Мята

      - Ваше зелье ПОЧТИ идеально, Лили, - удивленно проговорил профессор Слизнорт. - Клянусь Мерлином, оно ПОЧТИ так же хорошо, как и у Гарри! Он еще немного потыкал в мой котел и понюхал содержимое.       - 10 баллов Гриффиндору за отлично сваренный Эйфорийный эликсир! – вынес он свои вердикт. - Честное слово, мисс, вы мне все больше напоминаете одну мою бывшую студентку, - Слизнорт как-то неловко дернулся в сторону Гарри.       - Кого, сэр? – вежливо поинтересовалась я.       - Ее тоже звали Лили, - и он опять посмотрел на Поттера. Что-то здесь нечисто. Надо бы поговорить потом с нашим мальчиком-который-выжил. Я начала медленно собираться, пока пузатый профессор протискивался между учениками, проверяя их зелья. К слову, Гриффиндор получил сегодня еще 25 баллов (15-Гарри, 10 – Гермиона. Она его точно когда-нибудь прикончит).       - Гарри, ты должен избавиться от этого учебника, - завела старую песню волшебница, стоило нам покинуть кабинет.        - Гермиона, ты все равно самая умная, - попытался подмазаться Поттер.       - Дело не в этом, - отрезала девушка. - Ты беспрекословно действуешь его указаниям! А вдруг там что-то опасное или запрещенное? Ты же даже не знаешь, к чему могут привести эти его «дополнения» к рецептам.       - Но пока же еще ничего не произошло, - Гарри пожал плечами и зашагал немного быстрее.       - Лили, ну я же ведь права?       - Ну не знаю, он же пока действительно не принес никакого вреда. Я не собиралась открывать всем тайну о том, чей это учебник, но всячески пыталась убедить Гермиону, что ничего вредного там быть не может. Мое доверие к Снейпу перестало вмещаться в рамки адекватности. У такой веры просто не было логических объяснений. Но я чувствовала, что он благороднее многих, и потому не переживала за Гарри. Во время обеда я все-таки решилась поговорить с Гарри о том инциденте на зельях. Мы сидели втроем за столом, потому что Рон снова был во власти Браун.       - Ну это просто невозможно, - возмутилась Гермиона, - они постоянно целуются! Мы сожалеюще глянули на нее, потом на Рона, сидевшего чуть поодаль и снова уткнулись в тарелки.       - Гарри, - начала я через пару минут, - ты помнишь, что сказал сегодня Слизнорт на уроке?       - Эм, что именно? Он много чего говорил. Надеюсь тебе не вздумалось сейчас обсуждать свойства флоббер червя? – он изобразил рвотный позыв       - Нет-нет – торопливо ответила я, так как почувствовала, как пюре просится назад от одного упоминания. - Я про его бывшую студенту, и что я ее ему напоминаю, - кое-как сформулировала я.       - А-а-а… ну да.       - Кто она, и почему он так на тебя смотрел?       -Ну это как бы моя мама, - ответил он пялясь на свой кусок хлеба. Повисло неловкое молчание между нами троими (остальные продолжали активно уплетать пищу и галдеть). Я даже не знала, как сформулировать вопрос. Не спросишь же у него «Я что правда похожа на твою умершую мать?». Но Гарри ответил сам, словно прочитав вопрос в моих глазах.       - Я не думаю, что ты на нее похожа. Цвет волос – да, ну и имя, а так… - неопределенно закончил друг и пожал плечами.       - Ты безумнее это точно, - продолжила Гермиона, - она бы точно не стала связываться с профессором Снейпом. Мы улыбнулись друг другу и неловкость немного ушла. Но тут в моей голове что-то зашевелилось. Снейп. Он что-то… Что-то такое я помню. Что-то про… Я чуть не упала с лавочки назад.       - Гарри, а какая у нее была фамилия? Ну до замужества, - торопливо проговорила я.       - Эванс. А что… Продолжение я уже не слышала. У меня зашумело в голове от нахлынувших воспоминаний. После квиддича, когда мы обнимались с Гарри, Снейп чуть не сказал: «А Поттер и Э…» Эванс. Но почему? ***       Вечером среды мы вдвоем с Гарри сидели в общей гостиной и писали работу по магловедению. Изрядно покорпев над описанием судебной системы в Великобритании, я с воплем раненого животного откинулась на спинку кресла и вытянула ноги.       - Бо-оже, Гарри, мы то думали, что для нас этот предмет будет «халявным». Вот подстава. - Угу, - промычал друг все еще сочиняя вывод. Я закрыла глаза и попыталась расслабиться. Но в голову тут же полезли всякие мысли: о Герми и Роне, о бедном Гарри, который боится потерять друзей, о Дамблдоре (внезапно) и что такого он там рассказывает мальчику со шрамом, о Лили Эванс и о… Снейпе. Через какое-то время я услышала тот же полный страдания звук чуть правее меня, и чьи-то ноги задели мои под столом.       - Прости, - вяло пробубнил Гарри. Приоткрыв глаза я увидела друга в позе "студента Хогвартса, которого уже все достало", проще говоря, в том же положении, что и я.       - Это просто какой-то ужас, - теперь он тоже открыл глаза. Мы какое-то время молча смотрели друг на друга, просто потому что лень было переводить взгляд.       - Лили, - вдруг выпрямился Гарри, - я тут подумал о том нашем разговоре.       - О каком? – я кое-как привела себя в более собранное положение       - Ну о том, что тебе сказал Слизнорт.       - эм…       - Просто ты правда на нее похожа. Я сразу так подумал, как тебя увидел. Не знаю, почему соврал в Большом зале.       - эм..., - мозг нещадно подвисал, - а у тебя нет случайно ее фотографии?       - Есть, конечно. Он засунул руку в лежащую у его ног сумку и, покопавшись, вытянул тонкую книжку, а оттуда достал потрепанную фотографию. Было видно, что ее часто доставали, держали в руках и убирали обратно. Он протянул мне колдографию, и я осторожно взяла ее в руки. На ней двое: мужчина и женщина – стояли на фоне озера (возможно это даже наше Черное озеро). Мужчина улыбался в камеру, держа за руку молодую женщину, которая то смотрела на него и смеялась, то поворачивалась к камере с наигранной серьезностью.       - Они здесь такие юные, - тихо проговорила я, продолжая рассматривать свою теску.       - Да, всего года на полтора старше нас… Мужчина был как две капли похож на Гарри (точнее наоборот: Гарри на него). А вот я нисколечко не походила на Лили. У нее был открытый взгляд против моего тяжелого, аккуратной нос, а у меня этот орлиный клюв, разве что нижняя часть лица немного похожа, но все же…       - Она такая красивая.       - Ты тоже, - сказал Гарри, и я оторвала взгляд от изображения. Парень поспешно забрал у меня снимок и с торопливой неловкостью стал прятать его в школьную сумку.       - Спасибо, - как-то неуверенно ответила я, - но все-таки на твою маму я не похожа. А вот ты весь в отца, - задорно сказала я, попытавшись сменить тему.       - Да, мне это все говорят. Если честно, я это слышу с самого первого курса, - его голос звучал наигранно возмущенно.       - Ну-ну, не плачь, - подыграла я ему, делая сочувствующий вид.       - Ты не то, чтобы внешне как она, - черт, все-таки вернулся к теме, подлец, - здесь что-то другое. Не знаю… просто ощущение, что вы похожи. Не могу объяснить. Я не нашлась что ответить. Что значит "ощущение"?       - Слушай, я страшно голоден!       - Ты что? – слишком резкие перемены для моего уставшего мозга.       - Есть хочу, говорю.       - В тебя что вселился Рон? Это обычно по его части.       - Я не успел сегодня нормально поужинать, - пожаловался Гарри, - тебя я, кстати, тоже там не видел. Желудок предательски заурчал от разговоров о еде.       - Вооот, - торжествующе воскликнул Поттер, - все, пошли есть!       - Поттер, вы что рехнулись? - зачем-то спародировала я Снейпа, - сейчас одиннадцатый час. Меньше чем через час отбой.       - Ты мне тут своего любимого не пародируй, а лучше пошли скорей на кухню.       - Любимого? – вскинулась я. - С чего ты взял вообще? Я между прочим, может быть, испытываю к нему совсем противоположные чувства!       - Тише-тише, - усмехнулся нахал, скидывая вещи в сумку, - я просто пошутил.       - Шуточки у вас, Поттер…       - Ну вот опять, - захохотал Гарри, - с кем поведешься, как говорится…, - мудро произнес он и побежал прочь из гостиной, спасаясь от моего праведного (или не очень) гнева.       - Я убью тебя, Гарри Поттер.       - Займите очередь после Волан-де-Морта, пожалуйста, - голосом тетечки из регистратуры произнес он и, смеясь, выпрыгнул за портрет. Я страдальчески поплелась за ним. ***       Набив живот всякими вкусностями, которыми нас обеспечил милый домовик Добби, мы медленно переваривали пищу, сидя на невысоких кухонных стульчиках. Время здесь ощущалось совсем по-другому, оно стало тягучим, как патока, и все вокруг словно подверглось заклятию Импедимента. Так за разговорами мы и не заметили, что уже давно перевалило за 11.       - Ну что, пойдем, наверное, - предложила я       - Да, что-то мы засиделись, - согласился мой визави, поднимаясь со стула, - только подожди секундочку. Он вдруг откуда-то достал кусок пергамент. Я с интересом стала наблюдать за его действиями.       - Торжественно клянусь, что замышляю только шалость, - к моему вящему удивлению на пергаменте стали проступать чернила, вырисовывая план. Боже, да это же план Хогвартса!       - Вот это да, - зачаровано протянула я. Гарри лишь хитро улыбнулся.       - Надо посмотреть, кто патрулирует коридоры, и не прячется ли где Филч. Я согласно кивнула и согнулась над картой. Около чулана на втором этаже околачивался Филч. Ну это нам не страшно, а вот... Вдоль коридора третьего этажа двигалась точка с надписью «Северус Снейп».       - Не переживай, - заметил мой взгляд Гарри, - прорвемся. На этот раз из-под футболки он достал какую-то ткань, серебрящимся потоком она расправилась.       - Давай сюда, - сказал друг, накинув мантию на себя и став невидимым, только рука висела в воздухе. Я читала про мантии-невидимки, но никогда не видела их вживую. Я так и осталась стоять, раскрыв рот.       - Это невероятно. Что у тебя еще есть в рукаве?       - Хах, нет, это последний фокус на сегодня. Залезай уже, - он поманил висящей в воздухе кистью. Я не без интереса взялась за ткань мантии и накрылась с головой. Жаль тут зеркала никакого нет, было бы забвно увидеть вместо себя пустоту.       - Вот так мы с Роном и Гермионой не попадаемся уже шестой год, - хмыкнул Гарри, и мы вышли из кухни. Пока я придерживала мантию, он следил за отметкой Снейпа на карте.       - Вроде он далеко, так что мы в безопасности. Я почувствовала как мои плечи немного расслабились.       - Лили, - позвал меня парень.       - Да.       - Я говорил с Дамблдором, просил его позволить рассказывать тебе о… о том, чем мы с ним занимаемся, - шепотом говорил друг, пока мы медленно шагали по второму этажу. - Поверь, мне не нравится, что мы всегда ходим вчетвером, но при этом я скрываю от тебя самое важное. Я тяжело вздохнула, вспомнив недавнюю беседу с директором, а после остановилась и немного развернулась, чтобы видеть лицо друга. Было заметно, что он и правда чувствует себя виноватым, но я ведь таковым его не считала.       - Гарри, послушай, - начала я, - если Дамблдор считает, что лучше об этом никому не говорить, то, наверное, так будет правильно.       - Но я хочу, чтобы ты знала… конечно, я пока сам почти ничего не знаю, но это все не просто так. Мне не хотелось вести этот разговор, стоя под мантией-невидимкой по среди ночи в коридоре, тем более когда сюда вот-вот может заявиться Снейп.       - Я не обижаюсь на тебя, Гарри, и не требую ничего, - попыталась заверить я друга, хотя внутри заскреблось что-то неприятное, - просто…       - Кто здесь? – раздался шкворчащий голос хогварского смотрителя. Мы мигом прижались к стене и пригнулись, чтобы не было видно ног.       - Паршивцы, кто осмелился покинуть спальни? - Филч приближался, еще метров шесть и он окажется около нас, - покажись!       - Что здесь происходит? – до боли знакомый бархатный голос.       - Профессор, кто-то из учеников бродит по коридору! – возмущено кряхтел старик.       - Идите, мистер Филч, я сам разберусь с нарушителем, - спокойно сказал Снейп, а взгляд его был направлен точно в ту сторону, где притаились мы. Гарри, кажется, перестал дышать.       «Вот тебе и поздний ужин» - как всегда вовремя объявился голос.       «Теперь нас точно убьют».       