Секрет студенческого совета

— Не нужно мне объяснять. Я уже знаю, где ты был.       Снимая ботинки, Бэкхён слышит, как недовольно бурчит Сэхун. Парень скидывает уличную обувь, ставит их на обувную полку и шагает в гостиную, где его уже поджидает друг. Сех сидит на диване, подогнув под себя ноги. — Ты прям бурчишь, как будто ты моя жена, когда я не вовремя прихожу домой. — Улыбаясь, отвечает Бэк, снимает пиджак и исчезает в своей спальне. Сех со скучающим видом плетется следом и не успевает зайти внутрь, как Бэк, уже переодетый, выходит обратно. — Ну да! А ты мой муж, который мне изменяет! — Лопочет Се, закатывая глаза. — Эм…а разве не должно быть наоборот? Я как девушка, верно? — Шутит Бэк, ловя на себе хмурый взгляд Сеха, будто у мальчишки вдруг выросли две головы. — Хорошо. Я знаю, ты злишься на меня. Я сожалею, что не отвечал на твои звонки. Но ты ведь знаешь, какой я упертый, — уже мягче добавляет Бэкхён. — И мне жаль, что я тебя не послушался…снова… Тишина. — Я видел тебя. Вы бежали под дождем. А потом я звонил тебе, но безрезультатно. Думал, что, возможно, это из-за дождя, что на улице было так шумно. Но потом ты сел к нему в машину… — Я правда не слышал твой звонок тогда, Сех, — оправдывается парень. — Прости… — Но я знаю, что даже услышь ты меня тогда, все равно не повернулся бы ко мне…       Сехун, уставившись куда-то вверх, покусывая щеку изнутри, выкладывает то, что на душе, зная, что Бэкхён в такие моменты всегда молчит. И Се будто общается сам с собой или же ведет бессмысленный монолог с воздухом. - Ты никогда не думаешь, что чувствую я… — тихо продолжает Сех. — Впрочем, как и всегда… И когда друг все же перестает рассматривать потолок и поворачивается к Бэкхёну, тот ясно видит боль в его взгляде, которая так же откликается и в его сердце. — Ты рассержен? Сехун отрицательно качает головой. — Больно… вот тут, — отвечает тот и показывает ладошкой в районе сердца. — Если я тебя обниму, это исправит ситуацию?       Бэкхён разводит руки в стороны, открывая объятия. Сехун с минуту размышляя, мнётся, стоит ли обнять Бёна, но уже через секунду прижимается своим лицом в изгиб шеи мальчишки, прижимая крепче. А руки младшего гладят спину, успокаивая. И Бён готов заурчать оттого, что в объятиях друга тепло и уютно, словно он дома. Словно Сехун и есть его дом. — Теперь тебе лучше? — Пока нет.       Отстраняясь немного и размыкая объятия, Бэк смотрит в слегка растерянные глаза друга, будто тот хочет что-то сказать особенное, а на душе отчего-то становится совсем хорошо. — Что? — Интересуется Бэк. — Может, ты меня поцелуешь? — Говорит Се, ни грамма не смущаясь. — Так же…как ты делал это с твоими другими друзьями…       Мальчишка хмурит брови. — Но…в тот раз, когда я осмелился тебя поцеловать, ты оттолкнул меня. Да еще так сильно, что у меня после, долго болела спина. — Я… — Се почесывает затылок, испытывая смесь из смущения и вины, — я сожалею, что тогда так поступил. — Ты подумал, что я и правда злюсь на тебя из-за того случая? — Широко улыбается Бён. — Это же была сейчас шутка. — Для меня тебе это сделать трудно? — Огорченно вздыхает Сех, и, откашлявшись, добавляет. — Я просто хочу почувствовать себя лучше и перестать волноваться и злиться. А для этого простых объятий недостаточно. Но ты… — Если замолчишь, то я тебя поцелую, — перебивает друг. — Закрой глаза.       Сехун облизывает губы и закрывает глаза. — Ладно, я готов. Посмеиваясь, Бэкхён склоняется к лицу Сехуна и оставляет на правой щеке мягкий целомудренный «чмок». И отстраняется в тот момент, когда Сехун, недовольно моргая, открывает глаза. — Ну вот! Но Сехуну совсем не смешно. — Оо…так ты хочешь на левой щеке тоже? — Нет! Я этого не говорил… — Се встает с дивана, стремительно удаляясь в комнату и показательно громко хлопает дверью. — Сехун!! — ИСЧЕЗНИ!       "Наверно надо было поцеловать его в лоб, вместо щеки", — думает Бэк, огорченно вздыхая.

