Глава 5
11 ноября 2016 г., 10:52
Они вышли из ванной вместе, держась за руки и все еще боясь отпустить друг друга. Абсолютно забыв, что в квартире они не одни. И эта их ошибка оказалась раковой. Потому что мама слышала непонятные звуки доносившиеся из их комнаты и как только смогла оторваться от плиты решила их проверить. И глядя на представшую перед ней картину поняла, что все ее опасения не просто подтвердились, они превзошли сами себя! Сомнений не осталась. Они вышли вместе, в одних полотенцах, с душа, держась за руки, и звуки из комнаты. Это не могло быть ничем другим кроме как случившейся катастрофы. Да, именно в ее голове ЭТО было катастрофой вселенского масштаба! Такой грязи она не могла потерпеть, братья, близнецы, она носила их в своей утробе и теперь они ПЕРЕСПАЛИ! Последнее слово она сказала вслух.
— Мы не. это не то. — еле выдавил из себя Адам, осознавая степень своей ошибки. Хотелось отмотать время, провалится сквозь землю, но вернуться назад и исправить! Но уже нельзя. Пару минут и все равно уже ничего не вернуть. А ему бы хватило. Потому что он не жалел о том что сделал, они уже в души миллион раз признались друг другу в любви, прикасались, нежно и страстно, и снова закончили, и он не жалеет, это были самые прекрасные минуты его жизни, но они спалились и вот это единственное что приводило его в ужас. Он только нашел, свое счастье, смысл, желание жить, самому, ощущать и чувствовать самостоятельно и одновременно вместе, потому что чувствовать брата, и с братом. И похер насколько это неправильно он смотрел в его глаза, слышал его сердце и дыхание и казалось даже мысли, им обоим было хорошо! Они оба этого хотели! Не просто этого, продолжения, развития, вечности! Друг друга. Он не мог ему отказать, и себе не мог, первый раз не мог отказать своим желаниям, потому что они не только его, они общие. Они едины, теперь абсолютно.
— Жду вас на кухне. Одетыми. — сказала мама не своим голосом ни разу не моргнув, и быстро спустилась вниз. Братья послушно пошли одеваться. Молча. Сказать было нечего. Все сказано. Уже не отступить друг от друга, да и не выйдет, слишком сложно, слишком тянет. А вот как оправдаться никто просто не знал. Их просто захватил ужас, полностью без остатка, стирая все мысли и разум. Они знали родителей, знали мать, и отца, казнь была неминуема, вот только какая даже догадаться было нельзя.
— Кто это начал? — стальным голосом спросил отец, который как они уже поняли был в курсе.
— Я — тихо, но хором ответили оба и тут же уставились друг на друга, говоря глазами другому, что он все возьмет на себя, что ненужно.
— Значит и отвечать будете вместе. — в голосе все та же сталь. Адам разозлился, он не позволит, брата не тронет никто, только через его труп.
— Рей запутался. Это все я. Я его не трогал, тесть, ничего что бы могло сломать ему психику еще не произошло. Но заставил я, он не хотел. Я перегнул палку, только я, он просто отбиться не смог. — Он старался произносить слова как можно спокойнее и четче, при этом крепко сжимая запястье брату, давая понять, что бы он молчал. И тот молчал, хотел кричать, что это не правда и они оба, и он любит, но молчал. Это решение брата, как всегда, он не может пойти поперек.
— Поэтому так к тебе жмется? — не выдержала мать.
— Просто сейчас вы пугаете больше чем я. — он шагнул вперед заслоняя брата.
— Объяснять будешь? Или нам самим выводы сделать? — отец сверлил его взглядом, давая понять каким ничтожным он теперь его считает.
— Гормоны, неудачный прикол, ничего больше. Я перегнул палку — я отвечу, все забудут. — Хоть бы сработало, сейчас он молил небеса что бы они поверили, пусть думают, что он псих, урод, хоть кто, только не трогают брата.
— Ловко придумал. Хотя бить вас все равно бесполезно. Поступим так. Вы перешли границу.
— Я перешел. — тут же перебил Адам, но взгляд отца заставил быстро заткнутся.
— ТЫ перешел границу. И теперь ты уедешь ЗА границу. Больше затягивать смысла нет. Отвыкание начнется прямо сейчас. Я уже присматривал вам пансионат, где правила по строже и живут по отдельности. Думал отправить вас на следующий год. Но теперь ты уедешь сейчас, один.
— На сколько? — голос дрогнул, глаза покраснели, отчаянье захлестывало, но Адам сдерживался из последних сил, что бы они не поняли, иначе он потеряет его навсегда, теперь он был в этом уверен.
— До восемнадцати
— Два года. — Рей вцепился в футболку брата и прижался к спине, слезы катились градом как бы он пытался сдержаться, получалось только сдержать только всхлипы, сделать истерику тихой.
— И какой тогда стимул? — столько Адам точно не протянет.
— А какой тебе надо стимул? Ты сам сказал ты должен ответить.
— Это наказание не только меня коснется, я может и козел, но Рею тоже будет плохо, он не заслужил.
— Как раз ЕМУ будет лучше БЕЗ тебя, слезы высохнут, не переживай. — злобно усмехнулся отец.
— Ладно, тогда я сбегу. Не буду учится, и еще что ни будь. Все равно когда твое «наказание» дольше длится не сможет в 18 мы сами будем решать. Так что дай стимул. Это перебор ведь.
— Перебор это то что сделали вы! — сорвался на крик отец.
— Джо. — испугано отдернула его жена.
— Что?! Он совратил БРАТА, а теперь просит стимул? Я вас не убью вот вам стимул! — глаза отца налились кровью.
— Я сам себя убью. — еле живым голосом проронил Рей и показался из-за спины брата, тут же обращая на себя полный ужаса взгляд близнеца.
— Что? — матери поплохело.
— Я не умею один, не хочу один, не стану один. — Рей запинался и захлебывался слезами. Они никогда не разлучались, пару дней, пару раз в жизни и то это была настоящая пытка и все время на телефоне. Он не сможет, ничего не сможет.
— Один учебный год, абсолютно без связи. Звонки только матери, как дела будите узнавать через нее. Улетаешь завтра, поживешь у моего знакомого пока я буду оформлять документы. — отец встал со стула и направился к себе.
— Еще месяц каникул! — жалобно протянул Рей.
— Это не обсуждается — бросил отец, не обращая внимания на истерику сына. Он не верил, что его заставили, он просто считал его слабаком который поддался, а значит пора было делать из него мужика и не обращать внимание на слезы, в шесть лет это вызывало жалость в шестнадцать нет.
