Стокгольмский синдром

«Слушай сюда, козел! Твоя девка у нас! Хочешь увидеть ее целой и невредимой — собирай четыре ляма и в 17.00 двигай к заброшенной трассе S-215, что южнее города. Припаркуешься у первой же постройки с вывеской „Black Lagoon“ и будешь ждать. Там же состоится и обмен. И не вздумай хитрить, а уж тем более бежать к копам — подпишешь своей сучке смертный приговор. Отжарим истеричку всем составом и скормим мутантам, а тебе пришлем запись». Перечитав сообщение еще раз, девушка не без досады смяла бумагу в комок и отбросила в сторону. Ни единой зацепки. Неуловимые похитители соблюдали воистину лисью осмотрительность. Перед набранным на компьютере текстом была бы бессильна целая армия почерковедов, а проведенная в сжатые сроки, благодаря деньгам, дактилоскопическая экспертиза не обнаружила присутствия «пальчиков» на бумаге. Вконец отчаявшись разобраться в ситуации, нанятая матерью Энжелы Шева пробежалась по возможным свидетелям, но и тут она потерпела фиаско. Опрошенный персонал отеля, где остановились родители девушки, ничего подозрительного в тот день не заметил. Остаток дня Аломар успокаивала обезумевшую от горя родительницу, собирала с ней деньги, и, как бы между делом, пыталась поставить себе диагноз. Ранее, она сама согласилась со своим решением не впутывать в это дело друзей, но за последние два часа успела пересмотреть свои взгляды. Одной, на кануне вечера и в непосредственной близости от подлеска, агент чувствовала себя неуютно, то и дело стреляя глазами по сторонам. И трудно было сказать, что вызывало у девушки больше тревоги: предстоящая встреча с преступниками или опасные твари, бродящие за пределами города. «Пожалуй, мне стоило подумать о напарнике, — запоздало отметила девушка. — Джош вполне бы подошел для этого» С комфортом устроив руки на руле, она принялась осматриваться по сторонам. Тем более что зрелищ было хоть отбавляй. Огненный солнечный диск неумолимо клонился к земле, вливая в закатные краски оттенки оранжевого и багряного. Мягко касался невидимой кистью верхушек деревьев, постепенно вытемняя их на общем фоне и погружая все живое в состояние дремы. От воцарившейся здесь тишины это ощущение усиливалось в разы. Подавив очередной зевок, мулатка потянулась и устремила свой взгляд налево. Метрах в десяти от нее располагалось двухэтажное прямоугольное строение, некогда бывшее здешним мотелем. Наверное, когда зараза добралась и до этого места, его постояльцы безмятежно спали в своих кроватях, коротали время перед телевизором за просмотром программ или прокладывали дальнейший маршрут, сверяясь по карте. Кое-где на стоянке перед дверями так и стояли машины, преданно дожидаясь хозяев, которым уже было не суждено вернуться и продолжить дорогу. Сочное многоцветье на клумбах единственным ярким пятном выделялось на фоне всеобщей покинутости, и, глядя на них и саму постройку, сохранившую опрятный вид и целостность стекол в окнах, создавалось впечатление присутствия. Казалось, стоит закрыть глаза на минуту, тут же открыть — и увидишь суетящихся возле своих автомобилей взрослых и стайку детей, беззаботно играющую под присмотром родителей. Отметишь огоньки, приветливо вспыхивающие в окнах, и услышишь негромкую музыку и смех, доносящиеся с первого этажа. Но даже при всем желании это ощущение не станет явью. Для многих в тот день мотель «Black Lagoon» стал конечной точкой путешествия. Не менее охотно он послужит могилой и Шеве, если та будет недостаточно сообразительна и проворна… Громкие, требовательные звуки клаксона раскололи надвое задумчивую тишину. С трассы к мотелю свернула и устремилась пара машин. Одна — точь-в-точь такая, на которой приехала девушка, и еще одна была так называемой гражданской модели, несущая в себе признаки hand made. Вынужденные ездить по небезопасным дорогам, криминальные умельцы приспособили авто под личные нужды, сменили колеса, фары, и видоизменили капот и багажник, способные теперь потеснить и самую несговорчивую их тварей. Была и тонировка, но в отличие от своей элитарной напарницы, эта машина не могла похвастаться зеркальным эффектом. Проехав еще несколько метров вперед, оба автомобиля остановились напротив внедорожника Шевы, выстроившись неким подобием полукруга. Хлопнула дверь «элитарки» и наружу выбрался один из похитителей. Засунув руки в карманы кожаной куртки, он придирчиво осмотрел авто Шевы, довольно хмыкнул, после чего направился к девушке пружинистой, легкой походкой. В нем агенту не нравилось все. И манера держать себя, и самоуверенность, сквозившая в каждом его движении, и, особенно, умный взгляд серых глаз. Ясный и настороженный, он вызывал ассоциации с вожаком в волчьей стае. Выбравшись из салона, агент взглянула на мужчину. Яркий безжалостный свет включенных фар освещал каждый дюйм пятачка и подтянутую женскую фигуру, уверенно шагающую навстречу. Оставшиеся члены банды тоже покинули машины, ревностно следя за каждым шагом мулатки. Особо угнетал вид многочисленных стволов, направленных в ее сторону. Первая же ошибка станет последней, если они нажмут на спусковые крючки — и никакой Уроборос