Nineteen years later

Никогда еще Саймону не приходилось так быстро бегать. Он подключил всю свою вампирскую скорость и несся по пустынным дорогам окраин Нью-Йорка, освещаемых желтым светом уличных фонарей, молясь о том, чтоб не опоздать. Если Клэри сказала правду, а сомневаться в её честности Саймон не мог, то он опаздывает на встречу с Рафаэлем уже на пятнадцать минут. И что-то ему подсказывает, что эти несчастные пятнадцать минут будут стоить ему очень дорого. И Саймон почти не ошибся. Когда он, растрепанный и запыхавшийся, распахнул тяжелую дверь Дюморта, которая с предательским оглушительным стуком ударилась о стену, в лобби отеля собралась самая настоящая толпа вампиров. Причем они явно о чем-то громко спорили между собой, стоя в подобии полукруга. А когда появился Саймон, все разом замолкли, удивленно оглядываясь на него. Саймон замер. Вот чёрт, что происходит? Повисла гнетущая тишина. Льюис понятия не имел, что нужно делать, поэтому решил, что безопасней всего ему будет просто постоять в стороне. Но вампиры, похоже, не поддержали такой идеи и стали медленно расступаться, их полу организованная толпа окончательно распалась. Саймон испуганно дернулся, когда совсем рядом с ним внезапно появился Рафаэль. — П-привет, — неуверенно пробормотал он, пялясь в лицо Сантьяго. Он абсолютно не изменился — это естественно, ведь у вампиров нет такого недостатка, как старение. Густые черные волосы гладко уложены, темные и словно бездонные глаза внимательно разглядывают Саймона, как он догадывается, на предмет ранений. Рафаэль оценивающе склоняет голову и одаряет Саймона испытующим взглядом. — Ну привет, — хмыкает он, его голос звучит сердито. Вампиры, собравшиеся в лобби, принимаются поспешно покидать помещение, то и дело бросая заинтересованные взгляды в сторону смущенного Саймона и злого Рафаэля. И Льюис едва подавляет желание вцепиться какому-нибудь из этих вампиров в руку и умолять забрать отсюда, потому что он знал не понаслышке — злой Рафаэль это не шутки. — Я…это… похоже, немножко опоздал, — выдавливает из себя Саймон, невольно втягивая голову в плечи под пристальным взглядом Рафаэля, который, между прочим, стоит слишком близко, практически касаясь своим телом его, и это реально напрягает. Взгляд старшего вампира из просто сердитого превращается во взбешенный. — Да неужели, Саймон, — шипит он. Ух ты, отмечает про себя парень, даже спустя девятнадцать лет Рафаэль продолжает так же ругать своего мужа. Саймон глупо улыбается. Ну и как тут привыкнешь, что он женат? Да еще не на ком-нибудь, а на самом Рафаэле Сантьяго, а Саймон ведь был уверен, что тот ненавидит его. «От ненависти до любви один шаг» думается Саймону, и тогда он уже не может сдержать хохот, отчаянно рвущийся наружу. Саймон смеется громко и заливисто, запрокинув голову назад и неловко выпуская клыки. И не то чтобы он сам понимал, почему смеется, но и перестать тоже не получалось. Нервы, видимо, но он не уверен. Но в одном он не сомневается точно — сейчас Рафаэль жутко разозлится, может даже ударит или опять бросит пару своих колких слов. Однако, ничего подобного не происходит. Саймон перестал смеяться и удивленно уставился на Сантьяго. Но тот лишь закатил глаза в своей привычной манере и даже слегка улыбнулся. — Твое счастье, что ты слишком мил, idiota, — тихонько фыркает он и Саймон подозревает, что так он только пытается скрыть смешок. — Но в будущем будь добр не опаздывать, потому что я заставил вернуться обратно в отель всех и каждого, причем сделать это было крайне непросто. Ночь, знаешь ли, единственное время суток, когда мы способны выбираться отсюда и на меня наверняка сейчас очень злы. — Прости, — потупился Саймон, виновато опустив взгляд, тайно радуясь тому, что Рафаэль готов рискнуть своим авторитетом в клане ради него. Внезапно он ощутил прерывистое дыхание у себя на шее и только тогда осознал, что, вообще-то, Рафаэль стоит непозволительно близко, их лица разделяют жалкие сантиметры и вот тогда Саймон запаниковал. Как он должен себя вести? Может, нужно рассказать Рафаэлю о том, что на самом деле он из прошлого, что в принципе является его настоящим, а эта вселенная — будущее и…нет, не стоит, потому что раз он и сам не может в полной мере понять все это, то объяснить тем более не сумеет. К тому же Саймону абсолютно не хотелось портить жизнь будущему-себе, поэтому