Ignis Fatuus / Блуждающие Огни

      Тишина. Очень странно просыпаться в тишине, ведь Винсент сначала долго не мог привыкнуть к тому, что звуков за окном было очень мало и все они были живыми, а сейчас не было и их. Словно время замёрзло. Он резко распахнул глаза, испугавшись, что потерял слух, и окинул взглядом комнату. Незнакомую комнату. Даже не удивился, хотя просыпаться постоянно в новых местах уже несколько надоедало. Радовало, что на этот раз комната была достаточно маленькой, прекрасно просматриваясь и, видимо, не тая в себе каких-то внезапных опасностей. Единственное, что Винсент был тут не один.       — Надо же, проснулся. А я думал, ты опять решил впасть в спячку на неделю…       Рыжий невольно улыбнулся, с облегчением узнавая в стоящей недалеко фигуре Ноэля. Казалось, что он не виделся с ним кучу времени, и теперь был рад. Он даже хотел сесть, чтобы поприветствовать его, но тело оказалось не готово к таким подвигам. Винсент аж задохнулся от ощущений, с трудом переворачиваясь обратно на бок и кряхтя.       — Неженка, — скривившись, добавил азиат.       Презрительный голос неприятно царапал сознание. Винсент хотел было возмутиться, что ничего удивительного в его состоянии нет, но передумал. Во-первых, потому что боль в горле была такой, что вряд ли получилось бы произнести столь длинную фразу — разве что шёпотом, в чем не было бы никакого смысла. И второе — он подумал, что Ноэль едва ли будет впечатлен подобными оправданиями. Хоть он и был одет в рубашку с воротником, а на шее под волосами и ошейником отчетливо виднелись синие следы. Такие же, скорее всего, покрывают всю спину Винсента. «Нет, меньше…» Он закусил губу, пробежавшись языком по затянувшейся трещине. Даже представлять, как он сейчас выглядит, не хотелось. Стоит отвлечься на что-то нейтральное.       — Насколько… я отключился? — прохрипел Винс, морщась от саднящего горла.       — Часов на 16… Кондор решил дать тебе хорошенько выспаться, а ты оказался той еще соней, — качая головой, Ноэль подошел к кровати, протягивая рыжему чашу. — На вкус не очень, но расслабляет и боль снимает на ура.       Теплая кружка приятной тяжестью легла в ладони, и Винсент принюхался, различая травяные запахи, смешанные с чем-то. Ноэль выразительно изогнул одну бровь, скрестив руки на груди. В его черных глазах читалось столько всего, что никак не удавалось определить ничего конкретного.       — Что? — в итоге недоуменно моргнул Винсент.       — Ничего, — тут же пожал плечами и отвернулся Ноэль, отходя обратно вглубь комнаты. — Просто интересно, зачем ты делаешь столько лишнего постоянно… Если бы Кондор или я хотели бы тебя отравить, то сделали это уже давно. По-моему, ты уже должен был понять, чего стоит ожидать от него. А поскольку к его страсти ты еще не привык, то в ближайшие пару дней повтора вашей бурной ночи можно не ждать. По-моему, это очевидно. Значит, или ты глуп и все еще считаешь что в каждом действии скрыт какой-то тайный мотив, или… Или я не знаю какого лешего ты тратишь мое время на нюханье чая!       Голос азиата плавно менялся от ровного до практически крика и затем резко обратно. Видимо, его действительно раздражало поведение Винсента, хотя он и старался держать себя в руках. Рыжий почувствовал себя неловко. Вжав голову в плечи, он опустил взгляд и практически спрятался в чашке, не решаясь взглянуть на непривычно эмоционального Ноэля.       — Если бы все было так просто, — буркнул он, делая маленькие глотки.       Привкус ночи все еще не исчез окончательно, напоминая о себе. Но напиток действительно был более неприятный и вяжущий и практически сразу избавил от остальных вкусовых ощущений, поэтому Винсент молча продолжил его пить, даже не морщась. Одинокие глотки в звенящей тишине. На дне напиток стал совсем отвратительным на вкус, и Винсента едва не вырвало. Морщась, он сглотнул, тут же возвращая чашку Ноэлю и попытавшись вытянуться на кровати.       — Ммм…       А действительно стало как-то легче. Все тело будто теплом наполнилось, мышцы расслабились, и даже начало получаться игнорировать конкретные источники боли.       — Я же сказал, что будет лучше.       Ноэль хмыкнул, залпом допивая остатки и даже не поморщившись. Всем своим видом показывая, что он был прав, и направляясь к двери. Очевидно, собираясь покинуть комнату.       — Подожди! — испуганно дернулся Винсент. — Где я вообще?       — В моей комнате. И я не буду сидеть и нянчить тебя: у меня еще есть дела. Кондор сказал напоить тебя этим по пробуждении, и теперь, когда сие желание выполнено, я могу наконец вернуться к более важным делам.       Что-то будто щелкнуло в голове рыжего, стоило представить, как он останется наедине с мыслями и воспоминаниями. Конечно, Ноэль ни за что не согласиться с ним сидеть, да и сам Винсент себе этого не представляет. Но торчать наедине с собой сейчас казалось ему гораздо более худшим вариантом, нежели попытка достучаться до озлобленного азиата.       — Подожди, может быть, я могу чем-нибудь помочь? — лихорадочно выпалил Винс, отчаянным взглядом цепляясь за спину Ноэля и приподнимаясь на кровати.       Ноэль замер. Он обернулся, удивленно и вместе с тем непонимающе посмотрев на него. За все то время, что Винсент находился тут, ни разу у него не возникало желания как-то помочь. Что же изменилось?       — То есть, по-твоему, есть дело, с которым я не справился бы сам. И теперь ты волшебным образом наконец-то можешь мне помочь? Это в твоём-то состоянии?       Раздражение в его голосе мгновенно возросло, а глаза вытянулись в тонкие злобные щелочки. Винсент захотел взвыть и беспомощно возвести руки к небу, моля о помощи с нахождением общего языка. Очень уж хотелось съязвить в ответ или сказать что-то остроумное, или, на худой конец, просто вывесить белый флаг, но едва ли это поможет. Скорее наоборот. «Ладно. Так. Расслабься». Винсент сделал медленный глубокий вдох. «Все, что мне надо, — это занять чем-нибудь руки и голову, чтобы не думать о том, что было прошлой ночью… Как будто я смогу не думать, хех. Особенно видя эти яркие пятна на шее Ноэля. Стоп. При чем тут вообще он? Да и чего он на меня взъелся-то так, я же не сделал ничего плохого…»       — Ладно, — неожиданно спокойный голос совершенно сбил с толку рыжего.       — Ладно? — глупо моргнув, уставился на Ноэля Винс.       Эти резкие перемены в настроении настораживали, и рыжий на всякий случай отполз подальше от края кровати. Машинально, максимально незаметно. Правда, кажется, Ноэля это не интересовало, и он действительно выглядел спокойным. «Он что, притворялся?»       — Ты на самом деле можешь мне помочь. Если, конечно, совсем не идиот и с простым заданием справиться можешь, — спокойно проговорил Ноэль, насмешливо косясь на окаменелого Винсента.       Винсент тут же просиял, моментально забывая о боли и вскакивая с кровати. К боли на самом деле он уже практически привык и научился ее игнорировать. Тем более сейчас, когда, возможно, ему удастся заняться чем-нибудь, кроме сидения или лежания в ограниченном пространстве, с бесконечными мыслями о блондинистом насильнике.       — Второе дыхание открылось? — теперь уже очередь Ноэля удивляться. — Оденься, принцесса. На улице похолодало.       — Да, конечно… Правда, я не знаю, где.       