уже не поможет. Стараясь не обращать внимания на стрелков, Аломар приблизилась к сероглазому незнакомцу, сдвинувшись так, чтобы укрыться в его тени, и опустила ладонь. — Смотри-ка, Морган прислал на встречу бабу, — заржал один из присутствующих, опуская обрез. — И в роли кого же ты сюда явилась, малышка? Посредника или приятного дополнения к выкупу? От хлынувшего со всех сторон смеха едва не осыпалась листва с деревьев. Впрочем, веселье быстро увяло под колючим взглядом сероглазого, занимающего среди этого сброда, по прикидкам мулатки, место лидера. Обернувшись к Шеве, мужчина несколько секунд разглядывал стоящую перед ним особу, после чего усмехнулся и первым подал голос: — На редкость выразительные глаза. Интересно, что надо сделать, чтобы получить такие же? — Понравиться Богу, — сдержанно улыбнулась мулатка, припоминая слова маленькой Жизель. — Но, кажется, мы отвлеклись от главного, — с этими словами она поставила рядом заготовленный кейс с деньгами, не спуская глаз с собеседника. — Здесь деньги и кольцо стоимостью в двести тысяч. Где девушка? — Своеобразная у него любовь. На твоем месте я бы завязал с таким дерьмом, как вера, — констатировал незнакомец и чуть прищурился. — Где девушка, спрашиваешь? Там, где ей и полагается быть — с нами. Стоящий по правую от него сторону громила, снял Аломар с прицела винтовки и потянулся к деньгам, когда на кейс резво опустилась обутая в сапог нога девушки, надежно прижимая его к земле. — Не так быстро, — спокойно, но решительно ответила она. — Я хочу, чтобы ее вывели из машины. Тогда и состоится обмен. — Обмен? — рассмеялся сероглазый. — Ты знаешь, чего требовать, но, увы, невнимательно слушаешь, — улыбка на его лице стала откровенно торжествующей, и уже в следующий момент между ее лопаток недвусмысленно уткнулось пистолетное дуло. — Я сказал с нами, а не в машине. А теперь выдохни и отдай нам деньги по-хорошему. Будь умной девочкой, не усложняй свое положение. — Послать загодя к месту встречи своего человека, как это предусмотрительно, — убрав ногу с кейса, Шева прожгла сероглазого внимательным взглядом. — Не случайно же вы явились сюда буквально через двадцать минут после моего прибытия. Где вы меня поджидали? На ближайшей развилке трассы? Подкравшийся сзади разведчик выдавал себя едва слышным дыханьем и шорохом одежды. Не убирая пистолета, он извлек Глок из нагрудной кобуры мулатки и уважительно присвистнул: — Неплохой выбор, красотка. Спасибо, что помогла пополнить мой арсенал. Кто поведет ее тачку, Райан? — Я, — раздался невозмутимый ответ, — она со мной. Что касается вас — поедете следом. Отдай мне ключи, — судя по требовательно протянутой руке, о каких-либо возражениях не могло быть и речи. Это понял и подчиненный, изобразив на лице разочарованно-угрюмую мину. Кивнув в знак согласия, разведчик отступил прочь, в сторону стоящих чуть поодаль машин. В глубине души Шева была даже довольна решением лидера. На фоне своих подельников, он выгодно отличался рассудительностью и выдержанностью, взирая на девушку без малейшего намека на похоть и тупую кровожадность. Скорее, со сдержанным интересом. Вот почему она и отдала мужчине ключи, после чего двинулась следом за ним. Усевшись на место рядом с водителем, Аломар наблюдала, как он заводит машину. Сыто заурчав, внедорожник вырулил на трассу, возглавляя бандитский кортеж. Под колесами шуршал гравий, мимо проплывали лесные пейзажи. Смеркалось. Не менее темно было и в мыслях агента. Благодаря сероглазому, задуманный ею сюжет ушел псу под хвост. Ее провели и переиграли как какого-нибудь зеленого новичка, а значит, планы меняются. Для того, чтобы вызволить Энжелу, Шеве придется проникнуть в логово похитителей. Учитывая то, что на стороне противника численный перевес, превосходное знание собственной территории и вооружение; стремление разыскать пленницу и уйти оттуда живой будет равносильно самоубийству. «Зато своей смертью я смогу досадить Вескеру», — мрачно пошутила про себя девушка, переводя взгляд на водителя внедорожника. За все время их совместной поездки, Райан не произнес ни слова, и вообще вел себя так, будто находился в машине один, слушая что-то из олдскульного рока. Аломар отвечала тем же, отвернувшись к окну. Однообразная лесополоса, прильнувшая к трассе, резко оборвалась, стоило автоколонне миновать тройку развилок. Вильнув с дороги, машины проехали под мостом, и только когда на горизонте обозначилась постройка в окружении высокого забора, начали сбрасывать скорость. В отличие от прочих сооружений, оказавшихся за пределами города, оно не пустовало и имело вид неприступной крепости. Придвинувшись ближе к окну, девушка отметила и внушительные механические ворота, и две наблюдательные вышки с вооруженными снайперскими винтовками дозорными, и мощные прожектора, возвышающиеся над крышей. При взгляде на столь «дружелюбную» атмосферу, невольно всплывали в памяти рассказы о тюрьмах строгого режима и военных лагерях. Несчастной Энжеле оставалось лишь посочувствовать. — Вот мы и приехали, чувствуй себя как дома. По мере возможностей, конечно, — со смешком поприветствовал