(Fear) The Walking Z Nation (in Baytown)

Ник отстранено смотрит на забор от ходячих из ходячих, привязанных цепями к сетке и вооруженных, покрытых пылью людей, с хмурыми лицами встречающих их внедорожник. Он думает, что Трой определенно вляпался в какое-то несусветное дерьмо, оказавшись здесь. Это место разительно отличается от тех, кто его едва не за шкирку вытащил из ямы отходняка, чтобы запихнуть в машину, и он не совсем понимает почему. Возможно, дело в напряжении в воздухе или в ленивых расслабленных движениях этого Брика, так двигаются люди, которые уверены в своих силах, или, возможно, ему их придает дробовик за спиной. Он буквально чувствует, как пахнет нервозностью в толпе встречающих, и, наблюдая исподлобья, пересчитывает всех, стараясь не сбиться и прикинуть размеры этого места. Выходит паршиво, вымотанный мозг постоянно отвлекается на мелочи и отсчет начинается по новой, возвращаясь к месту, которое уже было несколько секунд назад, Ника это бесит ему либо закинуться бы заново, либо протрезветь окончательно. — Ну, как прошло? — кивает подошедший встречать их Элиот Брику. — Вроде нашли все, что нужно, — вяло отзывается тот, выгружая с заднего сиденья две спортивные сумки с книгами. — Я Элиот Спенсер, ну а ты кто? — бросает он парню. — Ник Кларк, случайный пассажир этого поезда, поскольку он, видимо, катится прямиком до шестого круга, — безрадостно тянет Ник, едва проходясь взглядом по Спенсеру, он все равно его не запомнит в таком состоянии. — О, да ладно, на восьмом самое веселье, — хмыкает тот, Ник неопределенно ведет плечом и отворачивается, насчитав пять машин и тринадцать человек. «На всех патронов не хватит», — как-то глухо проскальзывает в голове, хотя не то, чтобы он планировал тут на кого-то нападать или драться. Ему бы просто забрать какого-никакого Отто да драпать отсюда к херам, что, кстати, тоже ему кажется странной мыслью. Эти люди ничего плохого ему пока не сделали, не избили, не ограбили, не пристрелили в конце концов, но где-то на подсознательном уровне ему тут не нравится. Он невидящим взглядом смотрит на сухую пустую землю и думает, что, наверное, грядки с овощами позади здания завода, иначе он не знает как эти люди выживают. — Это ваш дом или типа того? — без особого интереса спрашивает он у подозрительно чистого по сравнению с остальными Элиота. — Мы не отсюда, — быстро отвечает Спенсер, отвлекаясь на проходящего мимо него точно к Диксону высокого мужчину. — Я Гевин, отвечаю за этот аванпост, — резко бросает тот, протягивая Диксону руку. — Ты ведь Дэрил? — реднек смиряет неприметного начинающего лысеть мужика холодным взглядом и коротко кивает, отвечая на рукопожатие. — Там привезли дань, теперь ждут тебя, для распределения, — добавляет он, Диксон обменивается с Бриком настороженными взглядами и передает Элиоту свой рюкзак с металлом и инструментами. — Я гляну, пошли, — соглашается он, кивая Гевину и кидает Спенсеру: — Разберитесь с мелким. — Ну, пошли, мелкий, — устало вздыхает Уди, подталкивая Кларка к воротам завода. — А меня никто встретить не хочет? — хмыкает Ник, послушно идя вслед за идущим впереди Элиотом. — Он без сознания и не думаю, что хорошая идея приводить его в чувство сейчас. — Насколько все плохо? — едва ворочая языком спрашивает парень и тянется в карман, выуживая пластинку с таблетками, которые, по-хорошему, стоило бы чем-то запить, но его бутылка с водой осталась в той стоматологии. — Плохо, — коротко отзывается Элиот и перехватывает руку с пластинкой, отбирая таблетки. — Нет, — Ник хмурится и раздраженно смотрит в ответ. — Мне не нужно разрешение и я его не спрашивал. — А я все равно сказал — нет, — жмет плечами Спенсер, пряча пластинку в карман джинс. — Если что-то пойдет не так, ты должен быть в себе. — Единственное, что может здесь пойти не так, — обводя помещение цеха рукой, начинает Кларк, — это Трой Отто, и я хочу быть в достаточной кондиции, чтобы наблюдать это без содрогания, — зло заканчивает он. — А я все равно сказал — нет, — повторяет Элиот, отворачиваясь и переходя в другой цех, Ник раздраженно фыркает и едко улыбается. Спенсер направляется к медпункту, состоящему из двух комнат, в приемной их встречает изрядно помятый доктор, сразу протягивающий руки к рюкзаку, в арке открытой второй двери Ник видит за шторкой знакомые грязные серые штаны и высокие армейские ботинки и замирает. — Я могу? Я… — начинает Кларк, неуверенно кивая на каталку в соседней комнате. Педиатр