Размышление о блаженстве

Мой тихий сосед Кэмчик* сегодня вечером намутил нам прекрасного кокаина, жаль, тот не давал мне думать размеренно. Я принял решение заглянуть в дневник, выбрав день, когда напудрился по жестче, чем сегодня: «Скоро начнёт светать, а сна ни в дном глазу. Сперва я долго сопротивлялся мыслям, стараясь не думать вообще ни о чём, но у меня не выходило. Каждый раз как первый: физические, умственные терзания, извечные обещания себе прекратить употреблять хотя бы это. Интересно, как себя чувствует Джейк? Ещё сотня мыслей, попыток сделать хоть что-нибудь руками — провал. В итоге принялся сравнивать два состояния: до принятия препарата и после. Кокс гонял совершенно разные картинки, подкидывая мозгу темы, те бегают в голове по часовой стрелке — устроили своеобразные гонки, но вдруг одна из них запинается и падает, все остальные валятся на неё — каша. Поэтому я забил и дал мыслям течь спокойно, как они этого хотят. Иногда меня дёргало, если вспоминал про бессонницу. Внезапная отключка. С коксом такое бывает, когда на отходниках засыпаешь ненадолго и не крепко. Утро. Грузовик на заправке. Полный бак бензина. БАХ! Яркий свет, и я вдруг стал ощущать себя Джейком. Я лежу на земле, возле проезжей части. Все пути внутри тела от горла до серых кишок были забиты песком и жижей. Повреждения замедляли работу сердца. Из-за остаточного действия кокаина смерть не наступит быстро, боль не будет такой явной, но я умру, зато хорошенько прочувствую смерть. Интересно, буду ли я помнить, что со мной случилось там? Хотя, собственно, где? Убеждённому атеисту, скучны размышления о Боге даже перед исходом. Мышцы, жиры, хрящи обтянуло пылью с дороги - гадко, склизко и неуютно. Изнутри всё кололось; взрывы и водопады брызгали в разные стороны, плескались, перетекая туда-сюда, не прекращая свои гонки. В брюхе словно разлилось жидкое мыло. Комки тягучей рвоты поднимались с желудка к горлу в мыльных пузырях, но что-то их не пускало. Возможно, это был язык, который я проглотил и тот застрял в глотке, устраивая пробку еде и кусочкам органов с кровью. Я решил повернуть голову в бок, чтобы посмотреть как дела у мамы с папой. Не сработало. Я умирал. Унизительно, как сон, в котором расхаживаешь нагим неожиданно. Смерть моя была бегством, впрочем как и сон. Сотовый завизжал над ухом. Я посмотрел на часы. Три часа ночи. Телефонный звонок не так плох среди ночи, если сравнивать с ночным звонком в дверь. Вряд ли кто-нибудь додумается сообщать хорошие новости ночью… С этим ждут до утра. Как странно устроен мир: хорошего приходится ждать долго, зато с плохим вечно такая спешка… Назойливый еблан продолжал звонить. Я взял трубку не сразу. До уха добрался голос Тэхёна: — Спишь? — Ви, ты время видел? — Короче я тут гулял на выезде из города. Ну, ты понял. Чонгук и все дела… — Нууу! Что ты тянешь, говори быстрей. — А какая машина у родителей Джейка? — на секунду мне показалось, что Тэхён перевёл тему. Я было подумал, что он пьян. Я начал плакать. — Не плач. Чимин, эй, эй, послушай сперва. Ааа! — зарычал в трубку Тэ. Думаю, он не мог подобрать нужных слов, да и я тоже. Я догадался обо всём, но не смог озвучить даже мысленно, а вот Тэ придётся объяснять вслух: как так вышло, что мой единственный друг — фарш у дороги.» Отстойное прошлое, парень, отстойное. Я захлопнул чёртово чтиво, решив, что сегодня переночую в отеле, покинул дом. Захотелось оказаться в месте получше: с телевизором и туалетной бумагой. Всё как положено — чтобы как человек. Какая была погода? Ну, для самого разгара лета уж слишком прохладная. Когда я оставил позади свой подъезд, признаться и не заметил разницу между домом и улицей. Однако, в футболке и коротких шортах я чувствовал себя отлично. Мне не безразлично, что носить, однако, сегодняшний день, видать, исключение. Наконец, отель «Angel Hotel». Как-то заторчали там вместе с Джейком — уж не помню с какой стати, но было весело обоим. Отель довольно старый, но нам жилось неплохо, хотя комната и ванна была довольно маленькими, зато чистыми. Центральный холл был практически безлюден: явно выпившая парочка заполняла бумаги на замызганных постояльцами креслах, хозяин отеля, две женщины за стойкой ресепшен и я. Две кореянки одна