Моё я - ненавидит меня

      Это был теплый сентябрь. Листья уже успели поменять свой цвет и опасть на землю. Безлюдная аллея, где на скамейке сидел невысокий парень с голубыми волосами, что развивались на ветру, а его голубые глаза, что сочетались с цветом волос, излучали полную безэмоциональность, и белоснежный медицинский халат, который был на нем, почти сливался с его цветом кожи. В руках его тлела только подпаленная сигарета. Хоть он и был врачом и работал в больнице через дорогу от аллеи, он прекрасно знал и сам видел к чему приводит курение, но ничего не мог с этим поделать, так сказать, его работа была довольно сложной, не столько физически, как морально. А сигареты, хоть и самовнушением, но расслабляли от навалившихся на него дел в последнее время. Потушив сигарету об мусорный бак, он поспешил вернуться к работе. Переступив порог больницы его встретил мужчина с зелеными волосами и точно такими же глазами, и в таком же белом халате — Куроко, опять ты губишь свое здоровье, — скрестив руки на груди произнес зеленоволосый. — Ничего не могу с этим поделать, Мидорима-кун, — пожав плечами, признал Тецуя. — У тебя сегодня новый пациент прибыл, поспеши в 201 кабинет, пока он там все не сломал, — договорив, Мидорима сразу же поспешил вернуться к работе. Шинтаро отвечал за инфекционное отделение, которое находилось в другом крыле здания. Тецуя времени тоже не терял, поэтому сразу же поспешил в палату. Собираясь войти, Куроко услышал за дверью шум разбитого стекла, а после оттуда выбежала медсестра — Что здесь происходит? — резко открыв с руки дверь, это заставило обладателя алых волос успокоится. На полу валялся разнос и осколки от пузырьков с лекарствами. — Пожалуйста, успокойтесь, — спокойным голосом проговорил Тецуя, собирая осколки с пола. — Успокоиться? — но ничего на это не ответив, парень принялся помогать врачу. — И в чем же причина вашего поведения? — все тем же безэмоциональным голосом говорил парень. — Вы же доктор, сами должны знать, — усмехнувшись, красноволосый положил собранные осколки на разнос. После присев на больничную койку, закрыв лицо руками. Смотря на такую картину, Куроко было совсем его не жаль. Но читая медицинскую карту, можно было легко понять, что он помочь ему не сможет, пока тот сам, этого не пожелает. — Я ваш лечащий врач и с сегодняшнего дня я буду заходить к вам утром и вечером, в остальное время за вами будут приглядывать медсестры, Акаши-кун, — пока тот хотел что-то сказать в ответ, Тецуя уже покинул палату, где за дверью его встретил Мидорима-кун. — И что скажешь? — с Шинтаро он был знаком еще с медицинского университета, хоть они и учились на разных специальностях, но часто виделись в столовой, где и познакомились. Он оказался человеком очень интересным, с широким кругозором. — Думаю, что отпуска мне летом не видать, — слабо улыбнулся уголками губ. POV Акаши — Отец, ты не понимаешь, что это «лечение» мне не нужно, — но эти слова адресованные мужчине, с короткими темно-красными волосами, не воспринимались всерьез, думая, что он сам прекрасно знает, что нужно, а что нет. — Это ты ничего не понимаешь, поэтому либо ложишься в больницу, либо я отказываюсь от тебя, — сказав это, Акаши остался в своей комнате один, наедине со своими мыслями. Кровь закипала в жилах, а самоконтроль куда-то пропал. Удар. Теплая кровь плавно стекала по лицу, капая прямо на дорогой ковер. Наверное будет сложно отмыть, подумал Сейджуро, сразу забыв об этом. «Может лучше спрыгнуть с окна?». — Снова этот голос, — подходя к окну, открывая его нараспашку, прямо в лицо подул весенний ветерок, раздувая алые, довольно отросшие волосы в разные стороны, а застывшие дорожки крови портили аристакратические черты лица. Сейджуро сам не понимал, что с ним творится. Но этот голос в последнее время стал появляться все чаще, заставляя что-то делать с собой. Сопротивляться не хотелось, кроме как подчиниться и отправиться в полет. — Может, стоит попробовать? Все равно это только третий этаж, — вставая на подоконник, разворачиваясь спиной, расставив руки в стороны. «Давай» Эти слова послужили толчком. Секунда, и Сейджуро уже находился в свободном падении, которое длилось от силы пару секунд, но этого хватило, чтобы адреналин распространился по всему телу, до кончиков пальцев. Очнулся Акаши, когда уже солнце заходило за горизонт, окрашивая облака то в розовый, то в оранжевый. — Красиво, — лишь губами проговорил Сейджуро, прежде чем погрузиться в сон. Проснулся он уже в своей кровати, над которой возвышался отец. — Завтра тебя отвезут в больницу, — это все, что услышал Сейджуро, прежде чем заснуть. Утром голова раскалывалась от боли, поэтому прыгать в следующий раз не стоит, либо нужно брать на несколько этажей выше. Акаши до больницы отвез личный водитель отца. Всю дорогу Сейджуро рассматривал пейзаж за окном, как от легкого ветерка трепало макушки деревьев, а листья переливались под солнечными лучами. Рядом с ненавистной больницей Акаши заметил аллею, где вдалеке он разглядел макушку голубых волос, сразу же отводя взгляд. Он мог провести так весь день, если бы не грубый голос водителя. — Мы на месте, Акаши-сан, — огорченно вздохнув, пришлось покинуть салон автомобиля, забрав спортивную сумку с вещами из багажника, собранную горничной. Заходить Сейджуро не спешил. Кто знает, когда он выйдет из неё? Но ждать долго не пришлось, из здания вышел парень с копной зеленый волос в белом халате, который так и хотелось отобрать и затоптать. — Меня попросили отвести вас в вашу палату, пройдемте за мной, — ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Не успев переступить порог, эти белые стены уже начинали бесить. А в голове промелькнула мысль, что больше похоже на психушку, чем на больницу. — Располагайтесь, скоро к вам подойдет медсестра, — сразу же покинув палату, оставляя Сейджуро наедине со своими мыслями. «Ты никогда отсюда не выйдешь, думаешь тебя здесь будут лечить?» Не успела зайти медсестра в палату с разносом с лекарствами, как Акаши накинулся на нее, выбивая препараты из рук. Сердце колотилось как бешеное, сжимая кулаки до хруста костей. Медсестра с криком сразу же выбежала из комнаты. Но злость сразу куда-то подевалась, стоило только увидеть безэмоциональное лицо точно с такими же глазами, как изящные, длинные пальцы сразу же принялись собирать осколки с пола. Было бы неправильно не помочь убрать то, что устроил сам. Когда все было убрано, Акаши и не знал, что сказать, что послужило причиной его поведения, закрыв лицо руками, не понимая, что произошло, пока не послышался хлопок двери. «Никто тебе не поможет.»