морщится, оглядывая его с головы до ног. — Можешь, но если не будешь трогать и с расстояния в метр. И он без сознания. — Мне все равно, — выдыхает Ник. Он сам не знает зачем, но ему надо, просто надо. — Ладно, но, серьезно, не трогай ничего вообще, — соглашается раздраженно доктор и отходит на шаг в сторону, пропуская мальца. Ника разрывает от желания забежать за занавеску и убежать в лес одновременно. Желудок отчетливо давит желанием проблеваться. Он кивает сам себе и медленно проходит в комнату, обходит каталку, боясь поднять взгляд, мысленно представляя себе самые жуткие картины того, что осталось от последнего Отто, и едва весомо выдыхает, видя перепачканное кровью и грязью ничуть не изменившееся знакомое лицо. Он трет глаза ладонями до белых мушек и только после этого снова поднимает взгляд на Троя. — Я был уверен, что он мертв, — глухо признается Ник, чувствуя за спиной присутствие Элиота и Брика. — Медисон. Мама, если угодно, она ударила его молотком. Не то, чтобы он не заслужил, понимаете, но… Он был моей проблемой, она не имела на это права, — заканчивает парень, сжимая челюсти. — Он очнется? — Мы не знаем, — машет головой Уди. — Да и доктор тебе сейчас вряд ли что-то обнадеживающее скажет. Твоя мать не хило ему голову проломила. Она жива? — Думаю да, Медисон из тех, кто выживает, — усмехается Кларк. — А вот я выжить не должен был. Пусть он будет, хоть какой-нибудь. — Я ничего не обещаю, парень, — отвечает за друзей подошедший из-за шторки педиатр. — Я отдал титан на переплавку, как только остынет, будем готовится к операции. И попросите своих друзей больше не стрелять из гранатомета по стенам, иначе я могу случайно воткнуть кому-нибудь скальпель в ухо, — раздраженно заканчивает он. — Что? — растерянно спрашивает Брик, переводя на Элиота вопросительный взгляд. — Не смотри на меня, все вопросы к МакКуину, — тут же возмущается Спенсер, Брик закатывает глаза. — Не важно, не хочу знать. — Слушай, можно я просто посижу здесь, — начинает неуверенно Ник, обращаясь к доктору. — Он же все равно весь в грязи, какая разница? Тот награждает его усталым взглядом и смиренно бросает: — Ладно, но ничего здесь не трогай, можешь взять стул. Мне и так после вас двоих тут все дезинфицировать. Я не хочу чтоб у него к расколотому черепу еще и какой-нибудь стафилококк присоединился, — Ник согласно кивает. — Спасибо, — он неловко обходит собравшихся, забирает облезший белый железный стул из угла комнаты и ставит рядом с каталкой, молча усаживаясь. Без таблеток в такой компании ему придется совсем туго. Брик поворачивается к Элиоту и кивает на выход, у которого уже маячит подошедший Иисус. — А это что за тело? — взглядом показывая на осевшего тряпичной куклой на стуле Кларка, спрашивает он тихо. — «Друг», — изображая кавычки, отзывается Уди, протискиваясь вторым мимо парня. — У этого парня есть друзья? А почему он тогда бродил один? — Это отличный вопрос, на который нам обязательно ответит это тело, как только перестанет его оплакивать, — кивает Брик. — У меня после этой вылазки болит шея, едва сгибается колено и мне надо срочно выпить, чтобы перестать обращать на это внимание. Элиот морщится, рукой показывает следовать за ним, держа путь в комнату главаря этого места, потому что они с Иисусом там приметили пару бутылок бренди. — Знаешь, меня заинтересовали слова этого Ника о том, что его другу голову проломили за дело, — отзывается Брик, оглядываясь на понуро топающего вслед за ними Иисуса, чуть громче чем следовало бы, чтоб Ровиа наверняка услышал, на что тот лишь закатывает глаза. — Не стоило нам подбирать его, неизвестно, что он выкинет, когда очнется. — Если, — поправляет его Элиот, поднимаясь первым по лестнице на второй этаж. — Если он очнется, этот местный доктор сам в себе не уверен. — Он здесь не умрет, потому что я здесь не умру, — громко доносится до друзей снизу и они втроем синхронно оборачиваются, замечая стоящего у подножия лестницы серьезного Ника и смотрящего исподлобья Диксона. — Да, ну, один раз это уже не сработало, не так ли? — невзначай интересуется Брик. — Она не убила его, поэтому я и выжил, — машет головой уверенно Кларк. — Мы сдохнем вместе, так или иначе, но только вместе, — словно раздосадованно машет он рукой, отводя взгляд. — Кажется тебе нужно рассказать нам, какого черта происходит, — хрипло бросает стоящий позади него Дэрил и кивает на лестницу, — давай, вперед. Начнешь юлить или врать, и твой парень