Русские идут!

      Когда Рита вернулась в общежитие все уже спали, ну, или ей так казалось, потому что на кухне обнаружился Юнги, попивающий кофе в полной темноте. У девушки едва не случился сердечный приступ, когда она включила свет и увидела альфу, щурящего глаза от яркого света. — Господи, ты меня однозначно в могилу свести хочешь! — Рита схватилась за грудь, шипя разъяренной кошкой, потому что не хотела разбудить остальных, если они проснутся, начнутся вопросы, а она еще не придумала, что бы им такого правдоподобного наплести. — Ты долго, — голос Юнги сохранял все ту же лениво-похуистическую интонацию, казалось, ему нет никакого дела до произошедшего, хотя в таком случае ему следовало бы уже десятый сон досматривать. Значит просто талантливый игрок, заключила Рита. — Пришлось успокаивать Лизу и попутно немного выяснить отношения, — она устало потерла переносицу и налила себе кофе, устраиваясь за столом напротив Юнги, поспать ей видимо сегодня не светит. — Хм, в репетиционной ненавыяснялись? — от его усмешки хотелось плеснуть ему обжигающий кофе прямо в лицо, все-таки невыносимый тип, они уже столько времени живут в одном доме, а привыкнуть к его меняющемуся настроению девушка так и не смогла. Хотя посмотрим как он будет ухмыляться, когда окажется один на один с течным омегой Пак Чимином! Да, о своих обязанностях феи-крестной Рита не забыла, в голове ее уже созрел план и заодно можно будет таким образом отомстить ему за все попорченные нервные клетки. Рита внутри уже запускала в небо салюты и танцевала джигу, празднуя свою победу над Юнги. Вот как-то так получилось, что Чон хренов Чонгук ее уже давно перестал доставать, она просто игнорировала его существование, с Юнги так не получалось, тот лишь одним движением бровей мог вывести Риту из себя. А вроде все так хорошо начиналось… — Ага, там у нас разминка была, знаешь, такое небольшое проявление сестринской любви, давно не виделись и все такое, — в девушке проснулась язва, потому что она устала и совсем не хочет в данный момент времени что-либо обсуждать, она хотела под бочек к своему Тэ, уткнуться носом в его приятно пахнущие волосы, забраться руками под футболку, почувствовать всю нежность его бархатистой кожи. Рита даже облизнулась, предвкушая все это, но Юнги как всегда обломал весь кайф. — Вов-вов, полегче, я не твой омега, так что нечего меня глазами раздевать! — и опять эта ухмылочка, р-р-р, бесит! — Шуга, я ж не извращенка, западать на тебя, — сказала она, посылая ответную ухмылку. Неизвестно сколько бы они еще так препирались, но видимо Юнги слишком сильно хотел узнать все подробности, так как прекратил этот поединок остроумия первым, чего ранее не случалось никогда. — Ладно, закончили цирк, давай, просвещай меня, — девушка в ответ лишь выдохнула, и на некоторое время выпала из реальности, уставившись в свою кружку, будто силясь найти там правильные слова.       Юнги не торопил, на самом деле у него были кое-какие предположения, но хотелось узнать вариант Риты, чтобы подтвердить или опровергнуть свои догадки. Может в их группе у Намджуна и самый высокий IQ, но и себя парень считал далеко не глупым, а слухи такая вещь, что могут просочится в любую щель, поэтому некой информацией он обладал.       