Wild hearts can' t be broken

Закат... Водопад, что на краю обрыва – одно из любимейших мест Покахонтас. Отсюда видно море, чувствуется его атмосфера, легкий ветерок приносит морской воздух, навевающий спокойствие, какую-то внутреннюю умиротворенность. Она могла часами стоять здесь, забывая обо всем, что было, будет, может быть, обо все бедах и невзгодах. Развевая длинные девичьи волосы, ветер пел ей морские колыбели, унося за собой в другой мир, полный чудес, странствий и загадок. Находясь у этого водопада телом, душой она, подобно птице, улетала вдаль, туда, где никто не найдет, никто не догадается, где она. Такое уединение порой доставляло ей куда больше радости и счастья, чем пребывание в чьем-то обществе. Оставшись наедине с природой, она слушала истории ветра, закрывая глаза, представляла себя их частью, будто обретая крылья и улетая куда-то вдаль. Но вот ветер утих, девушка выдохнула, медленно открыла глаза. Почуяв сзади чье-то приближение, она медленно обернулась. К ней летел Флит – маленькая птичка-колибри, друг Покахонтас. Улыбнувшись прилетевшей пташке, девушка подняла руку, согнув ее в локте и выпрямив указательный палец, на который приземлился Флит. Он интригующе щебетал, пытаясь что-то сказать своей давней подруге. - Что такое, Флит? - ответила птичке Покахонтас, - Кто-то пожаловал на наши земли? Было ясно, что колибри считает очень интересным и важным то, о чем щебечет. Однако девушка навряд ли в точности могла понять, что маленькая птичка имеет виду. Поэтому Флит, решив долго не тянуть, вспорхнул ввысь, после полетев стремительно вперед. «Ну-ка, что же ты там нашел?» - заинтересованно спросила Покахонтас и побежала за птичкой вперед, через лес, отделявший обрыв от деревни. Путь был недолгий, ведь оба знали этот лес как свои пять пальцев. Выбежав на холм, спуск с которого вел прямо к деревне, девушка остановилась, осмотрелась. Флит продолжил порхать, остановившись справа от девушки, а затем снова защебетал. Покахонтас обернулась к нему, спрашивая: «Так что такое, Флит?» - недоумевала она сначала. Ей думалось, что что-то произошло в деревне, однако это было не совсем так. Посмотрев вперед, она увидела лошадей. Среди них были трое знакомых ей коней. Первым делом ее взгляд пал на Рейн, верхом на которой сидел ее друг-индеец. «Ты позвал меня, что бы сказать, что Ручеек вернулся?» - Покахонтас посмотрела на Флита с полной любопытства улыбкой. Она была несомненно рада, что он вернулся, однако, насколько девушка помнила, колибри не очень-то его любила, как и многих знакомых Покахонтас. Были ли Покахонтас и Ручеек знакомы? Конечно же. Можно было даже сказать, что они были друзьями, ибо проводили вместе много времени. Чаще всего вместе с ними была и Рейн – пегая лошадь индейца. Они играли, веселились, а она смотрела. Хотя иногда Рейн не обделяла вниманием и Покахонтас. Лошадь подходила к девушке, на что та гладила ее, обнимала, разговаривала с ней. Так они проводили много времени. Именно Ручеек научил Покахонтас общению с животными и ездить верхом. Так они и сдружились. Когда Ручейка поймали, Покахонтас ухаживала за Рейн. Они вместе ждали его. А в этот день пегая вела себя как-то странно. Она будто чувствовала, что что-то произойдет, рвалась из деревни. Девушка доверяла лошади, поэтому просто отпустила ее, надеясь, что они обе знают, что делают. А теперь Рейн со своим другом вернулись домой. С их другом. - Постой-ка! - вдруг воскликнула Покахонтас, вновь посмотрев на происходящую там, вдали картину. – А что это за конь? - поинтересовалась она, присев и потихоньку начав подбираться ближе. За тремя едущими верхом индейцами шел еще один конь, но уже без всадника. Он был цвета песка, с черными отметинами на ногах и мордочке. Такими же черными, словно вороново перо, были его грива и хвост. Сам конь шел немного понурый, отчасти не понимая, что происходит. Покахонтас было трудно разглядеть его. Между ними сохранялось довольно большое расстояние, да и темнело уже, если не сказать, что было совсем темно. Однако, любопытство одерживало верх. Девушка встала и махнула рукой Флиту: - Идем, идем! - после чего побежала вниз с холма в направлении круглого загона, где обычно находились лошади. Бежала она в обход, не желая попадаться на глаза новоприбывшим людям, и поэтому оказалась на месте лишь тогда, когда новый конь уже стоял в леваде, а индеец снимал с его головы узду. Покахонтас подкралась к забору на четвереньках и остановилась, спрятавшись за Рейн. Девушка надеялась, что ее никто не заметит. В это время Ручеек снял с жеребца оголовье. Конь активно зашевелил нижней челюстью, почувствовав свободу от неприятного, причиняющего боль железа. Придуманная кавалеристами, эта часть упряжи заставляла бедных лошадей страдать. Наверное, этого коня спасли вместе с Ручейком. Интересно, у него уже есть друг, которого посчитали бы его хозяином? Девушка не любила фразу «хозяин лошади». У них в племени почти у всех лошадей были лучшие друзья, с которыми они проводили все свое время. Поэтому Покахонтас надеялась, что этот конь необычного окраса еще не нашел себе такого друга. Она мечтала о лошади, о друге-лошади, с которой всегда будет рядом. Каждый раз, смотря, как Ручеек проводит время с Рейн, она загоралась желанием найти копытного друга, который действительно разделит ее интересы, характер и душу. Однако, до сих пор не могла найти такого товарища. Сейчас Покахонтас с улыбкой смотрела на жеребца. Он был прекрасен, как картина. Девушка могла смотреть на него целую вечность, но ее отвлек неожиданный голос Ручейка, восклицающий: - Так намного лучше, правда? - конь просто склонил голову, а индеец отвернулся от него, желая повесить узду на одно из бревен, входящих в состав заграждения. В это время Покахонтас, пока парень не видел, подбиралась поближе к лошади. Девушка старалась двигаться тихо и незаметно, чтобы не побеспокоить Ручейка и жеребца. В это время индеец тихо выпустил Рейн из загона, не желая потревожить его сон. Покахонтас осталась наедине с новоприбывшим конем, однако все равно продолжала следить за окружающей обстановкой. Медленно поднявшись, девушка отошла назад, чтобы лучше рассмотреть лошадь. В это время к ней неожиданно подлетел Флит, начав что-то щебетать. Покахонтас быстро поднесла указательный палец к губам: - Тише! Тише! - прошептала она, а затем, немного попятившись, развернулась и пошла по направлению к яблоне, что растет неподалеку от деревни…