покажется тебе самым милым и нежным человеком на Земле. — Он мне не парень, — устало спорит Ник. — Вот об этом ты нам и расскажешь, — улыбается приветливо Брик и отворачивается от пацана, кивая Элиоту подниматься дальше. Едва оказавшись в комнате, Иисус хватает бутылку бурбона, припасенную на каминной полке с электрическим камином под ней, Спенсер провожает приятеля взглядом а-ля: «Ты серьезно?» — на что Ровиа лишь раздраженно качает головой. В тот момент, когда он увидел этого их Ника, которого нашли Дэрил с Бриком, у него в голове как будто работает пожарная сигнализация, раздражающе и въедливо побуждая к действиям, только вот что именно делать он не понимает. Эти ребята не сделали ничего плохого ни ему, ни Дэрилу, ни даже Брику и его семье, но эта гребанная сигнализация сводит его с ума. — У тебя тоже в ушах звенит? — максимально неслышно и раздраженно спрашивает он, протискиваясь мимо Элиота, занятого изучением чистоты стаканов для них с Бриком, тот кидает на него быстрый низкий взгляд. — Да, и я не понимаю в чем дело, — так же отзывается он и дует в высокий граненный стакан, выдувая оттуда пыль. Диксон садится в большое кожаное кресло за настоящим дубовым столом, заваленным всякими бумагами, валяющимися то тут, то там, и Пол тут же бесцеремонно усаживается ему на колени, протягивая уже открытую бутылку бренди. Дэрил награждает его растерянным и удивленным взглядом, неуверенно обнимая за талию. — Что? — обезоруживающе улыбается Ровиа. — Я гребанная любовь всей твоей жизни, что хочу, то и делаю, — ведет он плечом будто бы обиженно и отворачивается на усаживающихся в кресла попроще напротив стола Брика, Элиота и Ника. — Ладно, давай, рассказывай по порядку, как зовут, где вырос и почему нам не следует пристрелить его прямо сейчас, не тратя на него лекарства? — по пунктам перечисляет Брик, наблюдая как Элиот наливает ему выпивку в мутный от пыли и времени стакан, и машет рукой. — Трой Отто и мы тут не задержимся, как только он придет в себя, хоть как-то, мы уйдем, — отзывается послушно Кларк. Ему в принципе нравится быть послушным. Эти безумные люди спасли Троя, пока он пытался забыть хотя бы его голос, закидываясь всем, что найдет на пути, и он честно не хочет доставлять им тех проблем, что может сотворить очнувшийся и расправивший крылья Трой. — Ты вопросы слышал? Отвечай по пунктам, нас тут импровизация не волнует, — раздраженно осаживает его Брик, и Ник косится на мужчину с интересом. У всех есть свои секреты и слабости, у него, у Троя, вон у того, видимо, Иисуса так и вовсе проще пареной репы, он свою слабость буквально собой закрывает, даже не понимая, что делает. — Ладно, — миролюбиво начинает Кларк, поднимая руки ладонями вперед, — Но вы перестанете называть его моим парнем, мы что угодно, но не парочка, лады? — едва уже шевеля языком отзывается он, совсем скоро у него начнет болеть голова и ему бы каким-то образом спереть у этого рокера свои таблетки. — Я же сказал, умрет он, умру я, типа как сиамские близнецы? — перебирая пальцами в воздухе, предполагает он. — Родственные души, — не соглашается Иисус, хмурясь, Брик заливается звонким смехом от этого предположения, но ловит заинтересованный взгляд Элиота и утыкается послушно в бокал с бренди, тут же мелкими глотками выпивая его до последней капли и морщится, встряхиваясь как собака. — Да как угодно, — кривит губы, смотря на охреневающего от мерзости выпивки Брика, Ник. — Вам надо потрахаться, — с видом знатока хрипит Уди, смешно открывая рот и пытаясь охладить горящую от дикого самопала глотку. — Мало тебе, что он ментально меня конкретно заебал, надо еще чтоб и физически, да? — заплетающимся языком бросает Кларк и сам себе удивляется. — А вдруг поможет его успокоить? — странно высоким голосом отзывается Брик и очень заинтересованно смотрит на свой пустой стакан, Элиот косит на него опасливый взгляд, но послушно подливает, Иисус смотрит на все это дело и забирает бутылку у Диксона едва решившего сделать глоток и осторожно нюхает горлышко. — Что? — спрашивает он на вопросительный и удивленный взгляд Дэрила. — Я не хочу чтобы ты ослеп. — Ты будешь очень мило водить меня за ручку до конца моей жизни, — парирует Диксон, издеваясь. Пол замирает на мгновение и отворачивается. — В общем, нет. Нет, — наконец подает голос Ник. — Это все не то, это так не объяснить. Его зовут Трой Отто, — начинает он заново, стараясь выстроить линию в своей голове. — Он честный и открытый