Закатив глаза и не давая ему договорить, азиат молча указал на дверцы, за которыми располагалась довольно большая гардеробная. Целая комната, с широким зеркалом в пол и множеством разных одеяний, большинство из которых Винсент даже не представлял, как носить. Все выглядело таким… Пафосным. Что даже дотрагиваться было как-то неловко. Винсент замер, опираясь о дверцу, и беспомощно переводя взгляд от меха на каком-то пальто на кружевное украшение какого-то передника. Понимая, что с такими темпами процесс грозит затянуться очень надолго, Ноэль прошмыгнул в гардероб мимо Винсента, раздраженно задевая его плечом и фактически исчезнув среди груды вещей. Вынырнул он уже спустя пару минут, не глядя протягивая рыжему несколько вещей. Очевидно, он и правда торопился. И Винсент действительно не хотел, чтобы Ноэль опоздал или не успел сделать что-то важное из-за него, поэтому поспешил обратно к кровати, на ходу разбираясь, что за вещи ему протянули и пытаясь всунуться в них. Весьма опрометчиво считая, что уже достаточно набрался сил для такой процедуры. И, конечно же, не удерживая равновесие и падая спиной на кровать.       — Оооо, дьявол… Я уже жалею, что согласился… — страдальчески выдохнул Ноэль, выглядывая из гардероба и рывком вытаскивая торчащие из-под рухнувшего парня штаны. — Видимо, ты испытываешь ни с чем не сравнимое удовольствие, когда кто-то нянчится с тобой, как с ребенком… иных объяснений я не вижу, — резкими и довольно грубыми движениями помогая Винсенту одеться, не забывал между делом шипеть на него Ноэль.       Спорить не хотелось. Вернее, хотелось, но подсознательно рыжий понимал, насколько велика ставка, и просто терпел. В этом он становился все лучше и лучше с каждым днем. Да и не хотелось признавать, но даже несмотря на раздражение Ноэль мастерски справлялся с одеждой. Всего пара минут — и Винс уже был упакован, обут и начинал откровенно париться в этом всем. Видимо, погода была и правда мерзкой, но верилось с трудом, и Винсент неуверенно поправил шарф, борясь с желанием его откинуть куда подальше. Он никогда не любил шарфы. Осознание того, что Ноэль действительно ведет его на улицу, пришло лишь тогда, когда через распахнутые двери в лицо Винсента ударило ледяным ветром. Зажмурившись, он вслепую сделал еще несколько шагов вперед и остолбенел. Все вокруг будто бы замерло, одевшись в белое покрывало снега. Небо, земля, деревья — все стало единым.       — Вау…       — Идем. Скоро вернется метель, надо успеть закончить до этого.       Не останавливаясь, уверенным шагом отправился вперед Ноэль. Винсент поспешил следом так быстро, как только мог. Местность узнать было просто невозможно: не верилось, что он гулял тут вчера и что подобное преображение свершилось за ночь… Поёжившись, парень натянул на нос шарф, пытаясь не отставать. Кажется, они с Кондором проходили именно тут. Но сейчас Ноэль не останавливался и шел дальше, спускаясь по аллее и направляясь к домам. Одинокие снежинки то и дело царапали по щекам, норовили залететь в глаза, и Винсент, совсем не привыкший к такой погоде, старался совсем не высовываться из шарфа. Одно радовало: продрогшее тело перестало ныть, направив все силы на обогрев. Так что своей изначальной цели — не думать — рыжий добился.       Оказалось, что до домов идти дальше, чем показалось вчера. Минут, наверное, двадцать, если, конечно, Ноэль не специально шел медленнее. Едва ли. Винсент очень хотел спросить, но перекричать ветер с его охрипшим голосом слишком нереально, поэтому он молчал. Зато звуки деревни ветер как раз приносил к ним, безжалостно комкая и смешивая в полете. Что-то конкретное разобрать нельзя, но жизнь явно кипела.       — Грегор! — окликнул Ноэль кого-то, практически полностью скрытого в меховой одежде.       — Господин Ноэль, — ответил он учтиво.       