Райан, заглушая мотор и покидая салон. Жестом подозвав двоих подчиненных — одним из них оказался давешний разведчик — сероглазый неспешно прикурил, щелкая хромированной зипповской зажигалкой. — Подсадите ее к нашей гостье, после чего, возвращайтесь на свои места. И не вздумайте распускать руки. Особенно, это касается тебя, Билл, — выдохнув дым, мужчина одарил одного из бандитов полным льда взглядом. — Уводите, — взмахнув рукой вторично, он потерял интерес к происходящему и зашагал в сторону вышек. — Тащи ее в камеру, я догоню, — с некоторой заминкой ответил один из конвоиров. — И поосторожнее с девчонкой. В прошлый раз, эта сумасшедшая едва не приложила меня доской по физиономии, когда я сунулся с проверкой. — Можешь не спешить, — запальчиво бросил напарник, предпринимая попытку схватить мулатку за локоть, — с бабой и без тебя управлюсь, — и сжав пальцы так, что девушка аж поморщилась от боли, тихо прошипел, — двигай вперед, кукла. Искушение съездить по самодовольной физиономии мерзавца было воистину велико, но Аломар взяла себя в руки, напомнив, ради чего явилась сюда. Приняв смиренную позу и опустив глаза, она позволила грубо протащить себя через немаленький двор и втолкнуть в открывшуюся дверь. Мимо проплывали какие-то помещения с находящимися в ней людьми, железные лестницы и узкие коридоры, в чьем скупом свете можно было бы спокойно наступить и на слона. Пройдя насквозь почти весь первый этаж, бандит открыл тяжелую дверь и снова толкнул девушку, отчего та едва не скатилась по лестнице, круто идущей вниз. — Убери руки, — не выдержала мулатка, отпуская перила. Приветливая и терпимая от природы, сейчас Аломар была на грани бешенства и, если бы не обстоятельства, поставила б на место зарвавшегося мужлана. Не без труда подавив гнев, агент сделала пару шагов, когда ее с силой швырнули вперед и плотно прижали лицом к стене. Вцепившаяся в волосы рука мужчины отозвалась острой болью. — Не смей мне указывать, стерва, — в бок уткнулся привычный пистолет, — я сам решу, что мне делать, и никакой Райан мне не указ. Захочу, растворю тебя в кислоте или скормлю крысам и никто ничего мне не сделает. И знаешь почему? Потому что этот сероглазый ублюдок не тот, за кого себя выдает, и очень скоро вылетит со своего теплого местечка, а я его займу. И знаешь, как я это сделаю… Раздавшийся следом выстрел буквально сотряс коридорчик, проносясь гулким эхом. Полуоглушенная девушка медленно обернулась, встречаясь взглядом сначала с глазами застреленного в спину ублюдка, неловко рухнувшего на пол, а после со своим невольным спасителем. Вытянувшим руку со слегка дымящейся Береттой и сохраняющим легкую презрительную усмешку на губах. — Как чувствовал, что нашему Биллу нельзя доверять. Можешь не благодарить, — плавно убрав пистолет в нагрудную кобуру, Райан обернулся к вынырнувшему из-за угла подельнику убитого, — надеюсь, хотя бы у тебя хватит выдержки довести до ума то, что не осилил твой друг. Убери этого неудачника с дороги и проводи ее, — присев, мужчина вытащил у трупа трофейный Глок 19, — ему он больше ни к чему, — покрутив в руках новое приобретение, он поднялся на ноги. — Дэйв, ты меня слышал? В этом простом, на первый взгляд, жесте, было столько необъяснимой угрозы, что напарник усопшего невольно шагнул назад, наблюдая за лидером, а стоящая поблизости Шева отодвинулась к стенке. Но перестрелки не началось. Кое-как отодвинув лежащий посреди коридора труп, Дэйв подхватил девушку за руку, чуть повыше локтя. и повел ее дальше. За мгновенье до этого мулатка оглянулась, отмечая, что Райан остался, прислонившись к стене плечом. Он был довольно интересным мужчиной: высокий, с атлетичной фигурой и оригинальной татуировкой на шее, многозначительно сбегающей под ворот черной кожаной куртки, если бы ни одно «но» — по нему плакала тюрьма. Навзрыд. Завернув за угол, присмиревший после расправы над дружком провожатый довел Аломар до двери в конце коридора и, потянув на себя створку, сделал полный иронии приглашающий жест. — Весьма недурно, — не удержалась от похвалы девушка, проходя внутрь. — Перед Райаном ты так же раскланиваешься? Ответом на насмешливый взгляд стал громовой хлопок дверью, запечатавшей агента в ее временной камере. Впрочем, для «камеры» здесь было довольно уютно. Вместительное, примерно сорокаметровое пространство комнаты освещалось металлическими лампами на шнурах, свисающих с потолка через каждые четыре метра. Ввысь уходили колонны из дерева, имелись несколько прямоугольных окон, предусмотрительно забранных решетками, и кое-что из обстановки. На диване у дальней стены обнаружилась девушка. Подтянув к себе колени и сжимая обеими ладонями кружку с чем-то горячим, она несколько испуганно смотрела на Шеву. И что-то подсказывало, что незнакомка и есть та самая Энжела, ради которой агент явилась сюда. Жива, на первый взгляд и невредима, не считая спутанных волос и исцарапанных рук. Глядя на нее, Аломар ощущала смесь из самых противоречивых чувств, не последними из которых были облегчение и беспокойство. Поправив шлейки пустой кобуры, мулатка сделала шаг вперед и как