Сквозь время

      Ну наконец убрались!       Возвращаюсь в дежурку, вяло отмахиваюсь от сослуживцев и валюсь в кресло. Всё. Я — кончился. Впрочем, оно и не удивительно. Удивительно — что так поздно. По-хорошему я должен был свалиться ещё в автобусе, если не на площади. Шок — дело такое… Это поначалу ты можешь всё, вплоть до убийства вастер-лорда. А вот на откате даже дышать самостоятельно получается с трудом. Отчего-то я очень хорошо это представляю, хотя до сегодняшнего дня так близко к данному состоянию оказываться не доводилось. Да и сегодня обошлось, милостью ками, хех. Уж не знаю, насколько благих: пусть они меня и подлатали, но остаток нервов сами же и вымотали.       Так что, стоило этих готеевцев спровадить – и будто стержень вынули. Адреналин после боя давно рассосался, злость тоже больше не подпитывает, и сил не осталось никаких. Одно хорошо — нынче не наше дежурство. С трудом представляю, как бы дотянул до конца дня. А если, не дай бог, ещё один выезд… Но сегодня отдуваться будет прежде всего второй отряд. Никто, конечно, не исключает варианта, что нас снова могут дёрнуть с заслуженного отдыха, как это случилось парой часов ранее. Но это будет в крайнем случае.       А пока мои подчинённые, приведя себя в порядок после боя, уже разбежались по своим делам. Только Бьякко задержалась. Заполнение медицинских карт спешки не терпит. Вот дождусь её — и тоже пойдём. Мы ещё собирались прогуляться и посидеть в кафе. Планы, конечно, придётся корректировать — на вызов из штаба сегодня никто из нас не рассчитывал. Но, надеюсь, она всё же сможет составить мне компанию хоть ненадолго, как освободится.       К тому моменту как раз и я сам немного оклемаюсь. Как-то я очень устал за последнее время.       Не засыпаю на ходу, как Старк, конечно, но тем не менее… Начало года выдалось весьма напряжённым. Пустые словно взбесились, прут изо всех щелей, даже меносы вот появляться стали. Мёдом им тут намазали, что ли? Так ведь нет, на приманки мы город первым делом проверили после проявления нетипичной активности.       Меносы-Меносы… Во всём своём видовом разнообразии. Мы не первые в истории отдела, кто сталкивается с адьюкасами и вастер-лордами. Хоть, к счастью, это и происходит редко. Уже простые Менос Гранде не особенно стремятся в мир живых. На таком уровне эволюции Пустым практически бессмысленно охотиться здесь — им нужна пища сравнимой насыщенности, человеческие души слишком слабы для утоления извечного голода. Так что, скорее, их бы синигами с гастрономической точки зрения могли заинтересовать. Но чаще всего эти твари пожирают друг друга. Что и к лучшему — Меносов второй и третьей ступеней эволюции так никогда не бывает много.       Теоретически. И потом, «немного» в отношении численности адьюкасов где-то там в Уэко Мундо, и тех, что прорвались на грунт — это же совсем разные понятия! Такой толпы, как сегодня, на моей памяти ещё не бывало…       Про вастер-лордов и вовсе молчу. Есть мнение, что десятка подобных тварей в полной силе достаточно, чтобы уничтожить всё Общество Душ. А синигами, сколь бы скептически я их ни воспринимал, далеко не слабаки. Я как бы буквально только что имел шанс убедиться. Естественно, что не все и одинаково сильны — есть «сестрёнка», а есть тот седой тип, который от серо голыми руками отмахивается. Но тут если с кем и сравнивать — то с готейскими капитанами. А капитаны (даже этот, что в конце концов подставился) — это, как ни крути, имба. И, думаю, архивисту Ясуторы Садо-доно их действительный уровень тоже был прекрасно известен. Так что, если уж такая фраза попала в наши методички, высшая степень эволюции Пустых должна быть реально ужасающей.       