Пешка инквизитора

– Фраг, скучно-о – зевает бородач. Тяжелые шаги эхом разносятся по библиотеке, измученный взгляд натыкается на Тахера, что обложился книгами, словно кхорнит черепами после хорошей бойни. – Анатомия фраговых гретчинов?! Серьезно? – Любые сведения о противнике повышают вероятность победы. К тому же, гретчины являются важным структурным элементом боевых порядков орков, которые без них не способны функционировать эффективно, – невозмутимо парирует Арден. – Скажи это зелененьким, которые используют их для проверки фраговых мин! – Тихо вы! – шипит инквизитор. Он занят огромным томом с инсигнией Ордо Ксенос. – Все-все, умолкаю, фраг… Тахер отрывает взгляд от книги, Вебер настораживается: – Что-то не так? В ответ – чуть заметный кивок. – То-арищ инквизитор, нужно поторапливаться! – Да-да, сейчас! – зрачки Вольтера забегали быстрее. Все яростнее шелестят страницы, бледные пальцы намертво впились в корешок... – Фраг! – Вебер отшвыривает стул с Брайтсом, тьму вспарывают лучи: один испепеляет книгу, второй проносится там, где сидел инквизитор. Русланд уже вскинул хелган… – Стой! Ты сожжешь тут все! Солдат цыкает. – Тахер! Хватай дрища и валите к фрагу! Я за вами! Первый понимает приказ буквально: инквизитор оказывается на широком плече. – Что вы творите! Отпустите меня-я-а-а…! – крик удаляется вниз по ступенькам.

