Sleep, sugar

Два месяца спустя. 12:36. Лос-Анджелес, пляж Малибу. - Джаред, у тебя такие сильные руки…, - руки девушки сладко скользнули по выступающим мышцам. - А волосы… мне бы такие, - томно вторила ее близняшка, накручивая вихры на затылке. Мужчина расслаблялся под солнечными лучами уже около часа, обхаживаемый двумя азиатками, в чьих голосах так и слышалась просьба пожестче трахнуть их. Лето нравилось это внимание, даже просто потому что он чувствовал, как перед ним стелятся от одного его дыхания. - Угу. А еще у него слишком раздутое самомнение, - хмыкнул насмешливый холодный голос, принадлежавший так ненавистной ему женщине. Мгновенно сорвав очки, он выпрямился и оттолкнул одну девушку, что повесилась на его шее. - Глэдис? Какого черта ты тут делаешь? Почему ты не в Париже? – злобно прошипел он, приподнимаясь на шезлонге. Выпрямившись, оказавшись на одной высоте, он с ненавистью взглянул в ее янтарные глаза. - Ну, не буду же я там всю жизнь торчать, Джаред. Девочки, погуляйте, - сказала она и махнула стольником перед их глазами. Близняшки, что скромно столпились позади шезлонга, посмотрели на мужчину, словно спрашивая у него разрешения. - Идите уже, - пробормотал он и снова нацепил солнечные очки на глаза, - Что тебе нужно от меня? – обратился он к женщине, засовывая руки в карманы. - Чисто формально – ничего. Я не планировала тебя здесь увидеть, - просто ответила она, сгребая чистейшие белые волосы на одно плечо. Обхватив руки, она направилась вслед за ним по мокрому песку, где океан нежно ласкал ноги мимо проходящих. - Ты серьезно? Я тебе что-то не верю, не расскажешь почему? – язвительно спросил он, бросая взгляд на выделяющуюся черную татуировку на белой матовой коже. За все года их знакомства он никогда не видел этой татуировки. - Брось, достал уже. - Пф, и я слышу это от того, кто не бегал все лето, пытаясь угрохать десяток людей, по чьему-либо поручению. - Как будто я в этом виновата, - надменное лицо скривилось в недовольной гримасе. - Черт, Глэдис, а кто же еще? - Ты мог сделать это по-другому. Киллера нанять, например. - Людям нельзя доверять, - пробормотал мужчина, поднимая глаза на ослепляющее солнце, что нагревало песок на этом пляже, давало тепло и будоражило кровь. - Просто ты не хочешь этого, Джаред. Ты привык все делать сам. Я еще удивляюсь, как ты доверяешь своим друзьям и семье. Ты одиночка. С тобой уживаться совсем невозможно, - вздохнула она, бросая на него косой взгляд. - Что, философских книжек начиталась? – грубо заржал он, но только на первый взгляд. На самом деле он искал точку, куда можно ударить побольнее, и девушка прекрасно понимала, чего он добивается. - Успокойся, Лето. Да, в тебе крепкий стержень – но Господь дал мне покрепче. Думаешь, я не вижу, что ты творишь? – бросила она в ответ на его непонимающий взгляд. - Да мне плевать, - брезгливо прошептал он, возвращаясь в наш мир, - Я ведь Джаред Лето, мать твою! И мне абсолютно плевать на других людей и их мнения, они, как бы это помягче сказать, - он сделал вид, что задумался над серьезным жизненным вопросом, - недостойны моего внимания. Да и твое, кстати, тоже. По слогам не произнести? – мило улыбнулся он, останавливаясь для того, чтобы преподать этой суке урок. - Ты изменился, Джаред. Но, просто хочу напомнить, - ее голос уменьшился до предела, - ты был никем, пока я не нашла твою мать. Я поставила тебя на ноги. И поэтому ты все лето отрабатывал долг. Ты раньше не задумывался об этом? А зря. Я ведь