Молчание - самый громкий крик.

Йен замер, припав ладонью к дверной ручке, когда услышал возглас человека, находившегося в нескольких метрах от него, в очередной раз за день ломавшего стереотипы и разрушавшего предвзятое отношение рыжего к нему. Галлагер медленно обернулся и вопросительно глянул на Милковича, вальяжно потягивающего наркотическую палочку. — Чё ты пыришься? Ven aquí, блять. — заметив застывшего Йена, недоверчиво разглядывавшего его с ног до головы, выпалил Мик, на секунду пожалев, что вообще окликнул Галлагера. Йен, до сих пор не понимая, что Микки от него нужно, настороженно поплёлся к зовущему парню, надеясь, что тот объяснит причины его призыва. Оглянувшись по сторонам, удостоверившись в том, что как только он ступит на проезжую часть, из-за поворота нигде не вылетит машина с обдолбанным водителем, Галлагер перешёл дорогу, оказавшись прямо у ветхого забора дома Милковичей. Положив ладонь на обшарпанные перила, рыжий состроил лицо, а-ля «хули тебе надо?» — Хрен ли ты встал за забором? Открывай калитку и пиздуй. — прикрикнул Микки, остановившемуся на пол пути Галлагеру, махая ему рукой, приглашая таким жестом сесть на крыльцо. Брюнета уже порядком подзаебало уговаривать туповатого Йена зайти и ощутить ступнями милковическую землю, но пока что терпения хватало на более-менее любезный тон, конечно же, в его видении. — Ссышь, как шлюха клиентов на своём первом вызове. — Мик плутовато улыбнулся, обнажив зубы. А Йен дико не хотел находиться рядом с человеком от которого систематически получал в тык, но, вспоминая, что сегодня этот парень оказал ему неоценимую помощь, Галлагер всё-таки открыл задвижку, откинул дверцу в сторону, подошёл к ступеням и присел на одну из них, рядом с Микки. Громко сглотнув слюну, поступившую в ротовую полость, а так же разминая руками шею, которая от каждого движения хрустела так, будто ему не шестнадцать, а семьдесят, Галлагер ожидающе смотрел на Микки, который, в свою очередь, вёл себя так, будто бы рыжий не сидел на пороге его дома. Разделавшись с косяком, Милкович вальяжно вспорол банку пива пирочинным ножом, который всегда носил в кармане своих потёртых джинс, так что та прыснула из непредназначенного производителями места в глотку, стекая с алых губ к шее, пачкая итак замызганную майку. Загрузив желудок солодом сполна, брюнет смял пустую упаковку и выкинул её в огромную кучу себе подобных. Смачно отрыгнув разыгравшиеся газы, Мик довольно улыбнулся, всё так же не обращая внимания на смущённого Йена. А вот рыжему уже порядком поднадоело наблюдать за животными повадками Милковича. Он мечтал оказаться дома, в кровати, зарыться с головой под одеяло и забыть сегодняшний день, как страшный сон, а так же потешить себя надеждами на то, что Лиаму станет лучше. — Как он себя чувствует? — неожиданно поинтересовался Микки, увлечённо открывая очередную банку, но уже общепринятым способом. Его голос отозвался в голове Галлагера медовым эхом, таким же сладким и тягучим. Слишком странным, потому что Йен привык слышать от этого парня лишь угрозы и пошлости, но никак не заботливые слова. Рыжий втянул в себя воздуха, наполняя им до предела лёгкие, прежде чем рассказать в подробностях о состоянии младшего брата. Но когда судорожные движения языком и гортанью не привели к желаемому результату, Галлагер осознал, что это поебень никуда не делась и он до сих пор немой. Безмолвно прошлёпав губами «блять», он приложил пястья ко лбу и сомкнул глаза. — Всё пиздец плохо, да? — подавившись пивом, Мик вытер запястьем рот от воздушной пены. Йен быстро вытер глаза, пока Милкович