And i'll be holdin' on to you

Бей сильнее, тряпка! Размажь его по полу. Дай в челюсть и вылижи кровь. Но он мне ничего не сделал! Я не хочу, нет! Какая к черту разница? Мне нужна кровь. Мне нужна боль. Его боль, твоя боль — без разницы. Бей, говорю. Смотри, какой беззащитный. Нет! — крик вырывается из тощей груди, и без того истерзанной изнутри. Боль кормит демонов. Страх кормит демонов. А я не ангел, парень. Ну же! Уйди, урод. Не заставляй мои руки подчиняться тебе. Ты уже подчинил мой разум. Питайся моими переживаниями, моей гребаной болью. Но не трожь его! Нет! — рука, занесенная для финального удара, прежде напряженная до побелевших костяшек, бессильно повисла. Окровавленные голубые кудри в лунном свете выглядели очень гармонично. Но беззащитное, безжизненное тело Джоша не могло оставить Тая в покое. Кажется, ужасный демон ушел. Но это же не навсегда — Джош! — Тайлер стал трясти бессознательного парня той же рукой, которой ударял его, — Джош, живи пожалуйста, прости, Джош! — похоже, это бесполезно. Хотя… Могучая грудь все еще вздымается. Тай прислоняется к этой груди. Стук. Он слышит его. Он жив! Жив! Жив! Жив! — улыбка, ненадолго задержавшаяся на лице Джозефа, быстро сменяется грустной гримасой боли. Он чувствует свою вину. — Я… — больше похожим на хрип, голосом, прокашлявшись, говорит Джош, — Не верю… Не верю Каждая клеточка тела Тайлера разрывается на две части. И разум его и душа делятся также. Белое против красного. Спокойствие против неистовства. Любовь против ненависти. Свои нужды против нужд других. Тайлер против Блурри. Смертный против демона. Но чувство вины больше относится к Джозефу, так как Блурри, да, этот чертов эгоист никогда и ни за что не извиняется! Ему плевать на других. Он думает лишь о себе. Жестокий эгоист. Тай мечтает избавиться от него, но безуспешно. Пока человек не поверит в себя, демоны не покинут его. Пока демоны не покинут его, он не впустит в свое сердце ангелов. Ангел, в данном случае, необязательно тот, который слетел с иллюстраций в детском издании Библии, крылья и т.д. Нет. Ангел — победитель демона. Тот кто вытащит «одержимого» из пучины собственных страхов и переживаний, тот, кто полюбит того, кто считает себя «ущербным». Кто пожертвует собой, скормит часть тела и души чужому демону, чтобы излечить любимого человека. И как бы красиво или душевно-приторно не звучали эти строки, это правда. Я вас уверяю. Вся эта лирика прямо сейчас у Тайлера в голове. Предложения уже складываются в строчки песни. Не разучился еще он сочинять музыку. Интересно, а Джош тоже связан с музыкой? Руки барабанщика, взгляд звезды, фигура бога, он необыкновенен! — Прости меня, Джош. Правда, прости. Я понимаю, ты скорее всего этого не сделаешь. Я уйду. Прямо сейчас. Дай только расскажу, что со мной случилось, чтобы ты понял, что нельзя связываться с незнакомцами. Если хочешь чтобы я заткнулся и ушел прямо сейчас, игнорируй. Если хочешь, чтобы я поведал тебе эту жуткую историю, открой глаза, — подсознательно Тай подумал, что сказал так, рассчитывая, что парень в отключке и не ответит, дав ему спокойно уйти. Но широко распахнутые глаза цвета темного шоколада сказали об обратном. На секунду они показались мутными, еще не очнувшимися от болезненного сна, но дважды или трижды моргнув, приняли самое трезвое выражение. Говорить ему давалось с трудом, но взгляд был красноречивей любых слов. — Я начну? Спасибо. Сколько себя помню, этот демон не покидает меня. Я разуверился в людях еще раньше, чем в себе. У меня нет нико… — он осекся, — ничего в этой жизни, ради чего я мог бы…жить? — заметно, что вера в свои же слова улетучивается с каждой секундой разглядывания лица Джоша, — в общем, чувак, это сложная тема, а я разучился нормально разговаривать. Тот, кто покалечил тебя — тот с кем я борюсь, это часть меня, мое проклятие, мои страхи и моя боль. И она не касается тебя! Тшш…- легким прикосновением к губам Дана указательным пальцем, дал понять, что он еще не закончил, — Я не могу позволить этому испортить тебя, покалечить сильнее, добить. Не могу. Поэтому я должен… Должен уйти! Сейчас же! Худой юноша в желтой толстовке подскочил как ужаленный, на секунду замешкался и…упал. Почувствовал нечто сильное, что держало его за лодыжку. — Прошу, не уходи, — Дан уже полулежал, а вскоре подполз к Таю, неловко растянувшемуся на полу, повернул его лицо к себе и взглянул в глубину янтарных глаз. Не увидел он там ни зла, ни жестокости, лишь страдание и тоску. Но какое-то счастье подступило к сердцу парня сейчас. Ни с чем не сравнимое, особое чувство. — Но…- Тай задышал часто-часто, как застигнутый врасплох неосторожный кролик. Он сдался. Сдался тому, кого знает около 6 часов. Но это не важно. Важно лишь то, что происходит сейчас, в данный момент. — Возьми боль, сожги ее в костре своей светлой души и демоны больше никогда не придут к тебе, — низкий голос перестал быть хриплым, разливался по пустой комнате, будто бы это был не голос вовсе, а свет. Свет звезды, свет луны и свет солнца вместе взятые. «Как он это придумал?» Неизвестно, — слышишь меня? Не уходи. Мы справимся вместе. Я сделаю все, чтобы ты был счастлив. Как бы глупо это не звучало. Мы знакомы меньше дня. Странно слышать это от меня, не так ли? Да мне плевать. Плевать на всех кроме тебя, Тайлер. Ты стал мне очень дорог, котенок.