* * *

– А-ап-чхи – кривится Мари, тут же возвращая кислую физиономию. Её хандра никак не прекращается. И причина такого состояния проста – мужик. Тахер действительно впечатлил вальхалку… – Мари, что-то ты совсем расклеилась. Нас ведь ждет новый мир, новый полк и весьма недурственная кухня! Она лишь по-детски отворачивается. Это уже ни в какие ворота! Упоминать его точно нельзя, иначе меня ждет истерика… Цепочку мыслей рвет писк инфопланшета. Что тут у нас…? – Фраг! – взгляд понимается на Мари. – Вскоре мы встретим дорогушу-инквизитора… и ту парочку. Кислое лицо прямо-таки вспыхивает счастьем! Мне бы её энтузиазм…       Рад приветствовать тебя, Ганс Юджин-Унрих. С прискорбием сообщаю, что мне снова требуется помощь. Есть крайне серьезные подозрения в одном деле… Пока не могу сказать ничего конкретного, но тот факт, что мы подверглись нападению, не оставляет сомнениям шанса. Я ожидаю на планете. Вас заберут с шаттла. Рассчитываю на тебя, Ганс Юджин-Унрих. P.S. Без тебя эта парочка совсем распоясалась… Тахер протащил меня на плече два километра! Поспеши! Твой друг В.Б.       Стоило мне покинуть Аквилу, как на площадку садится дорогой автомобиль. В таких перевозят важных шишек: броня не уступает комфортабельности. Из кабины выходит здоровенный парень. Брит налысо, старомодный смокинг обтягивает мускулатуру. И где Вольтер таких берет? – Комиссар Унрих? – рокочет бас. – Именно так. – Прекрасно, – громила поправляет черный ворот, – меня зовут Дуба. Мистер Брайтс ожидает вас. Он забирает багаж, вещмешки один за другим летят в машину. Мы с помощницей располагаемся на заднем сидении, что приятно скрипит кожей. – Готовы? – Дуба смотрит в зеркало заднего вида. – Да.       Вид на город-улей завораживает: в небо тянутся шпили, основания которых расползаются до горизонта. Автомобиль стыкуется с отелем-небоскребом, Дуба заверяет, что позаботится о наших «пожитках», так что идем прямиком к Вольтеру.       Сверху глядят хрустальные люстры, под ногами шуршат ковры. Улыбчивая девушка за стойкой регистрации замечает нас: – Добрый день, чем могу помочь? Мари уже открыла рот, но ее останавливает жест – здесь лучше говорить мне. – Здравствуйте, мы ищем друга… – Да-да, он ожидает вас в комнате 1904. – Прекрасно. Благодарю. Подходит облепленный вещмешками Дуба. Как по заказу подъезжает лифт, извещая о прибытии легким звоном. Внутри просторно даже с груженым верзилой, играет классическая музыка. Пара минут, и нас встречает швейцар: – Куда изволите пройти? – Комната номер 1904. – Прямо по коридору и направо. – Благодарствую. С “вальяжностью” я переборщил, учту в будущем. Но отель действительно шикарен: даже ворсистость ковра растет с каждым этажом. Если внизу не видно лишь подошвы, здесь ноги проваливаются аж по щиколотку.        Номер в указанном месте, костяшки пробуют дверь на прочность... минута... вторая… выходит детина с длинными волосами: – А вы кто такие?! – Лом, отойди! Их ожидает мистер Брайтс, – гудит сзади Дуба. – Так это они! Что ж, заходите. Громила указывает на просторную комнату с диванами вдоль стен. Центр занят длинным столом, за коим сидит инквизитор. – Я так рад, что вы прибыли! Садитесь. Хотите чего-нибудь? – Да, перекусить. Вольтер кивает Лому, тот исчезает. – А где Тахер? – робко спрашивает Мари. – Они с Вебером на разведке. Скоро должны вернуться. Помощница цыкает. – Теперь к делу, Ганс Юджин-Унрих. Ответь на вопрос: как стать инквизитором? – Понятия не имею. – Есть два основных способа, – Брайтс нервно перебирает печать, – первый: стать учеником действующего представителя. Все время ходить с ним, учиться философии, методам действий, прочему... Пока все ясно? – Вроде как. Что ж, я подозревал, что нет места с табличкой: «Школа Инквизиции». Только к чему он ведет – не понятно… – Со временем ученик постигает «искусство быть инквизитором». Определив, что кандидат готов, учитель созывает еще несколько инквизиторов для окончательного решения. Если они соглашаются, появляется новый инквизитор. Понял? – В целом, да Диалог сопровождает шуршание: батончик в руках Мари упорно противится вскрытию. – Второй способ: печать берется учеником после преждевременной смерти учителя. – Хорошо, – недоверчивый взгляд стреляет в Брайтса, – зачем мне это знать? – Затем, что погиб мой друг, лучший из нас. Его место занял ученик, как мне кажется, недостойный. Есть подозрения: преждевременная смерть могла оказаться неслучайной! Надеюсь, я понял его неправильно. – Ты хочешь сказать, что нам предстоит война с инквизитором?! – Скорее всего, да… Тишину нарушает лишь несдающаяся упаковка батончика. – Кстати, зачем ты отправил их на разведку? Вольтер устало трет лоб: – Честно? Вымотали меня они… «Туф-туф-туф» – дрожит входная дверь. – Открывайте, фраги! – Пароль! – ухмыляется Лом. – Пароль?! Какой пароль? Тахер…? Нет никакого пароля! Открывай, фраг тебя дери! Громила дебильно посмеивается. – Ржешь, падла?! Слушай сюда, или ты открываешь дверь, или я сломаю пополам её, а Тахер тебя! Готов поклясться, я слышу хруст кулаков. – Грозись-грозись: она железная, гы-гы… – Лом! – вопит Брайтс, – открой эту варпову дверь! Иначе я вычту с тебя её стоимость! Если ты выживешь… Бледнея, громила опускает ручку. «Фра-а-аг!» – в комнату залетает уже готовый к тарану Русланд. Мощное плечо, не встретив двери, отбивает Лома в стену. Сам бородач, споткнувшись, падает сверху. Из прохода с улыбкой выруливает Арден, длинные пальцы извергают новую волну хруста. От вида пострадавших он мгновенно сникает: – Исходя из уговора, заключенного девятью секундами ранее, тренировка полагалась мне. – Потом… сочтемся, – кряхтит Вебер, пытаясь встать. Шуршание фантика стихает. Мари направляется к Тахеру, протягивая батончик: – Открой. Безразличные глаза касркина опускаются на еду, возникший из ниоткуда нож размывается в серию бликов, на ковер планируют обрезки фантика – все заняло меньше секунды. – Спасибо, – зубы помощницы впиваются в освежеванный батончик. – Осторожно, Арден, – ворчит бородач, отряхиваясь, – она скоро и тебя сожрет! Начинается… – Че фказал, орк небритый?! – чавкает Мари, вставая в боевую стойку. – Че слышала, «Рыжий Ужас»! Ситуация накаляется – придется вмешаться: – Вы, оба, опять за свое?! – два смятенных взгляда падают в пол. – Варп побери, я комиссар, а не нянька, чтобы постоянно кричать на вас! Вебер, сколько раз повторять, чтоб язык твой был за зубами?! – Просите, комиссар – хором отвечают рецидивисты. С виду честно, жаль недолговечно… Вернемся к делу: – Вольтер, так что, собственно, от нас требуется? – Ах, да… Нужно в срочном порядке собирать информацию о расположении противника. – А если он уже свалил? – влезает в разговор Бородач, под грузной тушей скрипит несчастное кресло. – Сомневаюсь, Русланд Вебер. По крайней мере, нет доводов в пользу этого. Арден садится рядом с инквизитором. Длинные пальцы увлеченно полируют нож. – Ганс Юджин-Унрих, Есть варианты? – Хм-м, есть, но нужно все хорошо обдумать. – Прекрасно, тогда работайте. А мы с Дубой и Ломом постараемся найти информацию «по своим каналам». Тихий намек: «эта парочка на тебе», придется согласиться…       Спустя полчаса Лом оклемался, еще через час Брайтс и команда готовы к выходу, чего не скажешь о моей группе. По факту, мне нужен только Вебер – остальных надо куда-то сбагрить… – Кстати, Вольтер, что у нас по финансированию? – Ах да, – бледная рука исчезает в кармане, – держи! – Что это? – Это, Ганс Юджин-Унрих, мой счет в отеле – можете купить поесть и прочее. – Конечно здорово, а что с «наличкой»? Инквизитор приподнимает бровь, но все же протягивает пачку денег. – Если это все, мы уходим. Дверь хлопает вслед «первой группе». Теперь вернемся к основной проблеме: куда деть Мари с Тахером? Взгляд падает на помощницу, что достает очередной батончик. И как она может столько есть?! Стоп… Точно! Еда! – Тахер, подойти ко мне! Он нехотя отрывается от полировки. – Знаешь, что это? – шепчу я, удерживая знакомую бумажку. Арден кивает. – Так вот, зная Мари, она попытается «обожрать» нашего инквизитора, потому прошу тебя проследить за этим, ну и за поведением тоже. И никакого оружия: не хочу проблем с местной охраной. Касркин кивает со всей серьезностью. Учитывая, что сарказм он не воспринимает, можно быть спокойным. Или нет… – Мари, слушай, – вальхалка поднимает взгляд, – инквизитор «прокатил» нас с обедом, так что поручаю тебе исправить это недоразумение. Можешь взять в подмогу Тахера. На лице написано: «Я не верю своему счастью». – Исполнять! Помощница вешается на плечо касркина, утаскивая его прочь. – Вебер, как насчет пропустить по стаканчику? – Вы щас серьезно?