Единственное доселе явление вастер-лорда в Каракуру стоило «Эспаде» жизней обоих основателей и половины личного состава. И эти бойцы тоже не были слабы.       А тут в наш город пришли сразу два таких монстра. Можно сказать, пятая часть от «войска судного часа»… И оба пали, а у нас даже обошлось без жертв. Иначе как чудом и не назовешь. По всей видимости, нам просто невозможно повезло. Повезло столкнуться с, вероятно, лишь недавно эволюционировавшими тварями, ещё не набравшими мощи. Повезло сделать то, что я сделал — что бы это ни было. Ох, наверняка в придачу к общему утомлению схлопотал истощение реяцу… Сколько её, по-хорошему, нужно, чтобы вастера хоть поцарапать? Я не знал, что у меня вообще столько есть.       И повезло, что в городе оказались два синигамских тайчо с поддержкой. Да-да, это тоже везение, почти сказочное! Как бы я ни относился к этим парням, но Гримм со своими ребятами обязаны седому капитану жизнями. Да и для меня его коллега по меньшей мере выиграл время. Вот ещё бы после этого они убрались восвояси без лишних расшаркиваний, как синигами делают это обычно! Я думал, мы давно договорились, что в дела «Эспады» они не лезут и не мешают нам доделывать их работу, раз уж сами справиться не в состоянии… Хотя на этот раз, нужно признать, представители Готея в кои-то веки оказались на месте вовремя.       Но чего они ко мне так прицепились, неужели действительно верят в эту чушь про сестру? Юдзу, да? Хорошее имя. Внезапно я даже запомнил. Знать бы ещё — зачем… Не собираюсь же я в самом деле с ними лишний раз пересекаться.       Заэлю надо — вот пусть сам и выёживается. Хоть исследования ведёт, хоть в гости ходит, хоть опыты на синигами ставит, хоть, наоборот, к ним в подопытные записывается. Пожелает — может хоть со всем Готеем скопом побрататься. А мне и без мёртвых родственничков неплохо. Я просто хочу спокойно жить с Бьякко, вот и всё.       — Куросаки-тайчо? — лейтенант Гримма прерывает мои размышления, осторожно тронув за плечо. А я даже не заметил, как он подошёл — настолько отрешился от мира. Не дело это. Надо уже приходить в себя.       — Что-то случилось, Кайен?       — Нет-нет, просто… Вы как? — несколько неловко интересуется он. — Простите нас. И так с выходного выдернули, ещё и экскурсию эту на вас скинули…       — Я в норме, — нахожу в себе силы улыбнуться и ободряюще хлопнуть парня по плечу. В появлении Пустых второй отряд не виноват, и успеть на оба прорыва одномоментно ребята тоже никак не могли. А что до экскурсии… Ну, в конце концов, они всё-таки на дежурстве, как-то неправильно было вешать на них ещё и это. — Не парься.       Шиба с лёгким сомнением кивает.       — Как скажете. Там Шиффер-сан собирает отряд для разбора. Пойдёте?       Вообще-то, не обязательно. Сегодня конкретика по бою будет касаться именно Джаггерджака сотоварищи. А для моих людей координатор устроит разбор полётов в нашу смену. Но раз уж я всё равно жду свою девушку, можно и полюбопытствовать. Оно, конечно, битва с вастер-лордом — не то событие, которое Улькиорра обойдёт вниманием в своих тактических выкладках, так что про сражение второго отряда нас тоже просветят, но, скорее всего, без подробностей. А ведь как раз о ней Гриммджо мне ничего не рассказал, ибо сам вырубился!       — Да, пожалуй. Спасибо, что сказал.       Меня Кайен, по всей видимости, решился потревожить последним, потому что прочие бойцы уже оставили насиженные места и потянулись нестройной толпой к конференц-залу. Иду следом и я. Занятно — лектором тут уже успел сегодня побывать, а сейчас вот моё место среди зрителей. Я присаживаюсь на одно из дальних кресел. А за кафедрой возится Улькиорра, с постной миной переподключая провода. Каюсь, забыл вернуть ноут в исходную позицию, когда мы с синигами отсюда уходили…       Пока координатор настраивает технику и готовится, а бойцы второго отряда и просто любопытствующие (немало их — не каждый день бои такого уровня случаются!) рассаживаются, я вновь откидываюсь на спинку и отключаюсь. А в реальность выныриваю от того, что на лицо падает тень.       — М? — разлепив веки, встречаюсь глазами с Улькиоррой, который стоит надо мной и молча буравит взглядом. — Эм… Прости за ноут?       Пытаюсь понять, верно ли угадал причину столь пристального внимания к своей особе. Вроде ещё не начинаем, остаётся только это. Но на меня, вопреки ожиданиям, и за оставленную в беспорядке технику не дуются.       — Знаешь что, мусор? Шёл бы ты домой, — он смотрит… обеспокоенно?       — В самом деле, Куросаки-тайчо, скверно выглядите, — теребит чёлку Грантц-младший. — Может, всё-таки обследование? Хотя бы измерить уровень реяцу. Я тут прикинул, сколько вы её потратили, и боюсь представить, сколько в таком случае осталось!       Я отрицательно мотаю головой. Чего тут мерить? И так ясно, что всё плохо.       — Я в порядке. Разбор послушаю и пойду.       — Куросаки, придурок! Ты нам живой и боеспособный нужен, если ещё не понял, а не героическим трупиком! — рычит Гриммджо. — Вали уже, завтра вводные получишь.       — Я правда в норме, ребят, — с силой растираю лицо, пытаясь взбодриться. Бьякко (видимо, пришедшая вместе с Накимом) хмурится:       — Оно и видно. Хватит упрямиться, Ичиго! То, что синигами привели твоё тело в порядок, ещё не значит, что тебе не нужно отдыхать.       Знаю, согласен, и вообще-то тем и планировал заняться в скором времени! Вздыхаю:       — Я тебя проводить хотел.       — Я возьму такси, — отметает возражение она. — И ты тоже сейчас возьмёшь такси и поедешь отлёживаться. Да?       — … Да.       Надо признать, народ прав: этот бой и последующая нервотрёпка вымотали меня гораздо сильнее, чем хотелось бы считать. А мне ещё на дежурство завтра заступать. Так что накрылось наше свидание… В любом случае накрылось — не поеду домой сам, с моей прекрасной половинки станется вместо такси позвонить в неотложку.       Нахожу взглядом Халлибел (рядом со Старком, на время сбросившим сонную одурь) и констатирую печальную действительность:       — Нам нужен ещё один отряд. Полноценный. Двумя — не справляемся.       — Готовим, — согласно отзывается начальство (и опять же в лице Старка, а не заместительницы — во дела!). Но ещё бы им не готовить пополнения: третий месяц пошёл, как мы в такой запаре живём, что покой только снится!       Странно всё это, конечно. Пустые, естественно, не по графику нападают, но одиночки устраняются без особого напряга в штатном режиме. А после крупных прорывов на какой-то срок образуется затишье — потому что твари, способные организовать для совместных действий себе подобных, гонят в атаку всех из них, до кого способны дотянуться. И, когда отобьёшься, должно пройти некоторое время, прежде чем в Уэко Мундо народится новое поколение «шестёрок» и найдётся очередной «командир». И да, эти сроки измеряются чаще в годах.       Это обычно. Но начиная с Рождества — не тут-то было! Словно кто отряд на прочность проверяет. И не знаю, как остальные — но я, похоже, не выдерживаю.       — Ладно, я тогда пошел, — устало улыбаюсь, взмахивая рукой на прощание. Проходя мимо Бьякко, легонько сжимаю её пальцы. С большим удовольствием бы поцеловал — но при таком скоплении народа она точно не оценит.       — Машину я тебе вызвал, мусор, — в спину сообщает Улькиорра. Благодарю кивком через плечо, и потому успеваю заметить краем глаза, как в зал через противоположный вход просачивается наблюдатель Ичимару — редкий гость на разборах, но было бы странно, если бы сегодня не заявился.       