17 y/o

taehyung (16), yoongi (18)

тэхён никогда особо не общался с юнги; из общего у них была только компания и раскуренные на двоих косяки. в тэхёновы (цветочные) шестнадцать восемнадцатилетний юнги казался каким-то недосягаемым и интересным; таким смелым и крутым, а разница в два года – будто в целых десять. юнги не был очень красивым, богатым или умным. юнги просто был собой; острый на язык, прямолинейный и замкнутый. он был совершенно ирреальным, выделялся своей чрезмерной безразличностью и отрешённостью; ему даже разрешалось курить прямо в квартире намджуна, и тот никогда не ругался. юнги писал стихи и топил мечты в дешёвом алкоголе. он не примерял на себя чужие роли, не лицемерил, не улыбался – (на пухлых обветренных губах почти всегда присутствовала усмешка и лёгкий приятный запах крепких сигарет). тэхён не помнит, когда имя юнги стало отдавать теплом где-то в груди. не помнит, когда при взгляде на него сердце начало стучать как бешеное, а в животе появились пресловутые бабочки. не помнит, как начал улыбаться, вспоминая [каждый] день, проведённый рядом с ним. не помнит, как все мысли стало забивать лишь одно: юнги, юнги, юнги. (тэхён не помнит, как влюбился). наверное, именно так это и происходит; неожиданно, резко, совсем непонятно. юнги просто стал самым важным в жизни тэхёна; главным и нужным. до боли необходимым, настолько, что день без него – невыносимо. тэхён не знал, где любовь, а где одержимость. не видел чёткой грани, потерялся на перепутье. он просто любил, не задумываясь ни о чём. (любил всем своим сердцем; чисто и искренне, так, как умеют лишь подростки). тэхёну хочется обнимать юнги, прижимая сильно-сильно к себе, переплетать пальцы, целовать лоб, щёки, нос, губы, (шею). хочется всегда быть вместе, хочется быть рядом, быть кем-то значимым для него. тэхён курит ментоловую сигарету и смотрит в глаза юнги напротив. они небольшие, самого обычного карего цвета, но для него – самые красивые. (напоминают кошачьи; пушистые ресницы длинные и выглядят очень мило. и взгляд у него не взгляд вовсе – лезвие, отливает чистой сталью). в глазах юнги – самые настоящие галактики; бесконечные холод и айсберги; тэхён разбивается о них раз за разом, а затем кропотливо собирает себя по кусочкам. для тэхёна юнги самый красивый, самый добрый, самый лучший. для тэхёна юнги – всё. он выдыхает дым, смотрит нежно, заворожённо, и тут только слепой не заметит искренней мальчишеской влюблённости. – как ты куришь эту дрянь? – юнги почти профессионально затягивается крепкой сигаретой, выдыхая затем дым тэхёну в лицо. он не закашляется, не скажет больше так не делать. он вдохнёт глубже и улыбнётся. (потому что на юнги тэхён не умеет злиться и обижаться). – а ты мне нравишься, хён, – он тушит сигарету в пепельнице, пачкая пальцы; наклоняется к юнги, оставаясь в паре миллиметров от его губ. но смазано целует в щёку. юнги не удивлён. юнги не злится. юнги не расстроен. (юнги жаль тэхёна; первая любовь – она ведь должна на всю жизнь запомниться, должна быть самой светлой и красивой, но мы не выбираем в кого нам влюбиться, и увы, не всегда нам отвечают взаимностью. юнги правда хотел бы любить тэхёна, этот мальчик заслуживает лучшего. но.) – а ты мне нет, – юнги всё ещё прямолинейный, всё ещё отрешённый и безразличный, только... (почему так сильно бьётся сердце?) – я знаю, – тэхён давит из себя улыбку, пусть с силой, пусть с дрожащими губами, но искреннюю. юнги совсем не хочется смотреть как она ломается, как у тэхёна подрагивают руки, а из глаз вот-вот покатятся прямо по щекам капельки слёз. – я могу попробовать? – не стоит, хён, – тэхён обнимает его, шепчет, что всё равно никуда от него не уйдёт, и шмыгает носом. юнги затягивается очередной сигаретой. но теперь уже из тэхёновой пачки.