* * *

      Я заставил Русланда взять один лазпистолет. Не спорил он лишь потому, что на горизонте светит эль. В грязных улицах нижнего улья нужно отыскать максимально затрепанное место: интересные слухи не любят лоска. В мирах-ульях, чем ниже твой социальный статус, тем ниже ты живешь. И понятно, что холеные жители шпилей не станут болтать просто так, особенно про инквизиторов. А вот жители низов любят байки, которые, к тому же, быстро расходятся. – Комиссар, – шепчет сквозь зубы Вебер, – за нами следит какой-то фраг. Он серьезен, даже вложил сигару в ладонь. Что делать?! Подыграть ему, или признаться, что ничего не заметил? Бросаю короткий взгляд: бородатое лицо не выглядит испытывающим. Так же цежу сквозь зубы: – Где он? – Сзади, метрах в двадцати, притаился у помоек. Даже любимый «фраг» не добавляет! Похоже, все серьезно… – Ты уверен, что это не какой-нибудь бомж? – Внешне похож, только, эта гнида целенаправленно ходит за нами. – С чего ты взял? – Хе, мы уже два круга нарезали. Действительно, и как я не заметил…. – Комиссар, что делать будем? – Ничего, пусть следует. Русланд взрывается хохотом, широкая лапень толкает мое плечо. У него что, крыша пое...? – Хорошая история, Унрих! Но я знаю лучше! Понятно: имитирует непринужденное общение.       Всю дорогу до нужной забегаловки касркин бомбардировал меня «грязными шуточками», пусть и смешными. Не знаю, как теперь в глаза женщинам смотреть…       Наконец, мы добрались до нужного места. Внутри грязно и душно, а более грустных людей я не видел. У стойки два свободных места. Жирный мужик в измазанном фартуке протирает стеклянную кружку, на мою шинель падает недоверчивый взгляд: – Чего вам? – Два эля! – басит Русланд. – Шли бы вы отседова, – зло ухмыляется хозяин, разливая заказ, – дело-то оно хозяйское... Просто за ваши жопы я не отвечаю. – Учтем. В ответ мне – сальная ухмылка. Когда от кружки остается половина, чувствую прикосновение к шинели: – Руки отрежу! Вор поднимает ладони, уверяя, что ничего не спер. – Комиссар, мне научить этого фрага уму-разуму? – рыгает Вебер, бухая кружкой о стойку. – Не стоит. А ты… вали отсюда по-хорошему! Корявая фигура исчезает в проеме – не стоит лишний раз провоцировать местных. Поняв, что мы не «лохи армейские», остальные посетители тушуются. – Это он, – шепчет на ухо Русланд, кивая на дверь. Человек в лохмотьях садится за ближайший столик – подождем. Пока я допиваю второю кружку, Вебер осушает пятую… Этот момент должен был настать: жидкость захотела покинуть тело. – Комиссар, можно я… – Иди! Бородач исчезает в уборной. Благоприятный момент… я подсаживаюсь к преследователю. – Добрый день! Он молчит. – Не самый лучший вид на улице, как считаете? –… Лица не видно, но собеседник напрягся. – Поэтому вы решили понаблюдать за милой беседой комиссара и его спутника. Собеседник вскакивает. Я успеваю схватить его за руку: – Куда?! – Отпусти его! – раздается возглас. Оборачиваюсь... На меня смотрит дуло лазпистолета. Говорящий – крепко сложенный парень c закрытым лицом. Судя по удивлению посетителей, он здесь один. – Слышал?! Отпусти! Я починяюсь. Человек в тряпках спешит на улицу. – Так, а теперь бросай оружие, и чтоб без глупостей! Моя рука тянется к болт-пистолету. Убью, или… Черт, рискованно – лучше подчиниться. Раздается слив унитаза. Выходит Вебер с миной облегчения. – Ты! Стоять! Крепыш переводит оружие на касркина. Осознав глупость затеи, возвращает на меня: – Лежать, или я пристрелю его! Вебер скрипит зубами. Его колени падают, руки упираются в паркет. Головорез снова смотрит на меня: – Ты глухой? Оружие гони! Дурак… По замотанной голове шарахает спинка стула, пистолет падает рядом с хозяином. – Ща за орка отвечать будешь, фраг! – громила пытается встать, но бородач уже тащит его в уборную. – Пойдем, фраг, перетрем немного! Хлопает дверь туалета. Подобрав пистолет, спокойно сажусь за стойку. – Кружку эля извольте! Хозяин, не смотря на габариты, шустро наливает выпивку. «Говори, фраг!» – доносится из сортира. Фразу сопровождает крик, переходящий в бульканье. – А недурственный у вас эль! – С-спасибо, – мямлит бармен. Вся суровость вытекла через поры вместе с потом. Стоило кружке опустеть, как раздается звук слива. Из уборной выходит довольный бородач. – Хозяин, эля! – стул скрипит под натиском касркинского зада. – Что с этим? – киваю на сортир. – Устал он, решил прилечь! – Что узнал? – Ничего конкретного. Только, что все было спланировано. Имен он не знает. Кстати, …ик… сбежавший был из «шестеренок». Интересно получается. Ладно, пора уходить, а то хозяин потеряет всех клиентов. – Сколько с нас?! – За счет заведения. Только не возвращайтесь! Круто, конечно, только… зачем я деньги у Вольтера клянчил?!