А потом за моей спиной закрывается дверь, и я действительно покидаю штаб и отправляюсь домой. Живу я, разумеется, неподалёку. Хоть и не в кампусе, как предпочитает большая часть отдела. Но у меня, в конце концов, свадьба через месяц! Приводить жену в общажную комнату — это как-то чересчур…       Кстати, если подумать, только семейные у нас и селятся особняком. Большинству после детских домов и интернатов в отдельном жилье элементарно неуютно, и даже знакомство с соседями тут помогает мало. Даже я всё ещё не решился выкупить квартиру в собственность. Обручимся с Бьякко — тогда и определимся. Может, ей тут ещё не понравится. Она, конечно, в гостях не раз бывала и всё уже видела, но с её воспитанием ожидать, что она станет критиковать чьё-либо жилище (пусть даже и собственного жениха)… В общем, придётся спрашивать, когда она станет тут полноправной хозяйкой, и уже тогда или выкупать, или искать альтернативы. Сам-то я в этой квартире вполне освоился. Съехал сюда из общаги незадолго до того, как решил сделать своей девушке предложение — то есть, месяца три уже будет…       Впрочем, конкретно сейчас мне вообще всё равно, что там за жильё — была бы постель. Добравшись до кровати, буквально падаю, не в состоянии даже нормально раздеться. Всеблагие ками, что ж так хреново-то?! Ещё бы немного — и до дому меня пришлось бы тащить. И благо, если кому-то из сослуживцев, а не Бьякко. Я ж, осёл, хотел её на прогулку вытащить! Хорош бы был, свалившись ей под ноги в парке. Да и лишний раз беспокоить её своим расклеившимся видом совсем не хочется. На сей раз я подошёл как никогда близко к грани… Ещё и знобит с чего-то…       Я успеваю подумать, что надо бы совершить небольшой подвиг — подняться и достать из шкафа второе одеяло, но вместо этого проваливаюсь в зыбкий тревожный сон.       Поутру меня всё ещё потряхивает. Но по въевшейся за четыре года привычке я подскакиваю с постели ровно в шесть. Зарядка, душ, завтрак… Нельзя сказать, что я полностью отошёл (вообще-то, толком даже не выспался), но, по крайней мере, не пытаются подломиться колени, а горячая вода помогает унять противную дрожь. С этим можно жить. И даже работать. Наверное.       Ну, выхода-то всё равно нет. Как уже говорилось, Пустым наплевать, насколько мы устали, и насколько мы готовы. Они просто приходят и нападают. А нас в отделе не так уж и много. Ещё не хватало свою смену на Гриммджо скидывать! Его, между прочим, вчера тоже крепко приложило, а отдыхать домой никто не отпускал. Так что к началу рабочего дня я уже в штабе и готов принимать утреннее построение.       Воинство моё выглядит потрёпанным и увечным. Нноиторе, допустим, отсутствие глаза давно уже не помеха, Тесле тоже — но тот неестественно зажимает плечо. Вчерашняя рана беспокоит — значит, сражаться он не сможет. Из автоматчиков отвод по медицинским показаниям получат трое. Йоджи, с его разбитой головой, мог бы вообще не являться. Ан нет, стоит вместе со всеми, бледный чуть не до синевы, и делает вид, что в порядке. Тоже претит скидывать свои обязанности на других.       — Самоотверженность и ответственность — это хорошо, но не до такой же степени, — со вздохом качаю головой.       Бьякко переглядывается с моим лейтенантом и поджимает губы:       — Все в капитана. Тебе тоже отвод.       — Не понял?       Действительно, не понял. Шутит она, что ли? Трети стрелков в отряде не хватает, один мечник тоже в минусе — и она отстраняет меня? У парней хоть объективная причина, боевые травмы, но меня-то вчера полностью вылечили!       — Капитан, ты кретин, — скалится Джируга. — Топай домой, без тебя справимся. Тебя ж натурально шатает!       Говорит так уверенно, что я даже скашиваю глаза на собственную тень — проверить, так ли. Нет, вроде ровно стою.       — Не преувеличивай, — хмуро перевожу взгляд на него. Но ухмылка в ответ становится только шире.       — Ну пусть не шатает, — вздыхает отрядный медик. — Пусть тебе даже кажется, что всё в порядке… Не в порядке, и ты это знаешь. Ты загоняешь себя. И такими темпами не сегодня — завтра сломаешься. Рано тебе в строй.       — У вас с катаной остаётся единственный боец, — я сжимаю её плечо. — И не хватает поддержки. Не глупи, пожалуйста, Бьякко. Мне приятно, что ты обо мне переживаешь, но не стоит пытаться укутать меня в вату. Я — здоров. Я справлюсь.       — Это ты не глупи, Куросаки Ичиго! Будто от тебя можно услышать, что ты с чем-то не справишься, — она сердито смотрит мне в глаза. — Я знаю, что ты сильный. Дело не в «вате», дело в том, что у тебя до сих пор круги под глазами, непонятно, что с реяцу, и я совершенно не хочу знать, какая соломинка переломит хребет верблюду! От меня – недопуск. Если желаешь — соберём комиссию.       Комиссия — это Чирруччи, Лоли и Меноли, штабные медики. То ещё змеиное кубло, достойные соперницы бестиям Халлибел. Только начальницы, способной приструнить, над ними нет. Но хуже всего — это ещё и Заэль, ибо вопросами с духовной силой занимается именно он. А Заэль после вчерашнего с меня живого не слезет. Так что — один хрен я получу отвод, но вдобавок невесту обижу сомнением в её профессионализме, и перед нашим разработчиком придётся прыгать. Не стоит оно того. Но, ксо, оставлять её и парней в таком усечённом составе — это же никуда не годится!       Лейтенант, перехватив мой загнанный взгляд, усмехается.       — Не дрейфь, капитан! Сказал же — разберёмся и без тебя. Стажёров возьмём, из третьего. Им на самостоятельные дежурства скоро заступать — вот и попрактикуются!       — Старк ещё вчера добро дал, — подтверждает Бьякко. — Скоро пришлёт бойцов.       Эта идея мне тоже не слишком нравится. Третий отряд, конечно, не только учебный, но и резервный, и по выслуге лет там некоторые подольше меня состоят. Но выслуга — это не то, что решает в сражении с Пустыми. Боевой опыт, сила, в том числе духовная, сработанность, знание тактик и доверие напарникам… Даже если парни, которых придаст моему отряду наш вечно сонный босс, сами по себе действительно хороши (что тоже вопрос, иначе числились бы в основных отрядах), здесь они всё равно будут не на своём месте. Недостаточно для той мясорубки, которая у нас творится в последние месяцы…       — Всё будет в порядке, — моя девушка гладит меня по щеке, изменяя своим привычным постулатам о невыносе личного на люди. — Грантц уверен, что после вчерашнего должно начаться затишье. Наших сил хватит.       — Н-да? — Хотел бы я разделять их оптимизм. Что-то после прошлых нападений особых перерывов не было!       — Ну, если не после двух вастер-лордов, то я уже не знаю, после кого, — хмыкает Хиге, остающийся у автоматчиков за старшего. — И тогда нам по-любому кранты.       — Тьфу на тебя! — шикает его сосед по строю, втыкая локоть ему в бок. — Не накликай!       — Если дело обернётся совсем круто — тебя вызовут, — обещает Бьякко. — Как и Гриммджо с командой, и Старка с его «запасниками». Нельзя тащить всё на своих плечах, Ичиго.       — Доверьтесь своим людям, капитан! Мы тоже сильные, — Хиге, когда это говорит, выглядит очень уверенно и как-то неожиданно серьёзно, несмотря на улыбку. Да и с аргументом его не поспоришь. И потому, что я знаю, что он прав, и потому, что доверяю им собственную спину в бою. И теперь отказаться уходить — это как продемонстрировать, будто без меня они ни на что не способны. Лицемерие и подлость, которой мои парни не заслуживают. Просто… Я беспокоюсь.       — Только попробуйте у меня подставиться, ясно? — сурово сдвинув брови, рявкаю на строй. Ребята смешливо фыркают и отдают честь. А отрядные медик с лейтенантом в четыре руки выталкивают меня с территории штаба, пока не начал снова спорить. Только что пинком на прощание не награждают (с Нноиторы бы сталось).       