помню тебя. Нормальным. А в кого ты превратился? Я знаю какой ты на самом деле. Жаль, что этого не знают твои преданные фанаты, - с сочувствием в голосе произнесла она и не торопясь продолжила путь. Мужчина рванулся вслед за ней. - Да? И какой же я? На самом деле? – с усмешкой спросил он, однако глаза за темными стеклами очков выражали тревогу. Испугался? То-то, малыш. - Что ж, я отвечу. Твоя душа погрязла в дерьме современного мира. Она как глубокое болото, куда ты выбросил все, что когда-то привлекало в тебе людей. Сейчас твою группу, да и тебя самого приглашают куда-либо лишь из-за вашей славы, поверь мне. Ты распиарил себя как мог, хотя ты найдешь еще миллион способов. Ты не можешь нормально общаться – я уже за эти пару минут увидела все твои закидоны. Зазвездился ты, Лето, причем очень сильно. Природа, да или Бог дал тебе огромнейший талант. Ты живешь только благодаря нему, я даже не знаю, кем бы ты был, не развей ты его вовремя. В тебе поселилось такое высокомерие, какого нет ни у кого из ныне живущих. Сам того не зная, этим летом ты убил тех, кто, возможно, превосходил тебя в этом деле. Мужчина облизнул засохшие губы. - Ты считаешь, что я зазвездился? Ты считаешь, что я не мечтаю о нормальной жизни? Да блин, я бы все отдал, чтобы жить нормальным человеком! Я ненавижу эту жизнь! И дело не в деньгах и общественном признании, нет! Меня достало глотать таблетки, чтобы просто дышать, лечится, каждый год лечится, тратить драгоценные минуты, которых в жизни на самом деле не так уж и много, ради того, чтобы выбираться из этой гребанной ямы… - Которую ты создал сам, - прервала его женщина одной простой, все объясняющей фразой. Она была совершенно спокойна в отличие от собеседника, в чьих жилах бурлила никому неподвластная разгоряченная кровь. Но вот, его пыл утих, губы погрузились в молчание, дыхание выровнялось, и он погрузился в воспоминания, прекрасно понимая, что как сильно бы он ненавидел Глэдис, она знала и видела его насквозь. Никто – не Шеннон, ни мать, никто не чувствовал его, как она, и это пугало мужчину очень и очень сильно. Повисло молчание – совершенно не тревожащее женщину и приводящее в неловкость мужчину. - Знаешь, если ты так сильно ненавидишь свою жизнь, я могу… - первой нарушила паузу белокурая, начав неуверенным тоном. - Что ты можешь? Изменить ее? – с иронией спросил мужчина, понимая, что все, что она предложит, будет несуществующим бредом. - Ты не веришь мне, Джаред? – прошипела она, заставляя Лето взглянуть на нее с некоторым интересом и недоверием, - Я могу щелкнуть пальцами, - она подняла руку повыше, - и ты таков, каким хотел быть. - Ну давай! Если ты можешь так сделать, то я… - он оглянулся в поисках примера, - то я продавец мороженого! – фыркнул он, глядя на прилавок вдали. - Не зарекайся, Лето, - она медленно прикоснулась подушечками пальцев и застыла, хлопая глазами. - Я жду, - хмыкнул он, скрещивая руки на груди. - Видит Бог – это твое решение, - с сожалением прошептала девушка, закрыла глаза, и щелкнула пальцами. Резкий порыв ветра принес морские капли ближе к берегу, чьи-то зонты и волейбольные мячи метнулись в противоположную океану сторону, песок попадал в глаза всем, кто просто очутился на этом пляжу. Но как только женщина открыла глаза, ураган стих, как будто его и не было вовсе. Лишь пятна крови на легком льняном платье намекали о том, что что-то все-таки произошло. - Прости, Джаред, - пробормотала она, коснувшись капелек крови, - Я верну тебя позже. Обещаю.