* * *

– Арден, а… что ты делаешь вечером? – мямлит Мари. Вокруг нее десятки опустошенных тарелок, своего часа ожидает последнее блюдо – огромный стейк. – Полирую ножи. – Ну… а после? – Тренируюсь. Вальхалка подергивает уголком рта. – Ну а… после тренировок? – Полирую ножи. – А потом? – Сплю. Мари нервно дергает глазом. – Готова поспорить, Вебер ужасно храпит, а у меня в комнате тихо… – Факта проблем с храпом у Вебера я не отрицаю, но в течение двадцати одного дня организм вырабатывает практически любую привычку. Я же знаю Вебера тридцать два с половиной года. За такой период мозг адаптировался, из-за чего сон при другом шумовом фоне станет менее продуктивным. Вальхалка не поняла ни слова, но факт очевиден: намек не прошел. – А утром? – Полирую ножи. – Потом? – Тренируюсь. Мари теряет терпение: – Ты хоть что-нибудь еще делаешь?! – Да, всякие мелочи. – Какие? – в глазах блестит надежда. – Читаю и ем. Кулак девушки сжимает скатерть: – Пойду возьму еще что-нибудь! «Судя по мимике, ее гормональный фон соответствует “ярости,”» – думает Тахер, – «интересно, почему? Вебер бы все объяснил…». – Мисс, говорю вам еще раз, – доносится сзади, – блюдо, что вы хотите заказать, крайне дорогое. Не уверен, что вы сможете покрыть его стоимость. «…она попытается “обожрать” нашего инквизитора, потому прошу тебя проследить за этим, ну и за поведением тоже» – всплывает приказ в голове Ардена. – Слушай сюда, я, кажется, ясно сказала, что хочу! Или ты совсем тупой?! – рычит Мари. Тахер достает из внутреннего кармана блокнот, листает до середины: Задание №2814 Уровень сложности: 3/10 Приоритет: Высокий. Семантический смысл: сопроводить Мари в ресторан отеля. Цель: накормить. Подзадачи: 1) Не позволить «обожрать» инквизитора. (Пояснение Вебера: не допустить слишком больших трат со стороны «этой рыжей».) 2) Не допустить неподобающего поведения со стороны Мари. Спецификация: пресечь поведение Мари, соответствующее любому из пунктов.       Арден бросает взгляд на вальхалку, потом на текст. Из корешка появляется ручка, напротив «1)» и «2)» длинные пальцы ставят галочки. Слово «Спецификация» обводится. Возвращая блокнот в карман, Тахер направляется к девушке. – Арден? – Я пришел с целью исполнения пункта «спецификация». – Что?! Вместо ответа касркин закидывает девушку на плечо, в руки бармена ложится бумажка инквизитора. Длинные пальцы тем временем листают другой блокнот: «Фрагов Тахеро-готический разговорник» – гласят корявые буквы на обложке. – Слы-ш, та-щи фра-гов счет, – читает Арден фразу с пометкой «срочно!», – а не-то я те-бя… – Одну минуту, сер! – официант пулей уносится к кассе. «Актуальность данного разговорника поднимается до “выше среднего”, следует обратиться к Веберу за расширенной версией» – рассуждает боец, не обращая внимания на удары по спине. – Отпусти меня! Слышишь?! Отпусти немедленно! – грозится Мари. – Хотя… наверное, не надо... – Прошу, сер – дрожащая рука возвращает номер. Тахер снова пролистывает блокнот: – Вот э-то у-же совсем дру-гой ба-зар.

