Секрет студенческого совета

      Бэкхён не мог поверить в случившееся. Он не мог поверить, что президент трахал его, и Бён позволил ему это. И он любил Чанёля. Бэк это знал наверняка. Ему казалось, что он так всегда и останется только в его сексуальных фантазиях. Так и останется картинкой перед глазами, когда он дрочит по вечерам. Но он трахался. ТРАХАЛСЯ С ЧАНЁЛЕМ! И трахался с ним еще дважды после секса в душевой. А потом они трахались на диване в комнате совета в прошлый понедельник. И вчера придавались сексуальным утехам на полу.       Чанёль был первый у Бэкхёна. И Чанёль это знал. А еще Бён знал, что его президент любит, когда жестко, когда глубоко и до невозможности приятно. Он любил доминировать. А Бэкхёну так понравилось подчиняться, что это сильно возбуждало мальчишку. Он не знал, что вдруг изменилось вокруг него или вообще в мире. Но как только Чанёль переспал с ним, то стал ему нужен так сильно, как воздух. Он жаждал старшего. И чувства эти росли. Будь то детская влюбленность, или увлечение, или страсть, но оно набирало обороты, внутри заполняя всего Бэкхёна. « — Будь моим? Будешь моим? Тогда я смогу целовать тебя сколько угодно. И трахать как можно чаще.»       Слова старшего постоянно крутились в голове Бёна. Он их мусолил, вспоминал, анализировал. Что они значили? Значило ли это, что теперь они встречаются? «Я смогу целовать тебя сколько угодно.»       И снова сердце замирает, вспоминая те слова. Это звучало так красиво. И Бён непроизвольно потянулся пальцами к своим губам, трогает, вспоминая ЕГО поцелуи. — Почему ты трогаешь свои губы? — Интересуется Сехун, наклонив голову в сторону друга. — Ты целовался? — Что?! — От неожиданности Бэкхён валится со стула. Сэхун окинул друга удивленным взглядом. — Ты становишься странным. С каждым днем все сильнее и сильнее, ты это знаешь? — Вздыхает друг и продолжает. — Что с тобой творится в последнее время? Ты сам на себя не похож! — Я-Я.? — Да! Ты вечно витаешь в облаках, а потом вот так вот вздрагиваешь, как сумасшедший, стоит мне тебя тронуть или окликнуть! — Хун театрально закатил глаза. — Я просто слишком чувствительный! Сех снова неожиданно касается парня, и тот как по команде дергается в сторону. — Ну вот! Что я тебе говорил! — Говорю же, просто чувствительный и к тому же у меня аллергия!       Бэкхён безжалостно врет. Ведь он не может рассказать все другу. Более нелепого оправдания Сэхун еще не слышал. — Да что ты говоришь! Я знаю тебя восемь лет. И у тебя никогда не было аллергии! — Нуу… - Мальчишка заикаясь, обдумывал очередную ложь, — Я просто сегодня съел что-то не то. Поэтому, думаю, будет лучше, если ты пока что не будешь меня трогать. — О, правда? Давай я отвезу тебя к врачу? — Спрашивает Се, и в глазах парня искреннее волнение за друга.       Сердце щемит из-за чувства вины. Ведь он никогда так не делал за время их дружбы. Никогда не врал! Но он обещал не рассказывать! И он должен сдержать свое обещание! — Я в порядке, Сехун. Не волнуйся, я это переживу, — говорит Бэк, натянуто улыбаясь. — Ты должен вернуться в класс. Учитель скоро прибудет. — А как же ты? Снова будешь прогуливать? — Н-нет. - И снова очередная ложь. Бэк отводит глаза. — Просто есть кое-что важное, что я должен срочно сделать для студенческого совета. Сехун вздыхает. — Это очень срочно? — Да, — отвечает Бэкхён и замечает грусть в глазах парня. Ведь Бэк знает, что в последнее время он все реже и меньше уделяет времени своему лучшему другу. И все потому, что он с Чанёлем. И все потому, что Чанёль- это… Размышления прерывают. — Ну хорошо. Тогда иди, — говорит Хун, улыбаясь. — Давай после занятий пойдем домой вместе. Бэкхён хмурится, вспоминая договоренность. — Не получится, Се. Чонин и Лухан пригласили меня к себе. — О, точно. А я и забыл. — Смущается друг, почесывая затылок. — Прости. — Давай в следующий раз, окей? — Предлагает Бэк, виновато взирая на друга. — В следующий раз я обещаю! — Ладно, — соглашается Хун, похлопывая Бэкхёна по плечу.       Его единственный, до последнего времени, друг и по совместительству лучший, сейчас грустно уходит от него. И у Бёна щемит сердце. « Прости меня, Се, я правда сожалею», — шепчет самому себе Бэк, следя за тем, как удаляется из поля зрения фигура Сехуна все дальше.