он решил подыграть сложившейся ситуации. Он не знал, когда вернется обратно — ну, то есть в прошлое, то есть в настоящее, словом, в его родной мир. Но испортить за это время все, чего будущий-он добился за девятнадцать лет? Нет уж, пускай хоть где-то ему везёт. Но до чего же дико видеть Рафаэля Сантьяго, когда тот не в ярости и не желает убить новообращенного, а наоборот — спокойно и с шокирующей нежностью смотрит на слегка смущенного парня, чуть склонив голову. — Ничего страшного, — ласково улыбнулся Сантьяго, подходя еще ближе. Саймон занервничал. А что, если он захочет поцеловать его? А если не только поцеловать? Что ему тогда делать? Бешеный поток мыслей прервал тихий, едва слышный шепот Рафаэля: — С праздником… А затем вампир накрыл губы Саймона своими, мягко обвивая руками талию и прижимая его к себе. В голове у Льюиса взорвались миллионы сверкающих Солнц и он широко распахнул глаза, натыкаясь взглядом на прикрытые от удовольствия веки Рафаэля. И тогда Саймон испугался. Он целовался с Рафаэлем Сантьяго прямо посреди отеля Дюморт, и тот, блаженно закрыв глаза, доверчиво обнимает его, не подозревая даже, что это не его муж. Ну, то есть, формально Саймон так и остался Саймоном, вот только это уже не тот Саймон, а совсем другой. А хотя нет, постойте-ка это он и есть, только из прошлого, что, на самом деле, автоматически превращает его в абсолютно другую личность. Да какая к черту разница? Саймон, невольно застонав, притянул Рафаэля еще ближе, целуя его в ответ. Какое-то неописуемое чувство расцвело внутри него, будто кто-то наполнил его солнечным светом до отказа и оставил сгорать от сладкой истомы, пробегающей по венам. Как же это было потрясающе! Рафаэль целовал его снова и снова, так нежно и страстно, заставляя Саймона чувствовать странное головокружение. Ноги младшего вампира подогнулись, но Рафаэль не дал ему упасть, прислонив парня к стене и прижимаясь к нему всем телом. Саймону показалось, что это прекрасное безумие длилось вечность, и когда Сантьяго отстранился, тяжело дыша и заворожено глядя на припухшие от поцелуев губы Льюиса, тот вдруг почувствовал жуткое смущение и опустил голову, молясь, чтоб вампир не заметил этого. Что ж, очень даже зря. — Поверить не могу, — усмехнулся Рафаэль, аккуратно беря Саймона за подбородок своими тонкими пальцами пианиста и приподнимая его лицо. — Прошло шестнадцать лет, а ты все так же смущаешься, словно в первый раз, — Саймон смутился пуще прежнего, понимая, что вообще-то это и есть его «первый раз». Рафаэль счастливо улыбнулся. — Мне нравится это. — К-как дела в Идрисе? — поинтересовался Саймон, со стыдом понимая, что голос его дрожит и звучит очень хрипло. — Отлично, — Рафаэль склонил голову набок, пристально следя взглядом за Саймоном, который крепко сжал кулаки, чтоб не прикоснуться к губам, на которых Сантьяго только что оставил такой незабываемый поцелуй. — А вот ты выглядишь странно. Ты в порядке? — Я?! Да, конечно же, Рафаэль, всё хорошо, я в норме. Я просто…— Саймон тяжело выдохнул, не зная, что сказать. — Очень…скучал по тебе, — выдавил он, радуясь, что не может краснеть. Взгляд Сантьяго моментально потеплел, а прежде встревоженное лицо приобрело довольное выражение. Он снова обнял его талию руками и придвинулся так близко, что Саймон едва сдержался, чтоб не вжаться в стену позади себя. Все происходящее вселяло в него чувство нереальности, и прямо сейчас Саймон жутко боялся сделать что-то не так, что-то способное оттолкнуть Рафаэля. — Я тоже скучал, — выдохнул он практически в губы Саймона, склонившись над ним так близко, как это вообще возможно. — Без тебя я чувствую себя там слишком одиноко. Я едва пережил эту неделю, птенчик*. Саймон сдержал хихиканье — надо же, спустя столько времени Рафаэль все равно продолжает называть его этим именем. — Пойдем, Джозефин волнуется, — пробормотал Рафаэль, утыкаясь лицом в изгиб шеи Саймона. Тот только и может, что шумно выдохнуть, облизывая губы и пребывать в полнейшем потрясений от такой откровенной близости Сантьяго. Сантьяго-Льюиса, если быть точным, сам себя поправляет Саймон и расплывается в широкой улыбке, обнимая Рафаэля покрепче. — С чего бы ей волноваться? — возразил Саймон, отчаянно желая продлить момент подольше. Оторваться от такого нежного и чувственного Сантьяго совсем не хотелось. — Саймон, — Рафаэль поднял