Поприветствовав друг друга короткими кивками, они оба направились меж домов, проходя по невидимым тропинкам. Винсент поспешил следом, немного удивленный от такого рода манер, но стараясь не обращать внимание. Не хотелось выделяться и привлекать внимание — гораздо интереснее было пытаться разглядеть что-то в окнах, хотя они шли так быстро, что получалось выхватывать лишь отдельные предметы или плотные шторы. Все дома были похожи, с массивными деревянными стенами и резными рамами на окнах. Хотелось остановиться и рассмотреть хотя бы один, но петляющий путь резко кончился. Ноэль и второй человек зашли в несколько выбивающийся из общего ансамбля дом. Он выглядел более привычно, с окрашенными в желтоватый цвет стенами и плоской крышей, над которой виднелись не труба с дымом, как в остальных домах, а провода и антенны. Успев кинуть на них лишь короткий взгляд, Винсент прошмыгнул за железную дверь и остановился, чтобы отряхнуться и расстегнуться.       Внутри оказалось тепло и сухо, и слышно было, как потрескивает электричество в проводах. Как же скучал Винсент по этому едва различимому звуку — даже замер, прислушиваясь и улыбаясь незаметно для себя.       — …без вариантов, Господин. К возвращению Хозяина необходимо успеть, но снег оказался полной неожиданностью.       — Да, я понял. Черт. Он будет недоволен, если не успеем…       Диалог доносился из комнаты дальше по коридору. Судя по интонации, они были встревожены, но бежать к ним рыжий не торопился. Он повесил пальто рядом с другой одеждой справа от входа и хотел пройти в комнату, но случайно опустил взгляд на стеклянный стеллаж.       — …ент. Винсент!       — А? — моргнув, поднял взгляд рыжий.       Ноэль стоял перед ним один, скрестив руки на груди и недовольно буравя своими темными глазами. Винсент сжался, понимая, что, видимо, опять сделал что-то не так, и виновато опуская взгляд.       — Я… Это… Это тебе, — улыбнувшись, он протянул Ноэлю маленькую розочку из шайб и проводов, но взгляд азиата в ответ блеснул совсем не по-доброму. — Прости, я не удержался. Давно уже не…       — Ты разбираешься в этом? — перебив его кивком головы, сдержанно спросил Ноэль.       Винсент моргнул, опуская взгляд на россыпь деталей, которые он вытащил из стеллажа пятнадцать минут назад и принялся как из конструктора собирать причудливый цветочек.       — В смысле? В чем — в этом? — не совсем понимая, переспросил он.       — Идем.       Не дождавшись ответа, Ноэль схватил его за руку, рывком поднимая на ноги и утаскивая в комнату. Винсент не успел даже положить на место все то, что он повытаскивал, молча волочась за азиатом. Комната оказалась мастерской, со стойким запахом железа, огромным столом и сложенными в кучи запчастями.       — Вижу, разбираешься.       Ноэль усмехнулся, видя, как загорелись глаза Винсента. Рыжий не обратил даже внимания, жадно ловя ртом запах масла и краски. В его мыслях тут же появилась надежда, но стоило присмотреться, как надежда эта испарилась.       — Змеев и ничего похожего тут нет, да, — поняв его разочарование, подтвердил Ноэль. — Винсент! Соберись, хватит в облаках витать. Ты сможешь починить вот это?       — Да, конечно. Что это?       Уголки рта Ноэля невольно дрогнули, выдавая улыбку. Внезапная уверенность Винсента вызвала умиление: очень захотелось съязвить в ответ, что как же он собирался чинить то, что не знает, но времени на пререкания не было.       — Сено тут замачивают, и эта штука нам необходима в течение пары часов. Элис слишком поздно обнаружила, что она не включается.       — Понятно, — соврал Винсент. — Если проблема в механизме, то я постараюсь исправить…       — Отлично. Приступай. Я скоро вернусь.       И прежде чем Винсент что-то сказал, Ноэль развернулся, вышел из комнаты, оделся, и, судя по звукам, закрыл дверь на засов. Рыжий даже сходил проверил — дверь и правда оказалась закрытой.       — Что ж. Ну, хотя бы есть чем себя занять…       Почесав затылок, он вернулся в комнату, захватив с собою отвертку.       