***

— Бэкхён, подожди, подожди, подожди, тьфу, черт… — Говорит Лухан и отстраняется от парня, оттаскивая того от себя, цепляясь за его плечи. Пытается остановить этот поток невинных поцелуев младшего. Но Бэк настойчив, и не предполагает, что его сонбэ просто хочет перевести дыхание. — Ммм... бля, подожди хоть немного!       Бэкхён все же отстраняется сам, хмурит брови и недовольно смотрит на Лухана. — Ты же сказал, что я могу целовать тебя, когда захочу?! — Спрашивает Бэк, вытирая слюну с припухших губ. — Почему ты остановился? Лухан театрально закатывает глаза. — Черт! Но мне же нужно хоть немного дышать, — уточняет парень, глубоко вдыхая. Бэкхён продолжает сидеть у того на коленях, окидывая старшего недовольным взглядом. — Тогда я скажу обо всем президенту! — говорит Бён, скрещивая руки. Брови старшего ползут вверх, явно не ожидая такой реплики. — Бляя!! Ты что же мне угрожаешь? — Лухан-сонбэ, я тебе угрожаю!! — утвердительно кивает Бён, нагло ухмыляясь. — Сучоныш мелкий! Иди ко мне… — Хань хватает за шею парня, привлекая к себе, чтобы требовательно впиться в губы.       Язык проникает в рот к младшему и исследует мягкий язык парня. И Бён охотно открывает свои губы навстречу. Лухан целует нежно, аккуратно, засасывая податливые губы, и тянется к шее, заставляя младшего стонать от этих ласк. Пальцы старшего дергают пуговицы, пытаясь расстегнуть рубашку. — Нет, — выдыхает Бэкхён между поцелуями, ощущая как пальцы старшего уже во всю ласкают грудь, цепляя набухшие чувствительные соски. — С-сонбэ… Нет! Тебе нельзя! Нельзя ко мне прикасаться так. — Чанёль разрешил, — шепчет хрипло Лу, затыкая Бэхёну рот очередным поцелуем. — Он разрешил мне подготовить тебя, а сам займется с тобой сексом позже. — Он разрешил? Он делится мной с тобой? — Спрашивает Бэк, и сердце тут же сжимается от боли и грусти. — Он действительно так сказал? — Да, — Лухан лжёт, он сделает все, и скажет все что угодно, лишь бы хоть прикоснуться к парню более интимно. — Ты что же, хочешь ослушаться приказа президента? — Нет. — Бён качает головой. — Тогда чего же мы ждем? — Криво усмехается Лу. — На чем мы там остановились?       Без лишних слов, Лухан опускает свои губы на шею парня, облизывая слегка солоноватую кожу, а руки уже двинулись вниз. Туда, где бедра обтягивают шорты. Бэкхён непроизвольно стонет, откликаясь на эти ласки, и сжимая волосы на затылке старшего. А Лу этого мало. Он сжимает упругие половинки задницы Бэка в своих ладонях. Атмосфера накаляется. Руки уже во всю блуждают по телу. Парни гладят друг друга везде, где только могут достать. И в пылу страсти не слышат мягкий щелчок открываемой двери.       В комнату входит президент. — Кто-то разрешал вам делать что-то подобное за моей спиной? — Спокойно спрашивает Пак, буравя взглядом парочку. Он сдерживает себя. Пока что. Лу в шоке отпускает Бэкхёна из объятий. Потому что взгляд президента становится все тяжелее. — Какого хуя ты лапаешь Бэкхёна?! — Пак срывается на крик. Бэк поражен. Он не понимает, что происходит. Разве он сам не приказал Лухану подготовить его? И все же отползает от Ханя подальше.       Пак в несколько шагов пересекает комнату и размашисто обрушивает на левую щеку Лу свой кулак. — Бля!! Ты всегда был сукой, Лухан! — Уточняю: я всегда был только ТВОЕЙ сукой. — Отвечает Хань, встает с пола и сплевывает кровь изо рта. — Кроме того, я не трогал его…пока. — Вали! — Цедит сквозь зубы Чанёль. — Убирайся отсюда!       