Волчья стая

9 января 1998г, Королевский лес Дин.       Она знала, что произойдет в следующую секунду. И рука уже выводила палочкой непривычную, но прочно засевшую в голове руну. Сейчас она выполнит предназначение национального героя. Она, грязнокровка без рода без племени. Она, последняя страсть великого Гарри Поттера...       Гермиона открыла глаза, когда руки, трясущие её за плечи стали причинять существенную боль. Резко села в постели, тяжело дыша, и вцепилась сведенными судорогой пальцами в рубашку Рона. Безумный взгляд метался по встревоженному лицу друга, словно отыскивая в нем знакомые черты. -Гермиона, я здесь, слышишь? Я здесь... -Гарри? Где Гарри?-она не слышала. С силой вырвала тонкие руки из железной хватки друга и вскочила с кровати. Босая, в тонком свитере и домашних брюках выскочила из палатки, бешено осматриваясь по сторонам. Увидела его, облокотившегося на ствол дерева, с палочкой, зажатой в кулаке, запрокинутой головой и закрытыми глазами. На мгновение ей кажется, что он не дышит, и вот она уже мчится к нему, не обращая внимания ни на ледяной холод под ногами, ни на ветер, хлыстом бьющий по лицу. В это мгновение для девушки существует только он, и на мнение Рона становится совершенно наплевать. -Гарри, Гарри...-она падает перед ним на колени, заливаясь слезами и трясет за плечи. И начинает счастливо смеяться сквозь рыдания, когда он открывает заспанные глаза. На мгновение, на одно предательское мгновение ей показалось, что он мертв. И в этот момент показалось, что жизнь кончилась. -Гермиона, что...-он подхватывает в объятия хрупкое,замерзшее тело девушки прежде, чем успевает что-то осмыслить. Позволяет ей покрыть рваными, сумасшедшими поцелуями свое лицо...Ловит взгляд Рона. Спокойный, и в нем нет ни ревности, ни злости. Неужели, верит, так свято, так безгранично в их дружбу?-что случилось, Гермиона?       Гарри встает на ноги, и увлекает за собой девушку. И уже хочет поднять её на руки, когда она отстраняется от него и смотрит снизу вверх своими огромными глазами, золото радужек которых перекрывает чернота зрачков. И шепчет, так горячо, так искренне. -Пообещай мне, что не оставишь меня, Гарри? Пообещай, что не уйдешь, не попрощавшись...-он только кивает ей и крепко прижимает к себе. И замечает, как широкими шагами к ним приближается Рон. И Гарри был готов к удару, справедливому и ожидаемому, но...Рон, ускорив шаг подлетел к друзьям, и сжал в объятиях обоих. Так крепко, так...по-роновски, что ли.       Они обнимались так, как часто делали это раньше при встрече после разлуки. Только тогда Гермиона не плакала, напротив, они все смеялись. А сейчас девушка продолжала захлебываться в рыданиях. Гарри сжал её ещё сильнее, закрыл глаза и прижался губами к лохматой макушке, надеясь, что Рон не заметит этого не совсем дружеского жеста. Рон не заметил, просто продолжал обнимать друзей так, как в последний раз. -Пообещай, что не оставишь меня, Гарри,-в сотый раз наверное, потребовала Гермиона, носом уткнувшись в колючий свитер Гарри,- и ты Рон! Ты тоже пообещай, слышишь! Вы оба! -Никогда... -Никогда...       Гарри показалось, что он впервые в жизни поклялся. И Рон, кажется, тоже. Гарри знал, теперь знал наверняка, что он никогда её не оставит, никогда до...до самой смерти, которая, наверное, не за горой. Но до этого момента он будет рядом, сдержит обещание, чего бы ему это не стоило. С ней-до последнего вздоха. С ней и с Роном. И с Волком, который, отчаянно виляя хвостом подбежал к друзьям, желая получить свою порцию объятий.       Когда Гермиона начала наконец успокаиваться, и перестала лупить кулаками грудь Гарри, молодой человек бережно поднял её на руки, и, обменявшись с Роном быстрым взглядом, пошел в палатку.       Рон еще несколько минут молча смотрел в след друзьям, машинально поглаживая загривок непонятно как оказавшегося рядом с ним Волка. Он начинал понимать, но принимать как-то не хотелось. Между друзьями сформировалось что-то гораздо более тесное, чем дружба. И наверное, эта нежность, эта близость была всегда, только он её раньше не замечал. Нет, он ни одного из них не подозревал ни в измене, ни в предательстве, но стало казаться, что он-просто связующее звено, дополнение к блистательной паре. К паре, которая могла бы стать блистательной, мысленно поправил себя Уизли. Но ведь Гермиона выбрала его, Рона, и сомневаться в девушке не было смысла.       Он должен будет её отпустить, если она изменит выбор. Но клятву он сдержит, чего бы ему это не стоило. Он никогда не оставит её.