* * *

      Мы стоим у номера в ожидании, ибо ключи достались лишь Вольтеру и Тахеру. Последний выходит из лифта с Мари на плече. – Что у вас там произошло?! – Согласно вашим указаниям, я не позволил ей ни “обожрать инквизитора”, ни “набедокурить”. – П…превосходно. Поставь её уже на землю… – Не-е-ет! – протестует вальхалка, но касркин отдирает её от плеча. – Проверь, не откусила ли она тебе чего – улыбается Вебер. Бровь Тахера приподнимается, Мари открывает рот, но тут вмешиваюсь я: –Вебер! Пятьдесят отжиманий! – Ха, легкотня! – С Арденом на спине. – Фраг... Бородач выполняет наказание. – С каждым разом количество будет расти! – Это жестоко! – Хочешь, чтобы я назначал порку? Бородач кидает взгляд на мой кушак. – Нет. – Комиссар, – влезает в разговор Тахер, – не нахожу смысла в назначении подобного рода санкций: согласно моим наблюдениям – это, скорее, тренировка. Не скажу, что он прав, но недочет и вправду есть… Что если начнется бой, а Русланд уже «сдох»?! – Согласен. Я пересмотрю наказание в ближайшем будущем. Арден открывает замок… Какого варпа?! Кругом перевернутая мебель. Все, что могло быть разбито, валяется осколками, лишь окна целы. Тахер устремляется в комнату, зацепив меня плечом. – Фраг!!! Бородач вылетает из номера с широко раскрытыми глазами. – Комиссар, бегом отсюда! – Что за… – касркин выталкивает нас с Мари наружу, широкая лапень хлопает дверью. – Что за фраг тебя укусил?! – «комиссарский взгляд» падает на бородатое лицо. – Простите, комиссар Унрих, это ради вашей же безопасности, – стена содрогается от удара. – Что происходит?! – Понимаете, комиссар… Те фраги, что тут все перевернули, угнали у Тахера но… Дверь слетает с петель, стальная основа падает на Русланда. – Фраг, чтоб все…! Из осиротевшего проема выходит Арден. Никогда не видел его таким злым! – Пойдем, Вебер, – скрежещет нечеловеческий голос, – ты задолжал мне тренировку. Дело дрянь: он заговорил нормально! Пока лезть не буду – Русланд сам в состоянии с ним сладить… и выжить. – Ща, дай минутку, – дверь съезжает на ковер, – нужно звякнуть боссу… – Ты хотел сказать вар-боссу! – прыскает Мари, не понимая опасности. Арден смеряет её взглядом, и вальхалка… прячется за моей спиной. «Инквизитор, прием!» – раздается в бусине. «У вас что-то срочное?!» «Да, какие-то фраги обчистили ваш номер. Там были камеры?!» «Варп! – раздается стрельба. – Были! Все записи у Орина…» Связь обрывается. – Где он? – стараюсь держать голос спокойным. – Пару этажей наверх. Идем, Тахер! Шаги быстро удаляются. Уж не знаю, кто это сделал, но я ему не завидую…