человек, — не моргнув глазом, чешет Ник, разумно предполагая, что чем меньше вооруженные до зубов люди знают о том, что такое на самом деле Трой, тем им же лучше и спокойнее. — И схлопотал от твоей матушки молотком по черепу, с чего бы интересно? — вопросительно приподнимая брови, спрашивает Брик и складывает руки на груди. Кларк грустно вздыхает. — Она считала, что он на меня плохо влияет, — жмет он плечами, обиженно отворачиваясь к грязному запыленному окну кабинета. — Он же старше, понимаете, он был главой ополчения на ранчо, к которому мы с семьей прибились, научил меня стрелять из винтовки, защищаться, думаю, что ничего из этого Медисон не нравилось. — Сколько ему? Для тебя то он может и взрослый, а вот как по мне так вы оба взбалмошные пиздюки, — кивает Уди. — Не знаю, около двадцати пяти или что-то вроде того, — жестикулируя, бросает Ник. — Продолжай-продолжай, — пытается его ускорить усевшийся на край стола Иисус, ставя одну ногу на стол и обнимая ее руками. — В общем, мы начали общаться, потом пришли индейцы, местные, говорили, что это их земля, — усмехается Кларк, опуская взгляд на свои грязные руки. — Убили половину, а потом пришло стадо и убило оставшуюся половину, — округляя глаза, добавляет он и обводит всех веселящимся взглядом. Он старается не говорить ничего такого, что было бы откровенным враньем, потому что если их с Отто в какой-то момент разделят, их рассказы должны сходиться. — Что значит «около двадцати пяти»? — вдруг подает голос Элиот, наблюдая за пацаном с интересом, Ник теряется, не сразу понимая о чем вопрос. — Ты сказал, что ему около двадцати пяти или вроде того. Ты не знаешь сколько лет твоему другу? — уточняет Спенсер выделяя голосом слово «друг». Кларк думает, что это паршиво. — Странно не знать возраст человека, из-за которого ты упарываешься и просишь прохожих пристрелить тебя, не находишь? — соглашается Уди. Кларк думает, что это очень паршиво. Этот мужик прав, это, пожалуй, действительно странно, только Трой и не совсем ему и друг, он сам не знает, что такое для него Трой Отто, да вот как-то ни один из их разговоров не навевал желания уточнить возраст, так что с таким успехом этому придурку могло быть и двадцать семь, и девятнадцать. — Да как-то не спрашивал, а это так важно? — хмурит брови Ник, решая, что лучшая защита это нападение. — Мы познакомились когда мир уже полетел к черту, никто уже не следит за датой дня рождения, — Элиот понимающе хмыкает, но цепкого взгляда не отводит, и парня это начинает немного нервировать. Меньше всего ему хотелось бы показаться странным людям, от которых зависит жизнь Троя и которые выстрел из гранатомета по собственному зданию считают досадной случайностью. — В общем, мы с ним пытались как-то спасти оставшихся от стада, но выбрались в итоге только я, он, моя сестра и одна знакомая с другом. — А сколько людей всего было? — Около пятидесяти, — чешет затылок Ник. — И из пятидесяти человек выжило только пятеро вас? — вскидывает бровь Брик. — Мы с Отто были снаружи, пытались обогнать и отогнать стадо, но не успели, брата Троя укусили и это тяжело далось ему, мы потеряли время, — монотонно рассказывает Кларк, пытаясь оттереть засохшую кровь мертвеца с левого запястья. — А потом, когда попытались прорваться, оказались заперты в вертолете и окружены ходячими да лишь с одним патроном. — И кому же он предназначался? — таким же тоном интересуется Иисус. — Ну, Трой предложил выбрать мне, — кивает Ник. — Как благородно, — хмыкает Ровиа. Кларк улыбается. — Да, лучше уж быстро, чем быть растерзанным и ходить потом как остальные, — соглашается он вслух, мысленно же думая, что Отто предложил патрон ему только для того, чтобы точно знать, что умрет не один. — Он в любой момент готов пожертвовать собой ради безопасности других, понимаете? — и Ник почти не кривит душой, когда это говорит, он просто не уточняет, что Трой не боится смерти от слова совсем, ему просто плевать. — И что же такого опасного разглядела твоя мать в таком потрясающе добром и заботливом человеке? — ухмыляется Брик. — Потерю контроля, — не задумываясь отзывается Кларк. — Она и меня бы прибила, если бы ей показалось, что так будет лучше и у нее нет выбора, — усмехается он и тянется к оставленной открытой Элиотом бутылке бурбона на столе. — Это всегда было ее любимым прикрытием: «У меня не было выбора»… про Троя она так же сказала, — с сожалением гладит он этикетку большим пальцем. — Ты долго