можно мягче произнесла: — Полагаю, ты и есть Энжела Хёрст? — Верно. Откуда вы знаете? — сцепившись в кружку так, словно в ней была заключена вся решимость, девушка внимательно взглянула на Шеву. — От твоей матери. Я абсолютно случайно познакомились с ней на улице и согласилась разыскать тебя, — осторожно приблизившись к дивану, мулатка уселась напротив. — Твои руки все в ссадинах. Они приставали к тебе? — Так это моя мама послала тебя вытащить меня отсюда? Ух ты! Почти как в кино, — темно-зеленые глаза Энжелы зажглись детским восторгом. — Правда, в фильмах на помощь приходят всякие красавчики с пушкой наперевес и все заканчивается любовью. Хочешь? — внезапно протянула она кружку девушке. — Еще горячий. Нет, они меня не тронули. Райан запретил. Он у них за главного. Царапины от решеток. Когда я пыталась сбежать, первое, на что я обратила внимание, были окна. Так глупо. Отсюда не сбежать. К тому же, третий этаж, а я пока не отрастила крыльев. Энжела заметно загрустила, опустив голову. Короткие, цвета горького шоколада прядки торчали в разные стороны, придавая ей беззаботный, кокетливый вид. Наверное, она была именно такой до того, как ее похитила банда отморозков и заперла на бывшем заводе. Особо занимала мысль о Райане, строго-настрого запретившем подельникам прикасаться к ним обеим. Для человека, хладнокровно пристрелившего своего подчиненного и внушающего страх остальным, это казалось чем-то выходящим из ряда вон. И как только в одной личности могут уживаться две, взаимоисключающие друг друга черты: благородство и жестокость? Для Аломар сероглазый лидер бандитов был неразрешимой загадкой. — Сбежать, — нарушила тишину Шева, неторопливо отпивая обжигающий сладкий чай, — и мы непременно сделаем это. В противном случае у нас появятся все шансы загостить здесь навечно. И уверяю, мы справимся с этим и без красавчика с пушкой. Аккуратно поставив кружку на столик, девушка поднялась с места и обошла помещение, тщательно осматривая все окна. Как назло, решетки стояли как влитые и сдвинуть их можно было разве что танком. Не желала поддаваться и дверь, ведущая из комнаты. Подергав ее для верности, девушка сползла по стене, продолжая упрямо перебирать про себя варианты побега. И без оракула было ясно, что их не отпустят живыми, а даже если это и произойдет, то добираться до Оттавы девушкам придется пешком. Без оружия и с плотоядными тварями под боком у них нет и малейшего шанса на это. — Я же говорила, что отсюда не сбежать, — подошедшая Энжела смотрела на мулатку сверху вниз. — Я все перепробовала и даже попыталась, однажды, вырубить проверяющего, — инстинктивно коснувшись щеки ладонью, она немного постояла в нерешительности и, наконец, присела рядом на пол. — Думаю, после этого они станут осторожнее. — Едва ли настолько, чтобы снаряжать сюда целую комиссию, — прислонившись затылком к металлической поверхности стены, Шева слегка улыбнулась. — Уж на двоих меня хватит. Главное, когда они придут, веди себя естественно и делай, что я говорю тебе. — Но… у тебя нет оружия, — прошептала девушка. — Я сама по себе оружие. Теоретически. Кстати, меня зовут Амалия. Амалия Бернсайд. — Амалия, — поднявшись на колени, девушка заглянула в лицо мулатки, — пообещай мне, что мы выберемся отсюда живыми. Вместе. — Вместе. Обещаю, — откликнулась Аломар, — советую немного отдохнуть, пока есть время. Нам понадобится немало сил. Энжела согласно кивнула, но не спешила уходить. Пристроившись поближе к своей спасительнице, Хёрст весело смеялась и рассказывала забавные истории о себе и своих друзьях, делилась планами на будущее и, наконец, незаметно уснула, положив голову на плечо Шевы. Проведенные в заточении часы взяли свое. Обнадеженная близостью защитницы и человеческим теплом, она с благодарностью воспользовалась возможностью отдыха. Без телефона мулатка потеряла счет времени, но, судя по стекающейся со всех сторон тьме, дело клонилось к позднему вечеру. Изредка ее прорезали мощные лучи света и перекличка дозорных, неусыпно несущих посты. Прикрыв глаза и слушая тихое дыхание девушки, Аломар в очередной раз испытала чувство признательности к Райану, оградившему пленницу от чужих домогательств. Повернись ситуация иначе, агент бы не задумываясь убила всех виновников и продолжила жить как прежде. Но какая жалость, что в процессе отбора Уроборос не учитывал такой критерий, как нравственность. Возможно, тогда обеим девушкам не пришлось бы сейчас сидеть на пыльном полу комнаты и вынашивать рискованный план побега. Человечество избавилось бы от такой скверны, как «преступность», и вздохнуло свободнее, но, к сожалению, сотворить подобное не под силу ни одному вирусу. — Что ж, проведем повторную зачистку рядов. И на этот раз, без брака. Раздавшиеся по ту сторону двери звуки прогнали сонливость. Осторожно встряхнув Энжелу за плечи, девушка вскочила на ноги и максимально бесшумно приблизилась к двери. Против ожидания, агента одолело волнение и казалось, что сердце, сорвавшееся в бешеную скачку, вот-вот пробьет грудную клетку, оседая на пол крупными хлопьями пепла. Она не знала, сколько их может быть