Вот так я оказываюсь за КПП, совершенно внезапно получив в своё распоряжение незапланированный выходной, и теперь понятия не имею, чем заняться. Просто бреду по улице, погрузившись в размышления.       Логичнее всего было бы, конечно, пойти домой отоспаться. Можно сказать, для того меня и спровадили… Но я не могу. А всё из-за этих чёртовых снов! Не кошмары, нет, но от этого не легче. Я вижу их, сколько себя помню. Как призраков. Да, честно говоря, именно призраков это больше всего и напоминает — так, как их обычно представляют обыватели. Смутные силуэты, смазанная внешность, глухие, звучащие словно сквозь вату, голоса: «Возьми меч, Ичиго!», «Ичиго, просыпайся!». Что это значит? Кто эти люди? Почему именно я? Ведь никто во всём отделе больше не страдает от подобных навязчивых видений…       Впрочем, если так поразмыслить, тараканы в голове наличествуют у всех наших, просто другие. Совершенно адекватного нет никого. Начать с того, что из всех служащих в нормальной полной семье вырос, пожалуй, лишь Исида (и Арисава, но инструктора не считаются). Ещё пара процентов личного состава может похвастаться наличием хотя бы одного родителя (иногда — обоих, но с такими лютейшими семейными проблемами, что поди разберись, как и хуже), подавляющее же большинство — сироты, выпускники разных детдомов, редко когда своих родителей в принципе знавшие… А с такими примерами из детства в своём настоящем в семью эти люди умеют тоже паршиво.       Ну, скажем, Халлибел — что там у неё в прошлом, я не уверен, зато точно могу сказать, что её нереализованный материнский инстинкт изливается на секретарш, которые грызутся за это внимание меж собой, будто дети малые за любовь мамочки… Нашли друг друга, одним словом. А Старк с Лиллинет что, лучше? Один постоянно дрыхнет, как если бы ему этот мир ещё в момент рождения разом наскучил, вторая его постоянно пинает, словно это единственное развлечение, работа и священный долг в одном флаконе. Да и то, что при живых родителях она почти полностью на попечении дядюшки, который сам весьма далёк от образцового семьянина… как, впрочем, и гражданина в целом, тоже о чём-то да говорит.       Тесла хвостиком таскается за Нноиторой, а тот одержим желанием стать сильнейшим — причём не вполне ясно, что он вообще вкладывает в это понятие. Навыки кендо? Уровень духовной силы? Счёт убитых Пустых?.. Гримм и Улькиорра, эти их вечные стычки, постоянная и никогда не получающая логического завершения «вражда»… И то, как Гримм цепляется за каждого из своих парней. Заэль с маниакальными поисками совершенства (в том числе и в собственном образе — он ведь изначально блондин, вообще-то, и розовый — далеко не первый колористический эксперимент). Исида с гипертрофированной гордостью квинси, Чируччи, которой не сидится в медицинском кабинете офиса, которой надо всенепременно в бой…       Даже у этого лисомордого гада, Гина, в ящике стола хранится собственноручно нарисованный портрет рыжеволосой девочки лет двенадцати, и если бы он знал, что я этот рисунок видел, то моя жизнь была бы испорчена на ближайшее десятилетие, а то и два. Ямми — легче всех, дуб дубом же. А и тот нашёл человека, которому вверил себя в распоряжение, и лишь на этом успокоился.       У всех свои заскоки, словом. Мне вот снится всякая муть.       