говорил, Ник, — начинает Диксон, — но я услышал лишь, что твоя мать пыталась убить человека с хорошими навыками и подготовкой, человека, которого ты совершенно не знаешь, и единственное, чем ты можешь это объяснить, это очень обтекаемая фраза, — парень поднимает на молчащего до этого Дэрила настороженный взгляд. — И раз уж ты закончил ссать нам в уши, — подхватывает Брик, садясь удобнее. — Рассказывай, что этот Трой Отто такое на самом деле? Ник поджимает губы и переводит взгляд с Диксона на Уди, прикидывая шансы разыграть что-то еще, добавить может больше правды, больше действующих лиц в общий сюжет всех происшествий с ним и Отто, или попытать счастье рассказав правду, и просто посмотреть кого из них двоих эти люди пристрелят первым. — Все, что я рассказал правда, — начинает он, снова опуская взгляд на ладони. — Просто Трой, он не вписывается ни в одно определение. — Сколько человек он убил? — щурится Дэрил, Ник раздраженно поджимает губы. — Я не знаю. — Сколько человек ты убил? — Буквально? Одного, — усмехается парень. — Отца Троя. — А брата Троя часом не твоя сестра завалила? У вас явно какая-то ненормальная тяга к убийству этого семейства, — качает головой Брик, Кларк смеется от двусмысленности фразы, в каком-то смысле Алисия действительно завалила Джейка. — Нет, нет, — машет он головой. — Она встречалась с ним, он был хорошим человеком. — А кто тогда? — Ник поднимает на Брика холодный взгляд и зло улыбается. — Я же сказал, его укусили. — По чьей вине? — давит Уди. — Там было стадо… — И что он побежал обниматься с ними? — Нет… — снова машет головой Ник, пытаясь сказать хоть что-то быстрее, чем мужчина перебивает его, понимая, что тот делает. — Ты убил его, — припечатывает в ответ Брик и пока Кларк успевает лишь моргнуть, продолжает: — Вы дрались с ними и ты его толкнул или ты просто скинул этого бедолагу в толпу? — Я не хотел, — отрицательно мотает головой Ник, он не умеет во все эти допросы, да, он наркоман, он умеет врать, и если бы он мог, он бы сейчас целую сказку для взрослых сочинил, но когда Трой очнется, это стало бы огромной проблемой, а он не уверен, что тот в состоянии будет бежать. Хотя с другой стороны, когда Отто очнется, бежать придется вполне возможно вовсе не им. — Я не хотел, это вышло случайно. Я толкнул его, он оступился и упал ниже по склону, а там были ходячие. Эти двое, они спорили из-за того в какую сторону их разворачивать, спорили из-за ружья со снарядами, я не знаю, это произошло очень быстро, — на ходу лечит Кларк, поймав волну и правдоподобно начиная нервничать как можно сильнее. Заодно обдумывая план Б. Мимолетно думает, что можно было бы захватить кого-то из этих ребят в заложники, благо его не обыскали и пистолет с одним патроном все еще при нем, да только весовая категория его немного усмиряет. — Его укусили, я отрубил ему руку и мы поехали на ранчо, чтобы спасти Джейка, но он умер от потери крови по дороге. — Я думал, вы хотели развернуть стадо, чтобы спасти пятьдесят человек? — Мы должны были спасти Джейка, у нас не было выбора, — сокрушенно признается Ник, Брик с Дэрилом незаметно переглядываются. — А теперь давай я расскажу, как было на самом деле, — начинает Уди, театрально взмахивая руками. — Твой Трой натворил лютой хуйни, за которую его хотел прибить его собственный брат, да вот только бедняге не повезло, что там был еще и ты, который, по видимому, не будет гнушаться ни враньем, ни убийством ради этого «не друга» Отто. — «У нас не было выбора». — задумчиво тянет Ровиа, с интересом смотря в свой полупустой бокал. — Потому что мы были вдвоем, — парирует раздраженно Ник. — Когда ты последний раз нормально спал? — вдруг спрашивает Спенсер. — Когда мы были на Базаре, — все тем же тоном отзывается Кларк, Элиот хмыкает. — Где твоя сестра? — Должно быть с матерью, они выбрались с дамбы, которую я взорвал, — монотонно отвечает он. — С той, на которой ты должен был умереть? — невзначай кидает Иисус. — Это там, как ты думал, умер Трой, верно? — Да, — цедит Кларк. — Почему ты должен был там умереть? Из-за вашего дурацкого правила? Или потому, что ты сделал все, чтобы это правило сработало? — Ник в ответ молчит и лишь холодно смотрит на длинноволосого парня возомнившего себя сыном Божьим. — Подведем итог, — начинает Брик, хлопая себя по коленям, — ты врешь о том, кто такой этот Трой Отто, ты врешь о том, что произошло, пытаешься сманипулировать нашим мнением, давая додумывать все самим, ты убил его