лицо и насмешливо посмотрел в глаза парня. — Тебя не было в отеле, когда я вернулся. Конечно, я забеспокоился, учитывая, каким удивительным талантом ты обладаешь влипать в самые неожиданные неприятности. Разумеется, первое, что я сделал, спросил у нашей дочери, не знает ли она, где ты. И она, естественно, знала, — он недовольно поджал губы и укоризненно склонил голову. — Тебе стоило предупредить меня, Саймон, что ты собираешься к Клэри, а не исчезать из Дюморта, не сказав ни слова мне. Я подумал, что с тобой что-то случилось. — Прости, — снова повторил Саймон, неловко улыбнувшись. Рафаэль только покачал головой и, опустив руки, направился к лестнице, ведущей в бывшую комнату Саймона, которую теперь занимала их дочь. Дочь. Забавно, Саймон всегда хотел себе девочку, которая стала бы звать его «папочкой» и на каждый праздник дарить самодельные открытки, сплошь покрытые розовыми бантиками и блестками. Это было его маленькой заветной мечтой с того самого времени, когда он вообще начал задумываться о будущем. И вот теперь он действительно стал отцом. И кто бы мог подумать, что его ребёнок будет носить такое странное и редкое имя, как Джозефин Ребекка, а её волосы будут такими необычайно яркими. Нет, серьезно, Саймон и представить себе не мог такого будущего. Но о большем он и не мечтает. *** Саймон заметил, что Джози очень похожа на Рафаэля. Нет, их внешность не совпадала ни капельки, но её манера поведения очень напоминала Сантьяго. Она точно так же снисходительно закатывала глаза, сердито складывала руки на груди и даже хмурилась в особенной манере своего отца. Кстати, был один забавный факт — Джозефин называла Саймона «папой», а Рафаэля «отцом». Не нужно быть гением, чтоб понять, чем это вызвано. Все это Саймон подмечал, пока они сидели за семейным ужином, хотя на самом деле это был ранний завтрак по вампирским меркам, так как время было чуть больше одиннадцати вечера. Саймон пытался поддерживать разговор, но удавалось это с трудом, ведь он знал ничтожно мало о собственной будущей жизни. Рафаэль и Джози постоянно перекидывались многозначительными фразами, при этом так загадочно улыбаясь, что Саймон начинал злиться. Ему не нравилось знать меньше других. — Не могу поверить, — выдохнул Рафаэль, расслабленно прикрыв глаза. — Прошло уже шестнадцать лет. Это так…странно. — Да, — эхом отозвался Саймон, крепко задумавшись. Это действительно было странно, все это: Рафаэль, пребывающий в хорошем настроении рядом с ним, шестнадцатилетняя дочь с сиреневыми волосами и чувство гармонии между ними. Это было странно, да, но не ощущалось неправильности. Словно всё так и должно быть. Словно Саймон мог чувствовать что-то очень волнующее по отношению к Рафаэлю. И, что самое страшное, он чувствовал. *** Сидеть в кругу «семьи» было просто прекрасно и уютно, пока Джози, сославшись на неотложные дела, не упорхнула куда-то прочь, оставляя Саймона наедине с Рафаэлем. Вообще-то, именно перспектива остаться один на один с Сантьяго пугала его больше всего. — Ты точно в порядке? Саймон, погрузившись глубоко в свои мысли, встрепенулся, переводя удивленный взгляд на Рафаэля. Тот стоял в дверях своей гардеробной, медленно снимая с плеч пиджак и расстегивая рубашку. О черт, он делал это слишком сексуально, чтоб Саймон мог спокойно смотреть на него в этот момент! — Эм, да, думаю да, — смущенно пробормотал он, отводя взгляд. Не смотри туда, Саймон, только не на Рафаэля, такого красивого и чертовски привлекательного! — А я думаю, что нет, — в тон ему ответил Сантьяго, поворачиваясь к вампиру лицом. На нем были простые ночные штаны и — Господи боже! — любимая футболка Саймона с принтом Звездных войн. Мысль о том, что Рафаэлю нравится носить его одежду так взволновала Саймона, что он напрочь прекратил адекватно соображать и медленным шагом приблизился к Сантьяго вплотную. И если такая близость по-настоящему пугала и изумляла Саймона, то Рафаэль реагировал очень спокойно. Ну конечно же, для него порывы мужа наверняка были в порядке вещей, в отличие от Саймона, который волновался так сильно, что темнело в глазах. Не давая себе и минуты на раздумья, парень очень осторожно прикоснулся своими губами к губам Рафаэля, чувствуя, как электрические заряды ужалили места, где соприкасалась их кожа. Рафаэль улыбнулся прямо в поцелуй и резко притянул вампира ближе, кладя руки на его