***

— Итак, доброе утро, - Чанёль поправляет свой галстук, окидывая взглядом сидящих в комнате, игнорируя одно свободное место в комнате. — Я собрал вас всех сегодня, чтобы обсудить кое-какие важные вопросы       Лухан жует колпачок своей шариковой ручки, листая что-то, что должно напоминать тетрадь учета. Но сейчас она полна всяких ненужных каракуль и рисунков. Чонин сонно моргает, упираясь подбородком в свою ладонь. Широко зевая, парень даже не замечает, как пролетающая рядом мошка попадает в рот. Он давится, начиная судорожно кашлять, на что ему на помощь приходит Кёнсу, громко хлопая того по спине. — Бля, ах! Бля, бля… — выкрикивает проклятия Ким. — Чуть не умер из-за этой гребанной мошки!!! — Мой член гораздо больше, чем это насекомое, но ты им никогда не давился, - бормочет Кёнсу, вызывая негромкие смешки со стороны Лухана.       Чанёль обращает внимание на парней. — Я сказал вчера Минсоку, что надо бы распылить инсектициды, — фыркает Чондэ, поглядывая на своего парня, чьи глаза прикованы к своему телефону. — Ты это сделал? — Спрашивает Ким. — Я забыл. — Думаю, нам действительно это нужно сделать, чтобы очистить и продезинфицировать это место, — говорит Лу, почесывая подмышку. — А то становится похоже, что мы находимся в гигантской мусорке. — И это говоришь ты? Который везде разбрасывает после себя обертки и фантики? — Возмущается Мин, пиная того под столом в голень.       Президент, откашлившись, уточняет: — Фантики? — Обертки от презервативов, — добавляет Чондэ. — Интересно, как Чонин и Кёнсу мирятся с такой грязной сучкой как ты? — Скрещивая на груди руки, возмущается Минсок, морщя нос. — Ты даже не знаешь, как выбросить свой гребанный использованный презерватив. Упаси меня от этого! Он мизинцем поднимает скрученный презерватив с пола. — ВОТ! Что за хуйня? — Простите, но это не моё, — говорит Лу, поднимая бровь. — Клубничный? Ты серьезно? — Он предпочитает цитрусовые ароматы, — уточняет Су, разглядывая свои ногти.       И на всю эту картину в изумлении смотрит Чанёль. — Кто, черт побери, пользуется клубничными, — спрашивает Чондэ, требуя ответа сразу у всех. — Что это за такой супер-гей!! — Вы должны попробовать «банан», — с ухмылкой предлагает Лухан и добавляет. — Только не на своей заднице! Он жутко жжет, когда тебя трахают. — Боже мой, я не хочу слушать эту хрень! — Ты трахался с банановым в заднице, Лухан? — Да! Чанёль как-то пользовался ими, когда… — Что?! — Так кто использует клубничный? — Не унимается Чондэ. — Что плохого в клубничных? — Орет Чонин, хлопая ладонью по столу. — Это любимый запах Кёнсу!       Чанёль в шоке, что вынужден слушать такое дерьмо. — Да уж, какие вы гребанные извращенцы!! — И это говоришь ты, Мин? Тот, кто любит трахаться в собачьих ошейниках? — Может вы все уже ЗАТКНЕТЕСЬ!!! Какого хрена вы тут сейчас делаете? — Срывается на крик Чанёль, привлекая внимание всех в комнате. — У нас идет совещание, и мы должны обсуждать проблемы и нужды колледжа, а не предпочтения Кёнсу в презервативах и не извращения Лухана!! Он потирает ладонью лицо. — Когда вы, блядь, уже вспомните, что мы «студенческий совет»!!! В комнате повисает абсолютная тишина. — По крайней мере, хоть раз сделайте свою работу и свои обязанности нормально!       