Порядок (Коулсон/Стив)
26 декабря 2012 г., 17:57
Его мир упорядочен, все на своих местах: скрепки, карандаши, кнопки, бумага для записей – в этих вещах давно уже нет необходимости, но они нужны для того, чтобы сдерживать хаос. Ничто так не успокаивает как несложная геометрия офисного порядка: прямые линии, углы в девяносто градусов, одинаковые расстояния между стопками документов – крошечные препоны на пути мировой энтропии, и тот, кто педантично раскладывает вещи на своем письменном столе, по сути – спасает вселенную, понемногу, каждый день.
По крайней мере, так предпочитает думать агент Коулсон. С самого детства порядок был для него чем-то вроде религии, и его мать даже с гордостью показывала подружкам комнату Фила: смотрите, все лежит на своих местах, одежда в шкафу, книги на полках, карточки, с которых улыбается Капитан Америка – новенькие, глянцевое переиздание восьмидесятого года – аккуратно сложены стопкой на столе.
Когда-то у него получалось сложить стопкой всю свою жизнь, но теперь все рассыпается.
Капитан Америка – здесь. Настоящий, живой, герой войны и все такое прочее.
Также, несомненно, Капитан Америка, Стив Роджерс – тот самый мужчина, из-за которого Фил долгое время считал себя геем, и о котором думал, когда в первый раз сосал член парня из школьной футбольной команды, пытаясь не очень сильно давиться. За прошедшие годы Фил успел несколько раз сменить мнение относительно собственной ориентации, но Роджерс, так или иначе, всегда занимал в его воображении особенное место.
Филу всегда казалось, что это не так уж плохо – вместо Роджерса ему мог бы нравиться Элвис Пресли или Рональд МакДональд. Но теперь, когда Роджерс совсем рядом, Фил мечтает вернуться в прошлое и посоветовать себе выбрать Элвиса.
Он просматривает карточки, одну за другой – первое издание, в восьмидесятом напечатали только половину – а затем снова аккуратно складывает их стопкой. Нужно найти какого-нибудь парня – вот о чем думает Фил. Блондина, высокого, хорошо сложенного – на одну ночь, не больше.
Он честен перед собой и знает, чего хочет. Но никому не скажет, нет.