бедра и слегка сдавливая. Саймон тихонько застонал, случайно прикусывая губу Сантьяго до крови от нахлынувших эмоций и тот зашипел, опрокидывая его на кровать. Из нежного поцелуй странным образом превратился в крайне настойчивый. Саймон чуть приоткрыл рот, впуская язык Рафаэля. Он почувствовал, как холодные пальцы старшего вампира принялись расстегивать его рубашку и неосознанно дернулся под ним, а затем и вовсе сел ему на бедра, резко меняя положение. Теперь Рафаэль Сантьяго лежал под ним и его грудная клетка очень быстро поднималась и опускалась из-за тяжелого дыхания. — С праздником, — повторил Саймон слова Сантьяго и решительно снял футболку Рафаэля, поражаясь собственной смелости. Саймон потянулся к его шее, оставляя несколько легких поцелуев, проводя влажную дорожку от линии скулы до груди. Господи боже, это было просто неописуемо — слышать сбивчивое дыхание Рафаэля, ощущать его пальцы у себя в волосах, целовать его ледяную кожу. Саймон готов поклясться, что это лучший из вариантов развития его собственной жизни. Он сумеет пережить любую вечность, если Рафаэль будет с ним. От осознания этих мыслей закружилась голова. И не только из-за них. Саймон снова почувствовал это — странная головная боль, шум в ушах, словно кто-то без перестану долбит по вискам кувалдой. Всё, что он ощущал сегодня утром снова вернулось, но уже с новой силой. Рафаэль, похоже, заметил перемену в поведении Льюиса и взволнованно спросил: — Все в порядке, Саймон? «Да, все нормально» хочется ответить ему, но вампир не может вымолвить ни звука, будто кто-то сдавил его горло железными тисками. Весь мир вокруг пошатнулся, в глазах у Саймона потемнело… А в следующий момент он уже оказывается в совершенно другой комнате с пестрыми обоями на стенах, в которой он без проблем узнает жилище Магнуса Бейна. Сам хозяин лофта обеспокоенно заглядывает в глаза лежащему на его кровати Саймону, а из его пальцев раз за разом срываются снопы синих искр. — О, хвала Ангелам, примитивный вампир все же вернулся! Александр убил бы меня, если с ним что-то случилось, — пробормотал маг. Саймон сел, потирая затекшие руки и ноги и одарил Магнуса взглядом, в котором очевидно было заметно, что тот был бы не против получить кое-какие ответы. — Видишь ли, Шервин… — Саймон. — Да, точно, Саймон, — исправился Магнус. — Случилась огромная ошибка и я чисто случайно перебросил тебя в будущее… — Чисто случайно?! — Да, Симон, так иногда бывает… — Саймон! —…что во время сложных заклинаний происходит некоторый сбой. А то, что ты так невовремя пришел ко мне — ну так это и не моя вина вовсе. Саймон ошарашенно уставился на Бейна. В смысле, маг перепутал заклинание, маг перебросил Саймона в будущее, а теперь Льюис и виноватым выходит?! Только вампир хотел было возмутиться по этому поводу, как вдруг послышался громкий звук распахнувшейся двери и в следующую секунду в комнату влетел разъяренный Рафаэль Сантьяго. — Где ты пропадал, птенец? — прошипел он, буквально метая молнии глазами. — Послушай, друг мой, это моя ошибка, — начал было Магнус, но его бесцеремонно перебили. — Меня не интересует, что скажешь ты, Бейн. Я жду объяснений от Льюиса, который вдруг исчез из Дюморта посреди ночи и пропадал невесть-где целые сутки! Саймон, до этого лежащий на кровати, резко подскочил с места и встал перед Рафаэлем, который прожигал его взбешенным взглядом. — Эм, прости, я не хотел. Видишь ли, я оказался в квартире Магнуса ну в очень неподходящее время и по несчастному стечению обстоятельств попал…ну, в будущее. — Будущее? — озадачено переспросил Сантьяго, недоуменно подняв бровь. — Знаю, звучит безумно, но… Рафаэль протестующе поднял руки. — Даже слышать ничего не хочу, — фыркнул он, наконец-то перестав казаться готовым свернуть шею новообращенного в любой момент. — Немедленно возвращайся в Дюморт, я запрещаю тебе выходить куда-либо целый месяц! — Что?! — недовольно прищурился Саймон. — Вот Рафаэль из будущего был гораздо милее ко мне, — пробурчал парень. Сантьяго изумленно расширил глаза. — Что ты сказал? — Ничего, — хмыкнул Саймон, вспоминая губы будущего-Рафаэля на своей шее. — Dios, я не выдержу рядом с этим надоедливый птенцом и дня!.. — Точно, зато выдержишь целых девятнадцать лет… — Что?! — Ничего, — рассмеялся Саймон и вышел из комнаты, задевая старшего вампира плечом и оставляя его в полном потрясении.