Embraced

      Чемодан опустился прямо перед входом в Нору. Гермиона несколько раз обошла дом: ремонт однозначно пошел ему на пользу. Пальцы касались шероховатой поверхности стен, казалось, что они излучали светлое тепло, такое, которое обычно появлялось внутри Гермионы, когда утром, в первый день каникул, солнце заглядывало в ее комнату. Или, когда Фред касался ее ладони…       Последние месяцы девушка работала над тем, чтобы защитить своих родителей, поэтому о встречах с парнем и речи не могло быть. Да и он не особо рвался с ней увидеться, судя по тому, что не ответил ни на одно отправленное для него письмо. Внутри появилось уже не такое приятное тепло: казалось, Грейнджер чувствовала, что все идет не так как должно, и вообще ей здесь не место. Хлопок за ее спиной заставил резко выпрямиться, но девушка все же не выдала себя, скрывшись за одной из многочисленных витиеватых лестниц, ведущих к чердаку.       — Не понимаю, почему ты упрямишься, если все так складывается, — один из близнецов сдернул галстук. — Тогда уж между собой все решите…       — Я давно все решил, — Фред спрятал и свой галстук в карман. — Для меня все просто.       Гермиона почувствовала, как тепло внизу живота выталкивает неприятный холодок. Они о ней говорили?       — Ты же ее знаешь, если что-то задумала, то рогом упрется… А если нет, — Фред развел руками.       Шаги парней удалялись. Гермиона прижалась спиной к прохладной стене, оседая вниз. Так вот, что значило его молчание? Для себя уже решил…       — Это чемодан Гермионы? — голос заставил ее чертыхнуться про себя: теперь он точно знает, что она приехала.       Дверь хлопнула. Девушка слышала, как взвизгнула миссис Уизли, радуясь приходу сыновей. Нужно было и ей покидать свою засаду. Осознание того, что с Фредом Уизли у нее вряд ли что-то получится, приносило только тоску. «В любом случае, он мне не пара совсем», — девушка отряхнула колени, но тут же села обратно, приметив рыжие ботинки прямо перед своим носом.       — Пойдем, — Джордж протянул ей руку, помогая подняться с земли. — Бросила чемодан, а сама спряталась? Нехорошо подслушивать, Грейнджер, — парень тянул ее к двери. — Можно подслушать то, что вовсе тебе не понравится. Или ты не так поймешь, — рыжий бросил на нее ехидный взгляд.       — Джордж, — Гермиона дернула парня за рукав, заставляя остановиться.— Помнишь, те фейерверки. — она должна была спросить. — Фред говорил, что ты видел… — она запнулась. — Я тоже кое-что видела, и Фред…       — Я в курсе, — парень улыбался. — Вы оба видели.       — Ты ведь тоже проверял те огни со своей девушкой, твой брат говорил. У вас ведь не сбылось… Как думаешь, то, что мы увидели — тоже обман? — Гермиона знала, что парень должен понять, что она имеет ввиду.       — С чего ты взяла, что не сбылось? — он усмехнулся. — Я увидел там Анжелину. Не говорить же мне об этом сразу же своему братцу, который тогда еще имел на нее виды. Пришлось соврать.       Сердце девушки заколотилось бешено, разнося кровь по венам. В памяти всплыло видение солнечной кухни и рыжие, как солнце, дети. Захотелось плакать — так это было чудесно.       — Джордж, — Гермиона сжала холодные пальцы друга.       За спиной раздались шаркающие шаги.       — Ещё успеете насмотреться друг на друга, — Рон прошел мимо, задевая брата плечом.       — О чем это он? — девушка смотрела в спину удаляющемуся другу.       — Кажется, малыш Ронни тебя ревнует. И ещё он меня кое с кем перепутал, — Джордж, в два счета опередив брата, пристал к нему с вопросами.       Гермиона стояла на крыльце Норы, пока Джинни не позвала ее к столу: чемодан давно занял место на ее кровати, а значит, все обитатели Норы были в курсе того, что Гермиона вернулась.