* * *

      Я решил расположится в номере, дабы оценить ущерб. На первый взгляд, ничего не пропало. Мари еще пребывает в шоке, о чем говорит нетронутый батончик. Развеивает молчание топот за дверью, которой мы прикрыли дыру. Проем снова сиротеет под ударом ноги, в комнату заходят касркины. У Тахера на плече… человек?! Жертва обмотана веревками, словно гусеница коконом. – Нашелся фраг! – самодовольно басит Вебер. Арден швыряет пленного в кресло. – Уже допросили? – Нет, товарищ комиссар. Решили, вы справитесь лучше. Слышу между строк: «Тахер его уроет, если этим займемся мы». – Хорошо. Жестом призываю Вебера «далеко не уходить», взгляд падает на пленника – старый знакомый из бара. В этот раз тряпки не закрывают его столь плотно – удается рассмотреть лицо. Череп аугментирован наполовину, настоящий глаз опух. Рот заменен вытянутым прибором, напоминающим противогаз Крига. – Вебер, смотри-ка! Это же искомый механикус! Молодцы! – И в самом деле, комиссар! – усмехается Русланд. – Может, кружечку эля столь долгожданному гостю? По лицу пробегает улыбка. – Ну, здравствуй, приятель, – фраза сопровождается «комиссарским взглядом». – Знаешь, зачем ты здесь? – Да к…ха...к вы смеет-т-т-те, – голос пленного постоянно меняет частоту. Только сейчас замечаю, что «противогаз» погнут. – Комиссар, а кто это? – подходит Мари. – Это один из тех, кто устроил здесь переполох. Взгляд помощницы вспыхивает гневом. – Так это они сперли мои батончики!!! – удар приходится на многострадальный «противогаз». – А-а-й! Вальхалка держится за пострадавший кулак. «Дура» – слышу тихий шепот Вебера. – Что в-вы творит-те! – «шестеренка» смотрит прямо на меня. – Вы не имеете п-права! Похоже, Мари немного «вправила» устройство. Так гораздо лучше! – Не строй из себя фрагова кролика! – рявкает Вебер. – В-вы н-не имет-те прав-ва, я мирный член Адептус Механ-никус, – хрипит динамик техножреца. – А я член Комиссариата, и прострелить твою башку в моей власти! – Буд-дет рас-следование, и те-б-бя самого рас-стреляют, комис-с-сар. Тут он прав: если мы взяли безвинного, будет плохо. Не то, чтобы я боялся расстрела, просто не по-людски это… – Хорошо. Вебер, вам слово! – Значит, этот фраг: первое – попал на камеру, – Русланд принимается загибать пальцы, – второе – был вооружен, и третье – у него был нож Тахера. Театрально кидаю недоверчивый взгляд на техножреца, тот отворачивается. – Стоп, ты сказал «вооружен». Чем?! – Арден! – гаркает бородач. Тахер поднимает какой-то предмет, напоминающий… руку с локтевым суставом. Длинные пальцы щелкают механикой, из запястья вылетает лезвие. Опускаю глаза на плечо «шестеренки»... оттуда торчат несколько погнутых железок, с коих свисают обрывки проводов. Ясно… – Мирный член механикус, говоришь? – пленный издает что-то похожее на помехи, – я дам тебе пару минут на раздумья, в противном случае… Все покидают комнату следом за мной. – Комиффар, а почему мы опять фтоим в коридоре? – чавкает Мари. – Даем ему время подумать. На Вебера – «комиссарский взгляд» (не стеби людей, идиот). Он поднимает руки в знак поражения. – Ясно, – помощница не замечает моих действий за распаковкой батончика, – как думаете, мы разговорим его? – Если что, – зло улыбается Русланд, – у нас есть «консервный нож»! – А сами консервы? – вальхалка с надеждой отрывает глаза от упаковки. Кулаки Вебера белеют, в серых глазах – бой желания колко ответить с желанием не огрести. – Арден, – сквозь зубы цедит касркин, – пойдем к нам в номер, надо принести кое-что… Стоило бойцам удалиться к лестнице, как их окрикивает Мари: – А консервы возьмете?! Кажется, я слышу скрип зубов. Стена дрожит от хлопка дверью. Да уж… – Я не поняла, так что с консервами? Ответом ей служит тяжелый вздох. Пять минут спустя касркины возвращаются с вещмешком. – Что там? – Взгляните сами, комиссар! – ухмыляется Вебер, расстегивая сумку. Присвистываю. – Ну, так что мы решили? – смотрю в глаза техножрецу, «родное» око уже преобразилось в фингал. – П-пошел т-ты, – хрипит противогаз. Упорство достойно уважения, хотя… мне кажется, дело в его хозяине. – Последний раз прошу по-хорошему… – А то чт-то, пыт-ть будешь? Мое бр-ренное т-тело не имеет-т значения! Придется его разочаровать. – Слушай, если ты не заговоришь… я отдам тебя им. Рукой указываю в сторону касркинов. Выглядят они угрожающе: Арден сжимает дрель и шуруповерт, инструменты жужжат в предвкушении. В руке бородача вспыхивает паяльная лампа, синее пламя зажигает сигару. – Одно слово, комиссар, – Русланд выдыхает клуб дыма, – и мы разберем его жестяную жопу на фраговы заклепки! А «бренное тело» отдадим мутантам с нижних уровней! – Я бы им поверил, – киваю на оторванную руку.       