в коридоре — один, двое или пятеро, — но отступать уже некуда. Скрипнув в последний раз, дверь распахнулась наружу. Они шагнули друг к другу практически одновременно — девушка и бандит — и элемент неожиданности не замедлил сработать. Быстрый взмах ладонями — и взвывший от боли противник отступил назад, хватаясь за уши с поврежденными барабанными перепонками. Еще один удар, кулаком в горло, — и он лишился возможности двигаться и кричать, а после третьего — влетел спиной в стену и, съехав по ней на пол, надолго затих. Сделав Энжеле знак обождать, Аломар вынырнула в коридор следом и тут же отпрянула. Пущенная в нее пуля пролетела буквально в нескольких миллиметрах от лица и врезалась в стену за спиной. Оглянувшись, агент развернулась к противнику, одновременно делая подкат. Еще несколько пуль щелкнули об металл, оставляя легкие вмятины. Удар ногой в бок, уворот, шаг в сторону с последующим болевым захватом. Сжав руку с пистолетом, Шева приложила ее об стену, резко оттолкнула стрелка от себя, и на закуску добавила ему локтем в переносицу. Разом растеряв свою воинственность, противник выронил оружие, а затем и сам рухнул к ногам девушки. — Начало мне нравится, — окрыленная столь быстрой победой, она деловито пошарила по карманам поверженных бандитов, после чего повернулась к напарнице, застывшей сейчас на пороге их «камеры». — Держи. Будем надеяться, что он тебе не понадобится. — Но… я совсем не умею стрелять, — неуверенно пролепетала Энжела, тем не менее, принимая трофейный Маузер. — А если я случайно попаду в тебя? — Ну, я полагаю, что ты этого не допустишь, — лукаво улыбнулась Шева. — На деле, все выглядит не так страшно. Смотри: снимаешь оружие с предохранителя, взводишь курок, прицеливаешься и стреляешь. Главное, не целься слишком долго — устанет рука. Для тебя пока даже такой пистолет будет непрост. И помни: используй его лишь в крайнем случае. Для всех остальных есть я. После того, как вводный курс по стрельбе и наглядная демонстрация завершились, обе девушки двинулись дальше, чутко прислушиваясь к тишине и дергая двери. Наглухо закрытые, как назло, они превращали коридор в смертельную ловушку. Запечатанные в его узком пространстве и не имеющие укрытий, беглянки являли бы собой отличные мишени, дойди дело до боя. И Аломар это отлично понимала. Неспешно ступая вперед и выставив перед собой пистолет, агент напряженно наблюдала за единственным выходом, ведущим наверх. Из своей предыдущей «экскурсии» по заводу она убедилась, что здание проектировалась по весьма затейливому, если не сказать безумному принципу, разделяя каждый этаж на пролеты узкими лестницами. Без точного плана или хорошей памяти здесь можно плутать до бесконечности. Мысленно чертыхнувшись, мулатка подергала за ручку очередную дверь и кивнула напарнице, следующей по противоположному краю коридора. Переложив оружие в другую руку, Энжела повторила маневр и отпрыгнула в сторону, когда к ее ногам упал чей-то труп. Второй, опознанный как Билл, устоял на ногах, будучи добросовестно прислоненным к углу. Зажав рот ладонью и опустив оружие, девушка взирала на жуткие находки. В глубине темно-зеленых глаз застыл ужас с изумлением поровну. Как для новичка ее выдержке можно было бы и позавидовать. Отпихнув напарницу в сторону, Шева развернула второе тело к себе лицом и покачала головой. Что ж, Дейв составил компанию дружку в Загробном мире. Туда им и дорога. Судя по увиденному-услышанному, эти двое совершили немало зла и плакать по ним никто не станет. Но остается непонятным одно: что послужило причиной для убийства Дэйва? — Как думаешь, за что его так? — шепотом спросила Энжела, заглядывая в комнатушку. — Не знаю, но он явно кому-то сильно помешал. Взгляни сюда, два выстрела: один в сердце и один в голову. Чистая работа. Ни малейшего шанса, — изучив пулевые отверстия, Шева опустила пальцы на шею убитого, а затем коснулась руки. — Уже остыл. Часа два-три навскидку. Пойдем. Обогнув тело, девушки минули с пару десятков метров, привычно проверили дверь и уже приближались к выходу, когда раздавшийся позади щелчок заставил их обернуться и не сговариваясь нырнуть под лестницу. Благодаря тени и мелкой решетчатой структуре укрытия, напарницы остались незамеченными. Отсюда им было хорошо видно происходящее в коридоре. В раскрывшийся проем шагнул их общий знакомый. За плечом небрежно висел черный рюкзак. Насвистывая и убирая на ходу пистолет, Райан осмотрел коридор. Мулатка не видела его лица, но была уверена, что взгляд этих дымчато-серых глаз сейчас устремлен на развернувшееся перед ним зрелище с мертвецами. Со вздохом, словно объяснял кому-то в сотый раз очевидные истины, мужчина прикрыл находящуюся за своей спиной дверь и уже внимательнее осмотрелся. На какой-то момент притаившейся под лестницей Шеве даже показалось, что еще немного и он их заметит. Сдав чуть назад, девушка оттащила за собой напарницу, мысленно вознося хвалы железному полу. Как знать, происходи все за стенами завода и будь вместо металла земля и уж тем более месиво грязи, Райан давно бы все понял, заметив следы. Тем временем мужчина извлек