Лухан и Чондэ выпрямляются словно по стойке смирно. Чонин быстро выкидывает презерватив в урну и садится рядом с Минсоком. — Извини, — первым извиняется Кёнсу, поправляя очки, — мы слушаем. — Спасибо, — говорит президент, застегивая третью пуговицу на пиджаке и, смотрит, как профессиональный человек. — Как я уже говорил, колледж будет проводить свой ежегодный фестиваль к концу недели, и студенческий совет планирует провести мероприятие.       Чанёль поджимает губы в тонкую линию: — Я хочу, чтобы вы все сделали на высшем уровне, прежде, чем снять с себя полномочия перед выпускным. - В этот раз нам придется обходиться без вице-президента, — Чанёль сглатывает подступивший к горлу ком. — Я просто тогда отдаю ответственность тебе, Лухан, для того, чтобы ты поговорил с руководителями каждого из двенадцати студенческих клубов. Сделай список. Поинтересуйся их идеями. — Хорошо, — кивает Лу. — Проведу совещание с ними позже. — А как на счет продуктовых лавок, магазинов и кафешек для студентов и гостей, — спрашивает Минсок. — И еще хорошо бы сделать рекламные плакаты для парка развлечений, — добавляет Чондэ. — Я уже об этом позаботился, Чондэ. Осталось только подтверждение от администрации. А ты тогда позаботишься о рекламных плакатах.       Оба парня одобрительно кивают, придя к общему мнению. — Программа мероприятий у меня уже есть, теперь мне нужен Кёнсу, чтобы помочь распределить бюджет. — Говорит Чанёль, вытаскивая лист бумаги из кармана, протягивая ее Су. — Вот перечень работ и ожидаемых затрат на них. Не забудь сделать финансовый отчет на конец месяца. — У нас будет живая музыка и танцевальные выступления, как в прошлом году? — Интересуется Чонин, и Пак кивает в ответ. — Поможешь справиться с этим? — Конечно! Только хотел предложить перед тем, как ты это упомянул. — Директор даст добро на звук после того, как встретится с исполнителями. Этот этап тоже проконтролируй! — Чонин кивает. — В общем, по любым вопросам обращайтесь ко мне, если нужно что-то уточнить.       Раздается негромкий, вежливый стук в дверь, и все разом затихают. Чанёль вздыхает с досадой и раздражением. — Ну кто там еще? Дверь тихонько приоткрывается, впуская нового незваного гостя, привлекая к себе всеобщее внимание. — П-простите, я опоздал…       Карандаш, которым президент ритмично постукивал по столу, замирает в руке. — Я…еще не совсем поздно? Тишина.       Лухан вскакивает со своего места с сияющей улыбкой, от него не отстает Чонин. Глаза Кёнсу кажется стали еще больше. Мин и Чондэ искренне радуются парню. — БЭКХЁН!! АХ, ТЫ МАЛЕНЬКИЙ ГАВНЮК!!! ЭТО ПРАВДА ТЫ!! — чертыхается Лу, заключая парня в свои объятия. Бэкхён хихикает, обнимая Лу в ответ. — Боже, я так скучал по тебе, — шепчет Хань, утыкаясь в шею младшего, словно они не виделись сто лет. — Я тоже скучал по тебе, Лухан-Хен. прости, что оставил тебя и… — Тшш. Все в порядке, я не злюсь, — отвечает Лухан, немного ослабляя свои объятия, вглядываясь в слезящиеся глаза мальчишки. А через секунду он «клюет» Бэка в губы, быстрым мимолетным поцелуем, а ещё через секунду в лоб и в щеку, а потом в другую… — Моя очередь! — Кричит Чонин, отцепляя с силой Лухана от Бэкхёна. — Хрен ты у меня так просто отделаешься, Бэкхён, за то, что игнорил меня!!! Ты ещё за это заплатишь!! С тебя целый семестр!! Ты должен мне триста ланчей!! — Но это довольно много, Чонин, — отвечает Бэк, так же обнимая парня. — Но я обещаю, я это сделаю для тебя!       