My darkness that only you can take away

Чуя был дома. Он, лежа на своем диване, пил воду. Было уже 23:30 и все, чего он хотел, так это спать. Рыжий слышит звонок в дверь. Он удивляется, ведь он никого не ждал у себя. Он поставил стакан на стол и пошел открывать дверь. Он фыркнул. Брюнет, стоя перед ним, споткнулся и положил голову на плечо Чуи. - Ты такой коротышка, вешалка для шляп. - Он был пьян. Чуя мог понять это по запаху алкоголя. Его сердце бьется быстрее, просто услышав этот голос. Он ненавидит это. Чуя нетерпеливо вздыхает и берет за руки Дазая, направляя его внутрь. - Какого хрена ты здесь делаешь? - Спросил Чуя. - Иди в свое агентство, в свою квартиру, да хоть под мост, но не возвращайся сюда! Тебе здесь больше не рады! - Я не хочу, - Дазай толкнул Чую на диван позади него и схватил того за талию. Дазай оказался над ним. Над растерянным Чуей. Суицидник смеется, играя с волосами своего бывшего партера. Чуя почти сходит с ума. Как он посмел? Он не знал, что и думать об этом. Дазай над ним. Он так близко. Прошло четыре ебаных года, а его сердце все так же продолжает отбивать чечетку, когда он слышит его смех. - Убирайся отсюда! - Сказал Чуя. Дазай ласкает его щеки кончиками пальцев. Чуя шлепает его по рукам. - Убирайся! Убирайся, Дазай! Он ударяет его по лицу. Забинтованный суицидник хватает за руки человека под ним и заводит их наверх, над его головой. - Я не хочу. Я хочу быть здесь, - прошептал Дазай. Он мог ощущать, как слезы потекли по его щекам. - Я хочу быть здесь. С тобой. Его сердце чуть не выпрыгивает из его груди. В горле образовался ком. Прикосновения Дазая нежны. Он позволяет его рукам трогать его, смотря глубоко в глаза. Дазай ложится на грудь Накахары, опираясь своей головой на его плечо. - Ты не можешь делать этого со мной... - Проскулил Чуя, прижимаясь ближе к бывшему партеру. - Ты не можешь играть с моим сердцем вот так... - Чуя, ты так влюблен в меня, - снова засмеялся Дазай. Даже когда Осаму пьян и не имеет представления о том, что происходит, ему нравится замечать, насколько сильно Чуя любит его. Шляпник бьет его в грудную клетку, потому что он просто не знал, что ему делать. - Остановись, пожалуйста. Ты сводишь меня с ума, - плачет Чуя, притягивая тело Дазая ближе к себе. - Дазай, Дазай, Дазай... Я так влюблен в тебя. Я так влюблен. Я влюбляюсь в тебя снова и снова и я не могу остановиться. Ты делаешь меня таким больным и усталым. Но я не могу перестать любить тебя. Все то, что Чуя никогда не говорит вслух. В его груди все так болит, он про себя кричит все те слова, которые Дазай никогда не услышит. - Тебе нужно перестать любить меня, малютка, - прошептал Дазай, нежно целуя его щеки, а слезы продолжают падать из его темных глаз. - Я не могу, - прошептал он в ответ. Дазай кладет руки на бедра Чуи. Дазай знал это. Он тоже хотел бы разлюбить эту Малютку Мафиози. Суицидник прижимается своими губами к губам рыжеволосого. Они мягко касались друг друга, прижимаясь все ближе и ближе, как будто кто-то из них мог исчезнуть в любой момент. Поцелуй был теплым, мягким, сладким и с привкусом алкоголя. Губы Дазая по-прежнему были нежными, а прикосновения по-прежнему сводили его с ума. Руки Чуи проскользнули под одежду парня, расстегивая брюки Дазая. Осаму простонал между поцелуями, помогая Чуе с собственной одеждой. - Ч-Чуя, я так влюблен в тебя... Я так... влюблен... - Осаму прервал поцелуй. Чуя снова слышит эту ложь и пытается поверить в нее. И он знает, что поверит, ведь его сердце все еще прыгает от счастья, и он вновь улыбается, когда слышит эти слова. Я желаю, чтобы это была не твоя очередная ложь, Дазай. Я желаю, чтобы это было реально. Чуя обхватывает своими ногами бедра Дазая. Суицидник схватил его ноги. Засасывает его губы и спускается к шее, оставляя на коже засосы. - Д-Дазай... - Стонет Чуя, схватившись за темные волосы. Парень смотрит на него и улыбается. - Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя, - шептал он снова и снова, а Чуя плакал. Прекрати лгать. Прекрати заставлять меня верить, что ты действительно любишь меня. Прекрати делать это со мной. Они снова занимаются сексом. Это просто секс, не любовь. Это единственное, что Дазай может дать Чуе. Каждое прикосновение ничего не значит. Это то, что крутится у него в голове в то время, пока Дазай снимает нижнее белье с Чуи. Каждый поцелуй ничего не значит. Он целует брюнета, утопая в слезах. Желает, чтобы этот суицидальный маньяк испытывал такие же чувства, как и он, желает, чтобы он реагировал на него. И он это делает. Но это только часть секса, часть его больной любовной игры, в которую они играют с тех пор, как только встретились друг с другом. Каждое слово ничего не значит. Чуя произносит имя Дазая, который гладит его. Рыжий плачет от удовольствия и боли. Но когда он зовет его, Дазай, кажется, не слышит его. Оба кончили одновременно. Чуя не смеет взглянуть на лицо Дазая. Он чувствует себя грязным за то, что снова влюбляется в него. Это только секс, не любовь. Чуя просыпается на диване. У него болит спина, болит каждая часть его тела, в том числе и задница. Он не может ходить. - Дерьмо, - фыркнул он. Он почувствовал вес на себе, который мешает ему встать. Он вздыхает, когда он понимает, что совершенно голый Дазай крепко держит его за бедра. Самоубийца спит. На мгновение, Чуя вспоминает дни Портовой Мафии, когда они занимались любовью и просыпались вместе на следующее утро. Но с теми временами покончено, с Дазаем тоже покончено. Рыжий спихивает его на пол. Дазай просыпается, ударяясь головой о пол. - Что...за...нахуй? - Он оглядывается вокруг и видит Чую на диване. - Погоди, мы...? - Уебывай, - говорит Чуя, наконец, вставая и прикрывая свое голое тело одеялом. Дазай вздыхает и закатывает глаза. Он пытается что-то сказать, но Чуя бросает подушку ему в лицо. - Действительно, Чуя? Мы могли бы... - Дазая прерывает другая подушка. - Убирайся. Сейчас же, - Тон голоса рыжего повышается. Его глаза слезятся. Дазай приближается к нему, чтобы попытаться его успокоить. - Я сказал тебе, убирайся отсюда! Он сильно ударяет в грудь Дазая. Суицидник стонет от боли и снова падает на пол. - Мне жаль, - сказал Дазай задыхаясь. Чуя рассмеялся. - Теперь тебе жаль? Ты не "жалел", когда я страдал в Мафии в одиночестве. Ты не жалел, когда я плакал из-за тебя! - Он бьет в лицо. - Ты не жалел, когда пришел ко мне домой прошлой ночью спустя четыре ебаных года. Ты не жалел, когда трахался со мной, говоря что любишь меня! - Кричит Чуя. Дазай застыл. Он никогда не задумывался о том, что же чувствует Чуя по поводу его ухода. Он плачет на коленях, нисколько не волнуясь о том, что он вредит человеку, которого он любит больше всего. - Ч-Чуя, но я... - Он задыхается, когда рыжий снова ударяет его. Это слишком причиняет боль. - Я люблю тебя. - Не вздумай мне снова лгать, ублюдок! - Кричит он от боли. Дазай точно сведет его с ума. Он так сильно любит Дазая, но брюнет никогда этого не осознает, ведь он не способен понять любовь. А ты не можешь чувствовать то, чего ты не понимаешь. Дазай не понимает чувства, но, однако, он знает, что он любит Чую. Он знал с самого начала, что он хотел навредить ему, потому что это единственное что он может сделать. Но он любит и любит его глубоко, каждой клеткой своего тела, каждым кусочком его израненной души. Дазай встает, одевается и уходит. Просто как в старые времена.