Беретту, снабженную глушителем и, подкрутив его, направился в ту сторону, откуда недавно пришли обе пленницы. Учитывая акустику коридора, агент не могла не одобрить его предосторожности. Только сейчас она поняла, что для обычного преступника Райан слишком хорош. Даже если он занимает главенствующее среди них место. Слишком много в нем было от профессионального убийцы и просто человека, наделенного интеллектом. — Уходим, уходим, — быстро зашептала Шева, как только мужчина скрылся за поворотом. Не надо обладать соколиным зрением или особой проницательностью, чтобы понять, как скоро Райан вернется назад и, быть может, пойдет по их следу в попытках найти. И месть здесь будет самым последним делом. Если агент хоть немного разбиралась в людях, то лидеру бандитской шайки по ее представлениям не чужд вкус азарта. Сжав в своей руке ладонь напарницы, мулатка выскользнула из-под лестницы и начала подниматься по гулким металлическим ступеням, изо всех сил стараясь не шуметь. У следующей по пятам Энжелы это выходило труднее. Обутой в туфли на головокружительно тонкой шпильке, ей приходилось красться на цыпочках, поминутно оглядываясь назад. В приоткрывшейся двери перед пленницами предстал зал не меньших масштабов, чем их «камера», бывший, некогда, производственным цехом, а ныне переделанный в склад. В радиусе видимости не наблюдалось ни души. Выскользнув наружу, обе двинулись между нагромождений из ящиков, чутко прислушиваясь к малейшему шороху и зорко поглядывая по сторонам. Надежд на то, что им посчастливится выбраться отсюда без боя, Аломар не питала. Даже если им и удастся каким-то чудом незаметно покинуть кишащее бандитами здание, то с охранным периметром, снабженным ко всему прочему колючей проволокой, такой номер не пройдет. Возможно, если оставить напарницу в каком-нибудь безопасном месте и самой совершить разведывательную вылазку, она разработает подходящий план, но эта идея слишком условна. Как только Райан поймет, что мышки сбежали, он начнет поиски, и находящиеся в его подчинении прихвостни перевернут завод вверх дном. Погруженная в размышления Шева не заметила, как замедлила шаг, а потом в вовсе остановилась, замерев на очередном повороте. Придвинувшись как можно ближе, Энжела внимательно вгляделась в лицо напарницы, нерешительно дотрагиваясь до ее предплечья. — Все в порядке, Амалия? — Порядок? — девушка покачала головой, сохраняя на лице скептическую усмешку. — До тех пор, пока мы не выберемся отсюда, об этом слове лучше забыть. Но, по крайней мере, мы еще живы. — Амалия, — Энжела снова придержала ее за плечо и, обойдя, решительно встала на пути. — Давай начистоту: наши шансы выбраться отсюда более, чем невелики, так? — Один к шести, — агент старалась не встречаться глазами с напарницей. — И у нас, и у них. Шеве не хотелось вдаваться в подробности касательно вируса, но вероятность того, что ей придется обратиться к спящему глубоко в ней монстру пугало побольше всех противников вместе взятых. Агенту еще не доводилось так близко подходить к черте своей второй сущности, способной и помочь, и погубить их обеих поровну. Но чем дальше развивались события, тем явственнее Аломар понимала, что избежать этого не получится. Задетая двусмысленностью ответа, Энжела изумленно взглянула на напарницу, когда в воздухе раздался низкий гул, поглощая дальнейшие слова девушки, а после воцарилась тьма, словно кто-то невидимый пролил на холст банку чернил. Паники добавляли и крики различной тональности, хлынувшие из-за окон, и звук перестрелок, изредка захлебывающийся воем и отрывистыми командами. По привычке схватив Энжелу за руку, Шева повела ее между высокими стенами ящиков, возвышающихся по разные стороны. Неважно, что послужило причиной хаоса, но не воспользоваться им было бы неразумно. В воцарившейся неразберихе шансы на успешный побег значительно возрастали. Главное теперь — это не попасться на глаза похитителям и не угодить под шальную пулю, пущенную в их сторону. Видящая — пусть и похуже — в темноте Энжела послушно семенила за Шевой, не выказывая и тени недовольства. По счастью, она была довольно разумна, чтобы понимать, насколько серьезно зависит теперь от своей провожатой и умения слушаться. Минув очередной проход между ящиками, спутница резко остановилась и потянула Шеву на себя, неотрывно взирая на дверь впереди. — Ты… ты это слышишь? — зашептала она, отчаянно стискивая рукоять пистолета. — Сюда кто-то идет! Приложив палец к губам, мулатка отпустила ладонь Энжелы и скользнула к проходу, занимая позицию сбоку. Сейчас она явственно ощущала приближающиеся мужские голоса и грохот шагов, порожденный тяжелыми подошвами. Ожесточённо споря между собой, незваные гости стремительно приближались к убежищу девушек. Жестом приказав напарнице спрятаться, Аломар убрала пистолет и, придвинувшись к двери еще на несколько шагов, замерла в полуобороте. В тревожной темноте завода собственные удары сердца казались колокольным набатом, отдавая звоном в ушах. И по мере приближения он становился все громче. Сжатые в кулаки пальцы впились в ладони, оставляя на коже аккуратные полукружья