The world of Fantasies

      Удушливый жар солнца опалял его кожу, вызывая неприятные и щиплющие ощущения от подсохшей солёной воды океана, а нерасторопные действия команды, пытающейся заделать трещину в правом борту корабля, раздражали до невозможности, вынудив его чертыхнуться и покинуть судно, погрузившись в прохладную воду чуть ли не с головой.       Чёртов остров, чёртова затея отыскать эту несносную мелкую букашку, хранящую у себя желанную пыльцу, так необходимую ему, чтобы разделаться с врагами, коих он накопил за свою жизнь. Кто ж знал, что она скрывается вовсе не в знакомой ему, как пальцы руки, Нетландии, а на одном из безымянных островов, подход к которым оказался щедро усыпан острыми булыжниками. Именно на один из таких скалистых камней они и напоролись, повредив корабль.       Капитан чувствовал, что она где-то здесь, полностью доверяя своим развитым инстинктам, которые ни разу его ещё не подвели, бесчисленное количество раз спасая жизнь. Они помогли создать имя, которое боялись, которое произносили шёпотом и с благоговейным страхом, чтобы не накликать беду. Все знали его флаг, все боялись попасться ему в руки, будучи наслышанными о его жестокости, в очередной раз подтверждая его неоспоримое влияние, сделав грозой этих вод.       Со злостью срубая ветки раскидистых кустов и деревьев крюком, Клаус пробирался всё глубже и глубже, в самые недра необитаемого острова, позволяя своему чутью вести себя, буквально ощущая близость её присутствия. Уж слишком долго он гонялся за ней, обыскав каждый сантиметр трёх соседних островов, заглянув чуть ли не под каждый камень, в попытке отыскать эту малявку, чей издевательский смех будто бы раздавался в его голове после очередной неудачи.       Он шёл на всё усиливающийся шум водопада, чувствуя кожей прохладу пресной воды, чуть ускоряя шаг, желая немного передохнуть и промочить пересохшее горло, устранив горечь крепкого рома. Выйдя из-за деревьев, Клаус замер, с жадностью вслушиваясь в мелодичный голос белокурой девушки, сидящей у самой кромки воды, плетущей себе венок из девственно-белых цветов, букет из которых лежал на её коленях.       Она медленно повернула голову в его сторону, смотря через плечо, ничуть не удивившись его присутствию, и всё так же продолжала напевать незатейливую мелодию, ловко переплетая стебельки и заставляя его восхититься её чудным голосом, что звучал словно перезвон тысячи колокольчиков, маня похуже песни сирен.       — Я думал ты меньше, Динь-Динь, — выйдя ей навстречу, хмуро усмехнулся Клаус, грозно наставив острый крюк на безоружную фею, совсем не такую, какую он себе представлял, а всё это из-за влияния ходивших о ней рассказов.       Она поморщилась и, водрузив себе пышный венок на голову, поднялась на ноги, отряхиваясь от мелких стебельков и листьев, позволяя цветам упасть на сочную ярко-зеленую траву, всё ещё хранящую на себе капельки кристально-чистой воды.       — Кэролайн, — поправила она, скрестив руки на груди, без какого-либо страха в голубых, как лагуна, глазах, окруженных длинными и густыми ресницами, — Меня зовут Кэролайн. И почему такое дурацкое прозвище досталось именно мне? — смешно нахмурилась она, совсем не походя на ту фею, что ему описывали плененные странники, любезно указавшие путь к этим островам, — Я ведь просто люблю медные вещи. Разве это повод называть меня так?       — А где же платьице из листьев и башмачки с помпонами? — хмыкнул Клаус, чуть опустив крюк и, отойдя на шаг, с любопытством принялся рассматривать миниатюрную девушку, рост которой явно превышал описанный ему одним чудаком, клятвенно утверждавшего, что он чуть больше десяти сантиметров.       — А ты что, веришь всему что говорят? — чуть ли не топнув ножкой от возмущения и легкого раздражения, вызванного ненавистным ей прозвищем, капризно протянула фея, заставляя его непроизвольно улыбнуться, — Так что ты хотел, пират?       — Пыльцу, конечно же, — как само собой разумеющееся, сказал Клаус, разведя руки чуть в стороны, вынуждая её заострить внимание на стальном крюке, что был у него вместо левой ладони.       — Вот эту? — вопросительно изогнув бровь, Кэролайн продемонстрировала ему небольшую колбочку на тоненькой веревке, висевшей на её шее, до этого скрытой под тонким белоснежным платьем, что струилось по её хрупкой фигуре, доходя лишь до середины бедра.       — Именно, — довольно улыбнулся Клаус, пристально всматриваясь в мягкие черты её лица, тонко ощущая подвох в таком поведении.       — Ты её не получишь, — покачав головой из стороны в сторону, уверенно заявила блондинка, вынуждая его сделать резкий вдох, поражаясь подобной самоуверенности и наглости, скользнувшей в нежном голосе.       — Это мы ещё посмотрим, — процедил сквозь зубы Крюк, резко сделав шаг ей навстречу, в попытке схватить желаемую пыльцу; однако фея оказалась куда проворнее, чем он ожидал, ловко увернувшись, озаряя пространство хитрым и звонким смехом.       — Нет-нет, Клаус. Не получишь, — помотала указательным пальчиком из стороны в сторону она, вновь пряча пыльцу под ткань платья, — Это абсолютно исключено. Ты злой, а пыльца — порождение доброй магии.       Клаус резко рванул вперёд, заставляя её испуганно вздрогнуть, но всё же остаться стоять на месте, пытаясь успокоить ускорившийся ритм сердца, храбро вздёрнув подбородок и посмотрев на него снизу-вверх, тем самым бросая вызов.       — Отдай, — он крюком мягко поддел веревочку, медленно вынимая колбу вновь на солнечный свет и пристально наблюдая за переливающейся пыльцой, отливающей всеми цветами радуги так ярко, заставляя его слегка прищуриться.       Кэролайн вновь отрицательно покачала головой, упершись ладошками в его плечи, силясь сдвинуть с места мужчину, что оказался выше её на две головы, ощущая себя крайне неловко от такой близости и его физического превосходства.       Прикосновение нежных рук отдалось сладкой дрожью в его теле, напоминая ему, как давно он не был в женских объятиях, заставляя тело предательски среагировать и невольно придвинуться к ней, скользнув пальцами по светлым, пшеничным локонам, в которых играло солнце.       Клаус склонился чуть ближе к её лицу, опаляя горячим дыханием девичьи губы, вдыхая пьянящий запах трав и цветов, что исходил от неё, не считая нужным бороться с возникшим искушением. Ведь он же подонок, в конце концов. Посмеиваясь над её реакцией, вводя этим её в крайнее замешательство и сделав необычайно притихшей, пират заметил растерянность, промелькнувшую в чистых голубых глазах.       Подавшись вперёд, он уверенно обхватил её тонкую талию своей рукой, в то же мгновение сминая губы в требовательном поцелуе, вынуждая её пискнуть и заколотить маленькими кулачками по его широкой спине, силясь прервать нежеланный поцелуй, отдающий привкусом рома.       Однако, с каждым движением его губ, сухих и чуть обветренных, с каждым легким прикосновением его языка, желание оттолкнуть его становилось всё слабее и слабее, потускнев под напором необъяснимых чувств. И она сдалась, расслабившись и обвив его шею руками, чуть приоткрывая губы и позволяя его языку скользнуть внутрь её рта, вызывая в теле сладкую дрожь.       Кэролайн прижалась к нему ближе, зная, что поступает неправильно; зная, что фея уж точно не должна одаривать мерзавца частичкой своего света, скрытой в каждом движении, взгляде, незначительном слове. Её пальцы скользнули в его жёсткие и чуть кудрявые волосы, слегка оттягивая, а затем прошлись по грубой щетине, отчего-то наслаждаясь опасностью, исходящей от него.       Поцелуй прекратился, так же стремительно, как и начался, и Кэролайн с визгом полетела вниз, погружаясь под воду, спустя пару секунд выныривая на поверхность и пронзая мужчину недовольным взглядом, багровея от гнева и откашливаясь, стараясь избавиться от воды во рту. Ей до сих пор не верилось, что он посмел её толкнуть. Так низко и подло. Даже для пирата! А он в ответ лишь усмехнулся, нагло подмигнув ей, и поспешил скрыться меж деревьев, спеша покинуть остров.       Стоя на борту своего корабля, уже давно ставшего ему родным домом, заменив особняк, где жила сейчас его сестра, он достал из кармана колбочку, наполненную ярко-зеленой пыльцой феи, расплываясь в хитрой и довольной ухмылке, отдавая своим людям приказ отплывать.       Клаус уже не слышал довольный смех маленькой феи, которая всё же провела великого Крюка, как мальчишку, подсунув ему подделку, зная, что разгневанный капитан обязательно вновь перероет весь мир, чтобы найти её.