***

      Шум за столом мешал сосредоточиться, особенно, когда Фред сидел справа от девушки. Его колени касались ее колен, от этого все мысли улетучивались, стоило ей только подумать о чем-то серьезном. Парень больно толкнул ее соскользнувшим со стола локтем. Гермиона набрала больше воздуха, чтобы высказать ему свое замечание, но тут же замолчала, встретившись взглядом с его печальными глазами.       — Извини, — парень тронул ладонью то место, что ушиб.       Гермиона покачала головой, собираясь с мыслями.       — И вот оно ваше величество, — голос Джинни заставил обоих развернуться к лестнице, по которой грациозно спускалась Флер.       — Здравствуй, Гермиона! — красавица тронула ее плечо, приветствуя.       — Чувствует себя тут хозяйкой, — младшая из Уизли громко стучала вилкой, гоняя горох по тарелке.       Флер и Билл расположились прямо напротив.       — Тебе холодно, братец? — Билл насмешливо оценил расстояние между парочкой. — Так прижимаешься к бедной девушке…       — Пошел бы ты, — Фред вовсе не обиделся, но отсел дальше. — За столом тесно, если ты не заметил.       Готовилось нечто грандиозное: гости прибывали каждую минуту. Даже Наземникус Флетчер распивал чай на кухне, беседуя о чем-то с хозяйкой дома.       — Кажется, Гарри будут спасать всем миром, — Флер улыбнулась, накрыв ладонь возлюбленного своей хрупкой ручкой.       В какой-то момент Гермиона подумала о том, что завидует ей: вот так свободно показывать свои чувства… Она никогда не могла. Даже если симпатия и была взаимной, сказать об этом на весь мир казалось чем-то из ряда вон выходящим. То, что она чувствовала, должны знать двое.       — Наверное, я пойду, — девушка поднялась из-за стола, привлекая только внимание Фреда — все были заняты своими разговорами. — Не стоит сильно наедаться перед операцией…       Об операции «Семь Поттеров» в данный момент говорили в каждой комнате Норы. Нужно было продумать все до мелочей, прежде чем трансгрессировать к дому на Тисовой улице. Девушка присела на кровать, разглядывая свои руки. Эти пальцы когда-то гладили рыжие волосы Фреда… Гермиона усмехнулась, вспомнив его глаза, с морщинками вокруг. Она не понимала, почему он так холоден с ней. Казалось, совсем недавно парень спал на её груди, уткнувшись макушкой ей в подбородок. А сегодня она чувствует его прикосновения только когда у него нет выбора: например, за тесным столом его нога ненамеренно прижимается к ее коленке.       Дверь скрипнула, и рыжая макушка показалась в ее проёме.       — Пошли, — Фред крепко сжал ее пальцы, утягивая за собой.       — Фред, — протестовать не хотелось, но и то, что он уводил ее, ничего не объяснив, Гермионе тоже не нравилось.       — Тшш, — холодные пальцы коснулись ее губ, а чуть позже она почувствовала его дыхание близко. — Я не думаю, что остальным будет интересна наша беседа. Ступай за мной, Грейнджер.       В коридоре было темно. Шаги скользили по гладкой поверхности пола, создавая свою мелодию танца.       — Фред, — Гермиона снова позвала парня. — Почему ты не отвечал на мои письма?       Рыжий остановился, она чувствовала, что сейчас он снова смотрит на нее.       — Помнишь, в прошлый раз, вы с Роном не могли отвечать на письма Гарри? — она кивнула, хотя он этого и не видел. — Это очень опасно, Грейнжер. Ты защищала свою семью… Вряд ли ты стала бы любить меня больше, если бы тебя выследили.       — Кто сказал, что я тебя люблю? — слова сорвались с языка неосознанно.       — Да, — она чувствовала, как Фред напрягся. — Никто не говорил. Просто… — он сжал ее ладонь и тут же отпустил пальцы. — Мне показалось…       Наконец, они остановились прямо около лестницы, ведущей к чердаку.       — Нору быстро восстановили, — Гермиона искала его пальцы, но руки Фред теперь прятал в карманах.       — Да, как ты и говорила, — он надулся. — Уже поздно, поэтому я сразу к делу: завтра ты не будешь участвовать в операции. Ты остаешься дома. Я договорюсь с Грюмом и…       — С чего ты взял, что я соглашусь? — Гермиона отшатнулась от парня. — Я обязана помочь!       Фред шумно выдохнул, выпуская воздух из легких.       — Все решено, Гермиона, — он обхватил себя руками. — Ты никому и ничем не обязана. А я за твою жизнь отвечаю.       — Перед кем это? — она вздернула подбородок, показывая свое недовольство.       — Не обсуждается, Грейнджер! Поняла? — Фред схватил ее за плечи, встряхивая хрупкое тело.       — Гарри мой друг!       Тишина повисла на этаже. Народ внизу стал расходиться: стулья тащились по полу, когда кто-то поднимался из-за стола, отодвигая их. Гермиона слышала, как охал Грюм, как о чем-то щебетала Флер на французском. Луна только показала свой узкий ободок за окном — на лестничной площадке было темно.       — Ты в упор меня эти дни не замечал, а тут на тебе — запрещаешь! Ты кто мне, Уизли?       — Не думал, что ты так обо мне думаешь: даже другом, видимо, не считаешь, — Фред отвернулся к окну, отпуская ее плечи.       — Ой, не строй из себя жертву! — Гермиона развернулась, чтобы уйти. — Слишком часто ты стал печалиться, — она ругала себя за то, что собиралась сказать. — Люди привыкли обычно видеть твою улыбку. Серьезность тебе не идет.       Хотелось задеть его, да побольнее. Отомстить за то, что парень на глаза ей не показывался с момента прибытия в Нору.       — Значит, тебе нужен только Фред-весельчак, — парень все истолковал по-своему. — Что ж… Знаешь, даже если тебя расщепит там на кусочки, я слезинки не пророню, — рыжий снова оказался слишком близко.       Гермиона понимала, что сейчас в них говорила обида, но поделать с собой ничего не могла.       — Спокойной ночи, Фредерик, — она шагнула вниз, все ещё чувствуя злость, исходящую от парня.       На утро была назначена операция «Семь Поттеров». ****       Сердце бухало внутри, готовое вот-вот вырваться из груди. Гермиона прижала руки к тому месту, где оно пробивало грудную клетку. Слезы жгли глаза, но поделать с ними она ничего не могла.       — Пойдем, братец, — такой родной голос заставил ее сильнее вжаться в стену. — Давай, приляжем…       Фред открыл дверь их бывшей с Джорджем комнаты, пропуская брата вперед. Голова последнего была забинтована, сам же он выглядел уставшим. Девушка вспомнила, что она пережила, когда, наконец, очутилась в Норе: стоило ей увидеть лежащего на диване близнеца в луже крови… Ещё никогда она так не радовалась тому, что обозналась. И за это было жутко стыдно.       Сейчас же она слышала, как Фред убалтывает брата, заставляя выпить какое-то зелье. Его мягкий голос успокаивал, заставлял чувствовать себя лучше. Наконец, близнецы затихли.       Гермиона сделала шаг к лестнице, когда дверь открылась и Фред перехватил ее ладонь, близко притягивая к себе.       — Теперь ты понимаешь, почему я не хотел, чтобы ты участвовала? — он шептал ей на ухо.       Гермиона часто закивала, борясь со слезами.       — Если бы что-то произошло с тобой, я бы этого не пережил, — парень гладил её спину, заставляя расслабиться.       — Прости, что я тогда наговорила, — она вдыхала такой родной запах. — Просто я услышала, что ты говорил Джорджу… Про то, что «давно все решил»… Ты не отвечал на мои письма, и я подумала…       — Я никогда не смогу от тебя отказаться по собственной воле, — парень тронул губами волосы на ее макушке. — Может ты и считаешь, что я глуп, когда серьезен…       — Нет! — девушка вскрикнула, но тут же закрыла рот ладонью. — Забудь все, что я тебе наговорила. Я была обижена… Я…       — Тогда я уже знал, что они хотят и тебя привлечь к операции. Джордж говорил, что мне не удастся тебя отговорить, а я решил для себя, что ты останешься в Норе…       Фред обхватил ее лицо ладонями. Он не мог видеть сейчас заплаканное лицо Гермионы — луны для этого было недостаточно, но точно знал, что она сейчас хотела бы, что бы он сделал. Горячие губы коснулись ее соленых. Фред отстранился, тут же касаясь мокрых щёк девушки. Гермиона всхлипнула ещё раз.       — Тшш, — парень прижал ее к своей груди.       — Когда я подумала, что это ты… — она дала себе слово больше не плакать. — Я думала, что больше не смогу дышать…       — Сможешь, Грейнджер, — парень тронул ее лоб губами. — Обязательно сможешь. Умирать мне, конечно, сейчас вовсе не хочется… Но, думаю, если это и случится в ближайшее время — это будет во благо.       Гермиона замотала головой, не желая его слушать. Она знала, что скоро им придется расстаться надолго. Было бы глупо проводить эти последние дни, дуясь друг на друга.       — Фред? — девушка снова позвала его. Руки обвили его шею, притягивая ближе. Пусть она не вернется, ей бы хотелось, чтобы он помнил, как она его целовала.       — Я бы хотела, чтобы ты это помнил, — девушка ещё раз коснулась его губ.