ухоженная, миловидная, наверняка перенесла ряд операций — одним словом куколка, хотя кудри ей вообще не идут. Вторую встреть я где-нибудь на улице, прошёл бы и не заметил. Я разглядывал женщин, до остальных мне не было дела. Закончив пялиться, я наконец двинулся с места к стойке. Меня обслуживала та, что с обыкновенным лицом. Кто бы сомневался. Ей могло быть сколько угодно лет. Я бегло глянул на её длинные острые ногти — полнейшая безвкусица, как и сам отель. Делать нечего, денег хватает только на это. Из-за кокаина я жёстко тупил, но надо отдать должное, сейчас, как и в прошлый раз, персонал оказался терпеливым и вежливым. — С Вас 54 тысячи вон. Предпочитаете расплачиваться картой? — судя по голосу она старше меня. — Наличка, — я совершенно забыл о приличиях. Парочка подошла с бумагами к кудрявой кукле, от них воняло перегаром. Я запустил руку в карман шорт, в поисках денег. Мы вшестером: хозяин, парочка, обе девушки и я — как по команде уставились на эти деньги. Я уверен, что не только мне, но и всем остальным не приходилось до этого видеть такие замызганные купюры. — Ну что ж, Ваш номер комнаты 14. У Вас есть багаж? — Нет, — я потянул за лямку своего рюкзака, обращая на него внимание женщины. — Прошу за мной, - мне кажется, она слегка подшофе Мы поднялись на второй этаж. Наманикюренной лапкой тётка открыла дверь, вручила ключ, представила номер, глянула мне в глаза, пожелала приятного отдыха, поклонилась, глянула на мой хуй и вышла из номера, поклонившись последний раз. Вчера Кэмчик собирал мой рюкзак, укладывая всё необходимое: личный дневник, пара пачек Мальборо, годный подгон, бинты, аспирин, трусы и носки. Главное пока — это небольшой фурик* с жидкой смесью и одноразовый шприц. Я запер дверь и занялся готовкой: сперва придвинул к креслу столик, поставил музончик на телефоне, сходил за полотенцем, на случай, если буду блевать. Всё готово. Мне это надо: повозиться с трясущимися ручонками, забить наконец, вколоть старый добрый винт и балдеть. Струна плавно входит со звуком рвущейся кожи, и меня моментально кроет. Повезло, что ветки вблизи, а то бы мудился часа 2, ведь я пока не такой спец по уколам. В этом году мою жизнь совсем не узнать. Я вижу сон впервые за долгие 19 лет и это несравненно. Тягучее двухдневное видение, яркий, дивный мираж, распад моей бессмертной души. Самое сладкое в этом сне: я не хочу просыпаться, хочу кинуться в каждый уголок моих грёз, ощутить там всё на свете и остаться спать навечно. Я всё ещё считаю, что мог бы умереть, скажем в полной бессознательности, держась с Джейком за руку или даже, была бы забавной смерть именно от его руки. Я — единственный житель Нептуна. Я — холодный и запутавшийся; мои мысли — есть всевозможного рода месиво, а когда стараюсь складывать их во что-то более менее связное, то слова идут горлом. Речь брызжет во все стороны, как вода из мальчика утопленника, дёргается, перебивает сама себя, но это мои проблемы. Номер 4 хотел узнать меня. О, да. Я с ним справился. Я не дал ему возможности любить себя, я сбежал: Я жил пару дней дома с Кэмом, сейчас перебрался в отель. Я словно уличная проститутка. Дешевка и шлюха, но улицы Нептуна пустуют — никто не видит мой срам, и я не знаю, что для меня лучше. Возможно, я так бываю счастлив. Годами номер 4 не знал ничего обо мне, а потом он умер. О, да. Я с ним справился. Мой духовный наставник сказал, что номер 4 оживёт, если я попрошу. Хотел ли я? Конечно же я хотел! Заскулил как пёс, моля о сделке, а этот ублюдочный мудак ржал, пряча номер 4 от меня за спиной. Я смотрю не со стороны я правда там. Я видел праздник, фотографировал лицо этого юноши Такару, пил с ним пиво и мучился от жары, а потом я не сдержался. Я осмелился коснуться плеч и, притянув за шею, поцеловал прямо в губы, и, на моё удивление он ответил тем же. Я протягиваю руку на мгновение ощупывая знакомые черты лица, а в следующее всё превращается в гостиничную комнату — проснулся залитый собственной слюной. Мой духовный наставник сказал контролировать приём препаратов, я ослушался, но зато знаю, чтобы попасть в рай на Нептуне, ну или хотя бы насладиться номером 4, достаточно Кэмовского рецепта, мета и снотворного. Никогда раньше не думал, что мой мозг может наворотить такого…