В общем, допрос проходил, как положено: пытки, вопросы, пытки, вопросы... Визжал он, как резанный. И, казалось – не расколется. Тут Вебер предложил «включить голову». Пришедший Орин после беглого осмотра обозначил самые «ценные» места… Тут-то все и закончилось. Из записей Ганса Юджина-Унриха. – Так, что мы имеем... – обвожу взглядом собравшихся. – Известно место их встречи, а также приказ «действовать как сочтем нужным». Последнее нам сообщил инквизитор при попытки связаться – у него там своя заварушка. – Ну, вариантов немного, – басит Вебер, – можем напасть, или ожидать инквизитора. Лично я склоняюсь к первому – времени ни фрага. – Тебе бы только «вагх» устроить, – фыркает Мари. – Ой, прости… Нет времени дожидаться гибридов твоих «марикрадов», Рыжий Ужас! Жестко…Но мне понравилось. – Мари, сидеть! – гаркаю на вскочившую помощницу. – Но… комиссар! – Сядь, я сказал! Ты первая открыла рот! Демоны варпа! Я и в самом деле чувствую себя нянькой! – Омниссия защитит… Омниссия защитит…– бормочет связанный техножрец. Орин исправил его противогаз и помехи отступили. – Кстати, что делать с этим фрагом?! – Вебер кивает на пленного. – А то уже бесить начинает. – Хороший вопрос. Так, мы имеем полоумного техножреца, которого надо куда-то деть. Пристрелить мы его не можем, ибо гарантировали безопасность – варп… Окно разлетается, звон стекла переходит в тупой удар. Пленный оседает с дырой в голове. – На пол! Приказ исполнен моментально. Шквал пуль буйствует над головой, минуту спустя все стихает. – Лежать, никому не вставать! – останавливаю Мари, что поднялась на локти. Противник должен убедиться, что мы умерли: в этом случае появится эффект неожиданности. Спинка кресла дает возможность осмотреться: Вебер за изрешеченным диваном достает лазпистолет. Он что, читает мысли? Может, потому и понимает Тахера... Стоп, а где Тахер?! – Арден! – шипит Вебер. Ответа нет. – Ну и фраг с тобой!       Тишина. Русланд держит вход на мушке, я тоже готов к "приему гостей". Мари же собирается точить очередной батончик. Как всегда… По коридору разносится топот, многострадальная дверь лязгает... – Что за…?! – кричит неизвестный голос, сменяясь звуками потасовки. «Держи его»... «какого варпа?!»... «монстр!!!» – накладываются друг на друга вопли. Из проема выпадает мужчина со сломанным носом. – Стой! Не надо! – срывается молодой голос, но неизвестная сила втягивает его обратно. М-да… Пара криков, и все стихает. Из тьмы появляется Арден в слегка помятой форме. – Все?! – басит Русланд. – Да. – Прекрасно, – вмешиваюсь в разговор я, – надо уходить. – Фраг, куда? Заговорчески касаюсь пальцем носа. – Понял. А я по нему уже соскучился, хе-хе... Догадливость Вебера продолжает удивлять.       Топот эхом разносится по ступеням. Оставаться в номере больше нельзя: место известно противнику. В подобной ситуации лифт – самоубийство. Вебер с лазпистолетом возглавляет процессию, я – замыкающий, ибо у Мари с Арденом нет огнестрела. Оставив несколько пролетов, Русланд покидает лестничную клетку. Дверь номера «2306» дрожит от ударов. По стойкому запаху смазки нетрудно догадаться о жильце… – Давно не виделись, Орин! – хмыкает бородач. – Мы виделись с тобой примерно десять минут назад. Зачем снова пожаловали и где пленный магос? – искусственные глаза фокусируются на Вебере. – Скажем так, его фраговы дружки попытались слегка улучшить голову шестеренки, но переборщили с металлом в мозгах. – Печально это слышать, – железные пальцы складывают шестерню на груди. – Это все фраг как мило, – басит Русланд, – но нам нужно оружие и звякнуть инквизитору! Орин бросает на Вебера сердитый взгляд, ну… насколько это может столь механизированное лицо. – Я пытался с ним связаться, – динамик меняет тональность, – в ответ получил: «Ганс Юджин-Унрих – за главного». Дальше связь прервалась. – Тогда, комиссар, что будем делать? – четыре пары глаз падают на меня. Варпов Брайтс! Устроил заварушку, а мне разгребай?! Ладно, выбор невелик: отражать нападения врагов здесь, или попробовать контратаковать их «базу». – Что-что… каждому по стволу и с песней! Мы им задолжали пару обойм свинца! – А что насчет обеда?! Начинается… Поднимаю взгляд на Орина. – Найдется что съедобное?       Потребовалась пара минут, чтобы организовать сборы. Добрая половина времени ушла на уговоры Тахера взять огнестрел. Вебер отказался от брони и взял пару пистолетов. Мари раздобыла лазган и, как мне показалось, месячный запас батончиков. Я же ограничился парой гранат, не считая стандартного арсенала. Орину я дал выбор, на что получи вполне ожидаемые отказ и пожелания удачи. Из записей комиссара Ганса Юджина-Унриха.

