История не закончится

Седрик Диггори никогда не любил подслушивать чужие разговоры. Раньше он любил шумные компании, с удовольствием шутил на разные темы, был готов поддержать любой разговор и мечтал о будущем в квиддиче. И еще ему до безумия нравилась когтевранка, Чжоу Чанг. Но все изменилось после третьего испытания. Что-то внутри него щелкнуло, и он практически моментально закрылся буквально ото всех и вся в своей комнате. Деньги, выигранные им и Гарри Поттером, были поделены поровну, и теперь порядочная сумма покоилась в надежном месте. Седрик про себя решил, что потратит ее на что-то действительно важное. А пока времени предостаточно, он доучится в Хогвартсе, прикрепив к себе звание студента, повредившегося в уме после Турнира Трех Волшебников. Именно так решили его друзья, когда он порвал с Чжоу Чанг и попытался рассказать правду о том, что случилось на финальном испытании. Они все решили, что он сочиняет байки на ходу и его рассказ — сплошное вранье. Когда Седрик, со всей осторожностью подбирая слова, заявил родителям, что не хочет спортивного будущего, Амос Диггори не поверил своим ушам и сказал, что не верит, что его сын мог сказать нечто подобное. Но вот только о том, что Седрик теперь задумывается над карьерой аврора, парень решил умолчать. Он сказал лишь тогда, когда до отправления поезда оставалось совсем немного, каких-то десять минут. Мать, словно почувствовала, ушла поболтать со старой знакомой полагая, что ее мальчикам необходимо поговорить наедине. В чем-то она была права, им действительно стоило поговорить еще раз, вот только день отправления в Хогвартс явно не был тем самым днем, когда можно поговорить по душам и действительно понять друг друга. И вот сейчас, проходя мимо купе, в котором разместилось трио и две когтевранки, он невольно услышал последние предложения и на мгновение забыл как дышать. Нет, он безусловно знал, что у многих еще есть вопросы, касающихся его. Вот только он не знал, что даже незнакомцам интересно его душевное состояние. Седрик внимательно посмотрел на Адель после слов, которыми прервал диалог ребят. Он ожидал присущее многим девушкам ее возраста смущение и растерянность, ведь он застал ее врасплох. Но она расправила плечи и ответила ему долгим пронзительным изучающим взглядом. — Если ищешь свободное купе, то можешь не идти дальше. Присоединяйся, — вдруг сказала она. — Если что, не бойся, мы не кусаемся. А я обещаю больше не задавать лишних вопросов. Ситуация получалась довольно странной. Адель ждала действий со стороны парня и пыталась понять, что означают все эти переглядки между троицей и Диггори. А вот каждый из этой четверки думал о том, как быть дальше. Гарри и Гермиона переглянулись, заставляя Рона нахмуриться. Он так и не узнал о случившемся на третьем испытании, А Поттер и Грейнджер решили промолчать, так как не знали, как объяснить вспыльчивому другу ситуацию. И теперь получалось так, что Седрик не мог узнать всю правду потому, что купе заполняли сразу три лишних человека: Рон, которому друзья не доверили важную тайну; Адель, которая являлась посторонним незнакомым человеком, и Мари, уснувшая настолько крепко, что и не знала, что происходит вокруг нее. Имен последних Седрик просто не мог вспомнить, хотя внешность обеих казалась ему очень знакомой. — Все хорошо? — спросила Старк, стараясь сгладить неловкость. Диггори моргнул и прокашлялся: — Да. — Тогда садись, не стой там, пожалуйста, — после этих слов Седрик быстро занял свободное место рядом с ней. Они разговаривали совсем недолго. Общих тем было очень мало, да и поддержать разговор ни у кого не было никакого желания. Адель задумчиво уставилась в окно, Гермиона решила почитать книгу, а Гарри и Рон тихо разговаривали о квиддиче. Седрик и вовсе задремал, чуть склонив голову в сторону своей временной соседки. — Как думаете, кто будет преподавать в этом году? — вдруг спросила Гермиона, отрываясь от книги. — Это будет сюрприз, — сказал Гарри, тщательно подбирая слова. — В том Грюм, а в этом… Дамблдор не нашел, я уверен в этом. — Значит, могут прислать кого-нибудь из министерства, — предположила Адель. — И ты права, Ади, — вдруг просипела рядом с ней только что проснувшаяся Мари и немного странно покосилась на нее и Диггори. — Так и будет. — Тебе отец сказал? — удивилась Старк. — Нет, но я слышала, как он жаловался, что в нашу школу отправляют сущую бездарность, которую он еле терпит каждый день на работе, — недовольно произнесла Мари. Она заметила, что помещение заполнилось до отказа, и не кем-либо, а ребятами, о которых вся школа судачила весь прошлый год. И ее компания могла смутить куда сильнее, если бы не присутствие лучшей подруги. Адель кивнула, понимая, о ком идет речь. — Мда, только одну женщину твой отец так всегда называет. Вот уж и не думала, что в нашу школу поедет именно она. Кто-кто, но только не эта стерва. — О ком вы говорите? Мари и Адель поморщились, и Мари ответила: — Надеюсь, что вам действительно можно доверять. Ее зовут Долорес Амбридж. И поверьте, лучше бы вам никогда не знать ее. Она способна разрушить любую жизнь за несколько дней, если не часов. — Она настолько плоха? — Она специалист по хорошей трепке нерв. Да еще и чуть ли не кланяется в ноги министру, во всем стремится угодить этому недоноску. После Турнира тот совсем сошел с ума после разговора с Дамблдором. Он не поверил в то, что Того-Кого-Нельзя-Называть могли воскресить, что Диггори и тебе, Гарри, угрожала реальная опасность. Дамблдор потребовал быть более осмотрительными, ведь может случиться все… И так получилось, что министр неправильно понял и… немного вспылил. — Значит, и этот год у нас будет с приключениями. Интересно, вечеринка будет? — Рон улыбнулся и посмотрел на друзей в надежде на то, что они поддержат его кивками. Однако ни у Гарри, ни уж тем более Гермионы не дрогнули даже уголки губ. — По-моему, тебе предыдущей хватило сполна, Рон, — отрезала Грейнджер. — Да ладно, Гермиона! Я же не имел в виду ничего такого. — Правильно. Тебе давно пора включить мозг и прекратить думать желудком, Рональд. Уизли насупился. Гермиона вернулась к книге. Адель и Мари не смогли сдержать улыбки. Уж больно забавно было наблюдать за тем, как пятикурсница ставит на место своего товарища.