Лухан безразлично пожимает плечами и прежде, чем выйти, дарит Бэкхёну еще одну свою милую, фирменную улыбку. — Ч-чанёль-сонбэ, — заикается парень, грозя разрыдаться прям на глазах старшего. — Прости! Лухан тут не причем! Это моя вина. Это я не смог совладать с собой и поцеловал его. — Что? — Спрашивает Пак, с силой сжимая запястья парня и причиняя боль. Бэкхёну сейчас страшно. Чанёль в гневе невероятен. — Что ты сказал? Какого хрена ты имел ввиду? — Я…я поцеловал его сам, потому что я… Мне не терпелось. Я не мог дождаться тебя. — Признается Бэкхён, а пальцы старшего еще сильнее и больнее сжимают его запястья. Пак горько ухмыляется. — Очередная сука. — И это высказывание режет младшего по ушам. — Я думал, ты другой, Бэкхён, вот почему я выбрал именно тебя. Но ты…очередная сука! Я РАЗОЧАРОВАН! И за это ты заслуживаешь наказания! — Я-я знаю! Я приму свое наказание, — говорит Бэкхён, и голос дрогнул.       Чанёль, не отпуская запястья, рывком тащит Бэкхёна и с силой толкает к стене, да так, что младший больно ударяется спиной и затылком о бетон. От боли сдерживаемые слезы тут же брызнули из глаз, но рыдания заглушил свернутый галстук, который Пак без лишних нежностей запихал младшему в рот. — Заткнись, — в ярости выкрикивает Пак, прижимая мальчишку к стене. Тот не может заглушить рыдания. Ему больно и от столкновения со стеной, и от злости Пака. Его накрывает истерика, и Пак отвешивает Бэкхёну пощечину. — Ты, что же, совсем не понимаешь? — И снова пощечина. — Когда я говорил… - пощечина, — Что ты только мой! - И снова пощечина. — Ты, что же, шлюха? Ты разве не понял, кто владеет тобой и твоим телом? - Пощечина.       Галстук выпадает изо рта на пол. — Прости…! — Вымаливает Бэк, когда чувствует, как его тренировочные шорты вместе с боксерами тащат вниз, оголяя молочную кожу. Мальчишку разворачивают и снова припечатывают к стене, только уже лицом. В его отверстие что-то упирается. Что-то твердое и холодное. И это больно. Без растяжки на сухую. Это чертовски больно! Кажется, что его анус под таким натиском порвется. — С-сонбэ-э, — кричит Бэк, явно чувствуя как это ЧТО-ТО проникает внутрь и вибрирует у него в дырочке. ОНО проникает глубже, задевая чувствительные стенки. — Вытащи это…пожалуйста. Сонбэ…прошу, это больно. Мне БОЛЬНО! — Нет, Бэкхён, — отвечает Пак холодным голосом. - Теперь это будет твоим наказанием в течении двух дней. И это последствия твоей выходки. Последствие того, что ты ослушался меня.       Два дня! Два гребаных мучительных дня он должен будет ходить с этой штукой, что вибрирует в заднице? ЭТО ЧТО-ТО задевает простату, и Бэк чуть не валится на пол, теряя обладание над собой. Его трясет от этого невероятного сочетания боли и удовольствия. Но ему не дают упасть. Президент хватает за талию, поддерживая его. — Не смей вытаскивать эту штуку все два дня. И не важно, где ты находишься, в школе или дома. И не смей прикасаться к себе и дрочить, пока я не дам на это разрешение. Понял? Бэкхён кивает, но продолжает всхлипывать, и слезы скатываются по красным из-за пощёчин щекам. Чанёль все же не может удержаться. Он мягко целует Бэкхёна, нежно вытирая слезинки, пытаясь успокоить. И сердце мальчишки тает от такой заботы. Но боль такая сильная, что остановить слезы невозможно. — Ты можешь выполнить мой приказ? — Спрашивает Пак, прерывая поцелуи, которыми обильно покрывал ключицы Бэкхёна. Но Бэк продолжает лить слезы. — Тебе больно? — Д-да, — еле выдыхает мальчишка, тяжело дыша. — Я…мне больно. Пожалуйста, вытащи это, Чанёль-сонбэ…пожалуйста.       