семью, положил хер на безопасность пятидесяти человек ради того, чтобы угодить ему, и попытался выпилиться, когда тот погиб. Я ничего не забыл? — едва не рычит Уди, тяжело смотря на парня. — Я не приводил орду, я не убивал этих людей и я пытался спасти Джейка. — Ты сделал все ради Троя, на его брата тебе было абсолютно поебать, — поправляет Ника Брик. — Как и на любого другого хорошего человека, если тот стоит в противовес этому твоему другу. — Ну, если они встали в противовес ему, то это уже их проблема, — зло хмыкает Ник, устав уже от этого доброжелательного допроса. Уди понимающе кивает головой и смотрит на Диксона. — Камеры у тебя тут есть? Надо определить гражданина до проверки документов, — машет он на Кларка, тот устало фыркает. — Да ладно, мужик, я ничего вам не сделаю, жизнь этого придурка зависит от вас, последнее, что мне нужно, это что-нибудь выкинуть, пока он не пришел в себя. Вам же даже угрожать мне не надо. — Да, ты прав, — кивает Брик. — Только вот ты сам сейчас признался, что ради этого пацана способен убить пятьдесят человек и совестью особо не мучиться. — Там был бункер, я думал, что они справятся, — парирует на выдохе Ник. — Да, как скажешь, давай-ка ты посидишь в комфортном однозвездочном номере с алебастром на заднице твоего сокамерника, идет? Ник в ответ закатывает глаза, но послушно протягивает руки уже доставшему из кармана хомут Иисусу. Он не сомневается и шальную мысль перестрелять всех собравшихся одним патроном гонит прочь, когда Трой очнется, они найдут отсюда выход, как и из любой другой ситуации, у них просто нет выбора.

***

— Вы хотя бы скажете мне, когда он придет в себя? — меланхолично интересуется Ник, поворачиваясь в дверях одноместной крошечной комнатки. Ровиа кидает на него холодный удивленный взгляд, будто только увидел перед собой кого-то. — Конечно, — бросает он скупо и захлопывает дверь прямо перед лицом Кларка, закрывая на ключ с обратной стороны. Ник устало вздыхает и оглядывает почти пустую комнату. Он уверен на сто процентов, что без него Трой что-нибудь выкинет, для этого даже не надо быть ясновидящим, Нику необходимо быть рядом, чтобы его остановить или хотя бы исправить все за ним. У него забрали оружие, нож и даже гребанные таблетки, так что теперь время будет длиться бесконечно, им чертовски повезет, если Отто хотя бы не признается в убийствах и будет строить из себя участливого студента колледжа с ранением, а не покажет себя во всей красе, едва выбравшись из постели и не разнесет это место по кирпичику. С другой стороны, возможно, их не убьют, а просто прогонят, хотя что-то подсказывает Нику, что это слишком похоже на чудо. Он бегло осматривает хлипкий проржавевший железный стул и наспех сколоченную из дерева кровать, и берется ломать стул.

***

— Эта сирена меня с ума сведет, — морщится Иисус, благодарно принимая из рук одного из спасителей побитую жизнью кружку с кофе. — Ну, или может мы ошибаемся и они обычные два пацана, которые пытаются выжить всеми силами, — жмет плечами Элиот, сидя напротив за деревянным столом в столовой. — Какая сирена? — насторожено тянет Брик, отвлекаясь от чистки ружья. — Мне это напоминает пожарную тревогу в школе, — отзывается задумчиво Ровиа. — Мне удар током от детской игрушки, — тем же тоном кидает Спенсер, Брик переводит заинтересованны взгляд с одного на второго. — С ними что-то не так? — С ними много что не так, не понятно только что именно. — Утро вечера мудренее, — кивает Уди, — если все пройдет как надо, завтра этот Отто либо очнется и сам все расскажет, либо его придется пристрелить, чтобы не мучился. — Какой легкий выбор, — с ноткой презрения бросает Пол. — Да, легкий, — снова кивает Брик, раздраженно нахмурив брови. — Или ты думаешь, что будучи овощем, он сможет жить в этом мире? — Роб же живет. — У Роба есть Селеста и мы, — машет головой он, показывая на себя и Элиота. — А у него есть только полудохлый наркоман, я не дам им и недели при таком раскладе, и я не прошу тебя это делать, оставайся добреньким мессией в плаще, — язвительно заканчивает Брик, тыча в Иисуса пальцем, тот в ответ лишь закатывает глаза и отворачивается. — Ладно, хватит, — машет рукой на обоих Дэрил, — ешьте и идите спать, завтра будет ясно, — заканчивает он, поднимаясь. — А ты куда? — хмурится Пол. — Мне надо решить какие-то местные проблемы, не знаю, этот мужик даже список составил, — кивает он на приближающегося Гевина. — Доброй ночи, — добавляет он и уходит.