Я игнорировала его увещевания, сверля глазами Снейпа. Филч уже поковылял обратно, свет от его фонаря медленно удалялся, оставляя нас в темноте лишь под тусклым огоньком палочки грозы подземелий. Хоть я и была уверена, что он не может нас видеть, но чувство было такое, что профессор каким-то образом знает, что мы здесь и видит нас, согнувшихся, прижатых к стене и со страхом следящих за каждым его движением. Когда он пошел в нашу сторону, Гарри дернул меня за руку и потянул в бок. Мы медленно обогнули Снейпа и оказались у него за спиной. Странно, но сейчас на нем не было его вечной черной длинной мантии. Он был только в брюках и сюртуке, из под манжет которого выглядывала кипенно-белая ткань рубашки. Снейп постоял некоторое время, светя палочкой в тот угол, где мы прятались несколько мгновений назад, а потом двинулся дальше. Мы одновременно выдохнули. ***       Весь четверг я была как на иголках. Во-первых, из-за вчерашнего неловкого разговора с Гарри, во-вторых, из-за Снейпа, а в-третьих, из-за того, что сегодня я должна буду варить Амортенцию, и вот тут был нефиговый такой шанс облажаться. А знаете почему мои вторничные занятия перенеслись на четверг? Вот и я не знаю. Потому что кое-кто не потрудился мне об этом сообщить, лишь послал, какого-то запуганного второкурсника с, прости господи, Пуффендуя, который, наверное, и заикаться начал только от того, что к нему обратился Снейп (я бы точно начала, если бы передо мной возник вот этот вот в мои 12 лет). Так о чем это я... А, прибежал ко мне этот второкурсник, передал, что у "п-профессора С-снейпа" теперь какие-то дела по вторникам, и что ждать меня он будет в четверг. На вопрос "Мальчик, а почему профессор Снейп послал тебя?" пуффендуец вытаращил глаза, зашмыгал носом и убежал. В общем история мутная, как тот компот, что был сегодня на обеде. Что там еще... Ах,да.       Слава богу Гарри не стал возвращаться к опасной теме. Да и кто знает, может я просто себе зря надумала, может же друг сказать другу, что он/она красивый/красивая? Думаю вполне. Просто меня это напрягло, потому что я-то себя таковой не считала. У меня нет комплексов, не подумайте. Это правда вот и все. Я не комплексую, я контрастирую*.       К тому же это неожиданное сравнение с Лили Эванс навалилось на меня откуда-то (а точнее от Слизнорта), теперь все, кто так или иначе знал о ее существовании ходили и рассматривали меня. - Ой, посмотри, это та, про которую Слизнорт сказал… - Да неет, совсем она не похожа... ну разве волосы. И такое слышалось из каждого угла общей гостиной. В столовой поесть тоже нормально было нельзя, потому что какие-то девчонки растрепали это все Трелони, которая заявила, что я могу быть реинкарнацией мамы Гарри Поттера, что «несомненно объясняет такую мрачность этой девушки… такая ужасная судьба». Простите, что? Этих сплетников даже не напряг тот факт, что я родилась, когда Эванс, елки-палки, была еще жива. И вот даже если реинкарнация – это правда, то в моем случае НЕВОЗМОЖНА! И меня бы, пожалуй, не так сильно бесили разговоры, будь я правда на нее похожа. Но черта с два! Мы не похожи соверешенно.       Короче, к концу дня я была злая, как раздразненный соплохвост, и меня уже мало волновали какой-то там Снейп с его какой-то там Амортенцией. Далась она ему вообще? Мог бы предложить что более дельное. Проклиная все и вся, я с горем пополам (а точнее с Пивзом) добралась до подземелий. Этот… хм, полтергейст всю дорогу распевал песенки, собрав, кажется, все сплетни вместе и приписав мне еще и родство с Уизли (надеюсь только из-за цвет волос, а не из-за чего-то еще, о чем я не знаю).       - Здравствуйте, профессор, - рассержено кинула я, хлопая дверью.       - Вас стучаться не учили, Остин? – он что-то торопливо засунул в ящик стола и надменно посмотрел в мою сторону.       - Вы и так знаете, что это я, что мне стучаться каждый раз?       - Лили Остин без башки       И вообще в душе их три…, - Пивз не унимался за дверью декана Слизерина. Снейп быстро подлетел ко мне, гневно сверкая своими черными глазами       - Остин, как вы смеете…       - Станет Лили опять Поттер       Или все же Уизли ты? Преподаватель резко достал палочку и направил ее на дверь. Звуки стихли. Вот теперь злость моя куда-то испарилась и как-то вдруг и сразу стало страшно. Снейп навис надо мной черной тучей и продолжил сверлить взглядом, после чего:       - Ставьте. Свой. Котел, - прошипел он, развернувшись к своему столу.       - Я смотрю, вы тоже сегодня не в духе, - а нет, злость все еще здесь. Спина профессора напряглась, но он не обернулся, обогнув стол (при этом чуть не снеся такой уже привычный чайничек в правом углу), он уселся в свое кресло и скрылся за газетой.       - Время, Остин. Не тратьте мое время впустую, - послышалось из-за «Пророка», на первой полосе которого Скримджер буравил взглядом воздух, а за одно и меня. Эх, ну что ж. Я нарочито медленно (из вредности) стала готовить все необходимое. Так котел, есть. Вода в котле – есть. Огонь. Фух, да я в ударе!       «Ага» Тысячелистник... вот он, я заметила растение на соседней полке. Жабья желчь… мда из какой же гадости все-таки делается любовь. Когда я собрала все ингредиенты, все так же неторопливо передвигаясь по классу, до меня дошло, что нет порошка лунного камня. Это, что называется, нестыковочка вышла.       - Эм... сэр, - позвала я Снейпа.       - Порошок там, - он указал на кладовку, не высовываясь из-за газеты. Ясно, то есть сегодня он у нас весь такой неразговорчивый, и вообще решил спрятать свое личико. Я еще пару секунд попялилась на все тот же снимок Скримджера и поплелась в кладовую.       Каморочка, конечно, оказалась не ахти: полтора на полтора метра, и все доверху забито баночками, колбочками, пакетиками. Некоторые вещи были подписаны, некоторые просто пронумерованы. На нижних полках никакого порошка лунного камня не наблюдалось, потому пришлось карабкаться по малоустойчивой лесенке.       «Не удивительно, что он тогда навернулся» - пробубнил голос. Вот именно. Стараясь не повторить участи моего дорогого профессора, я аккуратно поднялась на пару ступенек. А вот и порошочек. Я взяла маленький пакетик в руки, и в голове тут же всплыл образа той субботы, и как почти такой же пакетик с порошком лежал у меня на ладони. Только крупинки этого были серые с голубоватым отливом, а не белые. Отмахнувшись от нахлынувших мыслей, я сползла вниз и направилась обратно к котлу.       Спустя час войны с этой жижей, она таки поалела. Оставалось только добавить что-то от себя: волос, ноготь или кровь, - чтобы оно приобрело характерный розоватый оттенок с перламутровым отливом. Я решила капнуть крови, ну чтоб уж наверняка. Только я занесла палочку над пальцем, чтобы воспользоваться режущим заклятием, как голос подал наш недотрога.       - Что вы там делаете, позвольте узнать?       - Добавляю кровь, сэр, - ответила я, разворачиваясь. Он, наконец-то, положил эту несчастную газету на стол. Готова поспорить, он уже минут 20 ничего там не читал. А читал ли вообще?       - Отойдите, - он встал и подошел к моему котлу. Внимательно оценив цвет и консистенцию, достал палочку и взмахнул над своей ладонью, после чего появился неглубокий порез.       - Сэр, не надо было…, - я как завороженная смотрела на кровь вытекающую из раны и собирающуюся в капли. Кап. Первая капля упала в зелье. Оно слегка зашипело. Вторая капля скатилась по ребру ладони. Кап. Зелье стало розоветь. Но Снейп почему-то не убирал руку. Я видела как третья капля вот-вот упадет в котел. И если это случится, мы, ко всем мантикорам, разнесем этот кабинет. И тут я очнулась       - НЕТ, - я схватила его руку как раз вовремя. Держа ладонь перед своим лицом, я достала палочку, - Экскуро! Он резко отдернул руку, словно очнувшись, и зашагал обратно к столу.       - Заканчивайте, - он что-то взял со стола, - разольете потом в два сосуда, они на полке перед вами, почистите котел и можете быть свободны, - он направился к двери.       - А зачем его сохранять?       - В следующий раз будете делать противоядие, - он вышел и дверь безвучно затворилась.       Я подошла к котлу и пару раз помешала зелье, доводя до готовности. Когда от него пошел закручивающийся пар, я почувствовала уже знакомые мне запахи: петрикор и запах старых книг. Я уже готова была начать разливать жидкость по флакончикам, как вдруг моего носа коснулся едва уловимый, но все же несомненно существующий, легкий аромат. Третий запах. Я сделала все, как сказал зельевар, и, напоследок оглянув пустую комнату, вышла в холод подземелий, все еще думая об откуда-то взявшемся запахе мяты в моей Амортенции.