Молодой еретик, пройдемте.

...Обычный день инквизитора Артура начинался с утреннего приветствия дворецкого. Старичок Рейзенкорд входил в комнату ровно в семь утра, когда очередной будильник уже был с размаху впечатан в стену. Если Артуру доводилось сразу просыпаться в добром расположении духа, будильник, бывало, даже оставался цел. Впрочем, Инквизитор был человеком добродушным и отходчивым. Обыкновенно он позволял себе погрустить за завтраком, пока дворецкий собирал с пола осколки и шестеренки. После еды Артур подходил к огромному стенному шкафу и придирчиво выбирал оружие. Чаще всего он останавливал свой выбор на парных болтерных пистолетах, если погода за окном оказывалась слишком серой - брал с собой нож. В особо грустные дни мог и вовсе пройти мимо полок. Дурное настроение Инквизитора полностью рассеивалось после традиционной борьбы с паразитами. Артур спускался в подвал, на ходу разминая шею, отключал защитные механизмы и нырял в темноту. Оттуда доносились невнятные гортанные звуки, и минут через десять Инквизитор включал свет, намереваясь осмотреть поле битвы. Орки появились здесь больше десятка лет назад. Откуда - осталось для всех загадкой. Плодились они, очевидно, спорами, и каждое утро в подвале появлялась парочка новых зеленых бугаев. Они были страшно голодны, и первое время даже ранили Артура, но он быстро разобрался, как бороться с такими паразитами. Дворецкий медленно спускался по ступенькам и бросал на хозяина укоризненный взгляд: - Не прикажете провести обработку огнем, сэр? Думаю, это предотвратит их дальнейшее... Инквизитор отдавал Рейзенкорду оружие и обыкновенно перебивал: - Не трудись, это абсолютно не нужно. Лишнее напряжение. Подумай же о своем здоровье! Лучше скажи,- Артур стряхивал с одежды остатки зеленой слизи,- К нам не обещалась гостья? Звонок в дверь раздавался почти мгновенно. Артур тепло улыбался дворецкому и поднимался в гостиную, собственноручно распахивая заднюю дверь. Порог дома переступала очаровательная эльдарка. Рейзенкорд не знал, что говорит ей Артур, и обычно не замечал, когда они перемещались в спальню. Но ровно в четыре часа дня звонок с парадного входа вынуждал дворецкого постучаться в закрытую дверь: - Сэр, я полагаю, прибыли Аколиты. Из комнаты доносился неразборчивый шум, что-то с грохотом падало и несколько минут спустя, довольный, как толстый кот, Артур устало опускался в кресло своего кабинета. Агенты выступали по одному, их речь была перенасыщена именами и цифрами. К середине рассказа Инквизитор поднимался с кресла, опускал доску и долго перечерчивает планы зданий и особенности ландшафта. Давал пару советов, сочувственно хлопал пришедших по плечам и доставал хрустальный графин. После - пил в память о павших на предыдущем задании и вежливо указывал гостям на местонахождение двери. Когда Аколиты покидали дом, за окном уже темнело. Пара сервиторов под командованием дворецкого выносила куда-то бледноватый труп эльдарки, пока Артур влезал в высокие сапоги и искал по комнатам плащ. Его корабль отрывался от земли и исчезал вдали зеленоватой вспышкой. Он возвращался поздно. Спустя пару месяцев или около того. Обычно - вусмерть пьяный, с пачкой секретных ксенодокументов или изуродованной головой Тау, залитый кровью, амасеком, вываленный в грязи, соломе и чьих-то кишках. Пока Рейзенкорд стаскивал с него остатки плаща, промывал редкие гнойные раны и укладывал хозяина спать, Артур взахлеб рассказывал ему о всеобщем благе.