Мандарины на снегу.

Из приятной дремы Артура вывел звук упавшей палитры. За те полгода, что он живет вместе с Эмрисом, Пендрагон осознал и научился различать малейшие оттенки звуков, издаваемых падающими предметами. Если раньше все эти «бум» и «бац» были единообразны, то сейчас он мог с 90% уверенностью сказать, что именно уронил Мерлин. Сейчас упала палитра. Значит, муж что-то рисует. Если подумать, Мерлин в последнее время был более молчаливым, чем обычно, наверняка продумывал концепцию будущей картины. *** - Я свободный художник! – в глазах горит огонь, на щеках проступил румянец, а крылья носа вздрагивают, будто «свободный художник» принюхивается к чему-то. «Словно зверь перед схваткой» - подумалось Артуру во время того диалога в кафе, на следующий день после признания. *** «Неужели он думал, что я стану, осуждать его пристрастия или не смогу разделить вкусы?» - с досадой на самого себя размышляет Пендрагон, направляясь в просторную оранжерею, переделанную теперь под нужды «свободного художника» Мерлина Эмриса. Поменять фамилию этот паршивец так и не захотел. Артур открыл стеклянную дверь, да так и застыл на пороге, не в силах двинуться с места. Солнечный свет, свободно проникающий сквозь стеклянные крышу и стены оранжереи, свободными потоками лился, казалось, со всех сторон. В самом центре этого великолепия вполоборота стоял Мерлин, укутанный в простынь, увлеченно выводивший что-то на холсте. Артур легко различал пятна белой и оранжевой краски на пальцах лучшего из мужчин. Голую грудь так же украшали мазки масляной краски, Мерлин всегда был неряхой, но это лишь добавляло ему шарма. Объект столь пристального внимания Пендрагона, озадаченно потер ухо рукой, измазав и его, после чего издал удовлетворенный вздох, оглядывая холст. Мерлин даже отошел на пару шагов, чтобы лучше рассмотреть, но наступил на край собственной простыни, и оранжерея огласилась грохотом костей. Артур кинулся к любимому. - Мерлин, ты не ушибся? – блондин заглянул ему в глаза, ища там ответ. Эмрис лукаво взглянул на него, наклонив голову к плечу. - Ничего такого, о чем можно было бы волноваться не слу… - закончить ему не позволил Артур, впившийся жадным поцелуем в губы. Мерлин удовлетворенно застонал в поцелуй и позволил языку Артура хозяйничать у него во рту. «Принц» с удовольствием целовал мягкие губы, провел носом по шее, впитывая в себя запах Мерлина, смешанный с ароматом масляных красок и растворителя. От этой безумной смеси у Пендрагона совсем отказали тормоза. Он повалил любовника прямо на пол, коленом развел его бедра в стороны и прижался так плотно, как только мог. Снова впился в губы, отчаянно целуя этот любимый рот, сталкиваясь зубами, кусая и посасывая нижнюю губу. От удовольствия кружилась голова, Мерлин под ним извивался белокожей змеей, обжигал взглядом потемневших от вожделения глаз и с удовольствием принимал ласки. Артур зарычал, сорвал простынь с худых бедер и, не глядя, кинул ее за спину. Дрожащий от возбуждения Мерлин томно посмотрел на него из под ресниц. - Возьми меня, ты ведь этого хочешь. – Чертов ирландец, знает, как свести его с ума. – Плохой мальчик. – почти стонет он в ухо Артуру. Блондин ухмыляется, спускаясь поцелуями по шее к ключицам, вылизывает с наслаждением выступающие косточки, посасывает бледную кожу, расцвечивая ее быстро наливающимися синяками. Спускается ниже, хватает губами напряженный сосок, прикусывает его, вырывая полувсхлип-полустон. Ведет языком ниже, целует выступающую косточку на бедре, проводит языком по лобку любовника, не касаясь члена. Артур с наслаждением слышит разочарованный вздох. «Помучайся немного» - думает он. После чего заглатывает головку, ловко проводя языком по уздечке возбужденного члена. Пальцами он дразняще ласкает ствол. Мерлина бьет дрожь. Он выгибается навстречу ласкающим губам, толкается в горячий плен тугого горла, поднимая бедра и не понимая, что делает. Артур покорно принимает его член, проводит пальцами по губам. Мерлин тут же затягивает пальцы в рот и начинает их посасывать. Теперь от нехитрой ласки постанывает Артур. Эмрису нравится вибрация горла, движения его бедер ускоряются. - Артур… Боже… я сейчас… Договорить он снова не успевает, на этот раз из-за пальцев, которые блондин ввел в него. Внутри горячо и тесно, Артур жмурится, сосредоточившись на ощущениях, он полностью растворяется в них. Ласкает любовника порывисто и быстро. - Мерлин, я больше не могу.. – выдыхает он в полуоткрытые губы и получает молчаливое согласие, ирландец разводит ноги еще шире, позволяя взять себя. Артур мягко погружается в него. Медленно, полностью. Когда его лобок касается разгоряченного входа, Пендрагон замирает на несколько мучительно долгих мгновений, давая Мерлину передышку, чтобы начать двигаться в бешеном ритме. Он задыхается от наслаждения. Мерлин вцепился ногтями в плечи, наверняка расцарапает, но в этом нет ничего страшного. Носить на теле метки Мерлина приятно. Артур отпускает себя и двигается быстро, яростно вбиваясь в худого парня под ним. Мерлин стонет и тянется рукой к налитому члену, желая разрядки, но Артур хочет еще, поэтому он отводит руку и удерживает за запястье, не давая удовлетворить себя. Брюнет стонет в голос, эти звуки так приятно слышать. Артур закрывает глаза и утыкается в шею Мерлина, проводит носом, вдыхая запах Мерлина, его пота, краски… Вся эта круговерть ощущений сводит с ума. Счастье переполняет, и Артур с криком кончает в Мерлина. Он ложится рядом, потому что слишком тяжелый для хрупкого Эмриса и рукой помогает ему кончить. Мерлин тихонько вскрикивает, и белесая струйка бьется в подставленную ладонь Артура. - Я люблю тебя… - шепчет Мерлин, проваливаясь в сон, прямо на мраморном полу оранжереи. - Я тоже люблю тебя. – улыбаясь произносит Пендрагон, понимая что Мерлин уже спит. Вопреки законам логики, на зацелованных губах спящего, появляется по-идиотски счастливая улыбка. *** Артур отнес Мерлина в спальню, а сам пошел в оранжерею, чтобы убрать тот бардак, что они устроили. Пендрагон без колебаний зашел в залитую солнечным светом комнату и встал как вкопанный. На мольберте снежной белизной сияло полотно. На картине были нарисованы всего лишь мандарины. Раскатившиеся по снегу. Мандарины на снегу. Против воли, на лице Артура появилась идиотски широкая улыбка.