50 оттенков ненависти

Можно сказать, что Гарри ничего не понимал: он несся прочь от своего отца, от его злой улыбки, от ужасных воспоминаний. Парень проносился мимо мужчин и женщин, да даже бабушек, которые потом недовольно ворчали. Он проносился буквально мимо всех — но главного человека, который бы спас его, конечно же нету — Луи уперся в своем непонятном направлении. Однако, сколько не беги — этот старый хрыщ догнал его в довольно укромном уголке. Сейчас же Гарри прижат к стенке всем своим телом. — Ну что, щенок, выжил, да? — Дес буквально рычал. — Конечно, папа. Ты никогда не сможешь меня сломить, — кудрявый жадно вдыхал воздух. — Как ты смеешь такое говорить? — мужчина ударил своего сына в солнечное сплетение, — Я говорил твоей матери делать аборт, но она уже любила тебя. — Как некультурно, пап. Мы не виделись больше 10 лет, а ты такой злой, — прошипел Гарри, — Однако, я благодарен твоей сделке, ибо ты лишил бы меня жизни. — Я готов лишить тебя жизни прямо здесь и сейчас. Ты — чертова давалка по жизни, — он сжал горло Гарри и поднял его немного вверх, — У тебя даже вся шея в засосах, настолько ты шлюха. — Лучше быть давалкой, чем жить с тобой. Ты — мерзкий пес, ибо даже Джемма — по твоим словам плохая девочка, убежала, сверкая пятками. Я не знаю, что ты с ней такого делал, — Стайлс шипел, пытаясь убрать чужие руки от горла. — Прежде чем ты сдохнешь, я обязан дать тебе за щеку, — его отец расстегивал ширинку, но он услышал чьи-то шаги сзади и резко отпустил Гарри, тоже куда-то убегая. Сам Гарри скатился по стенке, чувствуя свою жалость и бессилие. Шаги за спиной не принадлежали Луи Томлинсону — это первый человек, которого бы Гарри хотел сейчас увидеть. Он оказался бы спасительным кругом — возможно, Луи бы так навалял Десу, что тому бы и мало не показалось. Лучше убить такого человека, который настолько не дорожил своими детьми, продавая их за долги. Самому жопу было подставить трудно — гордыня застилала очи. Возможно, ребенок был только обменной монетой. Ком обиды и злости начал расти. Недалеко он увидел Томлинсона, который говорил с каким-то парнем. Кудрявый резко поменялся в настроении и возненавидел шатена: он тут же забежал в туалет, даже не разглядывая в какой именно, закрылся в кабинке и начал ныть. Казалось, что он кудрявый никогда не выполнит обещание, данное самому себе. В этом мире нет идеальных и абсолютно сильных людей: у каждого своя больная точка. Так или иначе, человека заставят страдать, ненавидеть себя и всех окружающих, невиновных людей. Однако, никто не говорил о невиновности Луи — этот маленький мужчина как раз то и виноват. Гарри вспоминались все ужасные события, связанные с Десом Стайлсом. Гарри с радостью возвращался домой, в ожидании новогоднего ужина. Он вдоволь наигрался с каким-то дружелюбным мальчиком в снежки и накатался с горки до боли в ногах. Мальчик, зная обо всем ужасе в семье Стайлсов, предлагал остаться у себя. Однако, Гарри надеялся о адекватности отца — по крайней мере, он не должен испортить праздник детям. Мама обещала какие-то вкусности: кудрявому было все равно что именно, главное чтобы было и в обильном количестве. Джемма готовила какой-то подарок уже целый год. Сейчас Гарри уже стоит у входной двери дома с испорченным настроением — по пути он упал, да и от дома не исходит хорошая энергетика. Везде свет потушен и не слышно ни одного голоса, только тихие перешептывания. Будучи умным ребенком, Стайлс сразу же понял об очередной ссоре. Но это его ни капли не испугало. Он ногой открыл дверь, которая оказалась не совсем запертой. В доме царила абсолютная разруха: сломанный стол, разбитые вазы и противный запах боли и секса. Пройдя немного дальше, он услышал тихие толчки и всхлипы в комнате родителей. Открыв дверь парень почувствовал подступающую тошноту. Привязанная с кровати Джемма была с раздвинутыми ногами, а между ней пристроился потный ее же отец. Гарри почувствовал резкую боль в солнечном сплетении, куда его и ударил Дес. Он схватился за него и встал на колени в кабинке, рыдая все громче. Было гадко все вспоминать, ему и сейчас стыдно и страшно это вспоминать. Такое ощущение, что он сейчас окажется на месте Джеммы и станет заложником извращенца. Однако, долго плакать Гарри не пришлось. Дверь в туалет открылась и в нее зашли, судя по всему, две девушки с очаровательными голосами. Они что-то возбужденно обсуждали и Стайлс решил немного успокоиться. Но, Гарри все равно неслышно всхлипывал и привел девушек в недоумение. - Кара, ты это слышишь? - казалось, девушка поморщила нос, - Парень в женском туалете! - О господи, очередной маньяк-извращенец? Как неделю назад, да? - она рассмеялась своим звонким голосом и отправилась по кабинкам, открывая каждую. Когда Кара обнаружила Гарри Стайлса, на ее лицо напало странное выражение лица. То-ли жалость, то-ли страх. Может, все вместе? - Как ты здесь оказался?! - она увидела на его шее засосы и следы от рук, а так же его руки на солнечном сплетении. - Я поссорился, - он хрипел от боли. - Кто это с тобой сделал? - она вывела его на белый свет и поразила своей красотой: густые брови и шикарные волосы как у Найла Хорана. - Луи Томлинсон.

***

Луи был слишком зол. Он за шкирку вывел Гарри из здания, сильно ударил по лицу и наговорил всяких гадостей. Казалось, Стайлсу было наплевать - даже щеку не жгло, а взгляд направлен куда-то сквозь кузов машины. Когда они оказались дома, мужчина легко толкнул обескураженного Гарри на диван и сам запрыгнул на него, фиксируя свое положение на его бедрах, заводя руки кудрявого на шею. На столике рядом чудным образом оказались наручники и кляп. Их ждет горячая ночь.