***

— Никаких наклонов, никакого кофе, алкоголя, сигарет, стресса, будешь пить по две таблетки в день, одну утром, одну вечером, — резко объясняет доктор, Трой смотрит на пластинки на ладони с легким отрешением. — Эти три раза в день по одной, — добавляет врач еще одну пластинку ему на другую ладонь, и Отто думает, что по-хорошему ему бы это лучше записать где-то, потому что он почти уверен, что уже через пять минут забудет какие из них какие. — Эти по одной в день, — докидывает неумолимо парень и теперь Трой просто уверен, что уже в них запутался. — Весь день ходи и прикладывай лед, снимай отек, возьмешь в столовой, скажешь, что я сказал, — серьезно продолжает он и с интересом смотрит на подвисшего Отто. — Ты все понял? Трой поднимает на него рассеянный взгляд и усмехается едва слышно. — А ботинки как зашнуровать? — доктор хмурится на такой тупой вопрос, словно издевка над всем, что он сейчас рассказал и над тем, что он тут почти целую ночь неведомым способом колдовал над парнем. — Я жизнь тебе спас, имей хоть каплю уважения, — не выдерживает он, Отто неловко осторожно кивает, наблюдая как на периферии левого глаза мир немного расплывается. — Я имею, и я благодарен, но не ходить же мне босиком, — улыбается он растерянно, снизу вверх смотря на врача со своей постели. — Я обую тебя, — сдается парень, устало вздыхая, — ты все запомнил? сможешь повторить? — Да, через полчаса закончу, — вяло отзывается Трой со смешком. — Утро — вечер, — послушно декламирует он, поднимая левую руку и сжимая ладонью пластинку с транквилизаторами. — Утро и три раза в день, — поднимает он правую и обворожительно улыбается. — Верно, — кивает врач. — Скажи своим друзьям, чтобы проследили, что ты их принимаешь вовремя. — Моим друзьям? — удивленно хмурится Отто, из-за чего левая половина лица начинает натужно болеть. Доктор отмахивается от него и открывает дверь в приемную, Дэрил оказывается первым к проходу и сразу спрашивает: — Как он? — кидая беглый взгляд на Троя, заставляя того вопреки боли нахмурится еще больше. — Сам спроси, — кивает на Отто врач. — А ты кто? — осторожно тянет тот, Диксон с секунду мешкает и отходит с прохода в сторону. — Точно, он же меня не видел, давай ты, — бормочет он, выдвигая из-за спины приветливо улыбающегося Пола, что собственно никак не помогает опознать этих людей Трою. — Привет, я Иисус, помнишь меня? — А должен? — все так же осторожно спрашивает он, разговоры из разряда: «Ты меня помнишь?» — никогда ничем хорошим, как правило, не заканчиваются. И несмотря на то, что его подлечили и снабдили лекарствами, не факт, что если эти люди окажутся чьими-нибудь родственниками, диалог не закончится выстрелом в голову, а она у него и так болит. — Кратковременная потеря памяти, — кидает доктор, отходя в угол и садясь на железный облезший стул. — За пару дней пройдет, — Ровиа благодарно кивает и подходит к Отто ближе, садясь на постель рядом, Трой бегло оценивает количество оружия на этом Иисусе и его приятеле и улыбается. — Ты помнишь как тебя зовут? — хрипло бросает Дэрил, опираясь на стену напротив. — Да, — все так же улыбается парень, мысленно отметая Иисуса и сосредотачиваясь на реднеке. — И? — Трой, — на секунду задумавшись, отзывается он. — Ты помнишь столько тебе лет? — Двадцать семь, — послушно отвечает Отто, переводя взгляд на свои босые ноги свисающие кровати и чуть шевелит замерзшими пальцами, врач воспринимает это как намек и тащит из приемной чистые носки и ботинки, под растерянно-настороженным взглядом Ровиа, начиная обувать Троя. — Спасибо, — улыбается тот открыто. Пол переводит взгляд на отстраненного Диксона, чуть вздергивая бровь. — Ты помнишь, что с тобой случилось? — осторожно тянет Иисус. — Да, меня огрели молотком по голове пару раз, — хмыкает довольно Трой, с любопытством косясь на Пола. — За что? — За то, что пытался защитить свой дом, — жмет он плечами. — А нельзя воды? Пить хочется, — искренне болезненно морщась, просит