***

Они не могли избегать друг друга. Они всегда возвращались обратно к тому пути, с которого все началось. Чуя находился между стеной и руками Дазая. Он целовал брюнета, располагая свои руки вокруг шеи Осаму. Это случилось не в первый раз. Дазай смотрит на него и улыбается, а Чуя растворяется в нем. Дазай прижимает его сильнее. Разрывает поцелуй и, целуя, спускается к челюсти Чуи. Рыжий стонет, чувствуя, как мягкие губы касаются его шеи и снимают с него одежду. - П-подожди... Мы же в переулке, - Задыхается Чуя. Брюнет останавливается и смотрит на него. -...и что?... - Он прижимается своими губами к щеке Чуи. - Мы не можем сделать это здесь! - Он толкает его в грудь. Дазай вздыхает. Он взял Чую за запястья, направляя его к отелю. Чуя, сняв с себя одежду, помогает Дазаю снять рубашку, оставляя еще один поцелуй. Когда они полностью обнажены, между ними есть только желание и бессмысленные прикосновения и слова. Они просто две разбитые души, пытающиеся исправить свои ошибки. Они просто стараются сделать что-то правильно. Хотя бы раз. Они должны держать дистанцию. Они должны прекратить делать все это. Они должны перестать целовать друг друга так глубоко, смотреть друг на друга с нежностью, перестать трогать друг друга с желанием. Но они не могут. Чуя просто слишком сильно любит Дазая, а Дазай сильно любит Чую. Они не могут перестать любить друг друга. Глубоко внутри, Дазай знает, что это убьет их. Он знает, что когда он уйдет на следующее утро, Чуя будет топить свое горе в бокале вина. Он знает, что Чуе больно, он знает, что он будет причинять ему еще больше боли. Но он такой эгоист, он не может прекратить это, и он пожалеет об этом. Чуя знает, что Дазай сделает ему больно, но он по-прежнему остается там. С ним. Он не может держаться подальше от Дазая. Это слишком сложно. Они делают это снова, потому что они слабы. Они просто слишком сильно любят друг друга. Даже зная, что их любовь сломает их, они продолжают эти отношения, потому что они больны и любят друг друга. Любовь - это такая забавная вещь.