Полное погружение

Дальше дни протекали боле менее спокойно. Адам так и не смог ничего объяснить брату, поэтому каждый раз съезжал с темы даже не давая тому начать. Лишь однажды сказав ему «Дай мне время. Ты слишком быстро взрослеешь, я не готов.» На этом все закончилось. С виду закончилось, потому что в голове все еще бушевал бардак, хотя Рей его услышал и больше девочку ту не видел, и к другим не подходил, не давая поводов для еще одного срыва. Но поведение его все же изменилось, он словно невзначай всегда оказывался слишком близко к брату, соприкасался с ним, и тело сразу отзывалось в ответ, приходилось сторонится и обрубать мысли, даже не давая им принять внятную форму. Хотя может Адам только сейчас это начал так отчетливо замечать и так воспринимать, он не знал, и не хотел знать. Хотел перестать дергаться и напрягаться, и не ломать брату жизнь, но просто пока выходило паршиво. — А быть геем это плохо? — Неожиданно спросил Рей уставившись на брата растянувшегося на песке. Тот встрепенулся и повернул на него голову. — Ты это к чему? — Просто, интересно твоем мнение, как всегда. — Ну тогда смотря кому. Просто кому-то наверное нет, хотя со стороны противно. — А не просто кому-то? — Ты про себя? — Адам напрягся. Такое он точно не переживет, он и девушке то его отдать не готов, а парня просто на месте закопает. — Ну ты же выделил, кого-то сам скажи меня или нет. — Тебя. — Ну и как? Мне плохо? — Мне будет плохо. Если ты, даже думать не хочу. Ты ведь был с девушкой, с чего такие мысли. Определился уже вот и не рыпайся. — старался как можно спокойнее сказать Адам. Он ведь обещал себе ничего ему не запрещать, ну то что его не убьет и не ранит, свобода в общем. Но такое он тоже допускать не хотел, он не справиться, почему-то он был уверен, что не справится с мыслью о том что какой-то чужой парень будет лапать его брата, а о сексе и подавно лучше не думать, убьет обоих и следом уйдет.  — Ну мой единственный раз с девушкой, в общем ты сам знаешь, как закончился. — Рей покраснел. — С парнем он бы закончился в могиле. — Не выдержал брат, хотя чувство вины начало его постепенно поглощать. — Значит мне нужна девушка, что бы снова проснутся в твоих объятиях. — Рей отвернулся, а Адам завис. — О чем болтаете? — мама вышла из воды и уселась на соседнее полотенце. — Пошли бы уже поплавали, а то сгорите. — Не хочется. — протянул Рей и демонстративно потянулся на полотенце. Он не очень любил пляж, но родители потащили, у них итак редко бывают выходные, так что отмазываться было как-то не хорошо и теперь у них семейное купание. Весь день. Это навевает тоску. В последнее время на него много что навевает тоску. Все что связанно с людьми, он просто хотел бы сейчас сидеть и играть в приставку с братом или гулять где ни будь вдвоем, он хотел снова увидеть его взгляд полный желания и прочувствовать его участие, заинтересованность им. Хотя кого он обманывает, он хочет повторить поцелуй, но не знает как, Адам отстранился, а он не привык напирать на брата, но желание поглощает его с головой, он думает о нем постоянно. — Адам, а ты? — мама вопросительно посмотрела на второго сына. — А я то что? Я схожу за компанию как Рей надумает. — А сам ты не можешь? — женщина снова напряглась, последнее время она стала присматриваться к поведению сыновей и ей все больше не нравилась их привязанность, она всегда была, но теперь это снова начало ее беспокоить. Она много читала про близнецов и про их проблемы во взрослом возрасте связанные с привязанностью друг к другу, эта вечная тоска и невозможность пойти своим путем, потому что всегда нужно оглядываться на второго и подстраиваться, или еще хуже одна любовь на двоих, это явно ни к чему хорошему не приведет. Им нужно научиться самостоятельно принимать решения и жить самостоятельно. Она была в этом убеждена. — А самому скучно. — Адам демонстративно закрыл лицо полотенцем, явно не желая продолжать этот разговор. Он свободный человек, когда захочет тогда и пойдет и с кем захочет. И вообще неинтересно просто плавать, вот Потопить Рея это да, это святое, а тупо плавать ему не нравилось. Ему вообще мало что нравилось. Вернулись они уже за темно, уставшие и загорелые, все кроме Рея, он всегда сидел в тени боясь схлопотать солнечный удар, что случалось с ним довольно часто, поэтому и не любил пляжи. Адаму больше повезло он не поддается ни солнцу ни вирусам. Почти никогда не болеет, словно забрал весь иммунитет который они должны были поделить на пополам. Но Рей не злился, тем более