***

– Фраг! – басит Русланд. – Вонючие ульи! Опять вляпался в какое-то дерьмо! – Спокойно, Вебер. Не привлекай внимание. Бородач переходит на тихое ворчание, очищая подошву. Местная звезда уже упала за горизонт, потому не стоит шуметь. Осматриваю нашу команду... Стоп, а где Тахер?! – Куда пропал Арден? –опережает мой вопрос Мари. – Тс-с-с! – палец Русланда тянется к бороде, привычный бас падает до шепота. – Он где-то рядом, и сейчас наш козырь, ибо сможет появиться неожиданно. Необычная терпимость по отношению к Мари… Он чертовски прав, мы уже вплотную подходим к нужному месту. – Всем подготовиться. Рука сама ложится на эфес меча. «Пройти перекресток… после направо…» – вспоминаю маршрут к цели. До точки двадцать метров, из-за угла вываливается с десяток человек – все вооружены. – Врассыпную! Годами отточенные рефлексы срабатывают мгновенно: вражеские лазеры не настигают цель, а перекатившийся Вебер открывает шквальный огонь. – Фра-а-аг! – несколько противников падают замертво. Трое пытаются отступить, но одного настигает мой болт. Оставшаяся пара разбегается в разные стороны. С левого спадает капюшон, открывая женское лицо. – Тахер! – рычит по воксу Русланд. – Баба будет на тебе! Краем глаза засекаю движение у крыши. Выстрелов не последовало, значит там сидел Арден.       Заворачиваем вправо... Путь закрывает раненый враг. Качаясь на ногах, он пытается прицелиться… Не сбавляя шага, срубаю окровавленную голову. – Стой, фраг, стрелять буду! – ревет Вебер. Вместо ответа беглец сворачивает за угол. Да сколько здесь этих поворотов! – Стрелять при сопротивлении, но не насмерть! – Понял, комиссар! – басит Русланд, ставя сигару в угол рта. Стоило ему сунуться за угол, как пришлось отступить под натиском зарядов. – Фраг! – бородач скрипит зубами, – Ща я ему покажу! Широкая лапень кидает мусорный бачок. Плохо освещенная улица дает преимущество – серия выстрелов решетит отходы. Воспользовавшись замешательством, касркин прыгает в просвет, перекат завершается одиночным выстрелом.       Противник зажат в углу, левая рука сжимает нож, рядом лежит лазган с оплавленной рукоятью. Поднимаю взгляд на правую руку беглеца – не хватает пары пальцев. – Сдавайся, тебе некуда бежать! С ужасом замечаю гранату на его поясе. – Давайте, подходите! И я порву ваши глотки! Чуть заметно выдыхаю от облегчения. Видать, в панике он забыл про нее. – Предупреждаю последний раз! – болт-пистолет смотрит на жертву. – Сдавайся, или мы… Фразу обрывает громкий хлопок, на беглеца падает тощее тело… – Или мы скинем на него дрища? – поворачивается ко мне Вебер. – Получается, что так. Подхожу на место «приземления»: беглец в отключке, «дрищ», вроде как, в сознании. Осматриваю лицо… Брайтс?! – Вольтер, демоны варпа, как тут оказался?! – Да, так… на выручку пришел… – глаза инквизитора закатываются.       Инквизитор подоспел, что называется, вовремя. Он вкрадце объяснил ситуацию: типичная засада... Лом убит, Брайтса спасло какое-то устройство, что работает по принципу телепорта, судьба Дубы неизвестна… Мы вкратце обрисовали ситуацию и получили добро на проникновение, при этом Брайтс добавил поиск инфопланшета с нужными данными. После чего покинул нас, сославшись на необходимость «закончить одно дело». Из записей комиссара Ганса Юджина-Унриха. – Кстати, где Арден? – нарушает тишину Мари. – Ща выясним – кряхтит Вебер, затягивая узел на беглеце. Веревки у нас нет, так что пришлось использовать провод. – Тахер, ты где? – шипит вокс. –… – Короче, встречаемся у перекрестка.       Минуту спустя в переулке мелькает силуэт. Он несет что-то на плече… ту самую девушку. – Докладываю, комиссар. Пункт «спецификация» выполнен: «баба на мне». Интересно, где он постоянно берет веревку?! Впрочем, интерпретация приказов тоже хороша… – Знакомое, кстати, личико, – Вебер с интересом разглядывает пленницу, – где-то я видел её… – Уверен? – Ща, дай подумать, – Русланд теребит бороду, словно ища в ней ответ, – точно! Мы с Тахером видели эту швабру в библиотеке незадолго до атаки! Арден кивает. Разглядываю пленницу: рыжие волосы, довольно стройная, бледное лицо… точно! – Кого-то она мне напоминает. Не находите, господа? – Фраг, точно! Три пары глаз стреляют в Мари, та удивленно разворачивает батончик: – Чего? – Поздравляю, ты получаешь главную роль в пьесе «Фрагов Саботаж». Вальхалка приподнимает бровь. – Ты глянь, сидит как влитая! – скалится Вебер, глядя на Мари. – Я правильно понимаю, что получу за это: поход в ресторан, прогулку, сопровождение на миссии… и все это с Арденом?! – Не сомневайся. Но никаких батончиков! Вальхалка недовольно фыркает. – Разбиваемся на две группы, действуем по плану! Задача – найти любые доказательства вины инквизитора. Вебер, за мной! – А что со шваброй? – касркин кивает на полуголую пленницу. – Да и второго надо сбагрить. – Этих заберет Орин.

* * *

      Мари тихо ругается от каждого шага – ну не носит она каблуки! Масла в огонь подливает визуальное отсутствие Тахера. – Приперлась, рыжая! – охранники подходят вплотную, – А где остальные?! –… – Чего молчишь?! Постой, ты же не… Сверху падает тень, пляшущий нож сливается в череду бликов. Над окровавленными телами возвышается Тахер, указывая на лестницу.

* * *

– Уважаемый, огонька не будет! – Вебер подходит к охраннику черного хода. Руки сторожа бегают в поиске зажигалки... – Благодарю, – лапень падает на шею бойца. Резкое движение... И несчастный впечатан в стену. – Комиссар, все чисто! Выхожу из тени, взгляд падает на кровавое пятно. Жестко… – Где же фрагов ключ… – А-а-а-а! – сверху падает тело. – Фраг! Они уже на пятом!

***

      По пути мы встречали одни тела. Нужная дверь распахнута, внутри Тахер возится с большим инфопланшетом. Мари в углу точит батончик… Стоп! Мы же все изъяли! – Ну что, как успехи? – улыбается Вебер. – Этот планшет охранялся, – Арден кивает на взломанный сейф, – мне удалось обойти первичную и вторичную системы защиты, отключить шифровальные сопроцессоры и обесточить систему экстренного стирания. Но без ключа к ядру памяти нам не извлечь информацию в читаемом виде. – Чего? – взгляд падает на Русланда. – Пароль подобрать не может, – щелкает старая зажигалка, – кстати, как насчет слова «пароль»? Инфопланшет одобрительно пищит. – Отлично, качаем данные и уходим!

* * *

      Отмечать успех мы пришли в крупнейший кабак улья, и все, кроме Тахера, уже изрядно хряпнули эля. Дуба выжил, о приключениях напоминает лишь наскоро заштопанный смокинг. Душевный оказался парень: исполнил что-то на местном инструменте, да так, что слушать стянулись все девушки заведения. – Интересно... мои догадки подтвердились! – Вольтер отрывает взгляд от планшета. Теперь есть прямые доказательства! Прекрасная работа! Думаю, стоит вас наградить… пожелания будут? – Еще пива! – хором вопят Вебер с Мари. – Мне беспокойств поменьше. – А я бы хотел получить в распоряжение следующее оружие, – Арден разворачивает том с инсигнией Адептус Костодиас. Бородач украдкой смотрит на «пожелание»... – А рожа не треснет?!