Чанёль опускает взгляд вниз на промежность Бэкхёна и замечает, как по его бедру с внутренней стороны стекает капля крови. В груди щемит. Это отрезвляет старшего. ОН в шоке и жутко сожалеет, что поступил так с Бэкхёном. Ведь Бэкхён совсем еще неопытен. Для него все это ново. Он не привык к таким вещам и у него не было никогда никакой подобной практики. Чанёль нежно поднимает мальчишку, беря на руки и несет в сторону спальни студенческого совета и аккуратно укладывает на кровать. Обнимает нежно, притягивая к себе, и тот уже рыдает ему в плечо. — Бэкхён, — спокойным голосом говорит Пак. Гнев, который был до этого, вмиг испарился. — Прости меня. Я забыл, что для тебя это впервые. Забыл, что еще неделю назад ты был девственником. Мне жаль. Мне правда жаль. Бэкхён качает головой и слезы, скатившись по вискам, падают на подушку. — Мне жаль, если я…если я разочаровал тебя, сонбэ. Я обещаю, что в следующий раз смогу вынести это наказание. Чанёль кивает, разводя в стороны ноги парня. Внутри мальчишки анальный вибратор и ему надо его вытащить. Медленно, ох, как медленно, Пак просовывает палец. Бэкхён жалобно всхлипывает, ведь даже такое прикосновение приносит нестерпимую боль. Дырочка кровоточит, оставляя на простыне красные следы. Чанёль, наконец, вытаскивает вибратор, бросает его в мусорное ведро стоящее рядом с кроватью. Он встает и отыскивает аптечку. Располагается между ног мальчишки и чистыми салфетками и антисептиком обрабатывает рану.       Бэкхён чувствует, насколько Пак нежен и аккуратен. Тишина наполняет комнату, но антисептик начинает действовать, и от новой боли Бэкхён снова хнычет. Чанёль гладит мальчишку, успокаивает, а после встает и поднимает с пола одежду Бэка. Приподнимая его за бедра, Пак надевает боксеры обратно, дотягивая до конца. А следом и шорты. Бэкхёну неловко, ведь Чанёль сейчас обращается с ним совсем как с маленьким беззащитным ребенком. Он смущается и краснеет. — С-сонбэ, я могу и сам, — пытается перехватит инициативу Бён, но Чанёль уже ловко все выполняет сам. — Что, Бэкхён? — Т-ты…не нужно было, — смущение накрывает с головой. Ведь Чанёль не просто видел его наготу. Он обрабатывал его ТАМ. И от стыда парень готов провалиться под землю. — Ты мой вице-президент. — Поясняет Пак, — И теперь ТЫ МОЙ! Поэтому я буду о тебе заботиться.       Бэкхёна подмывает спросить, что значат его слова, а в частности " ТЫ МОЙ ". Но он знает, что ему нельзя задавать вопросы. И он замолкает. Бэкхён уже знает, что Чанёль вряд ли объяснит ему значение этих слов. — Спасибо. - Говорит Бён и, уже успокоившись от слез, просто лежит возле Чанёля. - Спасибо за то, что сделал это. И оба понимают, что Бэкхён благодарит за то, что Пак отменил свое наказание. — Ты можешь делать что угодно с Луханом или с другими членами совета, — уточняет президент со вздохом. — Это я тебе позволяю. Но не больше. Я не разрешаю тебе трахаться с кем бы то ни было. — Я не буду, обещаю, — отвечает Бэкхён. — И я не скажу этого никому. — Это наш секрет, — уточняет Чанёль и наклоняется к самому уху парня. — Никто из студенческого совета не должен об этом знать.       И опять же, оба понимают, что конкретно имел в виду президент. Никто не должен знать, что Пак Чанёль может проявлять заботу и нежность.