Девушка наконец подняла на него глаза, в которых, казалось, скопилась вся печаль мира — настолько тяжел был ее взгляд. Юнги даже невольно передернул плечами, не хотел бы он на своей шкуре ощутить подобное, пусть и его счастливчиком назвать нельзя, и проблем выше крыши, один сводящий с ума Чимин чего стоил, вот только в глазах напротив все было куда серьезнее. — Не знаю с чего правильнее начать, рассказ не короткий, поэтому наберись терпения, я постараюсь говорить лишь по существу, — дождавшись утвердительного кивка, Рита вздохнула, как перед прыжком в бездну, отвела глаза и начала говорить. — У нас в России существует такой подвид альф, как ищейки, эти особи ближе к хищникам, чем другие, обостренные инстинкты собственника, запредельный нюх, сила, скорость и много чего еще, соответственно с этим, им необходимо умение полностью контролировать свои силы, потому что убивают они при необходимости легко и без сожалений — такова их природа. Раньше таких просто убивали, с течением времени начали изолировать, а потом какому-то чиновнику пришла в голову мысль использовать способности ищеек в государственных целях, так появились отряды особого назначения, комиссия по контролю, и спец школы для ищеек, их ставили на учет и постоянно контролировали, любое отклонение от норм поведения карается изоляцией… пожизненной, — Рита замолчала, низко опустив голову, согревая руки о чашку с остывающим кофе, собираясь с силами, чтобы перейти к самому важному. Юнги терпеливо ждал, его догадки частично оправдали себя, но он и не думал, что слухи преуменьшают действительность на столько. — Наша мама, Лиза и я, мы ищейки, мама состоит на службе в полиции, дослужилась до майора и жутко гордится собой. Меня она натаскивала с малых лет, требуя тотального контроля над инстинктами, любые мои шаги отслеживались досконально, лишь когда я пережила переходный возраст и смогла пройти все тесты на отлично, мне дали немного свободы, со временем я даже смогла пойти своей дорогой, а не уготованной долей служаки, сейчас ищейкам дышится чуть легче, чем лет двадцать назад, новый век, свежие взгляды, меньше ограничений. Вот только с Лизой все оказалось сложнее, на младшую дочь мама, проще говоря, забила, видимо верила, что она и так справится, ну, и я всегда на подхвате, если что. А сестренка контролирует себя не очень хорошо, видимо я была слишком мягкой с ней, помня через что пришлось пройти мне, я не желала ей подобного, зря, конечно, но мне хотелось, чтобы у нее было детство. В юности у нее бывали срывы, какие-то мне удалось скрыть от всех, какие-то нет, мама тогда вспоминала о своих обязанностях и напрягала Лизу по полной, вот только та научилась хитрить, научилась обманывать контролирующие службы. Когда она увлеклась танцами, за что нужно благодарить вас, ребята, ну, вообще, конечно, Хосока, именно он стал для нее идеалом, мечтой, им она грезила, достичь его уровня планировала. Лиза, кажется, даже любит его заочно, хотя и толком ничего о нем не знает, но это не остановило ее, и вот теперь она в Корее, и у нее случился срыв, в чем, как оказалось, моя вина, уехав сюда, найдя свою пару, я перестала уделять ей должное внимание, и это все копилось в ней, разъедало ее изнутри, итог ты видел сегодня, — Рита замолчала, по-прежнему не поднимая глаз от стола. Что еще сказать она не знала, и так, кажется, вывернула душу наизнанку, перед, в общем-то, чужим человеком, пусть Юнги ей и не враг, но и самым близким другом тоже не назовешь. — Что ты планируешь делать? — Юнги воспринял все вполне спокойно, как уже говорилось, о чем-то подобном он догадывался, поэтому эмоционировать смысла не видел. Лиза ему вполне себе даже понравилась, дерзкая, талантливая, отличающаяся ото всех, свежая струя в размеренном течении жизни. Ей хотелось помочь, хотя с чего бы это, Юнги сам не понимал, ведь излишним альтруизмом никогда не страдал, а тут, пол часа знакомы, и такие мысли, странно все это, но давить в себе эти чувства отчего-то не хотелось. — Сначала хотела отправить к матери, пока не разобралась, что к чему, теперь просто хочу помочь, моя сестренка заслужила быть счастливой, даже надеюсь, что у них с Хосоком все сложится, хотя тут шанс один к тысячи. Союз альфы с бетой итак редкость, а тут у меня еще что-то сомнения в принадлежности Хосока к рядам бет появились, нюх меня редко подводит.       