ногтей. Агент сама не могла объяснить, чего опасалась больше: значительного численного превосходства со стороны неприятеля или того, что ей сейчас придется сделать? Вырвавшийся из горла рваный вздох застыл на губах. Так было всегда, когда ей приходилось вынужденно обращаться к способностям, сражаясь за свою и чужую жизни, пусть и ценой отобранных вражеских. Природой заложено, что входя в помещение, человек в первую очередь обращает внимание на то, что находится на уровне его глаз, и лишь после этого осматривается по сторонам. Чем и решила воспользоваться девушка, сдвигаясь чуть ближе к двери. В тот момент, когда она открылась, впуская незваных гостей с приборами ночного видения, ближний из них взвыл и согнулся пополам, когда ему под ноги метнулась чья-то шустрая тень. Прижимая ладонь к солнечному сплетению, противник отступил назад, утратив всякую бдительность. От врезавшейся в его лицо женской коленки брызнула кровь из носа. Сложенные в замок руки взмыли вверх и резко опустились в красивом добивающем ударе, отправляя врага в отключку. Перемахнув через оседающее на пол тело, девушка переключила внимание на следующего. Вопреки ожиданиям, противник молниеносно ушел от удара, вернув его девушке, и снова сдал вбок, перейдя в нападение. Раздавшийся следом звук агент бы не перепутала даже лежа в коме — замершая напротив фигура вытащила из чехла нож и пошла на нее, с поразительной скоростью рассекая лезвием воздух. Использовать в данной ситуации огнестрельное оружие было бы наивысшей глупостью. Находясь на расстоянии вытянутой руки неприятель не дал бы ей даже выстрелить, не говоря уже о том, чтобы прицелиться, в то время, как стоящий на пороге друг бандита пытался это сделать. Из-за постоянно меняющегося местоположения сторон и риска попасть в своего, невольный зритель стычки убрал, наконец, бесполезный пистолет и тоже вытащил нож. Отбиваясь теперь уже от двоих, девушка не могла не отметить неприятно поразившей ее быстроты нападающих. На плече заалел и мгновенно затянулся порез, следом лезвия прошлись по боку и ключице. Развернувшись на месте, Аломар с небрежной оглядкой через плечо нанесла удар ногой — и оказавшийся позади противник тоже выбыл из игры. Еще разворот — и выставленную перед лицом ладонь насквозь пробил обоюдоострый клинок. Отдернув руку, Шева с трудом вырвала его из раны и, встав в боевую стойку, пошла на последнего уцелевшего неприятеля. Рывок вперед, сжимающаяся на горле здоровая рука и заключающий удар в район сердца отправили его догонять своих дружков на том свете. Прижавшись к стене, Шева замерла на несколько секунд без движения. Теперь, когда запал боя прошел, вспыхнувшая в ранах и, особенно, в ладони боль, напомнила о себе с утроенной силой. Уголки глаз предательски увлажнились от выступающих слез. Кое-как подавив всхлип, агент бережно отвела в сторону регенерирующую руку. Демоны пустыни. Если бы их было четверо и действо происходило на свету, у мулатки не осталось бы шанса на победу. — Амалия…? — позвал из темноты дрожащий голос напарницы. Обо что-то споткнувшись, девушка осторожно пробралась вперед, вглядываясь в глаза напротив. Ставшие алыми, с хищными разломами кошачьих зрачков, они внимательно взирали на Энжелу. — Они мертвы? — Двое так точно. У меня не было времени и желания устраивать показательные бои, Энжела. Надеюсь, ты это поймешь, — Шева невольно вздрогнула и прищурилась, когда в помещении так же внезапно включилось освещение. Ставшая полем брани комната была выстлана телами и залита кровью. Присев возле одного из тел, агент произвела беглый осмотр. Результатом мародерства стали фонарик и боевой нож со сдвоенной гардой. Его мулатка изъяла вместе с ножнами, приторочив их к талии. Последним приобретением стал прибор ночного видения, больше похожий на солнцезащитные очки. Оглядев его со всех сторон, Аломар сделала быстрое движение кистью, бросая его точно в руки напарницы: — Лишним не будет. Особенно, если нам снова придется блуждать впотьмах. Убери куда-нибудь подальше и не вздумай одевать там, где присутствует освещение. Прибор очень светочувствителен, высок риск ослепнуть. Изменившись в лице, девушка медленно, словно нос к носу столкнулась с разбуженной ото спячки гадюкой, убрала прибор, зацепив его за вырез майки. — Еще несколько таких предостережений и ты научишь меня бояться собственной тени, — нервно пошутила она. — Я научу тебя выживать и не более, — холодно парировала Шева. — За мной. — Признаю, я сморозила глупость. Никогда не видела ничего подобного, — призналась Энжела, нагоняя агента в дверях. — Прости. — Неудивительно. Это новейшая модель. Подобные приборы стоят на вооружении в элитных подразделениях американской армии и используются с большой осторожностью. Зато у них прекрасная видимость. — Откуда ты столько всего знаешь, ты служила в войсках? — Почти, — агент выдала слабую улыбку. Вспоминания о былых временах работы в рядах BSAA были еще слишком болезненны. Теперь, когда ее прежняя жизнь разрушена, приходится задумываться о новой — и это волнует. Из того, что напоминает о прошлом, у Аломар остались друзья