брат всегда был рядом и особо не пользовался своим «даром» не болеть. Хотя теперь из-за этого они стали немного отличатся. Адам вытянулся расправился в плечах, еще конечно из-за тренажёрки, в которую легко мог позволить себе ходить, пока Рей болел и сидел за книжками. Он и за книжками то стал сидеть просто потому что понял, что в спорте ему точно не достигнуть высот своего брата, только тормозить бы его начал, он бы не занимался пытаясь натаскать мелкого, а ему не хотелось, потому что спортом брат занимался довольно увлеченно. Даже на футбол ходил, правда всегда прогуливал, если у Рея срывались занятия с репетиторам в это время. Адам как ни в чем не бывало стягивал с себя одежду готовясь пойти в душ, а Рей просто не мог оторваться от любования. Лишь бы брат не заметил, будет неловко. А ведь он красивый, в меру накачен, теперь еще и свежий загар, аккуратные кубики пресса, каждую мышцу видно и так хочется провести по ним рукой. Адам ушел в душ, а Рей тупо сидел на кровати и ждал его появления. Хотелось зайти, хотя он никогда себе такого не позволит, слишком нагло с его стороны. Слишком дерзко по отношению к брату, он не мог. Хотя жутко хотел, прошло уже больше недели с момента их поцелуя и он все отчаяннее хотел продолжения. Он не думал, что это не правильно, нет не одобрял и не оправдывал себя, а действительно просто не думал, не приходила такая мысль, он был поглощён желанием, это было новое чувство, но оно ему нравилось захватывало и он не хотел его отпускать. Открывающаяся дверь комнаты прервала его залипание и он снова уставился на полуобнаженного брата. Капли воды застывшие на его груди и медленно стекавшие по шеи, хотелось слизнуть, необычное ощущение, он раньше не испытывал такого, низ живота приятно заныл, он приблизился к брату и провел рукой по ключице собирая капли. Адам замер, просто перестал дышать, а сердце бешено заколотилось, нужно было бежать, но он не мог. — Ты сгорел. — будто оправдывая себя прошептал младший. — Совсем чуть-чуть. — так же тихо обронил старший. Кожа горела в местах прикосновения, а в животе просыпались бабочки. Брат смотрел на него своими огромными глазами не моргая, казалось, что глаза блестят, особенно золотой ободок вокруг зрачка. Адам провел рукой по его волосам, все повторялось, и в голове наконец начинала формироваться мысль, точнее чувство, он начал его понимать, это не ревность, не братская любовь, это всепоглощающее желание обладать, полностью, без остатка, ни с кем не делясь. Поглотить и не отпускать. — Только мой. — он прошептал это уже ему в губы, и тут же впился в них, нежно и жестко одновременно, брат сразу его впустил, жарко, влажно, страстно, глубоко. Он отвечал и это срывало крышу, напрочь. Он обхватил его талию и направил его в сторону кровати не разрывая поцелуй. Тут же повалил и теперь наконец крепко прижался, руки брата обвили шею, а пальцы утонули в его волосах, хотелось вмять близнеца в кровать, слиться, растворится в нем, не отпускать, никогда, одно целое, одно желание, одни мысли, одна страсть на двоих. Футболка мешала и он прервал поцелуй что бы быстро ее сорвать и снова впился в его губы прижимаясь к его уже обнаженному торсу, каждая клеточка реагировала на прикосновения, а слух ласкало сладкое мычание Рея. — Мой, мой, мой — снова в губы шептал свою мантру Адам, не отрываясь от поцелуя, обводя языком его губы и снова проникая вглубь задевая небо, потом язык, снова неба и губы. Он мог бы вечно его целовать. — Твой. — отзывался в унисон Рей, сильнее зарывался руками в его волосы и уже обхватывая его ногами. Возбужденная плоть терлась друг о друга доводя их почти до оргазма. Адам потянулся к паху брата стараясь не увеличивать расстояние между ними, каждая клетка оторванная от брата ныла и просилась обратно, близко, вплотную, вдавливаясь в свое отражение. Шорты слетели мгновенно, сначала Рея потом и Адама. Он обхватил возбужденный член брата и тот застонал уже в голос. Тут же ответив ему взаимностью и срывая хрип уже с губ старшего. Им хватило пары движений что бы излиться друг на друга и просто упасть, силы закончились, блаженство разлилось по телу, и сердечный ритм стал синхронно приходить в норму. — Теперь тебе снова нужно в душ. — улыбаясь прошептал Рей. — И тебе. — Адам не улыбался, его сразу стал охватывать страх, страх потерять и он сильнее прижал к себе брата. Он не отпустит, теперь не отпустит, не сможет, он понял. Любовь теперь не только братская, всеобъемлющая, поглощающая, выжигающая его изнутри. — Пошли вместе. — Ага.