Совсем другая история

— И всё же, я не понимаю, зачем ты сопротивляешься? — Плагги с иронией смотрела на Маринетт. — Ты же сама хотела, чтобы вы раскрылись друг другу — так что же ты теряешь такой шанс?  — Вот именно, что не понимаешь. Я хочу, чтобы он любил меня, а не использовал, как свою игрушку. Он же просто играет мной и моими чувствами. У-у-у, ненавижу его за это!  — Ага-ага, расскажи это кому-нибудь другому, — всё так же, не скрывая иронии, проговорила маленькая чёрная кошечка, — я уж, как никто другой вижу, насколько ты его ненавидишь! Да у тебя рот не закрывается: «Жучок то, Жучок сё»…  — Ой, всё! — Мари в раздражении махнула на свою квами рукой, — Плагги, может хватит? Мне и так плохо, а тут ещё ты… Я заставлю себя ненавидеть его, у меня получится!  — Ага, ну-ну, удачки! — фыркнула чёрная стервочка и отправилась к тарелке с лежащим на ней кусочком камамбера. Маринетт, вздохнув, присела на край кровати. Девушка понимала, что как бы она не пыталась убедить себя в обратном, она безумно любит Багмена. Ей было противно от того, что она позволяла ему делать с собой, и до слёз обидно, что всё получилось именно так. «Но виновата в этом всём именно ты, ведь ты сама полезла к нему целоваться. И не важно, что он целовал тебя, когда ты была под воздействием — просто он таким образом снял чары, а ты уже обрадовалась и понадеялась», — мысленно отчитала саму себя Мари. А теперь ещё этот дурацкий спор, девушка не сомневалась, что напарник затеял его лишь для того, чтобы поразвлечься и потешить своё самолюбие.

***

 — Адриан, что это за шуточки? — обычно всегда добрый и незлобивый Тиккс строго смотрел на своего хранителя.  — Что конкретно ты имеешь в виду?  — Ты что творишь? Зачем издеваешься над девушкой?  — Издеваюсь? Я? Даже в мыслях не было, — Дюпен-Чэн говорил это вполне искренне.  — Да? И что же ты теперь собираешься делать, начиная эту игру? Мне помнится, тебе ведь Маринетт нравилась? Или я ошибаюсь?  — Но ты ведь знаешь, что она хочет, чтобы мы с ней были только друзьями. Сколько раз она деликатно, но решительно отвергала мои чувства? Вот именно, уже неоднократно. Не думаю, что она возьмёт и вдруг изменит своё решение.  — И ты нашёл ей замену, так? — прищурив лазурные глаза, Тиккс внимательно смотрел на парня.  — Да причём тут замена? Разве ты не знаешь, что Кошечка привлекает меня? И пусть она не такая идеальная как Маринетт — может это даже и лучше!  — А если Маринетт вдруг начнёт теплее относиться к тебе — ты что же, бросишь Леди Нуар?  — Если у нас с Кошкой что-то получится, я никогда не предам её. Так что не надо делать меня каким-то монстром или подонком.  — Ладно, ловлю тебя на слове!

***

На следующий день, с приближением времени вечернего патруля, Адриан чувствовал, что всё больше волнуется — жар в груди разгорался всё сильнее. Леди Нуар оказалась не такой простой, но тем желаннее была победа. В этот раз Багмен первым прибыл на место встречи, с нетерпением ожидая напарницу. Кошечка же, прыгнув на крышу и останавливаясь рядом с ним, решительно скрестила руки на груди.  — Ну, привет! — тихо произнёс парень, обжигая её чертовски соблазнительным взглядом, и девушка почувствовала, как её сердце, ударившись о рёбра, забилось сильнее.  — Привет! — Мари старалась, чтобы её голос звучал как можно более холодным и отстранённым.  — Ну что, ты готова проиграть?  — Нет! Никогда! — презрительно фыркнула Кошка, решительно отворачиваясь от него и чувствуя, что он подходит к ней сзади. — Не надо!  — Что «не надо»? — его голос звучит совсем рядом и горячее дыхание щекочет кожу за ушком. Его руки обвились вокруг тонкой талии девушки, притягивая её спину к своей груди и ощущая, как по её юному телу прошла сильная дрожь.  — Нет, — сдаваться Леди Нуар была не намерена.  — Ты и сейчас скажешь мне, что тебе не нравится? — спросил он и, отодвинув в сторону длинные волосы, нежно прикоснулся губами к коже за ушком, заставляя Кошечку дёрнуться и задрожать сильнее.  — А-ах! — невольный полувздох-полустон сорвался с девичьих губ, заводя парня ещё больше. Резко развернув её к себе, Адриан стал нежно гладить её губы своими. Прикосновения были настолько лёгкими и невесомыми, что Маринетт едва чувствовала их. Его тело обжигало её даже сквозь достаточно плотный костюм, и девушке казалось, что она вот-вот сойдёт с ума. Он снова целует её, не останавливается, теперь в движениях его губ нет никакой робости или неуверенности — одно чистое желание и томление. И в тот миг, когда девушка почувствовала, как его язык проник между её приоткрытыми губами, волна мощного жара захлестнула её, угрожая полностью потерять контроль и забыть обо всём. Это было не просто приятно, это смертельным ядом проникало в кровь и отравляло весь организм без надежды на спасение. Не в силах больше сдерживаться, она ответила ему, всем телом подаваясь парню навстречу. Адриан тоже еле сдерживался — нестерпимое пламя обжигало его вены и пульсировало в его теле неумолимым жаром и возбуждением. Он потёрся о её живот уже давно стоящим членом, и девушка вздрогнула так, будто её током прошибло. Резко дёрнувшись, Кошечка разорвала поцелуй и, ловко извернувшись, вырвалась из его объятий.  — Нет! — вскрикнула она уже в который раз. Щёки Маринетт пылали, а покрасневшие от страстных поцелуев губы предательски дрожали.  — Скажи ещё, что тебе не понравилось…  — Всё, на сегодня хватит, я… мне нужно идти, — Леди Нуар искала повод, чтобы побыстрее сбежать от него.  — Ну, попробуй, уйди, — насмешливо проговорил Багмен, отстёгивая от пояса йо-йо. Девушка молнией метнулась на соседнюю крышу, пытаясь двигаться так быстро, как только могла. Однако, она понимала, что далеко убежать не сможет. Поэтому действовать надо было хитростью. Бесшумно соскользнув вниз, Леди Нуар остановилась в тёмном проулке. Удостоверившись, что никого нет поблизости, она прижалась к стене и отменила трансформацию. Затем, беспрепятственно дойдя до своего особняка, опять перевоплотилась и без труда оказалась у себя в комнате, радуясь своей находчивости, но понимая, что, скорее всего, только разозлила парня своими действиями.