и надежда на лучшее. Уловившая заминку в голосе Шевы, напарница снова извинилась, и дальнейший путь они проделали в полном молчании. Крадучись по коридорам, как две кошки, и осторожно выглядывая из-за угла, беглянки проделали немалый путь. На счастье, им не повстречалось ни единой души и, если бы не отголоски далекого боя, идущего откуда-то снизу, можно было бы подумать, что они остались одни на жутком заводе. А переходы все тянулись, сменяя одно помещение другим и уводя вглубь постройки. В одном из них агент неожиданно отдернула пальцы от ручки двери, чутко прислушиваясь к звукам. На фоне перестрелок и капающей где-то рядом воды едва различался мягкий цокот, становясь то дальше, то ближе. Складывалось впечатление, что его источник нарезал круги по комнате, периодически останавливаясь у двери, за которой скрывались беглянки. Не привыкшая к такой атмосфере Энжела заметно нервничала. Пистолет в ее руке подрагивал, когда его обладательница, прикусив губу, наводила прицел на дверь. — Никогда не наводи пистолет, если не собираешься выстрелить, — опустившаяся на ствол Маузера ладонь мягко, но настойчиво увела его вниз. — А если решишься — сними его с предохранителя. Идем. Что бы там ни было, оно ушло. Выставив перед собой оружие, Шева потянула на себя дверь, открывая их с Энжелой взорам очередной коридор с непрерывно мигающей лампочкой и вырванной решеткой вентиляции, зияющей в стене темным квадратом. Отсюда шло две двери: одна была наглухо закрыта, а вторая вела вбок, уютно устроившись за поворотом. В нее и направились девушки, не отходя друг от друга ни на шаг. Ощущение угрозы, витающее вокруг, заставляло оглядываться даже на собственные тени. Под пальцами Шевы проклятая дверная ручка словно ожила, начав плавно опускаться вниз. Не сговариваясь, девушки отступили назад. Скользнув за спину агента, Энжела вскинула пистолет и щелкнула предохранителем, готовая пустить оружие в ход при малейшей угрозе. Не помышляя о поджидающей по ту сторону комиссии, угроза уверенно шагнула через порог и изумленно присвистнула, узрев два пистолетных дула, недвусмысленно направленных в ее сторону. — Всего несколько часов вместе и уже такие перемены. Ты плохо влияешь на Энжелу. — О ней не беспокойся, лучше подумай о себе, — посоветовала мулатка, не спеша спускать мужчину с прицела. — С чем пожаловал, Райан? — С деловым предложением, — лицо сероглазого украсила полная лукавства усмешка. — В прошлую нашу встречу мне показалось, что Энжела хочет домой, и я могу это устроить. Не за просто так, конечно, но заламывать цену, так уж и быть, не стану. Тем более, что совершенно случайно мне оказалось по пути. Что скажешь, Энжи? Вспыхнувшие надеждой глаза девушки говорили сами за себя, но озвучить решение вслух она не осмелилась, оставляя инициативу за Шевой. Чуть прищурившись и склонив голову набок, агент испытующе взглянула на Райана. К этому человеку она питала противоречивые чувства, превращая принятие простого, казалось бы, решения в настоящую пытку и уподобляя союз с ним в ходьбу по минному полю. В конце концов Аломар наградила знакомого не самым ласковым взглядом и чуть опустила пистолет. — О какой цене ты говоришь? Твое шакалье сообщество и так нажилось на ее похищении. Лучше уйми фантазию и проваливай, пока цел. Я не хуже твоего смогу позаботиться о ней, и заметь — совершенно бесплатно. — Весьма спорный момент. Разреши привести тебе пару весомых доводов, и, уверяю, деньги по сравнению с ними покажутся тебе меньшим из зол. Тем более, что четыре миллиона прошли мимо меня, — сероглазый с досадой пожал плечами. — Но вернемся к делу. Единственный безопасный путь отсюда знаю лишь я и могу вывести вас отсюда. Разумеется, ты можешь попытать удачи и пробиться напрямую, но, думаю, что мои бывшие подчиненные, занятые сейчас проникшими на завод тварями, найдут время и для вас обеих. Я не знаю, какая сила заставила явиться тебя на эту, заведомо самоубийственную встречу и с такой легкостью раскидать моих лучших ребят, но даже она тебе сейчас не поможет, потому что рядом с тобой заложница. Изобличающий взгляд мужчины скакнул на Энжелу. Неожиданно смущенная девушка переступила с ноги на ногу и опустила оружие: — Он прав, Амалия. Я стану для тебя обузой и тогда, мы обе погибнем. Давай пойдем с ним, пожалуйста. Мои родители найдут деньги… наверное. Сжав челюсти, дабы не выпалить что-нибудь резкое, мулатка испытующе глядела на Райана. Внутри агента бушевал настоящий цунами из ярости, но, несмотря на это, не признать их с Энжелой обезоруживающую правоту невозможно. Аломар стало невыразимо горько от мысли, что родителям девушки придется выложиться еще раз, что ей самой придется запереть глубоко внутри неприязнь к сероглазому и согласиться с его условиями, но ради благополучия Энжелы придется пойти на уступки. Угрожающе поблескивающий Кольт медленно, но неуклонно пополз вниз, уставившись в пол. — Если бы не обстоятельства, черта с два я бы тебе доверилась. Веди. Но для начала, — поднявшееся оружие девушки качнулось в сторону, указывая за один из пистолетов в опущенных руках Райана, — отдай мне мой Глок.