Бэкхён быстро освобождается от медвежьих объятий Кима, замечая, каким злым взглядом прожигает его Кёнсу. — Я… тебя обниму? — Нет. — Почему? — Отойди от меня. — Извини, Кёнсу , — виновато бормочет Бэкхён, практически насильно обнимая старшего. Тот, в свою очередь, не сильно отбивается от мальчишки, отталкивая его от себя. — Дерьмо! Отвали от меня! — Я тоже скучал по тебе, Кёнсу… — А я не скучаю по тебе, тьфу! Какого собственно хрена?! Нет, бля, обними меня, маленький гаденыш! — И Бэк обнимает еще крепче, оставляя «чмок» на щеке старшего. - …сукин сын. — Кёнсу обнимает в ответ слишком крепко. А потом мальчишка получает игривые щелбаны от Мина и Чондэ и дружеское быстрое объятие от них.       Чанёль тихонько наблюдает за этой картиной, улыбаясь. И сдерживает себя, чтобы не заключить мальчишку в объятиях, не начать целовать его, прикусывая нижнюю губу… Он просто смотрит, не отвлекая никого… Смотрит взглядом полным нежности, ведь он сильно по нему скучал. Только тогда, когда Бэк резко разворачивается к Чанёлю, старший понимает, что уже поздно скрывать свой взгляд, ведь мальчишка все равно уже прочитал в нем все, что только можно. — Я вернулся, Чанёль-сонбэ, — наконец сказал Бэк, официально кланяясь на девяносто градусов перед президентом. — Прости, что уходил. — Замечательно, — таким же официальным тоном отвечает Чан, указывая на пустующий стул. - Займи свое место, чтобы мы могли и дальше продолжить свое совещание.       Вместе с остальными членами студенческого совета, Бэкхён занимает свое место. Только сейчас он осознает, насколько сильно скучал по своим друзьям и по этому месту. Будто уже прошла целая вечность. Он вернулся. И он очень рад, что он здесь. Рядом с Чанёлем. А когда он рядом с президентом, то чувствует, будто он снова дома. Будто это его другой дом. Но такой же уютный и любимый. — Давайте продолжим на том, на чем остановились…       Бэкхён, не отрываясь, смотрит на президента, когда тот возобновляет свою дискуссию, и чувствует мимолетный взгляд старшего с такой же мимолетной улыбкой в глазах. — Подожди, Бэкхён… - Чанёль откашливается. — Но ты мне ничего не говорил про то, что собираешься вернуться в студсовет. — Я же сказал, что останусь на твоей стороне, — отвечает Бэк, улыбаясь, восхитительно морща носик. — Вот поэтому я здесь. Президент кивает: — Спасибо.       Когда все основные моменты были оговорены, Бён хватает свою сумку, закидывая ее на плечо. И прежде, чем уйти, чувствует руку у себя на запястье. Эта рука притягивает его к широкой теплой груди, охватывая в объятия. Сердце замирает. — Подожди.       А потом сердце срывается на такой бешенный ритм, будто хочет вырваться из груди. Чувствует, как теплые руки гладят его по спине, поднимаясь выше к шее, и зарываются в мягкие волосы на затылке. — Ч-чанёль… — Я так скучал по тебе, Бэкхён, - шепчет Пак, уткнувшись носом в макушку мальчишки. — Я рад… Я так рад, что ты снова тут.       Ладошки парня скользят по груди старшего и чувствуют, как под ними так же сильно бухает неуемное сердце. Взволнованное сердце. И это невозможно скрыть. Бэкхён улыбается в ответ: — Я тоже рад, Чанёль.