чувствует вкус наслаждения.       Они целуются долго, неспешно, вылизывая друг друга, переплетаясь языками и покусывая губы. После того как они отстраняются, переводят дух, Бэкхён утыкается в грудь и обнимает еще сильнее. — Ч-чанёль-сонбэ… — Только и может произнести мальчишка. Ему сейчас так хорошо. — Бэкхён? — Зовет его старший. — Да? — Будь моим? — Шепчет на ухо Чанёль, успокаивающе поглаживая по спине. А следом прикусывает шею. — Будешь моим? Тогда я смогу целовать тебя сколько угодно. И трахать как можно чаще.       Бэкхён улыбается, снова заливаясь румянцем, и кивает: — Хорошо. Я согласен!