он, Иисус хмурится, но послушно встает и подходит к тумбочке, на которой стоит стеклянный кувшин с водой и стакан, медленно наливает и возвращается к Трою, хмурясь еще больше. — Спасибо, — одаривает тот и его ласковой улыбкой. Дэрил щурится и закусывает губу. — И как же это вышло? На тебя напали дома? — Нет, мой дом снесла орда зараженных, выжило только несколько человек, и как это всегда бывает, им необходимо было кого-то обвинить в том, что произошло. Я оказался идеальным кандидатом, я же должен был защитить это место. — Чем был твой дом? — Ранчо, — кивает аккуратно Трой, отдавая пустой стакан Полу и даже не смотря на него, пока доктор заканчивает зашнуровывать ему вторую ногу. — Акр земли, вода, скот, большой дом на холме и бункер с припасами. Мой отец был выживальщиком, так что мы всю жизнь готовились к подобному. Но сначала на нас напали индейцы, стремясь выгнать с земли, а потом орда уничтожила оставшееся. Даже бункер не помог. — И что стало с твоей семьей? Их убили ходячие или индейцы? — Отец пустил себе пулю в голову, а брата укусили, — послушно расплывчато отзывается Отто. — Мы отрубили ему руку, но не помогло, он умер от потери крови или от болевого шока, сейчас наверняка и не скажешь. — А мать? — О, мать спилась задолго до этого, — улыбается Трой, начиная жестикулировать. — Я ушел с оставшимися людьми на границу с Мексикой, там был Базар, — изображая кавычки в воздухе, продолжает он. — У одной из них был план перебраться на дамбу, сами знаете какая засуха на юге. Но и на нее напали, за ресурсы сейчас люди никого и ничего не жалеют, ну да вы сами понимаете. — И в какой момент тебе прилетело по голове? — без особого любопытства спрашивает Диксон. — В момент отчаяния, — задумчиво тянет Отто, чуть отводя взгляд. — В момент отчаянного понимания потери контроля, — растерянно улыбается он, переводя взгляд обратно на Дэрила. — Кто это сделал? — Мать одного из выживших, было обидно, — округляя и без того большие глаза, усмехается Трой. — Он хотел поступить по-своему, его по-своему включало меня, ее это не устроило, так что она решила от меня избавиться и саданула молотком, пока я помогал ей устанавливать взрывчатку на дамбе. Как последняя попытка сохранить гордость. — Это был удар лицом к лицу, — коротко бросает Иисус, смотря то на пустой стакан в своих руках, то на севшего на свое место доктора. — Точно, — кивает Отто, — я не ожидал такого от нее, но сейчас есть разные люди, верно? — Верно, — соглашается Дэрил и опускает взгляд вниз, отлипая от стены. — Тебе надо поесть, я попрошу одного из своих людей отвести тебя в столовую. — Никакой острой, сильно соленой, да и желательно никакой твердой пищи, — отзывается молчавший до этого врач. — У него может подняться давление из-за этого, — Диксон кивает и зовет кого-то из цеха, приставляя к Трою. Отто благодарно улыбается, протискиваясь мимо реднека и выходя из медпункта, с осторожным интересом оглядывается по сторонам, и скользит беглым взглядом по вооруженным людям. — Кстати, — выходя вслед за ним, окрикивает его Иисус, — тут твой друг, — Трой непонимающе хмурится, его так и подмывает сказать, что у него нет друзей, но вместо этого он спрашивает: — Правда? Кто? — Его зовут Ник Кларк, и он тоже нам кое-что рассказал, — дружелюбно улыбается Пол, складывая руки на груди и наблюдая как по лицу Отто пробегает тень испуга, но тот молниеносно берет себя в руки и переводит все в обеспокоенность. — Ник жив? — Да, он рассказал нам о том, что произошло с вами двумя, — продолжает елейным голосом Ровиа, выходя чуть вперед. — Ну да обсудим все после того, как ты поешь. Тебе надо поправляться как можно быстрее, — заканчивает он, Трой сцепляет челюсти и кивает, одаривая его дежурной вежливой улыбкой. Иисус напряженно наблюдает, как тот уходит со спасителем в сторону столовой, слегка покачиваясь, Дэрил ровняется с ним и первым бросает: — Он врет. — И манипулирует, — согласно отвечает Пол. — Это место бы ему очень подошло.