На кухне повисла напряженная тишина, каждый думал о своем, когда неожиданно появился тот, кого Рита сейчас вообще не ждала, а именно Хосок.        Он на самом деле слышал все от начала и до конца, потому что не спалось ему чего-то и захотелось выпить чай, а тут такие полуночные откровения, поэтому он стоял в темноте, внимательно вслушиваясь в каждое произнесенное слово. Не факт, что ему бы сказали правду в ином случае, а произошедшее в зале его очень беспокоило, девушка ему понравилась, и даже чем-то зацепила, а теперь он не знал как реагировать.       Рите же хотелось убиться об угол, ну, или на худой конец об стол, потому что он ближе. Она планировала рассказать танцору более мягкую версию, нет, врать она не собиралась, уважая выбор сестры, но и говорить столь жесткие вещи не хотела, а тут все так херово случилось.       Ну, а Юнги, это Юнги, по нему и не скажешь волнует ли его что-либо, настолько он умел контролировать свои эмоции, хотя научишься тут пожалуй, когда объект всех ночных фантазий, в течении стольких лет, соблазняет и манит, не задумываясь, какую бурю вызывает в душе альфы. — Мне вот только интересно, мне бы кто-нибудь открыл правду или ты хотела скрыть все? — Хосок в данный момент вообще не походил на себя обычного, взгляд его карих глаз просто пригвоздил девушку к месту. — Лиза сама просила все тебе рассказать — врать не входит в ее планы. — Рита заглянула в темные омуты глаз напротив и недобро прищурилась. — Вот только о тебе этого не скажешь, не так ли, Хорс? — сейчас все ее инстинкты были направлены только на танцора, подмечая каждую мелочь, и от ее глаз не укрылось как он еле заметно вздрогнул, а нюх уловил усиливающийся запах, кто-то нервничал, выдавая себя с головой.       Только что-либо объяснять Хосок не собирался, поэтому молча развернулся и вышел, оставив недовольную девушку и единственного, кто знал всю правду, одних, он не переживал за сохранность своего секрета, потому что Юнги тайны хранить умеет, как никто другой. — Так и будешь бегать от своих проблем, скрывать все от друзей? И что насчет Лизы, она ведь тебя зацепила, я же видел. — Серьезно?! А я думал, что тебя, кроме Чима, вообще ничего не интересует, — не только Юнги обладал незаурядными способностями, Хосок тоже умел наблюдать и сопоставлять факты и хранить секреты тоже умел.       За спиной танцора хлопнула дверь, и он остался один на один с этой ночью, напряженно вглядываясь в огни не спящего города, сжимая до побелевших костяшек перила пожарной лестницы. Ему было о чем подумать, его жизнь никогда не обещала быть простой, и сейчас все, кажется, становилось еще сложнее. В раздражении он ударил по многострадальным перилам, ушибся и затряс рукой, шипя сквозь зубы. — Что ж это за нашествие русских такое, у них в крови что ли, лезть туда, куда не просят? — конечно, никто ему не ответил, просто Рита не хотела, чтобы кто-нибудь видел ее, подслушивающей, наблюдающей из темноты.       Наконец оказавшись в своей комнате, прижавшись к спине Тэхёна, зарывшись носом в его волосы, Рита пакостно ухмыльнулась, не иначе от Юнги нахваталась, закрыв глаза пробормотала еле слышно. — Берегись, Корея, русские идут, — и благополучно провалилась в сон.       Тэхён открыл глаза, повернулся лицом к своей паре, нежно целуя ту в кончик носа, мысленно вопрошая неизвестно кого, за что ж ему досталась такая беспокойная альфа, уделяющая внимания чужим проблемам больше, чем их отношениям. Хотя с другой было бы смертельно скучно, ответил он сам себе, также погружаясь, наконец, в крепкий сон.