не заметил, что из них полилось чёртово море и не начал его называть бабой или ещё как-нибудь грубее. Галлагер шмыгнул носом и выпрямился в спине, доставая из кармана потёртых джинс мобильник, нехотя набирая текст, дабы хоть как-то объяснить всю ситуацию. — Ну да, повтыкай в телефон, а я пока, сука, со стенкой поговорю. Рыжий подмял под друг друга губы, выражая таким мягким образом своё недовольство, шлёпая пальцами по кнопкам на телефоне с космической скоростью, пытаясь побыстрее закончить письменную тираду. «после того как тот ебучий уёбок сбил Лиама я не говорю» — Йен демонстративно вытянул руку с мобильником и важным сообщением, высвеченном на его экране, попадая чуть ли не в лицо Милковича. — Может ещё его приблизишь? — недовольно фыркнул Микки. — Я, сука, не слепой.  — он сделал шумный глоток пива, вдруг почувствовав, что телефон прислонён прямо к носу. Видимо, Галлагер слишком буквально воспринял его сарказменную просьбу. — Дай сюда, блять. — Мик вырвал мобильник из рук рыжего и принялся разбирать напечатанные мемуары. — Ебать привет. — только выпалил он, возвращая средство связи владельцу. — Хреново наверно, а? Йен устало покачал головой, понимая, что отныне ему придётся каждому, кто спросит о сегодняшнем происшествии, расписывать таким образом детали. — То, что ты теперь молчишь, будто тебе носок в глотку запихнули, я понял. — сделал выводы Микки, отхлебнув пива. — А чё с малым-то? «в реанимации сейчас, шанс на улучшение пиздец маленький» — Сочувствую, чувак. — вздохнул Мик. Его глаза начали расстерянно бегать из стороны в сторону и, кажется, даже увлажнились. Йен принял сожаления, скорбно смотря в даль, стараясь не поднимать взгляд на Милковича нервно стучавшего пальцами свободной руки по деревянному крыльцу. — На, отпей. — Микки протянул руку с пивом, прямым тексом предлагая Галлагеру накидаться, чтобы хотя бы на время отвлечься от вездесущего пиздеца. Услышав заманчивое предложение, пусть и не от самого приятного человека, желание Йена задушить себя подушкой мигом улетучилось. Йен покорно взял банку из рук Милковича и сделал небольшой глоток, спешно возвращая взятое хозяину. — Да бля, забери себе. У меня ещё есть. — брезгливо отказался Мик, вспарывая очередную банку пива. Йен пожал плечами и, не задумываясь, залпом выпил содержимое, чуть не подавившись, издаваяя беззвучный кашель. — Только тебя везти в больничку ещё не хватало. — изрёк Микки, похлопывая Галлагера по спине. Рыжий, почувствовав у себя на спине тяжёлую ладонь, немного отодвинулся, выставив ладони вперёд, показывая тем самым жестом, что всё в порядке. Парни просидели в немой тишине ещё минут двадцать, делая вид, что их это совершенно не обременяет. Первым сдался Йен, мечтая поскорее выбраться из этой канители, напечатав в смс-редакторе робкое мини-послание для Милковича. «ладно пойду я уже…» — Чё, так быстро сдался? Не выдержал моего общества? — агрессивно, но с ноткой лёгкого расстройства изрёк Микки, прочитав написанное. «просто этот день слишком долго тянется и я жду не дождусь его завершения» — оправдываясь, написал рыжий. Нет, безусловно, в этом сообщении была доля правды о долгих сутках, но компания Милковича угнетала Йена ещё больше. — Ла-а-адно. — зевунул брюнет. — Пиздуй домой, Галлагер. Если чё, ты знаешь, где меня найти. Йен удивился такому повороту событий, но вежливо кивнул головой, встал и уже собирался было удалиться, как Микки, дёрнув рыжего за рубашку, всучил ему банку пива. — На. Отходняки завтра попрут, понадобится. Йен натянуто улыбнулся, взяв банку в руки, и устремился быстрыми шагами домой.