Ноэль вернулся через час. Он не до конца верил в способности Винсента, но возможность заняться чем-то привычным, а не разбираться в совершенно чужом для него деле, была гораздо приятнее. В конце концов, за этот час он успел обойти всю деревню, проверить, все ли успели подготовиться к внезапно нагрянувшей зиме и помочь справиться с последствиями ночного снегопада. Осталось лишь подготовить ужин для скотины, а для этого следовало вернуться и узнать, насколько преуспел в починке Винсент.       Погода тем временем неминуемо портилась. Крупные хлопья снега сыпались с неба, затянутого темно-серыми тучами. Ветер то усиливался, то практически утихал, наверное, чтобы запутать невнимательных людей. Все погрузилось в полумрак, хотя до вечера еще было несколько часов и далеко-далеко над землей трусливо пряталось солнце, не рискуя даже пробовать пробиться сквозь ледяную стену. Ноэль шел обратно как можно медленнее, специально выбирая самую нечищеную дорожку и с трудом переставляя ноги. Спрятав руки в карманы, он устало всматривался в сгущающуюся белую кашу вокруг. Метель прекрасно сочеталась с его внутренним состоянием. Гнетущее, хмурое, нестабильное. Видимо, он слишком расслабился. Слишком привык, что все идет так, как хочется, без неожиданностей и без происшествий. Ведь он практически свыкся с повседневностью. Привык каждый день решать простые задачи, а затем возвращаться в дом. Быть единственным, кому разрешено свободно перемещаться по территории. Вообще, быть единственным.       Он остановился, сквозь ресницы смотря на укутанную снегом деревню. Монохромную и притихшую. Такая жизнь у них и была тут. И Ноэль понимал, что вечно так продолжаться не будет. Потому что однообразие губительно и скучно. И он чувствовал, как трещит по швам привычный мир, как разрастается внутреннее напряжение. По сути, он спасибо сказать должен Винсенту за то, что своим появлением он разжег в хозяине новый огонь и удерживает его вокруг себя. Ноэль поморщился, поджимая губы. Конечно, в деревне все радуются тому, что Хозяин расслаблен и доволен. Что проводит свое время и досуг на расстоянии от остальных, позволяя заниматься своими делами без лишнего контроля. Ноэль видел это. Видел, как улыбаются и позволяют себе ошибаться люди. И что в итоге — какая-то метель стала совершенно неожиданной и настолько серьезной проблемой. Смешно!       «Чертов Винсент…»       Ведь если им не удастся со всем разобраться, то наказание постигнет именно Ноэля.       «Ладно… В конце концов, пока что польза от меня все же есть».       Он мотнул головой, стряхивая налипшие на волосы снежинки, еще не успевшие растаять и превратиться в воду, и продолжил свой путь. Стоило отворить дверь и зайти внутрь мастерской, как он услышал, что Винсент еще работает. И, видимо, прихода Ноэля он не заметил. Совсем. Даже когда, переобувшись и сняв верхнюю одежду, тот прошел в комнату и остановился в дверях. Винсент его не заметил.       «Придурок», — с отвращением подумал азиат, кривя губы.       С увлечением завинчивая какую-то гайку, Винсент порхал над столом, будто живой огонек. Его растрепанные волосы были небрежно забраны на затылке в хвост. «Это что, провод?» — прищурился Ноэль, всматриваясь в металлический блеск импровизированной резинки для волос. Действительно. Медная обмотка провода отлично сочеталась с огненным цветом локонов, при этом не сразу бросаясь в глаза, и если бы не ракурс, то Ноэль бы даже не обратил внимание. Как не обратил бы внимание на отставленные ягодицы, на которых едва держались свободные штаны, и на выбившейся из-под пояса край трусов. При этом рыжий то и дело вытягивался, практически ложась на стол, чтобы дотянуться до каких-то деталей, все еще не догадываясь, что уже находится в комнате не один. Следя за ним, невольно приходило осознание, что при всей своей неуклюжести и неухоженности парень весьма хорош собой. Слишком хорош. Настолько, что аж комок в горле сворачивается, заставляя недовольно сделать шаг вперед.       — Я так понимаю, ты не успел починить се… — начал было с недовольным тоном отчитывать Винсента Ноэль, но осекся.       Резко обернувшийся и подскочивший на месте рыжий испуганно вытаращился на него, зажимая губами несколько шурупов и едва не выронив из рук отвертку.       — Ммн нм ммнвымн мынмв! — замычал он, оправдываясь и тыча рукой куда-то в сторону.       — Ты сейчас издеваешься или как? — наклонив голову, исподлобья глянул на него Ноэль, подавливая смешок.       — Мн!       Показывая жестом, чтоб подождал, Винсент поискал глазами на столе коробку, в которой хранились шурупы, чтобы освободить рот и уже членораздельно ответить:       — Так и напугать можно… — повторил он. — Я починил эту штуку, но ты все не возвращался, поэтому мне стало скучно, и я решил посмотреть, что интересного там есть…       — И как, нашел? Вкусно? — ехидно усмехнулся Ноэль, — Погоди. Починил? Серьезно?       — Ну да… Там делов-то на десять минут — провод поменять. Старый, видимо, кто-то перегрыз, и едва ли он теперь может служить по назначению…       — Ага, вижу.       Винсент удивленно моргнул, потом сообразил и смущенно потянулся, чтобы распустить волосы. Правда, так просто у него это не удалось. Провод без боя решил не сдаваться, вцепившись в причёску мертвой хваткой. Завязалась борьба, в ходе которой Винсент, щурясь и шипя от боли, вертелся, косясь наверх и пытаясь на ощупь высвободить волосы. Кончилось это так же неожиданно как и началось. Парень просто запутался в ногах и рухнул, потеряв равновесие.       — Слушай, как ты вообще дожил до совершеннолетия? — искренне удивился Ноэль, сверху вниз смотря на потирающего задницу Винса.       — Эээ, не поверишь — прекрасно…       — Ты прав, не поверю.       Ноэль хмыкнул, наклонившись. Винсент тут же замер, сжавшись словно в ожидании удара: уж больно недовольный и суровый вид был у азиата. Но вместо этого Ноэль аккуратно выпутал провод, не выдрав при этом ни единой волосинки, и протянул его рыжему.       — Кондор был бы весьма недоволен, если б ты стал лысым. Боюсь, это даже могло бы стоить мне жизни, — пояснил он свой акт доброй воли, да таким голосом, что Винсент совсем не смог определить, правду он сказал или нет.       — Да ладно, сомневаюсь, что мои волосы ему дороже твоей жизни. Ноэль ничего не ответил. Он лишь весьма выразительно посмотрел на рыжего, и тот моментально замолчал. Было во взгляде азиата что-то такое, о чем даже думать не хотелось. Слишком до мурашек оно пробирало, растекалось вдоль позвоночника. Да и упоминание о Кондоре не было самым приятным.       — Идем, поможешь мне, — устало отмахнулся Ноэль, одеваясь.       Оказалось, что деревня не такая и большая. Хотя перемещаться меж домов во время снегопада — сомнительное удовольствие, и уже спустя две минуты у Винсента стали отваливаться руки. Благо, идти было недалеко, и парень надеялся на возможность отогреться там, куда они идут… Как оказалось, зря: температура в помещении, где содержались животные, не была достаточно высокой, чтобы хотя бы снять верхнюю одежду, и Винсенту не оставалось ничего другого, кроме как прыгать на месте и растирать руки, пока Ноэль занимался делами. К животным азиат его не подпускал. Вообще. Закрыл в какой-то коморке и оставил наедине с собой без возможности даже понаблюдать за чем-то. Через стену было слышно, что пришли помогать какие-то еще люди. Голоса смешивались с настойчивыми криками голодной скотины. Будучи городским ребенком, Винсент не мог даже представить, кому принадлежит половина звуков, хотя попасть в тепло и отогреться было бы куда более