Может, и не только мне, кстати — я, конечно, по отряду спрашивал, но подобные штуки не из числа тех, про которые станешь рассказывать окружающим без опаски. Больно уж похоже на первые признаки сумасшествия. Мне и призраки-то изрядно потрепали нервов с момента, как я вышел из возраста, в котором было не странно придумывать воображаемых друзей. Как только не спалился перед психологом интерната? И изначально в «Эспаду» меня привели не высокие идеалы, не благородная миссия защиты города или что-то подобное, а тупо возможность не чувствовать себя ненормальным. А то трудно как-то не сомневаться в собственной психической стабильности, когда видишь то, чего больше никто не видит. И когда тебе потом говорят: «Всё окей, чувак, оно на самом деле есть»… В общем, думаю, на тот момент я в отдел вступил бы, даже если бы они Пустых не уничтожали, а разводили.       Быть может, для какой-то группы людей и сновидения мои — не что-то из ряда вон. Но пока это выглядит, как подступающая шиза. И если так, то в последние пару месяцев она подбирается всё ближе… Я после этих снов от собственного отражения готов шарахаться — кажется, что превращаюсь в свой же негатив, и смотрит он на меня из зеркала жуткими черно-жёлтыми глазищами, ухмыляется… Брр.       Хорошо, что хотя бы об этом ни Грантц, ни Бьякко, ни кто-либо ещё из медперсонала или руководства отдела не в курсе. Иначе не отделался бы я выходным и схлопотал полноценное отстранение на длительный срок. По медицинским показаниям, ага. А это вовсе не то, что я могу себе сейчас позволить.       С трудом выныриваю из раздумий, столкнувшись с каким-то прохожим, хмуро извиняюсь и… застываю на месте, как вкопанный. Что я там говорил о снах? Кажется, они тут в явь воплотились.       Ну, как минимум, самый частый из них, самый знакомый из призраков-силуэтов. Стоит передо мной, весь такой утонченный и возвышенный, прямо как — хах — во сне. Хотя, может, и правда? Минувшей ночью мои «призраки» стали как-то ярче, и у них почти появились лица… Да и внеплановый выходной гораздо больше похож на подсознательное желание усталого разума, чем на объективную реальность.       Сжимаю кулаки — ногти впиваются в ладонь — больно. Значит, всё же не сплю (до чего дожил — я ведь действительно усомнился!). Да и вижу я его всё-таки слишком ясно для сна, наверное, поэтому и разглядываю во все глаза.       Он красивый. Похож на Бьякко, только ещё совершеннее. Как будто фарфоровая кукла, только что без хрупкости. А вот ощущение лаконичной завершённости — как раз то самое. Парень — нет, молодой мужчина скорее — высок, статен собой, с правильными чертами лица и длинными тёмными волосами. Откидывает чёлку со лба невероятно элегантным движением головы. И, ками-сама, какие глаза! Так подумать — ну серые и серые, чего бы особенного? Но есть какой-то неуловимый оттенок, скрытый отблеск, из-за которого почему-то сразу начинаешь представлять, как бы этот человек выглядел при другом освещении. На фестивале фейерверков, к примеру, или на ночном ханами… Кимоно ему пойдёт. И глаза бы смотрелись совсем фантастично. Тут ещё и пушистые ресницы придают взгляду дополнительную глубину. И выразительность, да. С Улькиоррой и Бьякко пообщаешься — сразу научишься подмечать и ценить подобные нюансы. Этот товарищ явно из той же когорты обладателей вечного покерфейса…       Столкновение, правда, слегка выбило его из колеи. Мы, наверное, невероятно глупо смотримся со стороны — замерли друг напротив друга посреди улицы, и смотрим потерянными взглядами… И он скоро это осознает и тогда, конечно, уйдёт своей дорогой. Возможно, даже и не вспомнит нелепого рыжего парня, врезавшегося в него на улице. А мне вдруг кажется, что он способен избавить меня от этих моих не-кошмаров, и потому так не хочется отпускать… Я даже не сразу понимаю, что за слова выдыхаю в тот момент, когда он называет меня по имени:       — Ты мне снишься… — И мы замираем снова, и вновь смотрим друг на друга потрясённо и неверяще. И я отчего-то глупо улыбаюсь, когда он отвечает:       — Ты мне тоже.