соблазнительно, нежели разузнать, кто содержится в этом странном месте. И ведь только он успел порадоваться, что не такой уж и отсталый тут мир, надышаться привычными запахами, как тут же окунулся в ароматы навоза и сена. Просто день контрастов. И эти контрасты отнимали очень много сил. Присев на какой-то ящик, Винсент попытался свернуться в клубочек, чтобы сохранить тепло. Его клонило в сон, хотя подсознательно он понимал, что просто ужасно мерзнет. Винсент даже уже успел подумать о том, что лучше бы остался в доме. В тепле и уюте. Закрыв глаза, он не заметил, как начал проваливаться в пустоту. Не заметил, как за стенами разномастные крики сменились громким чавканьем. И, по традиции, не заметил, как вернулся Ноэль.       — Не спи, замерзнешь.       Винсент аж подскочил на месте.       — Что за привычка меня постоянно пугать… Я так стану совсем дерганным… — пробормотал он, пытаясь засунуть руки в рукава, чтобы согреть о тепло тела.       Это не скрылось от взгляда Ноэля. Он прищурился, задумчиво выдыхая облачка пара, будто взвешивая мысленно что-то. Винсенту, в общем-то, было пофиг, что — он просто хотел в тепло. Будто нахохлившийся воробей, он смотрел на Ноэля из-под рыжих перепутанных волос, то и дело сотрясаемый волнами дрожи.       — Н-да. Прости, я как-то не подумал, что ты настолько замерзнешь… — наклонив голову на бок, извиняющимся голосом проговорил азиат, улыбаясь. — Надо с этим что-то делать…       Он растянул губы в сладкой улыбке и медленно облизнулся. Винсенту стало не по себе, хотя он и почувствовал, как по телу будто пробежал эклектический разряд. Ноэль, видимо, тоже это заметил, поскольку улыбка его стала шире. Не прерывая зрительного контакта, он плавно подошел, наклонился, оказавшись практически вплотную, и с каждым его шагом Винсент понимал, что ему становится теплее. Изнутри. И что он как завороженный следит за этим парнем с бесами во взгляде, затаив дыхание. А Ноэль остановился лишь на мгновение, чтобы подцепить шарф и стянуть его с лица Винсента и прильнуть к его губам своими. Влажными, теплыми. Практически сразу делая поцелуй еще более жарким, подключая язык, забираясь на колени рыжего. Ящик протестующе заскрипел, но едва ли кто-то прислушивался к его возмущению. И пусть куча одежды мешала в полной мере почувствовать тепло чужого тела, но Винсент отогрелся очень быстро. Ему даже стало жарко и тесно, на щеках заалел румянец, а тело тут же заныло во всех сокровенных местах.       Ноэль целовал его неторопливо и с наслаждением. Изучая рот, дразня языком, переплетаясь дыханием. Так, что у Винсента начала кружиться голова и все ощущение реальности поплыло. Он закрыл глаза, позволив себе немного расслабиться, согреться. И не высказывая недовольства или сопротивления даже тогда, когда теплые ладони Ноэля прокрались сквозь бесконечную преграду из одежды, оказываясь в паху и расстегивая ширинку. Винсент не успел даже почувствовать холодного воздуха и скукожиться, азиат обнял его член обеими руками, принявшись ласкать. Сначала так же неторопливо, помогая окрепнуть и налиться кровью, а затем с увеличивающимся ритмом, ловя при этом язык Винсента и посасывая его. От холода не осталось и следа. Ноэль с поразительной быстротой нашел именно ту скорость, при которой у рыжего моментально унесло крышу. Он тяжело задышал, податливо подаваясь ближе, не в состоянии особо контролировать свои действия. К ужасу своему осознавая, что сейчас готов все на свете отдать, лишь бы растянуть эту близость. Лишь бы руки и губы Ноэля продолжали его ласкать, а не кидать насмешки и завуалированные оскорбления.       — Господин, мы закончили уборку, — чей-то тонкий, явно женский голос прозвучал неожиданно резко и громко, моментально сокрушая все те фантазии, что успел напридумывать рыжий.